Испытание судьбой

Уже пару минут пытаюсь восстановить дыхание, чувствуя на своей талии нежные прикосновения. Его сильные руки немного сжимают мою бледную кожу; носом он рисует самые разные узоры на моей спине, опаляя шею горячим дыханием. Этих моментов мне так не хватало.. Почему же я так редко вижу тебя таким? Кладу поверх его рук свои, немного сжимая чужие пальцы и приподнимаю уголки губ. Лишь какая-то простынь прикрывает наши тела наполненные страстью, которая потихоньку утихает. Безусловно можно было бы и продолжить, на что я и рассчитывала, если бы не дурацкий телефонный звонок, который прервал нашу тишину. Мин убирает одну руку и тянется к мобильному, принимая вызов и прикладывая к уху. — Да? Где? Да, подходит. Оу, неплохой задаток. Через минут.. — прижимает к себе, целуя в шею. Чертёнок. — Через часа полтора встретимся. Да, до встречи, — кладёт трубку и телефон засовывает куда-то под подушку. — Снова заказ? Юнги, ну ты же обещал... — закусываю нижнюю губу, пытаясь вновь не расплакаться от безвыходности. — Ты же знаешь, я пытаюсь завязать, но не всё так быстро, милая, — больно сжимает руку на талии, заставляя пискнуть и кивнуть головой в знак согласия. Ну да, а сегодня ввались домой весь такой пьяный и обещай мне, что с завтрашнего дня ты белый человек! Давай, любимый, я этого очень жду! Парень оставляет багровый засос на шее и молча встаёт с кровати, направляясь в ванную. Как только белоснежная дверь закрылась с той стороны, встаю следом за Юнги и находя его брюки где-то на полу, поднимаю и достаю пистолет. Золотая гравировка его фамилии красуется на рукоятке пистолета, от чего аж хочется выстрелить себя прямо в сердце. Всё равно его пистолет всегда попадал точно в цель. Но встряхнув головой, аккуратно кладу вещь обратно на место. Не хочется слышать крик, который услышат ещё и соседи. Натягиваю на себя нижнее бельё и длинную рубашку, которую мне когда-то подарил Юнги. Отправляясь на кухню, ставлю вариться кофе и готовить омлет. Интересно, в этот раз позавтракает или же просто молча уйдёт? На свой же вопрос пожимаю плечами и ставлю раскаляться сковороду. Пока за стенкой журчит вода, нужно успеть пожарить омлет, хотя я уже научена, как поступить, если вдруг он недоволен. Вспоминаю наш секс и закусываю внутреннюю сторону щеки. Его горячие губы целовали каждый сантиметр моей кожи и заставляли стонать как можно громче. А его руки.. Что его руки могут творить.. Доставлять просто огромное удовольствие. Как я говорила раньше: он дьявол. На руку попадает горячее масло и я шиплю, начиная махать ею. Вспоминать хорошие моменты с ним отлично, но не за готовкой. Могут быть последствия в виде ожогов или же порезов. В какой раз убеждаюсь, но продолжаю так делать. Выливаю взбитые яйца на раскалённую сковороду и поглядываю на пострадавшую руку. Попало, вроде, не много, а такое чувство, будто этот участок кожи облили кипятком. Переворачивая омлет на другую сторону, закусываю нижнюю губу и вновь решаюсь упасть в мир воспоминаний. Раньше, когда мы только-только начинали встречаться, я готовила ему по утрам омлет, а он обнимал со спины, утыкаясь носом в плечо; рисовал загадочные узоры на шее, опалял кожу горячим дыханиям, а руками сжимал талию. Боже, как же я хочу, чтоб это повторялось каждое утро и каждый раз, когда мне становится грустно и одиноко. Мне будет достаточно и простых объятий, лишь бы его... — Тебе не кажется, что омлет может подгореть, если ты будешь в своём мире, а не реальном? — внезапное появление парня заставило подпрыгнуть и снять сковороду с плиты, выкладывая блюдо в тарелку. — Теперь не кажется и приятного аппетита, — ставлю на стол завтрак и не забывая о кофе, который наконец сварился, выливаю в чашку и подаю Юнги. Что же, сейчас он поест, уйдёт договариваться о очередном убийстве, а я снова одна. Моей души мало секса, хочется больше, но.. Я то знаю, что больше — это запретный плод, который я пока не могу сорвать и распробовать. А так хочется.. — Мэри, — делая глоток кофе, смотрит на меня уже холодным взглядом и встаёт, подходя ближе. По телу пробегаются мурашки и хочется уже зажмурить глаза, как чувствую чужие губы на своих. Чуть подаюсь вперёд, отвечая на поцелуй и входя во вкус, как он отстраняется и проводит рукой по волосам. — Мне пора, спасибо за завтрак, — уходит, оставляя меня вновь одну. Он поблагодарил за завтрак, к которому и пальцем не притронулся.. Да, недолго музыка играла.

***

Фотографии давно собраны и лежат на законных местах, а я снова валяюсь, в этот раз, на полу, втыкая в потолок. Мне всегда было интересно, что творится у Мина в голове. Настолько было интересно, что один раз, от нечего делать, даже продумала тот вариант, что в детстве он мог стать бедной жертвой какого-то злого дяди, который только и делал, что ежедневно издевался, а теперь он всю злость и обиду вымещает на мне, периодически оплачивая мне всё лечение в виде поцелуев, лёгкой романтики и секса. Что же, уже даже к такому набору ласк привыкла. Сворачиваясь калачиком, закрываю глаза от усталости, пытаясь убежать от реальности. Может мне это правда поможет?

***

— Юнги, тебе нравится это платье? — спрашиваю я и кручусь в разные стороны. Он внимательно рассматривает платье и приподнимает уголки губ. Да, ему нравится. — Малышка, тебе подходит любое платье, ведь абсолютно любая ткань ложится на твою кожу идеально, — выносит вердикт и притягивает за талию к себе, начиная целовать шею. Его губы так щекочат тонкую кожу, что я заливаюсь смехом, располагая руки на плечах и притягивая к себе всё ближе. Чувствуя всем телом его тепло, впиваюсь в губы, начиная терзать их, и слизывать языком уже выступившую кровь. Даже кровь моего убийцы не сравнится с сахаром, ведь слаще её нет ничего на свете. Скажите, что я сумасшедшая, раз уже сравниваю кровь с сахаром, а я скажу, что это простая зависимость, которая перерастает в что-то большее. — Мэри, — слышу сквозь поцелуй и начинаю целовать с ещё большим напором. Именно сейчас я ничего не хочу слышать, а лишь чувствовать, как ты целуешь меня в ответ. Больше, глубже, жарче и.. — Юнги! — открываю глаза, резко вскочив с пола. Ещё не сильно понимаю, что вокруг происходит, но со временем осознаю, что то, что сейчас произошло — всего лишь сон. Ну да, Мэри, на что ты ещё могла рассчитывать, как не на сон? Нелепо улыбаюсь и провожу рукой по волосам, плетясь в ванную. Становлюсь перед зеркалом и понимаю, что мне саму себя уже жаль. Я даже не могу придти в себя от какого-то сопливого сна, не могу поверить в реальность, в которой уже живу два года. Чёрт возьми, да я ходячий труп. Вот только зачем я брожу.. Наверное, этого никто не знает. Даже всевышние силы, которые вдоволь уже насмеялись с меня и моих проблем. Подходя ближе к зеркалу, вижу своё замученное отражение и улыбка сама по себе сползает. Сколько эти глаза плакали, а зубы терзали губы. Сколько я кричала, зная, что мой крик никто не услышит. Сколько всего происходило со мной за это время.. Сколько.. Мой взгляд падает на бритву и я хватаю её, проводя лезвием по запястью. По руке тонкой струёй стекает кровь, а по щеке вновь скатывается слеза. Жить совсем не хочется и я тянусь делать второй порез. Касаюсь лезвием кожи, немного надавливаю, собираюсь дёрнуть, но что-то останавливает и я задаю себе вопрос, прежде чем это сделать. Зачем? Для чего? Разве любовь достойна моей жизни? Какой сильной бы она не была... Кидаю бритву на пол, сжимаю кулаки и выбегая из ванной, шепчу себе лишь одну фразу: — Прежде, чем сдаться, подумай, Мэри, почему ты продержалась так долго.