Если ты умрёшь, то и я тоже

Никто не говорил, что будет легко. Абсолютно. Тао понимает это, когда видит Джунмёна, пытающегося отбиться от группы преследователей. Киму не хватает ни рук, ни патронов, чтобы положить всех, кто отчаянно наступает ему на пятки. Еле шевелящийся бывший преступник и раненый Бён – это вся подмога, на которую можно рассчитывать. - Мён, что по обстановке? – интересуется Бекхён, выпуская очередь в террористов, прикрывая приближающегося к ним собрата по госпиталю. - Обнаружены. Кён внизу, там какой-то ад: порядка двадцати на одного. Хянь и Се похищены, я пытаюсь их вызволить, но меня задержали. Исин в наблюдении, Мина пока не видно, - коротко рассказывает Джунмён. - Чанёль? – на выдохе спрашивает Бён, затаив дыхание. - В номере. Больше ничего сказать не могу, - Ким понимает, что давать пустые надежды – это кощунство. - Этаж? – нервно спрашивает Бекхён, готовясь бежать. - Тринадцатый. Не натвори глупостей, - просит Джунмён, когда Бён срывается с места, получив необходимую информацию. – Патроны есть? – интересуется он, когда Тао занимает позицию для обстрела. - Целый рюкзак, - хмыкает он, кивая за спину. – Ни в чём себе не отказывай. – Всем нам понадобится доктор, - Цзы снимает снайпера, занявшего удобную позицию на балконе. - Исин в том здании, шестой этаж, - указывает Джунмён, стреляя в голову приближающемуся противнику. – Надо сначала зачистить… Визг шин заглушают последнюю фразу капитана, когда с парковки выезжает последовательно две машины. Во второй маячит знакомая голова шпиона, значит в первой находится О. и это абсолютно не воодушевляет. Всё окончательно пошло не по плану, накрыв схему действия таким тяжёлым медным тазом. - Кажется, у нас проблемы, - замечает Тао, накрывая своим телом Джунмёна. Раздаётся взрыв. Осколки стекла и бетона взлетают в воздух, будто бумажки, подброшенные вверх шебутным ребёнком. Уши закладывает моментально, пока бывшие когда-то частью здания куски падают на землю. Джунмён хмурится, понимая, что дело приняло крайне неприятный оборот. Его сердце пропускает несколько ударов, потому что-то где-то в здании остался Ифань. Ким аккуратно отодвигает спасителя, проверяя в порядке ли он. - В порядке, - будто читая его мысли отзывается Тао, жадно хватая ртом воздух. – Только швы, кажется, разошлись, - с болезненной улыбкой заявляет он, потихоньку теряя сознание. - Чёрт, - ругается Джунмён, стараясь вызвать Исина по рации. Она молчит, пока Ким высматривает в панорамных окнах Ифаня. Где-то в глубине постепенно оседающей пыли виден знакомый силуэт, от чего на душе становится немного легче. Жив. У Джунмёна вариантов немного: бежать за Сехуном и Луханем на своих двоих не получится, поэтому остаётся искать Исина. Им отчаянно нужен доктор, иначе мальчишка на его руках попросту истечёт кровью. - Исин! - орёт он в рацию, не боясь быть услышанным. – ИСИН! – повторяет он, стараясь закрыть открывшуюся от резкого движения рану в груди Тао. – ИСИН! Рация выдаёт какие-то помехи и больше ничего. Когда Джунмён решает, что пора попросту ввалиться с умирающим парнем в логово доктора, ему неожиданно отвечают «Засёк. Пятнадцатый, южная сторона, середина». *** Бекхён не пользуется лифтом, взбегая по ступенькам, заставляя ноги гореть огнём. Ему просто необходимо оказаться сейчас рядом с Чанёлем. Погони за ним не наблюдается, но организм всё равно не даёт возможности совершить невозможное. Перед глазами мелькают тёмные круги, а голова обещает разорваться, будто спелый арбуз при падении. - Шевелись, - подгоняет себя Бён, из последних сил толкая на себя дверь в коридор. Вырванная из петель дверь, гора тел, выстрелы. О, да, это Чанёль. Он не умеет сдаваться. Это его рук дело. - У тебя патроны кончаются, - слышит он из раскуроченного номера. - И что? – отвечает ему такой знакомый голос. Бекхён, понимая, что Паку требуется подмога, срывается на бег, на ходу перепрыгивая трупы, и врывается в номер. К его ногам падает уже бездыханное тело, забрызгивая кровью и ошмётками костей его ноги. Бён озирается, ища самого дорогого человека на свете взглядом. - Ёль! – вскрикивает Бекхён, замечая быстро оседающего Чанёля. - Бекхён-а… - тянет Чанёль, заваливаясь на бок и теряя сознание. - Что ты наделал, - шепчет Бён, зажимая кровоточащую рану. – Опять геройствовал, - сетует он, наспех перевязывая Пака. Что бы он не говорил, как бы он не храбрился, Бекхён очень чётко понимает, что в своём состоянии не сможет дотащить бездыханного Чанёля до низа, поэтому придётся привести помощь на место. - Продержись ещё немного, - просит он, аккуратно прикрывая бессознательного лейтенанта, и выходит в коридор. - Хреновый день, правда? – истерически смеётся Лухан, сталкиваясь с Бекхёном нос к носу. - Дерьмовый, - вторит ему Бён. – Аптечка есть? – Бекхён нащупывает пульс Сехуна и немного расслабляется. - Нет, Ифань отправился за Исином, - отрицательно качает головой Лу. - Я ему помогу. Присмотри за Чанёлем, - просит Бекхён, заходя в лифт. - Где? – озирается Хань. - В номере, - кивает в сторону побоища Бён. – У него огнестрел, я закрыл, как мог, но нужен медик. - Попробую что-нибудь сделать, - обещает Лу, занося Сехуна в разрушенное помещение. *** Чертовски не хочется признавать, но у Минсока нет никаких идей, как выбраться из этой передряги. С одной стороны, ему нужно быстро собираться и бежать на помощь к своим. Из окна видно, как Джунмён пытается выбраться вместе с пареньком, которого они поймали на приёме. Мальчишке совсем плохо, потому что капитан прижимает к нему руки, которые окрашиваются в кровавый цвет отчего-то слишком быстро, и, по-видимому, кричит что-то в рацию. С другой стороны, на полу валяется самый опасный преступник нынешнего столетия, которого было бы неплохо оттащить в какой-нибудь подвал и хорошенько там запытать, получив ответы на интересующие вопросы. После чего лично вытрахать всё дерьмо и нашпиговать тело винцом. И только в такой последовательности. Мин понимает, что придётся совмещать оба варианта, поэтому по-быстрому натягивает штаны и футболку и с силой бьёт по щекам Китайца. - Просыпайся, сладкий, - скалится Ким, затягивая потуже импровизированные наручники вокруг запястий похитителя. - Что за? – удивлённо восклицает Чондэ, чувствуя, как что-то острое впивается под лопатку. - Шевелись, детка, пора останавливать всю ту вакханалию, которую сотворил ты и твои люди, - Минсок рывком поднимает Китайца на ноги. – И не вздумай что-нибудь учудить, я без зазрения совести перережу тебе глотку, - Ким перемещает осколок разбитого бокала к горлу пленника. - Сделай это прямо сейчас, так как живыми вы всё равно не выберетесь, - ухмыляется Чондэ. – На войне потери неизбежны, - замечает он, откидывая голову назад, открывая шею для большего обзора. – Мы можем даже поцеловаться, когда ты сделаешь это. Я не против, - он нагло улыбается, смотря Минсоку прямо в глаза. – Или мы можем сбежать вместе, где нас никто не найдёт. Где я буду трахать тебя, пока ты будешь кончать раз за разом, повторяя моё имя. Я буду входить на всю длину, заставляя тебя хотеть ещё больше. Я буду сжимать твои ягодицы руками, оставляя на них следы космоса. Я буду сосать тебе так искусно, что у тебя только одна мысль: лишь бы это никогда не заканчивалось. Я буду… - Заткнись, - жёстко обрывает Минсок, подталкивая не желающего никуда идти Чондэ. – Я могу организовать тебе камеру с насильником пожёстче, или с психопатом, когда мы выберемся отсюда. - Но мы не выберемся, - констатирует Китаец. - Это почему? – удивляется Минсок, уже таща за собой пленника. – Лично я не вижу никаких препятствий, - замечает он, оглядывая коридор. - Потому что вы попались, - ехидно замечает Чондэ, расплываясь в улыбке. - В смысле? – Минсок хмурит брови, потому что охраны не наблюдается. - Внизу всех уже перебили. Ты остался один, - объясняет Китаец. – Твои дружки уже мертвы. Я послал туда всю группировку. Сто пятьдесят выдрессированных бойцов против четырёх? Или добавить ещё парочку Ву-Ким? Смешно, - он в открытую хохочет. – Развяжи меня, детка, и мы продолжим с того места, где остановились. Я хочу второй раунд, - облизывается Чондэ, плавно ведя бёдрами. - Сомнительно, - отвечает ему Минсок, не желая раскрывать карты и информацию. – Давай-ка спустимся вниз, поймаем бронированное такси и укатим в изолятор на закате. Шевелись давай. - Ты тупой или да? – Чондэ начинает злиться. – Что непонятного: ТВОЕГО. ОТРЯДА. БОЛЬШЕ. НЕТ. Точка. Поиграли и хватит. - Мне некогда с тобой препираться, - Киму просто надоедает этот бессмысленный разговор, после чего он надавливает на шее Китайца на определённые точки, отправляя его в вынужденный обморок. – Достал, - сетует он, взваливая тело себе на плечо, и забегает в лифт. *** Перепрыгивая через две ступеньки, Исин сбегает вниз, оказываясь в полном хаосе: Джунмён отчаянно озирается, пытаясь зацепиться взглядом за кого-нибудь, пока зажимает рану на теле Тао. Последний протяжно стонет, стараясь не провалиться в беспамятство. - Ты вовремя, - Джунмён облегчённо выдыхает. – Справишься? – спрашивает он, смотря, как доктор принимается за свою работу. - Из худшего выбирались, - констатирует Чжан. – Спасай всех, я скоро, - уверяет он, раскрывая рюкзак с аптечкой. - На связи, - Джунмён забирает практически всё оружие и патроны, оставляя два автомата, два пистолета и шесть гранат. Ким бежит внутрь здания, молясь всем богам, чтобы его друзья были живы. Известка хрустит под подошвами, когда он аккуратно ступает по полу. Горло сухое, будто он оказался в жаркой пустыне и не пил несколько дней. Капитан сплёвывает вязкую слюну, стараясь хоть как то облегчить своё пребывание в здании. Двигаться бесшумно всё сложнее, когда за поворотом наталкивается на раскуроченную стойку регистрации, за которой слышится какая-то возьня. Джунмён снимает пистолет с предохранителя и огибает стойку с удобной для стрельбы стороны. - Су? – удивляется он, видя майора и Чонина с дырой в животе. – Нет, не в этот раз, - убеждает он сослуживца, помогая ему зажать рану, из которой толчками выплескивается кровь. – Исин на улице, - он указывает головой направление. – Я посижу, - уверяет он, отправляя До. - Спасибо, Мён, - Кёнсу кивает, срываясь за помощью. Бежать совсем недалеко, шагов тридцать. Всего-то. Но их слишком много для потерянного Кёнсу. В его голове столько мыслей. Отвратных мыслей. «А если не успел?», «Что дальше?», «Ещё одного не переживу» и последняя, крамольная «За ним?» Краем глаза Кёнсу замечает, что створки бесшумно приехавшего вниз лифта открываются. Он напрягается ожидая увидеть вражеское подкрепление. В голове подсчитывает, скольких может убрать, как сделать это побыстрее, успеть спасти Чонина. До подбегает к дверям, вставая с левой стороны. Так удобнее. - Я пойду, - слышится знакомый голос, и первым из лифта выбегает Бекхён. - Бек! – окрикивает его Кёнсу, несказанно радуясь товарищу. - Су! – выдыхает Бён. – Мин со мной. Нам срочно нужен Син. Ёля подстрелили, Се в отключке. Ты его не видел? - На улице, - указывает Кёнсу рукой. – Он мне тоже нужен. У Чонина живот пробит. Они вместе начинают движение к выходу, когда Минсок усаживает на пол начинающего приходить в себя Китайца. Кёнсу что-то внутри дёргает, когда он почти на пороге оборачивается, чтобы встать как вкопанный. - Как ты? – вопрос подвисает в воздухе, когда капитан видит лицо террориста. - Твою мать, - ругается Чондэ, сплёвывая на пол. – Нежданчик.