Отравлен тобой

— Ты с Хорьком идешь в Хогсмид? — Рон раздосадованно схватился за голову. — Ты пригласил его? Скажи мне, Гарри, ты повредился умом? — Рон, я уже объяснил вам ситуацию. Мы должны быть выше старых обид. И он не такой плохой, каким кажется. — Не такой плохой? — Рон сжал кулаки. — Да это дьявольское отродье тебя предаст, продаст и не поморщится! Это же Малфой, Гарри! Змей подколодный! Невилл, ты хоть скажи ему! Невилл сидел за столом, склонившись над книгой и напряженно что-то чертил на пергаменте. Неохотно оторвавшись от своего занятия, он пожал плечами: — Рон, ты зря так нервничаешь. Гарри сам вправе решать, куда и с кем ему идти. А Малфоя ты слишком демонизируешь. Он обыкновенный папенькин сынок. Зазнавшийся богатенький мальчик. И он не настолько глуп, чтобы как-то навредить Гарри. — Ну вот, ещё один сочувствующий Хорькам! — почти взревел Рон. — Гарри, может заехать по твоей очкастой роже, чтобы мозги на место встали? Идти со змеенышем в Хогсмид! Ополоумел — не иначе! — Рон, милый, — Гермиона подошла и сзади обняла разгневанного парня за талию. — Успокойся! Гарри знает, что делает! Рон заметно расслабился в её объятьях. — Но ведь это может быть опасно для него! А если Малфой задумал какую-нибудь гадость? — не сдавался он. — Ну, это даже смешно. Я владею беспалочковой боевой магией почти в совершенстве. Что мне может сделать белый и пушистый Хорек? — усмехнулся Гарри. — Ну хорошо, — голос рыжего дрогнул. — А ты не думаешь, что это будет предательством с твоей стороны по отношению к погибшим? Вот так — все забыть и налаживать какие-то там связи? Это был удар ниже пояса. Мама, отец, Сириус, Седрик, Дамблдор, Тонкс, Люпин, Фред и многие другие милые сердцу покойники, павшие от рук врага. Неужели он предаст их память, только пойдя на встречу со змеенышем? — Рон, не преувеличивай роль младшего Малфоя, — вступила Гермиона. — Он был всего лишь папочкиной марионеткой. На роль злодея он не тянет. И к тому же, он так и не смог убить профессора Дамблдора, хотя на него давление оказывал сам Воландеморт. И тогда, в мэноре, нас не выдал, помнишь? Она успокаивающе гладила его по спине. — Может, ты и права, Гермиона, — Рон понуро опустил голову. — Делайте, как считаете нужным, — он мягко отстранился от девушки. — Я, пожалуй, пойду, — Рон виновато посмотрел на Гермиону. — Мне надо побыть одному. И он поспешно вышел за дверь. — Он очень тоскует по Фреду, — глаза подруги стали печальными. — Ему трудно смириться с его смертью. Гарри оцепенело молчал. Он тоже скучал по брату Рона. После смерти Фреда, его близнец Джордж впал в непроходящую депрессию и, казалось, семья потеряла не одного сына, а сразу двоих. Каждый день Джордж проводил на могиле брата, где медленно напивался. И к вечеру он просто лыка не вязал. От антипохмельного с негодованием отказывался — слишком велика была боль, чтобы переживать её на трезвую голову. Молли и Артур, в срочном порядке, отправили погибающего на глазах сына, в питомник драконов к старшему сыну Чарльзу. Это возымело эффект. Чарльз очень напоминал по характеру Фреда, и Джордж постепенно оттаял. Гарри задумался. Сколько горя принесла война. И Малфои стояли во главе организаторов всего этого. Он понимал, как отреагируют окружающие, если узнают, что их герой мило общается с сыном пожирателя. Но ведь Драко тоже жертва. Он же не мог бросить своих родителей. Он был ещё, по сути, ребёнком. — Но, Гарри, мы не должны жить прошлым, — Гермиона сжала руку парня. — Ты никого не предашь, если немного пообщаешься с Малфоем. Он ведь сейчас по сути одинокий, затравленный мальчишка. Хоть и хочет казаться независимым от ситуации. Гарри порывисто обнял подругу. Какая она все-таки умница! И мудрая не по годам. — Спасибо, что ты меня понимаешь! — прошептал он. — Всегда пожалуйста, Гарри, — улыбнулась она. * * * Наступило утро субботы. Гарри проснулся рано. На душе было радостно. Парень прислушался к себе. Неужели он счастлив оттого, что идёт на встречу с Хорьком? Не может этого быть! Или может? Да он просто рад, что Малфой, может быть, осознает свои ошибки и постепенно изменится. Нет, не то. Совсем не то. Перед глазами возник образ Малфоя. Кончающего Малфоя. Приехали. Член опять стоял колом. Надо уже честно признаться самому себе — змея хочется до мурашек. Предательское тело вдруг сбилось с правильного гетеросексуального направления и резко возжелало блондина. Блистательного блондина. Парня. Врага. Гомосексуалом Гарри не был. Его всегда возбуждали девушки. И Малфой. На других парней, как на сексуальный объект, гриф никогда не смотрел. Представить себя в одной постели с Роном, Симусом, Невиллом? Ужас. Тянет блевать от одной только мысли. А с красавчиком с Райвенкло Эдвардом Митчеллом, кажется? Невозможно, хоть он и смахивает на девушку. С Малфоем? О да-а! Член напрягся ещё сильнее, казалось ещё немного и лопнет. Гарри вспомнил, как сладко целовал его змей в душевой, и тихонько застонал. Возбуждение было настолько сильным, что закладывало уши. На девчонок у него никогда не было такой реакции. Только на Хорька. Может это извращение такое — желать трахнуться со своим врагом? Гарри принялся ожесточенно ласкать себя. Перед внутренним взором проносились горячие картинки с Малфоем в главной роли. Его глаза, кадык, ягодицы, прекрасные платиновые волосы. Как он целуется, а как кончает! М-м-м! Волна острого наслаждения накрыла Гарри с головой. Член, содрогаясь, выплескивал и выплескивал перламутровые тяжи на живот. Гриф тяжело, загнанно дышал, размазывая теплую сперму по кубикам пресса. Несмотря на яркий, мощный оргазм, член и не думал опускаться. Немного стимуляции, и стояк как новый! Этак он мозоли на руках натрет. Или член под корень стешет. Гарри снова вдохновенно замастурбировал, представляя Малфоя перед внутренним взором. Вот проклятье! От Хорька нигде нет покоя — даже в собственной кровати! Кончив второй раз, он обессиленно повалился на подушку. Если змей его так заводит, то как Гарри собирается с ним общаться? В присутствии блондина у него перехватывает дыхание и слова застревают в горле. Хорька хочется или задушить, или трахнуть. Третьего не дано. * * * Без десяти минут двенадцать Гарри зашёл в кафе. Малфоя ещё не было. Выбрав самый дальний столик, скрытый за щедро раскинувшей разлапистые листья пальмой, парень уселся и принялся ждать, нервно ерзая на стуле. Заказав у официанта кофе и пирожные, Гарри оглядел помещение кафе. Тихое, уютное место. Народу, несмотря на выходной день, было немного. Гарри снял очки. После битвы с тёмным лордом, когда он чуть не умер, его зрение полностью восстановилось. Видимо, умирая, Воландеморт каким-то образом поделился с грифом своей магией, не желая этого, конечно. А уж магия излечила своего хозяина. Зрение стало стопроцентным, и даже шрам стал практически незаметным. Но в министерстве попросили для сохранения бренда Героя, носить очки с простыми стеклами и пририсовывать себе знаменитый шрам. Хотя бы первое время. Потому что без очков и шрама мало кто узнавал его. Сейчас Гарри было на руку быть неузнанным. Он даже оделся не в своем обычном стиле. Свою чёрную мантию он сменил на щегольскую, с зеленоватым отливом, которую щедрой рукой одолжил ему Симус. Мантия невероятно шла Гарри, выгодно подчеркивая цвет его глаз. — О, а ты у нас, оказывается, красавчик! — воскликнул Симус, когда увидел Гарри в новой мантии и без очков. — Все-таки зря я тебе её одолжил, теперь все девчонки будут твои! Гарри улыбнулся воспоминанию о друге. Свое новое отражение в зеркале ему нравилось. Он всегда считал собственную внешность достаточно серой. Круглые очки добавляли в его образ нелепости, да и шрам не добавлял красоты. Сейчас же, его новый образ был под стать эффектному Малфою. По крайней мере, уже очкастым уродом он его точно называть не посмеет. Хлопнула входная дверь. Гарри вздрогнул и уставился на вошедшего. Это был Малфой, собственной персоной. Он холодным взглядом окинул помещение и чуть нахмурился. Замершего за пальмой грифа он не заметил. Позвать его по фамилии? Но уж очень она на слуху. — Драко! — окликнул Гарри уже развернувшегося к двери блондина. — Я здесь тебя жду! Малфой повернулся и хмуро уставился на Гарри. В его глазах мелькнуло узнавание, и он как-то хищно улыбнулся. Подойдя к столику, он грациозно присел в кресло напротив грифа, положив ногу на ногу. — Потти, ты ли это? — протянул Малфой, бесцеремонно разглядывая Гарри. — Тебя и не узнать! Научился одеваться хотя бы не в лохмотья? И снял свои дурацкие очки, наконец. В них ты был похож на глупую сову! — О, Малфой, ты мастер говорить комплименты, — гриф решил не вестись на провокации Хорька. — И хоть я не девушка, но все же польщен. Ты тоже неплохо выглядишь! — Оу, Потти, научился парировать? — Хорек ехидно скривился. — Ты делаешь успехи — даже научился связывать более двух слов в предложении. Такой прогресс! И, к твоему сведению, я выгляжу не неплохо, а великолепно! — Да, Малфой, ты неисправим, — усмехнулся Гарри. — Все такой же заносчивый Хорек-аристократ! Может мне умереть от счастья, что я лицезрею такое совершенство в твоём лице? — Сделай одолжение, Потти! — Малфоя похоже забавляла их перепалка. — Я был бы счастлив, если бы ты сейчас двинул копыта. По крайней мере, не нужно было бы выслушивать весь этот бред. — О, Драко! Видимо ты не настолько прекрасен, чтобы я мог на месте скончаться! — Гарри откровенно веселился. Малфой вдруг посерьезнел и, резко подавшись через стол, схватил Гарри за затылок и, притянув к себе, заговорщицки прошептал прямо в ухо парня: — Однако, моего очарования видимо хватило, чтобы кое-кто, однажды, обкончался в моих руках. А, Потти? Я помню, какой ты был ми-и-илый! Малфой резко отстранился и опять плюхнулся в кресло, как ни в чем ни бывало. — И еще, Поттер, не смей называть меня по имени. Ты не удостоен такой чести. Гарри подавил в себе желание встать и уйти. Зачем он вообще потащился на эту встречу? Чтобы снова выслушивать, как он отвратителен Хорьку? В данной ситуации он солидарен с Малфоем, что он самый настоящий гриффиндорский придурок. Но сдаваться гриф не намерен. — Извини, Малфой, — язвительно протянул Гарри. — Я думал, что после нашего бурного секса в душевой я имею право называть тебя по имени. Как истинный джентльмен, ты вообще-то должен на мне жениться. Малфой неверяще уставился на грифа и неожиданно рассмеялся: — Ох, Поттер, ты действительно отрастил себе жало? Или я сейчас проснусь? Ты пытаешься острить? Ты, конечно, жалок в этих потугах, но не безнадёжен! — Куда мне до тебя, Малфой? Твоего яда хватит на десяток гадюк, — Гарри стало весело. — Я же так, только рядом постоять. — Ну ладно, за то, что ты такой забавный, можешь звать меня по имени, — смилостивился Малфой. — К тому же это полезно для моей репутации. Гарри закатил глаза. Ну конечно, Малфои и их репутация. Зазнавшийся Хорек вообще потерял края. Даже не скрывает, что приперся на эту встречу только ради выгоды. Ну, хотя бы это честно. — Я счастлив, что смогу подлатать твою репутацию, — насмешливо произнёс Гарри. — Практически для этого и существую.