Кровь цвета ночи

      Звуки сигнального рога звонко бьют по ушам, заползают тревогой под ребра и змеей греются на сердце. Лекса так много раз слышала их в лесах, но никогда – в стенах Полиса. Она с беспокойством глядит на наставницу, на ее нахмуренные брови и взволнованный взгляд, напоминающий ее собственный. Натблида чуть сжимает пальцы на рукояти меча – ставшее таким привычным это движение всегда успокаивало ее.       Анья командует выходить. Ученица поднимается вместе с ней, идет след в след, почти не отставая.       Вне тренировочной комнаты суматоха. Кажется, на улицы вышли все, кто в это время пребывал в городе, отчего протискиваться сквозь толпу стало практически невозможно. Люди галдели и перекрикивались, пытаясь выяснить, что происходит. Говорили о том, что началась война, только вот с кем – не понятно. Говорили о том, что это переворот с целью захвата власти, но ведь все знают – только натблиды имеют законное право на Пламя. Говорили о том, что Хеда мертв, но Лекса знала – звук траурного рога звучит иначе; печально, а не тревожно.       Обычная дорога до тронного зала теперь заняла вдвое больше времени. У самых его дверей выстроилось не меньше дюжины стражей, а за ними слышались громкие, возбужденные голоса.       Их пропустили внутрь. Комната была почти пуста, не считая переговаривающихся в дальнем ее углу Хранителя, целителя и раненого Командующего. Поперек груди последнего тянулась длинная рваная рана, кровь из которой до сих пор продолжала капать ему на колени, но даже тьма крови не могла скрыть ужасного цвета кожи вокруг увечья – темно-фиолетовый.       - Яд… - прошептала стоящая рядом Анья, замирая на месте прямо посреди зала. – Он выживет?       Все присутствующие обратили свой взор на целителя. Тот медленно оглядел всех, но взгляд темных глаз остановил лишь на Лексе. От него девочка поежилась: целитель явно хотел, чтобы она увидела его сожаление, отчаяние, страх и боль.       Послушница медленно, словно во сне, подошла к трону. Ноги ее поскальзывались на темно-красной крови, сердце бешено стучало в груди, но взгляд оставался тверд. Лекса сжила пальцы Хеды, в ответ он приоткрыл мутные от боли глаза.       - Лекса… - прошелестел Командующий, прежде чем вновь погрузиться в забытье.       Девочка не знала, что сказать и что сделать, как помочь и как поступить. Она обернулась, надеясь найти поддержку в наставниках, но увидела лишь страх. Лекса подошла к ним, ловя остатки прерванных фраз; «увести», «спрятать».       - Что происходит? – задает вопрос она, переводя взгляд с Аньи на Титуса и обратно.       - Нам нужно тебя увести, - шепотом отвечает Хранитель и под локоть тянет за собой.       - Нет! – вскрикивает послушница, вырываясь ей его хватки. – Мы должны найти того, кто это сделал!       - Он почти убил Хеду, думаешь, что он сделает с тобой?! - шипит на нее Титус. Он всегда заботился о ней, но никогда не пытался уберечь от чего-то столь отчаянно.       - Я воин, к тому же натблида и послушница конклава. Никто не будет сражаться за меня. Кровь будет отомщена кровью.

***

      - Ты ведь не будешь совершать глупостей? – спрашивает Анья как можно непринужденнее, но в ее голосе Лекса все равно слышит беспокойство. - Если Хеда умрет, конклав должен состояться в полном составе.       - Не буду, ты ведь рядом, - усмехается послушница. Ее не покидает твердая уверенность в том, что погибнет она не сегодня и не так, а потому все волнение наставников ее так забавит.       Из оружейной они вышли в полной готовности: на груди легкий доспех, в сапоге пара ножей, в руках стальной меч, а на поясе охотничий рог. Но всем этом настояла Анья, сказав, что так проще будет открыть охоту на убийцу, который все еще оставался в городе, все выходы их которого были перекрыты.       Наставница привела Лексу на крышу. Вид с нее открывался потрясающий: дымка тумана шапкой покрывала далекие горы, серый массив рыночной площади, всегда усеянный людьми, сейчас пустовал, а над городом висел осязаемый страх.       - Смотри, - командует Анья, и девочка послушно следит за ее жестом.       По левую руку всего в паре сотен метров от них высилась башня. Ее шпиль разрезал небо, а сигнальный огонь терялся в облаках. Верхние этажи занимал командующий, послы, стражи и многие другие приближенные к трону, нижние же занимали торговцы и странствующие, но все остальное пребывало в запустении. Многие окна зияли пустотой и мраком, комнаты за ними пустовали со времен Высшего Пламя. Никто из ныне живущих никогда не бывал во всех частях башни, а потому никто и не мог сказать, безопасна ли она на самом деле.       - Чтобы поймать того, кто напал на Хеду, нам нужно выяснить, как он туда попал. А затем, как и выбрался, - снова подала голос Анья, продолжая оглядывать местность вокруг. За почти сотню лет вокруг башни разросся настоящий город. Первые здания, деревянные, давно покосились и были заброшены, а люди предпочитали селиться ближе к рынку и горячей еде. Но дома все еще стояли там, облокотившись на бетонное основание башни, прижимаясь к ней вплотную.       - Убийца мог пройти по крыше любого из них, - пожала плечами Лекса, всматриваясь в старые лачуги. - Но чтобы быть незамеченным, ему нужно было подняться как можно выше, чтобы зайти на тот этаж, на котором точно не будет стражей, - Анья молчала, но девочке и не нужно было подтверждение ее слов. Наставница давно воспитывала ее, а Лекса научилась быть внимательной. - Там!       Торговцы и их люди занимали пять нижних этажей башни, а значит, убийца бы искал вариант преодолеть их разом. Только одно здание вблизи позволяло сделать это: крыша его давно прогнила и обвалилась внутрь, но оно все еще было достаточно высоким и прочным, чтобы попасть в башню.       - Хорошо, Лекса, пойдем, посмотрим.

***

      Старые половицы страшно скрипели. Звук этот напоминал натблиде стоны раненых, от которых хочется заткнуть уши, но такой слабости она позволить себе не могла. Они с Аньей этаж за этажом просмотрели лачугу на предмет чего-то, что поможет им в поисках, но ничего не нашли. Оставался только последний этаж.       - Лекса, сюда, - послышался голос наставницы сверху.       Девочка в три больших шага преодолела лестничный пролет и подбежала к Анье. Та стояла у проема в стене, бывшее когда-то окном. Прямо над их головами в самое крепкое бревно был вбит кол с привязанной к нему веревкой, конец которой терялся в одном из окон башни.       - Так он забрался туда, - воительница вынула меч из ножен и уверенным движением отрубила один из концов каната.       - Да, но мы до сих пор не знаем, куда он направился дальше, - возразила послушница.       - Но можем узнать, - хитро улыбнулась Анья и указала ученице на темные капли крови, едва заметные на грязном полу.       Лекса довольно улыбнулась, чувствуя в руках приятное покалывание. Она чувствовала, что разгадка рядом, а значит, недалеко и правосудие. Убийца должен сполна отплатить за каждую пролитую каплю ночной крови.       Половицы сзади них снова заскрипели, а инстинкты сработали без промаха. Наставница и послушница резко обернулись, готовясь к обороне с оружием наголо.       - Не стоило вам приходить, - прохрипел крепкий мужчина с белой боевой раскраской на лице. Волосы и борода его спутались и покрылись коркой грязи, глаза впали, а губы беспорядочно шевелились, будто он беспрерывно говорил. Его некогда сильные руки зажимали глубокую рану на боку и до белых костяшек сжимали рукоять длинного ножа, на лезвие которого застыла темная кровь.       При виде ножа кровь в жилах Лексы закипела и она крепче перехватила подаренный Аньей меч. В голове тут же пронеслись все уроки по бою, стойкам и ударам, а затем вылетели из нее, будто и не было этих уроков. Колени девочки беспокойно задрожали, а на лбу выступил холодный пот.       - Твой Хеда боялся меня. А ты? – оскалился незнакомец, но ответить натблида ему не успела.       С громким криком Анья нанесла первый удар. На всю кажущуюся немощность мужчина все еще был силен. Он с легкостью отразил первые удары воительницы, даже не отступая ни на шаг, а затем нанес пару своих. Лекса переводила взгляд с одного мелькающего перед глазами клинка на другой, не в силах пошевелиться. В ней вдруг проснулась та маленькая и неуверенная девочка, не способная удержать в руках даже деревянный шест. А теперь в ее руках настоящий меч, а перед ней – настоящий убийца, заслуживший смерти.       Наставница с глухим стоном ударилась о дверной косяк и бессильно упала на пол. Страх обуял Лексу. Убийца почувствовал это и усмехнулся, обнажая гнилые зубы.       - Как сладко убивать темнокровных, - протянул он, занося руку для удара.       Но Лекса не собиралась так просто сдаваться. Может она и не может сражаться с ним на равных, но она все еще может его перехитрить. Девочка в мгновение ока сделала кувырок в бок, уходя от удара. Нож убийцы просвистел в миллиметре от ее уха. Поднявшись на ноги, Лекса приняла оборонительную стойку, а затем отразила первый удар.       От звона стали о сталь заложило уши, а от силы удара заныла рука. Это оказалось тяжелее, чем казалось. Ноги послушницы непроизвольно подогнулись, и она больно ударилась коленами о пол. Мужчина подошел к ней вплотную, схватил за волосы и с силой дернул назад, оголяя шею.       - Не так уж и хорошо тебя готовили, девочка, - усмехнулся убийца, надавливая клинком на незащищенную шею. Лекса чувствовала, как с каждой секундой клинок вгрызался в ее кожу все глубже, как по ключицам поползли первые капли крови и как с каждым мгновением она теряла рассудок.       Но внезапно все кончилось. Убийца вскрикнул от боли, когда Анья подсекла ему сухожилия. Рука с зажатым в ней ножом взметнулась вверх, царапая натблиде подбородок, но боли девочка больше не чувствовала. Она лишь вскочила на ноги, подобрала выпавший меч и с усилием погрузила его в грудь мужчины. Он вытаращил на нее свои глаза, губы его все еще шевелились, но сказать он уже ничего не мог.       - Вот и все, - прошептала Лекса, вынимая клинок из тела и вытирая его о грязную рубашку первого поверженного ею противника. – Кровь за кровь.