Гексада Антероса

      Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам.       Это было невыносимо!       Настойчивый барабанный стук буквально преследовал. Он пробирался под кожу, звенел в ушах, плавал в воздухе, словно живой. И, казалось, усиливался с каждой минутой, заставляя скрипеть зубами. Пытаясь отвлечься, Гарри все свободное время проводил либо на поле для квиддича, либо в библиотеке — в поисках информации об игре. Даже составил наконец треклятый план уроков на второе полугодие. Но...       Если еще вчера ему удавалось игнорировать этот зов, то сегодня...       Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам.       Барабаны стучали, гремели, требовали, чтобы он немедленно шел к Снейпу.       Игра звала. Она не давала покоя, не делала поблажек даже ночью, лишь звала — настырно, упрямо.       Со Снейпом Гарри не виделся уже два дня — с того злополучного вечера после педсовета. Обедать в Большой зал тот не спускался, в коридорах школы не появлялся. Он даже, насколько знал Поттер, отменил дополнительные занятия по Высшим зельям. Что было просто невероятно. Снейп — и отменил занятия!       Поттер себе позволить такой роскоши не мог. Студенты нуждались в постоянном присмотре. И хотя это не входило в его обязанности, Гарри не собирался подводить Макгонагалл, негласно доверившую ему заботу о гриффиндорцах. Поэтому, глядя на пустующий стул директора за обеденным преподавательским столом, Поттер искренне надеялся, что Снейпу так же трудно, как и ему самому.       Игра — будь она проклята! — настойчиво требовала продолжения.       Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам.       Гарри устало прикрыл глаза, потер переносицу, понимая, что дальше тянуть бессмысленно. Он прекрасно помнил, что на этот раз право бросать кубик принадлежит Снейпу. И был уверен, что тот воспользуется своим шансом отомстить. Однако, несмотря на всю противоречивость эмоций, идти к Снейпу категорически не хотелось. Поттер подозревал, что и на этот раз ничего хорошего их не ждет.       Самое странное, что прошлое путешествие для Гарри оказалось всего лишь забавным. Он не желал думать о том, чего стоило Снейпу подобное унижение. Снейпу, который не выносит чужих прикосновений. Снейпу, который терпеть не может его, Гарри. Хотя...       Он даже потряс головой, пытаясь избавиться от последней пришедшей на ум мысли. Нет, Снейп не мог желать Поттера в качестве любовника. Его возбуждение скорее можно было списать на естественную физиологическую реакцию, чем на реальную заинтересованность. Чего не скажешь о самом Гарри.       Перо в его руке с треском переломилось, чернила оставили на пергаменте отвратительное пятно.       Хватит!       Поттер никогда не пасовал перед трудностями. И не в его характере оттягивать неизбежное. И хотя Гарри не жаждал испытать всю силу мести Снейпа, он все же аккуратно собрал в стопку непроверенные работы учащихся и направился прочь из своей комнаты.       Путь по ночным пустынным коридорам Хогвартса показался ему слишком коротким, чтобы успеть взять себя в руки и успокоиться. Он-то наивно полагал, что в стенах школы с ним более ничего не может произойти. Видимо, зря.       Гаргулья, даже не потребовав пароля, проворно отскочила в сторону. Оттянув ставший неожиданно тесным ворот рубашки, Гарри ступил на лестницу. Оказавшись возле двери в кабинет, он откашлялся, пригладил волосы и громко постучал. Стоило ей отвориться, как Поттер тут же наткнулся на недобрый, требовательный и какой-то предвкушающий взгляд.       Очевидно, Снейп ждал его и точно знал, когда Гарри решится прийти. — Явились, Поттер, — насмешливо протянул он, откинувшись на спинку кресла.       Там-там-да-там, тум-да-да-там, та-да-там-дам.       Финальным аккордом истерично взвизгнули барабаны и смолкли.       Гарри передернул плечами, а Снейп едва заметно поморщился. Видимо, и он теперь слышал этот настойчивый зов.       На столе был разложен уже знакомый пергамент. Снейп крутил в руке игральный кубик, при виде которого сердце Гарри екнуло. — Вы ждали кого-то еще? — привычно ощетинился Поттер, пытаясь скрыть за бравадой нервозность. — Готовы?       Радовать Снейпа своей нерешительностью он точно не собирался. Выпрямившись и гордо вскинув подбородок, Поттер четко произнес: — Готов. — Не ведите себя как жертва на заклание, — фыркнул Снейп, — именно по вашей вине мы оказались по уши втянуты в эту игру. — Сколько еще раз вы это повторите? — устраиваясь в кресле напротив него, спросил Гарри. — Вы получаете удовольствие, обвиняя меня? — Я повторю это столько раз, сколько потребуется, чтобы вы наконец стали задумываться над последствиями своих поступков. Ваши любопытство, беспечность, неспособность трезво оценивать ситуацию не раз приводили к трагическому результату. Вы опасны для окружающих, Поттер. И это, — Снейп издевательски подкинул вверх кубик, упавший обратно на его раскрытую ладонь, — лишь подтверждение.       Гарри промолчал.       Осторожно, за уголок, он притянул поближе к себе пергамент. Хотелось внимательнее рассмотреть имеющиеся на нем рисунки. Полей по-прежнему было шесть. На одном — все тот же витиеватый орнамент, но уже заметно потускневший. Рядом с ним, как и запомнил Поттер, — море и чайки. На остальных — темный коридор с факелами, танцор в прозрачной одежде, решетка и... погост? — Это что? Кладбище? — указывая на последнюю картинку, спросил Гарри у молча наблюдавшего за ним Снейпа. — Да.       Поттер сглотнул неожиданно ставшую горькой слюну. Он помнил, чем для него иногда заканчивались посещения подобных мест. Возникшую мысль о происках Волдеморта Гарри отбросил как несущественную. Тот уже несколько лет был мертв, а игра позвала их только сейчас.       Поттер кинул быстрый взгляд на пустующий портрет Дамблдора. Возможно, тому что-то известно? От внимания Снейпа это, конечно, не укрылось. Понимающе хмыкнув, он съязвил: — Ждете подсказок? Так и не научились жить собственным умом? Хотя, помнится, мозгом вашей компании всегда была мисс Грейнджер.       Ну как — как! — Гарри мог забыть, насколько неприятен этот человек? Как он вообще мог ему сочувствовать?       Поттер едва сдержал рвущиеся нелицеприятные слова. Сейчас не время затевать очередной спор. — Я посетил библиотеку, — глядя Снейпу в глаза, четко произнес он. — О самой игре мне не удалось найти ни слова, как и о ее создателе — Антеросе. Гексада — цифра шесть — символизирует равновесие и гармонию. А что узнали вы? Вы ведь поэтому отменили занятия? Искали сведения?       Снейп как-то странно на него посмотрел. От этого взгляда Поттеру стало неуютно. Он поерзал в кресле. — Хм, мне тоже не удалось узнать ничего об Антеросе. Гексада олицетворяет собой союз мужчины и женщины — что не имеет к нам никакого отношения. И является символом пространства — что более вероятно. Тем не менее я не понимаю, как эта вещь, — Снейп, брезгливо поморщившись, указал на шкатулку, — появилась в моем кабинете. — Ее не могли вам подбросить? — В мое отсутствие никто не сможет попасть внутрь. — А... — При мне, Поттер, никто, кроме вас, не лазил по шкафам.       Идеи о том, как игра оказалась у Снейпа и почему она настойчиво позвала их, у Гарри закончились. Побарабанив пальцами по столу, он повторно осмотрел все рисунки. Интересно, куда их сегодня перенесет? — Кидайте, — тихо сказал он.       Снейп небрежным движением швырнул кубик на пергамент. На секунду зависнув в воздухе, тот упал. На этот раз — на поле с чайками. Рисунки тотчас исчезли. Но, как успел заметить Гарри, ни приветственная надпись, ни условия игры больше не появились.       А неведомая сила подхватила и повлекла их сквозь время и пространство.       Гарри снова неудачно приземлился — на какой-то дощатый настил. Он завертел головой, пытаясь понять, куда их выбросило. Но яркое полуденное солнце нещадно слепило, очки потерялись, поэтому Поттер практически ничего не видел.       Двинуться с места у него не получалось. Точнее, ему не удавалось освободить руки, чтобы развернуться и оглядеться. Он стоял на коленях, обхватив деревянный столб, к которому его кисти были крепко привязаны веревкой.       Крики чаек, рокот волн, хлопанье парусов, скрип дерева, ругань и смех окружили его. И Гарри догадался, что находится на корабле в открытом море.       Рядом послышались шаги. Щурясь, он попытался рассмотреть подошедшего человека. Прямо перед носом оказались ноги в высоких кожаных сапогах. Гарри поднял взгляд выше и увидел плотно обтянутые брюками узкие бедра, замысловатую пряжку ремня, распахнутую на груди белоснежную рубашку и богато расшитый жилет. В руке мужчина держал скрученную плеть, концы которой свисали до самой палубы. Гарри сглотнул и, задрав голову выше, уставился ему в лицо. Снейп — а это был именно он — хмуро смотрел на него с высоты своего роста.       Сильный порыв ветра мгновенно надул паруса и разметал волосы Гарри. Корабль ощутимо качнуло. Поттер поежился от неприятного холода, пробиравшего до самого нутра. На нем были лишь холщовые короткие штаны, белье под которыми явно отсутствовало. Грубая ткань нещадно натирала кожу.       На этот раз именно Гарри чувствовал себя отвратительно — уязвимым и растерянным. И мрачный взгляд Снейпа точно не предвещал ему ничего хорошего. — Поттер, я не могу выбросить плеть. Понимаете, что это значит? — он смотрел без капли сочувствия, но и без торжества. Снейп был предельно сосредоточен, и это, пожалуй, нервировало даже больше зависимого положения Гарри. — Да, — он дернул связанными руками.       Члены команды корабля, лиц которых, как и прежде, рассмотреть не получалось, обступили со всех сторон, заключив их в круг. Они смеялись, кричали, требовали скорее начинать. — Вздернуть его на рее! — Пустить на корм рыбам! — Всыпьте ему как следует, капитан!       Очевидно, это были не реальные люди, а сама игра таким образом наблюдала за происходящим. — Знаете, Поттер, мне не доставляет удовольствия причинять боль — физическую, разумеется. Но сейчас придется сделать исключение, — Снейп говорил медленно, словно взвешивая каждое слово. — Потерпите. — Давай закончим с этим побыстрее, — хрипло пробормотал Гарри, понимая, что они, как и в прошлый раз, оба стали заложниками ситуации. И Снейпу в любом случае придется его выпороть. — Считайте удары. Это поможет вам, — Снейп встряхнул рукой, распутывая плеть, а после усмехнулся: — Ваш папаша был бы в восторге оттого, что я займусь воспитанием его сына. — Хватит мне о нем напоминать! — вскинулся Гарри, но тут же осекся, встретившись со Снейпом глазами. — Почему же? Вы в прошлый раз вдоволь поиздевались надо мной, теперь моя очередь. Не забывайте считать, Поттер.       Сделав шаг назад, Снейп коротко замахнулся. Свист плети — и спину Гарри обожгло острой болью. Он резко дернулся, сдирая кожу на запястьях о веревки, и зло выдохнул сквозь зубы: — Раз.       Гарри застыл в ожидании второго удара, но тот так и не последовал. Снейп обошел его, становясь с другой стороны. — Чувствуете, Поттер, что от вас ничего не зависит? Унижение, быть может? Я ощущал нечто подобное всю свою жизнь, — горько сказал он.       Новый удар. Еще одна порция слепящей боли. Гарри прижался пылающей щекой к смолистому дереву мачты, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Он не смотрел по сторонам и видел перед собой лишь яркое голубое небо с белыми крапинами чаек на нем. — Два, — просипел он, чувствуя как холодные липкие капли пота стекают вдоль позвоночника.       Гарри старался не думать о боли и о том, что он сейчас предельно уязвим и абсолютно беспомощен. И если Снейп захочет его убить, никто ему не помешает. Стало страшно. Страшно находиться во власти человека, который его ненавидел.       Снейп нагнулся, разглядывая малиновые полосы, появившиеся на спине Гарри. Того заметно передернуло, когда он ощутил горячее влажное дыхание на свежих, оставленных плетью следах. Ему казалось, что Снейп получает удовольствие от зрелища поставленного на колени Поттера.       Свист плети. Гарри застонал и повис всем своим весом на связанных руках. — Считайте, — голос Снейпа звучал глухо и надломленно. — Три, — выдохнул Гарри.       Спина горела огнем, воздух с трудом проникал в легкие, голова кружилась, а в ушах оглушительно шумела кровь. Пот заливал глаза, и все окружающее смешалось для Гарри в единое цветное пятно.       Свист. Боль. Булькающий смех наблюдающей за ними команды доносился словно из-под толщи воды. — Четыре, — губы Поттера дрожали, с них на доски палубы падали капли то ли слюны, то ли пота.       Снейп придвинулся еще ближе, так что Гарри смог рассмотреть его побелевшие от напряжения костяшки пальцев, с силой стиснувших рукоять плети. — Вы в порядке, Поттер? — слова Снейпа падали в пространство, сливаясь с плеском волн, разбивающихся о деревянный борт корабля.       Гарри пытался отдышаться. Он не понимал, о чем говорит Снейп и что тому нужно. В голове было абсолютно пусто.       Плеть немилосердно жалила распоротую, воспаленную кожу. Снова удар. Короткий и злой. — Пять, — застонал Гарри и тут же услышал звук упавшей на палубу плети.       Снейп облегченно выдохнул. Он присел на корточки и за подбородок приподнял голову Гарри, пытаясь заглянуть тому в лицо. Отметил его подрагивающие губы, слипшиеся от соли ресницы и глаза... полные растерянности и тревоги. — Облейте его водой, капитан!       Рядом раздались торопливые шаги и тихий плеск. Поттер подумал, что сейчас станет легче: вода охладит разгоряченную кожу и уймет боль.       Сверху на него обрушился ледяной поток, и Гарри громко вскрикнул. Соль разъедала свежие отметины от плети. В наступившей тишине грохот покатившегося по палубе ведра показался оглушительным. — Поттер! — Он почувствовал, как Снейп осторожно распутывает веревки и растирает его затекшие руки. — Поттер, вы меня слышите?       Молча оттолкнув его, Гарри встал, пошатываясь и тяжело опираясь на мачту. Каждое движение отдавалось болью во всем теле. В ушах звенело, а во рту ощущался горький привкус желчи. Перед глазами по-прежнему плавали цветные круги. Пот градом катился со лба.       Кто-то из команды поставил перед ним другое ведро и швырнул под ноги тряпку. — Драй палубу! — последовал чей-то приказ.       Поттер даже не задумался о том, что будет, если он его проигнорирует. Он посмотрел на Снейпа. Тот, напряженно застыв, стоял рядом. Его бледное лицо казалось посеревшим и осунувшимся. — Воспринимайте это как еще одну отработку, — тихо сказал Снейп.       Гарри медленно, чтобы не потревожить спину, опустился на колени и взялся за тряпку. Ополоснув ее, отжал. По рукам потекла холодная вода, но он не обратил на это внимания.       Снейп уселся на бочку из-под пороха, уперев каблуки сапог в свернутый канат. Выудил откуда-то трубку и, медленно выдыхая кольца дыма, принялся бдительно наблюдать за действиями Гарри. Его взгляд — темный и тревожный — изрядно нервировал. Но он молчал, и Поттер был ему за это благодарен.       Унизительная порка закончилась, но задание игры еще не завершилось. Периодически стирая предплечьем пот со лба, Поттер продолжал скрести палубу. Ему казалось, что ее никогда не драили. Повсюду — засохшие пятна крови и масла, а также соляные разводы. Он занозил себе руки, разодрал кожу на коленях. Все тело невыносимо ныло. Да и израненная спина не давала забыть о себе ни на секунду.       Члены команды корабля пристально следили за мучениями Гарри. Они смеялись, потягивая какую-то бурду из бутылок. Снейпу тоже предложили выпить. Он покрутил сосуд в руке, принюхался, но пробовать не стал.       А Поттер все тер и тер, пока вода не становилась противного бурого цвета. Тогда он менял ее, привязав ведро к веревке и черпая свежую порцию за бортом.       Гарри облизал пересохшие губы — за глоток хоть какой-нибудь жидкости он сейчас бы многое отдал. Не успев закончить работу, спустя некоторое время он с облегчением почувствовал, как их дернуло обратно.       Они снова очутились в кабинете Снейпа.       С трудом перебирая руками и ногами, Гарри поднялся с пола. К его воспаленной спине тут же прилипла рубашка. Казалось, что кожа под ней превратилась в одну большую, постоянно ноющую ссадину. Пошатываясь, Поттер побрел к двери. Все, о чем он сейчас мечтал, — это побыстрее попасть к себе в спальню, где можно будет снять всю одежду, рухнуть на кровать и вдоволь выспаться. — Постойте, — окликнул его Снейп.       Гарри упрямо мотнул головой и прохрипел: — Мы не в игре, Снейп. Так что идите к черту! — Поттер, я все еще являюсь директором школы и вашим непосредственным начальником. В таком состоянии вы неделю не сможете выполнять свои обязанности. Вашу спину необходимо срочно осмотреть. — Обращусь к мадам Помфри. От вас мне ничего не надо.       Гарри медленно, но упорно продвигался к выходу, хватаясь по пути за попадающиеся под руки предметы. С жутким грохотом свалилась вешалка для одежды. — Поттер! — не сдержавшись, рявкнул Снейп. — Как вы собираетесь объяснять наличие на вашей спине характерных отметин от плети? Скажете, что упали неудачно?       Снейп с силой хлопнул по створке двери, не позволяя Гарри выбраться из кабинета. — Я предлагаю вам помощь, а вы опять строите из себя безмозглого героя, привыкшего самостоятельно справляться с трудностями! Но раз уж мы оба оказались втянуты в эту игру, дайте мне обработать ваши раны.       Сил и дальше сопротивляться у Гарри не осталось. Поэтому, подчинившись, он позволил подвести себя к небольшой кушетке. Снейп наколдовал чашку с водой и протянул Гарри. Тот молча схватил ее. — Снимайте мантию и рубашку. И ложитесь, — приказал Снейп, не глядя на жадно пьющего Поттера, и скрылся за одной из неприметных дверей, ведущих в его личные комнаты.       В отсутствие Снейпа Гарри немного расслабился. Он даже не сразу отер стекающую по подбородку воду — так ему хотелось пить. Потом, ругаясь и шипя сквозь зубы, осторожно стянул одежду. Поудобнее устроился на кушетке, уткнувшись носом в ворсистую обивку, сморщился от боли и глухо застонал.       Появившийся через пару минут Снейп осмотрел его измученную спину и, пробормотав что-то себе под нос, принялся за лечение. Тонко и остро пахнуло душистым бальзамом, который Снейп скупыми, аккуратными движениями наносил на покрасневшую кожу. Видимо, мазь оказалась с охлаждающим эффектом, так как уже спустя несколько мгновений Гарри почувствовал, что жжение и боль отступают. — Приподнимитесь и перевернитесь. Мне надо посмотреть, остались ли необработанные раны на боку.       Гарри хотелось истерично рассмеяться. Два дня назад он сам говорил нечто подобное, когда они находились в ванной комнате. Но некоторые подробности того вечера остудили это желание. Сейчас он понимал и воспринимал все эмоции, которые тогда испытывал Снейп. И ему стало не до смеха.       Этот раунд игры окончился, но Поттер продолжал ощущать себя уязвимо. Возможно, даже больше, чем в тот момент, когда он стоял на коленях. От наступившего облегчения Гарри готов был поблагодарить эти жесткие пальцы, которые неожиданно подарили ласку и покой. Хотелось выгнуться, подставляя наиболее чувствительные места.       Это какое-то безумие. Он лежал на кушетке в кабинете Снейпа, полуобнаженный и разомлевший. Сильные руки ловко обматывали его торс бинтами. Стоило сделать всего лишь одно движение, и он оказался бы в объятиях Снейпа. Смог бы ощутить его тепло. И Гарри едва сдержался, чтобы не качнуться назад и не прижаться спиной к твердой груди.       Это было так странно, что Поттер предпочел все списать на свое шоковое состояние. — Все, — сипло сказал Снейп и отстранился. — Утром снимете бинты. Некоторое время спина будет чесаться, но раны заживут полностью. Шрамов у вас не останется. — Спасибо, — поблагодарил Гарри.       Он осторожно сполз с кушетки и принялся одеваться. — Не за что, — Снейп не смотрел ему в глаза. — Я дам вам жаропонижающее и обезболивающее зелья, чтобы вы смогли поспать этой ночью.       Он протянул фиалы с лекарством, а также подал банку с мазью. — Обработаете колени, запястья и ладони самостоятельно. — Хорошо, — пробормотал Гарри, не зная, что еще сказать. — Я, пожалуй, пойду. — Да, я вас больше не задерживаю.       Поттер направился к двери, но, уже взявшись за ручку, не выдержал, обернулся и спросил: — А почему вы не свели свои шрамы?       Снейп дернулся и зло бросил: — Идите, Поттер, мне нечего вам ответить.       Гарри медленно брел к себе в комнату, стараясь делать поменьше движений. И с ненавистью отмечал, как пока еще тихо, на самом пределе слышимости, уже стучат барабаны, призывая вернуться в игру.       Продолжение следует...