Шутка

Как такое могло произойти, Рин не очень понимал. У него всегда была мечта, которую бросать он не собирался. Рин хотел обойти всех в плавании и выиграть национальный чемпионат. Потому что этого не смог добиться его ныне покойный отец. В младшей школе посреди учебного года Рину пришлось перейти в школу Иватоби. Он знал, что там имеется плавательный клуб. Да еще и были там интересные ребята, с которыми можно было бы проплыть эстафету. Но правда в том, что, узнав этих ребят поближе, Рин был восхищен. Разумеется, более всего его восхитил странный тихий пацан, который будто бы жил водой. Харука Нанасэ, как Рин узнал позже, просто обожал воду. Его не интересовали время и победы. Он плавал лишь вольным стилем и, как сказал Макото, друг Хару, наверное, в такие моменты он чувствовал себя абсолютно свободным. Несомненно, с Хару очень хотелось бы проплыть эстафету, но вряд ли тот согласится, в силу своего характера. В воде Хару был очень похож на дельфина: такой же легкий, плавный и недоступный. И это восхищало Рина. Ему казалось, что Хару совсем не такой, каким хочет казаться окружающим, а потому хотелось лучше узнать этого паренька. А еще, вскоре Рин понял, что он прав, но другую сторону Хару знает лишь Макото. От этого становилось обидно, и Рин дал себе обещанье раскрыть Хару. Годы шли, а восхищенье Хару не проходило. Каждый раз, думая о нем, Рин ощущал прилив восторга. Дабы продолжать совершенствоваться, Рин уехал в Австралию. Он надеялся, что там, среди профессионалов, Хару больше не будет его так восхищать. Но ошибся. Несмотря на то, что пловцы, несомненно, были лучше, чем Хару в этом виде спорта, Рин отметил, что в них нет той свободы и грации, что появлялась в Хару, стоило ему оказаться в воде. Хару… Хару… И почему все мысли сводятся именно к нему? Каждый свой шаг Рин мысленно сверял с шагом Харуки. Он смотрел на воду и будто видел в ней синие глаза. Всюду Рину слышался немного холодный голос, и вскоре он и сам стал разговаривать с этим призраком прошлого. Было такое ощущение, что Рин сходит с ума. Немного пугало, но к такому быстро привыкаешь. Когда же именно восхищение переросло в зависимость, Рин не знал. *** Родная Япония — страна восходящего солнца! Как же Рин неимоверно скучал по ней. Все вокруг искрится и переливается разноцветными огоньками. Конечно, ведь через три дня Новый Год! Рин молча бредет по заснеженной улице, любуясь предпраздничной суетой вокруг. С самого детства Новый Год был для Рина особенным праздником. Он и сам не понимал, почему, но так уж сложилось в семье Мацуока. Рин идет, не глядя по сторонам, и, разумеется, не уходит от столкновения с каким-то парнем. Хочется сразу же накричать, чтобы этот придурок разул глаза, но, подняв голову, сталкивается взглядом с изумленными изумрудными глазами. — Макото? — удивленно спрашивает Рин. Взгляд изумрудных глаз впивается в Рина, а губы парня сами собой расползаются в улыбке. — Рин? — а вот в голосе его звучит плохо скрытое недоверие. — Что ты здесь делаешь? — На Новый Год я вернулся сюда. Пройдемся? — к чему он это предложил, Рин и сам не знает. Макото немного удивляется такому предложению Рина, но не отказывается с ним прогуляться. Ощущение Рина поблизости немного удивительно. Раньше Макото никогда не гулял вот так вот с Рином один. Разумеется, всегда с ними был и Харука, а часто еще и Нагиса. — Почему ты не сказал, что приедешь? — вопрос застает Рина врасплох. — Ну так уж получилось, — хмуро отвечает Рин. — Я, знаешь ли, не хочу встречаться с Хару. Макото бросает на Рина удивленный взгляд, но ничего не говорит. Отношения Рина и Хару всегда были немного странными. Кажется, Хару всегда недолюбливал Рина, считая, что тот слишком уж зациклен на победах. Рин же, в свою очередь, никогда не понимал Харуку и его вольный стиль. — На самом деле, я бы хотел взглянуть на него издалека… — негромко замечает Рин, но Макото слышит его. — Эй, Макото, Хару сильно изменился с того времени? — Нет, — Макото смотрит в небо и чуть улыбается. — Сомневаюсь, что Хару когда-нибудь изменится. Да я и не думаю, что ему следует меняться. Хару — это же Хару. И Рин соглашается. Да, если Харука изменится, то это будет уже не он. А такого поворота Рину очень не хочется. — Ты сказал, Рин, что не хочешь видеть Хару. Поссорились, что ли? Может, все же зайдем к нему? Он будет рад тебя видеть. Заманчивое предложение! Но воспользоваться им никак нельзя. Ведь Хару ни в коем случае не должен узнать о зависимости Рина от него. А впрочем, зачем же Рин тогда приехал в Японию? — Нет, — качает головой Рин. — Не хочу. Знаешь, там в Австралии, я сильно скучал по нему. Ну и по вам, конечно, тоже. Макото тяжело вздыхает и прикрывает глаза. Да, несмотря на то, что отношения между Рином и Хару, несомненно, странные, они были явно несколько теплее, чем между другими. Возможно, они сильно отличаются от отношений с Макото. От этого становится немного грустно. Макото привык быть для Хару кем-то особенным, но он всегда знал, что тот неимоверно скучает по Рину. Пусть и не говорит об этом. Это же, собственно, Хару. Впрочем, ревновать друга к другому другу вообще немного странно. — Макото? — Рин бросает на друга удивленный взгляд. — О чем задумался? — Все нормально, — тепло улыбается Макото. — Говоришь, скучал по Хару? Почему тогда не позвонил и не написал ему? Он тоже скучает, — подумав, добавляет Макото. — Знаешь, Макото, с Хару все слишком сложно. Иногда мне кажется, что я его ненавижу… Или же нет? Удивительно, но Макото ничуть не удивляется этим словам. Ему не привыкать к подобному. Такие размышления были частыми гостями в его доме. Верно, Хару тоже так говорил, думая, что Макото не слышит и не понимает ничего. — Это любовь, — серьезно говорит Макото, скрывая смущенную улыбку. Рин давится колой, которую приобрел по дороге, и долго кашляет, пытаясь переварить услышанное. — Не шути так! — наконец отдышавшись, фыркает он. — Не смешная шутка. Любви между парнями не бывает. Он просто друг. Что странного в том, что я скучал по нему? — Совсем ничего, — смеется Макото, про себя отмечая, что все и так понятно. В том, что Рин скучал — ничего странного. А вот то, что Рину иногда кажется, что он ненавидит Хару, это любовь. От любви до ненависти один шаг. — Макото, мне пора, — внезапно замечает Рин, смотря на часы. — Не говори ему, что видел меня, ладно? — Хорошо, — отвечает Макото. — Но я считаю, что это неправильно. Ты все-таки должен с ним встретиться. Пока. — Пока, — кивает Рин и уходит в никому неизвестном направлении. *** Вернувшись домой в очень задумчивом настроении, Макото вдруг вспоминает, что из-за Рина забыл, что должен зайти к Хару, ибо тот, немного приболев, не пошел сегодня в школу. По привычке Макото уже не стучится, а входит сам с заднего входа. Он почти уверен, что Хару опять отмокает в ванной. Интересно, он вылезает из нее только чтобы сходить в школу? К огромному удивлению Макото, в ванной хозяина дома нет. — Хару! — обеспокоенно кричит Макото. — Ты дома? Откуда-то из другой комнаты слышится негромкий шум и Макото идет на этот звук. Теперь он не уверен, что все хорошо и что Хару просто решил откосить от школы. — Хару? — зовет Макото, осторожно входя в комнату. Раньше Макото, конечно же, бывал в этой комнате. Спальня Хару просторная и в ней царит полный минимализм. Кроме кровати и тумбочки с настольной лампой в комнате нет ничего. — Макото? — голос звучит немного глухо и хрипло. — Привет. Ты чего зашел? Если честно, Макото немного удивлен видом друга. Комната погружена во мрак, но он видит бледное с болезненным румянцем лицо парня, лежащего на кровати. Похоже, что Хару и правда приболел. В груди постепенно начинает расти нешуточное беспокойство. Ведь иногда Хару так похож на вредного и непослушного ребенка. — Тебя же не было в школе. Вот я и занес конспекты, — улыбаясь, говорит Макото. — Спасибо… — слабо выдыхает Хару. — Чай будешь? Я сейчас приготовлю, — он с трудом приподнимается, и Макото испуганно выдыхает, качая головой. Ну что за сумасбродный парень? Видно же, что ему плохо. — Хару, — Макото мягко, но настойчиво велит ему снова лечь. — Если ты не против, я сам. К тому же, сдается мне, что ты сам не завтракал и не обедал. Что-нибудь будешь? — Нет… — все так же слабо отвечает Хару, не поднимая глаз на Макото. Макото снова вздыхает и идет на кухню. В этом доме он уже давно не чувствует себя как гость. Шутка ли, парни дружат еще с дошкольного возраста, а ведь сейчас уже старшая школа подходит к концу! К слову, он знает, что у него дома Хару так же не считает себя гостем. Разница лишь в том, что Макото живет с родителями, братом и сестрой, а Хару один. Макото всегда хотел быть для Хару кем-то особенным. И даже, наверное, стал им. Ведь кроме него никто не знает, каков настоящий Хару. Никто не знает, насколько Хару может быть ранимым и по-детски обидчивым. А также только Макото знает, что за холодной маской безразличия скрывается чуткий парень, постоянно беспокоящийся за всех своих друзей. А еще Макото знает, что Хару влюблен. И все бы ничего, если бы Макото не догадывался, что тот влюблен совсем не в милую девушку. Глупо. Но Макото не осуждает Хару. Ведь он и сам такой. Влюбиться в своего лучшего друга, что может быть глупее! Прекрасно зная, что Хару видит в нем лишь лучшего друга, Макото просто пытается всегда быть рядом с ним, ни за что его не осуждая. — Вот, — Макото приносит чай в комнату и ставит на тумбочку. — Если не хочешь, можешь не есть, но, когда болеешь, нужно больше пить. Так что давай. Хару поднял взгляд на Макото, и его губы тронула едва заметная улыбка. Все-таки ужасно тяжело болеть, когда некому за тобой присмотреть. — Хару-чан, как же ты, скажи, умудрился заболеть? И как ты себя сейчас чувствуешь? — Что еще за «чан»? — пытается возмутиться Хару, но звучит не очень убедительно. — Просто вода, оказывается, еще очень холодная. — Хару! — теперь уже возмущенным выглядит Макото. — Разумеется. Ведь сейчас же зима! Как можно быть таким беспечным! — Я просто хотел поплавать, — упрямо говорит Хару. — Мне нужно было отвлечься от ненависти… И Макото понимает его и больше не отчитывает. А смысл? Вряд ли Хару прислушается к чьим-либо словам. Он всегда был слишком своевольным. Все из-за стиля плаванья, выбранного им. Ну с этим ничего не поделать. Слишком сильно Хару любит свободу. Но не только свободу. Есть и человек, который невольно заставляет Хару вести себя подобным образом. — Рин тоже говорил о ненависти, — на автомате говорит Макото. Разумеется, он не собирался вовсе рассказывать о встрече с Рином. Ведь тот же просил. Но скрывать что-либо от Хару и обманывать того Макото просто ненавидел. Ведь друзья же не должны так делать. Секреты разрушают отношения. Эта истина давно всем известна. — Рин? — Хару давится чаем и долго откашливается. — Ты разговаривал с Рином? Макото, ответь, прошу, — редко Хару просит так отчаянно, и Макото сдается. — Если поешь, расскажу, — глупый шантаж, конечно, но Хару ведется и кивает. Макото приносит с кухни тарелку со скумбрией, приготовленную им у себя дома, и ставит ее перед Хару. — Рин приехал на Новый Год, — начинает Макото, наблюдая, как Хару медленно жует. — Я встретил его совершенно случайно. Он в меня врезался, — он внимательно следит за эмоциями на лице Хару. Многие, кто совсем не знает Хару, думает, что он всегда безразличен ко всему. Но это не так. И Макото может различить все эмоции, скрытые Хару от этого прогнившего мира. — Говорили мы не долго, но он сказал, что скучал по нам, особенно по тебе. Но, почему-то, Рин избегает встречи с тобой. Я предлагал ему, но он отказался. Вот, — Макото замолкает, глубоко вздыхая. Он видит, что Хару серьезно обдумывает информацию, и надеется, что тот решится наконец разобраться с этой проблемой. — Ну и пусть. Его право, — безразлично говорит Хару, отставляя тарелку в сторону. — Спасибо. — Господи, — Макото хватается руками за голову. — Вы похожи на двух идиотов! Оба говорите, что ненавидите друг друга, но сами-то вы должны понимать, что это не так! — он и сам не понимает, почему взорвался, но пути назад уже нет. — Вы что творите? Вы же заставляете друг друга страдать! Хару! Я не могу этого вбить в голову Рина, но ты-то адекватный человек! Пойми же. Вам, несомненно, нужно встретиться и все обсудить. — Заметив, что Хару как-то странно на него смотрит, Макото замолкает в нерешительности. Он и сам понимает, что зря вспылил, и что он не должен был всего этого говорить, но смотреть, как Хару молча страдает, становится по-настоящему больно. — Не кричи, Макото, пожалуйста, голова раскалывается, — негромко просит Хару, массируя виски. — Прости, Хару, — тут же испуганно отзывается Макото. — Я не хотел делать тебе больно. Хару тяжело вздыхает и заваливается на подушку, потому что голова постепенно тяжелеет. — Хару? — Макото тут же подлетает ближе, но тот останавливает его. — Все нормально. Правда, — хрипло говорит Хару. — Не смертельно. Просто голова немного болит. Побудь еще немного здесь, — просит так, будто бы не знает, что Макото останется, даже если Хару открытым текстом попросит его уйти. Макото не задумывается о том, что, наверное, в доме у Хару все же есть стулья, и просто садится на пол, опираясь спиной на кровать. И правда, Дельфин, словно больной ребенок. А заботиться о нем и некому. Но Макото, в общем-то, и не против. Если Хару вдруг станет хуже, всегда можно позвонить своей матери и попросить ее помочь. Семья Тачибана ведь очень хорошо относится к этому парню. Раньше мать Макото всегда заботилась и о Хару, как о собственном ребенке. Ведь его родители еще с первого класса средней школы переехали работать за границу, оставив сына на попечение родственников, но те лишь изредка приезжали проведать ребенка. К слову, Рен и Ран, брат и сестра Макото, зовут Хару «братик» именно потому, что он постоянно находится где-то поблизости от их родного брата. — Знаешь, — из мыслей Макото выдергивает задумчивый голос за спиной, и он прислушивается. — может, ты и прав. Ну… в отношении меня и Рина. Думаешь, стоит встретиться с ним? Макото поворачивается, чтобы видеть Хару, и, улыбаясь, кивает. — Я знаю, что не в праве советовать тебе, а тем более заставлять тебя, но, думаю, стоит. Хару молчит и не открывает глаз, но через пару минут, в свою очередь, кивает, как бы соглашаясь. — Ты единственный, кто имеет право советовать мне и заставлять или запрещать что-то сделать, — вдруг говорит он. — Я ценю это. А вот Рину не позволю таких вольностей. Ведь я же плаваю только вольным стилем! Макото тепло смеется и осторожно касается лба Хару рукой, чтобы проверить его температуру. Ведь другого объяснения таким откровенностям быть не может. — И правда горячий, — обеспокоенно замечает Макото. — Нужно сбить температуру. Какие-нибудь лекарства есть? — в голосе шатена звучит тревога. — Не нужно, — Хару не дает Макото куда-то уйти за лекарствами. — Я немного посплю. Не уходи, — и Макото остается с этим беззащитным парнем, тревога за которого не дает ему сейчас сидеть спокойно.