Вот так ты начинаешь войну

POV Маршалл

      Целая вечность проходит с того момента, когда я остался в психушке, провожая взглядом Алекса и Сагию. Наш идеальный план сработал даже в мелочах — я был выпущен на свободу с диагнозом «невиновен», но, как я и предполагал, мне запретили покидать территорию города в ближайшие полгода, пока будут расследовать дело. Я нужен им — так они мне объяснили, не желая признаваться в том, что они до сих пор считают меня виновным. Ну да, я осложнил все поначалу, взял вину на себя, но на меня нет ни одного прямого указателя, поэтому они оказались в пролете. Но дело в конечном итоге оказалось выполнено — о Сагии, как возможном преступнике, они забыли. Видимо, сильно впечатлила ее роль жертвы, спасающейся от настойчивого внимания своего неадекватного преподавателя.       Спустя месяц беготни по судам и следствиям, я выпущен на волю с маячком на ноге. Ну знаете, на случай, если я все-таки окажусь серийным маньяком и решу делать ноги.       Теперь я могу вернуться в свою обычную человеческую жизнь на Земле. Конечно, в ад мне дороги пока закрыты, поэтому я отчаянно надеюсь, что Сагиа уже научилась спускаться в преисподнюю и гонять там моих шальных подопечных.       Сексуальное желание, как бы мне не хотелось затолкать его в самые отдаленные извилины мозга, не делось абсолютно никуда, но когда Сагиа не маячит перед моими глазами каждую минуту, шевеля своей аппетитной задницей и не облизывает свои пухлые губки, глядя на меня, я научился более-менее контролировать себя. Не уверен, что это получится у меня после того, как я все-таки зайду в колледж, в котором мне придется сталкиваться с ней раз за разом, бороться с самим собой, изнемогать от желания, затмившего все мои мысли. По крайней мере, я хотя бы попытаюсь.

***

      Проталкиваюсь через пьяные толпы подростков, зажигающих на танцполе до упаду. Потные, полураздетые тела прилипают к другим не менее потным телам, что вызывает во мне лишь чувство отвращения.       Я брезгливо морщусь, прикрывая глаза рукой от яркого света, то и дело поворачивающего в мою сторону и ослепляя так, что теряешься в пространстве. Я и так плохо соображаю, не хватало еще ослепнуть. Земля под ногами уже давно начала набирать обороты, вынуждая меня идти так осторожно, чтобы не упасть.       В горле начинает першить от сухости. Пульс зашкаливает. Я тяжело дышу. В мое сознание настойчиво прорывается оглушающая музыка, раздающаяся во всем клубе с гремящим грохотом (Прим. JRND & VMK feat. Kedo Rebelle — Make Dem). На какой-то момент мне даже кажется, что это пою я.       Останавливаюсь, чтобы понять, где я. По идее, я шел к выходу, но, кажется, сбился и снова пришел туда, откуда начал.       Ну, черт! Я как придурок хожу кругами уже часа два, пытаясь найти выход из этого проклятого места.       И какой петух дернул меня так накачаться этой дрянью? Я даже не помню, что это было. Мозг превратился в бесполезный кусок серы в голове, но я и правда расслабился.       Стою, как конченый наркоман, посреди танцующей толпы таких же торчков, и задумчиво чешу свою голову в надежде, что вспомню, для чего я яростно хочу выйти на улицу. Мне кажется, уже и здесь неплохо. А песню, похоже, действительно пою я, просто мой заторможенный мозг сейчас слабо что-либо понимает.       — Маршалл, с тобой все хорошо? — позади меня раздается женский голосок, который заставляет все тело напрячься так, словно в мои оголенные нервы втыкают около тысячи игл.       — Я в порядке. — оборачиваюсь и в опьяненном состоянии пытаюсь разглядеть каждые мельчайшие изменения в девушке, что беспощадно растоптала мое сердце.       Хотя, если быть точным, то это сделали мы оба, испуганные тем, что наша связь может испортить все на свете. Ей незапланированная беременность может спутать все карты по завоеванию этого мира, а мне — другого. Кто знает, что может получиться? Неопределенность, которая ждет нас, если мы не будем сопротивляться нашему притяжению может иметь катастрофические последствия, поэтому мы оба сдались. В этот раз не только я был «за». В этот раз даже девушка, которая всегда хотела бороться за нашу любовь, выразила желание держаться от меня подальше. Что ж. Так даже лучше.       — По тебе не похоже. — задумчиво произносит мисс Джоин своими красиво очерченными губами. Темно-красная помада ей чертовски сильно идет. Я замечаю в ней изменения, которые приводят меня в раздражение — косметики на лице стало вдвое больше, а на кончиках шоколадных волос сверкает ярко-красный оттенок.       Я осматриваю ее с ног до головы, слегка пошатываясь. Кожаная короткая юбка черного цвета, блузка кремового цвета, расстегнутая до последней пуговицы. Невольно фокусируюсь на вырезе и замечаю черный бюстгальтер, тесно сжимающий все ее формы и умело демонстрирующий это окружающим.       Я хочу что-то ей сказать по поводу ее внешнего вида, когда боковым зрением замечаю приближающегося к нам неопределенного типа мужского пола.       — Что надо? — рявкаю я, наполняясь праведным гневом от головы до пят.       — Я вас еще не представила… — тут же вмешивается Сагиа. В ее глазках так и пляшут озорные огоньки. Так обычно бывает, когда женщина чувствует свое превосходство. Только вот в чем? — Мистер Мэттерс, познакомьтесь, это мой парень Райан Карлайл, и он — новый студент нашего колледжа и, вполне возможно, Ваш новый студент.       Ее слова приобретают осязаемую форму и летят в меня, как отравленные ядом стрелы. Только вот я не готов был к этому. Я перевожу взгляд на этого мелкого черта и стараюсь его оценить. Ничего примечательного, если не считать, что он в моем искривленном восприятии выглядит так, будто бы меня взяли и отсканировали. Не слишком, правда, удачно. Ниже ростом, но не ниже Сагии, а глаза карие. Вот все, что я могу разобрать.       Она подходит к нему и прижимается, глядя на меня.       К черту.       Разворачиваюсь, чтобы на моем лице случайно не отразилось желание убить этого урода.       Голова начинает кружиться еще сильнее, но тут я вспоминаю то, что хотел у нее спросить. Разворачиваюсь и в этот момент я сперва чувствую, как сердце болезненно сжимается от боли. Не сразу понимаю, от чего у меня такая реакция, пока, наконец, до меня не доходит смысл увиденного — Сагиа целуется с… как звали этого придурка?       Сжимаю зубы одновременно с кулаками. Я порву этого урода на кусочки.       — Эй! — что-то рядом издает странный звук и теперь это «что-то» хватает за плечо, оттаскивая от счастливой парочки.       Я вижу перед собой лицо Мишель, но затуманенный рассудок воспроизводит ненавистную мне сцену раз за разом. Ярость только увеличивается.       — Эй! — повторяет Мишель, встряхивая меня хорошенько, чтобы я пришел в чувства. Но я не прихожу. — Да что с тобой такое в самом деле? — кричит на меня испуганная Мишель. Она что, в самом деле, не видит?       — Я хочу вырвать этому уроду язык и затолкать ему в очко… — проговариваю я ей, объясняю, так сказать, свои дальнейшие действия.       — За что? — шипит она на меня и снова трясет за плечи.       — Да хватит меня трясти! — грозно говорю ей, отбрасывая ее руки от себя. — Тебе тоже захотелось на меня нарваться?       — Нет, Маршалл! — кричит она на меня. Кажется, она тоже в бешенстве на меня, но почему она не злится на свою лучшую подругу-шлюху? — Ты что вздумал делать, черт тебя побрал? Хочешь, чтобы тебя упекли за решетку? Ты должен сдерживаться!       — С чего бы я должен сдерживаться, когда Сагиа специально меня провоцирует на это? — выкрикиваю я так громко, что на нас оборачиваются близстоящие пьяные подростки.       — На что же она тебя провоцирует и чем? — кричит на меня Мишель и хватает за руку, пытаясь увести от любопытствующих ушей. Но я упорно стою на месте и не желаю делать ни шагу. Она снова пытается сдвинуть меня, а затем сдается и выдыхает, внимательно глядя на меня.       — Она целовалась с ним на моих глазах… — говорю я и ощущаю себя маленьким мальчиком, которого обидела другая девочка.       — Кто целовался? — ошарашенно спрашивает Мишель.       Она ослепла что ли?       — Сагиа с этим новым парнем… как его там зовут… — лепечу я, отчаянно пытаясь вспомнить его дурацкое имя, как будто это чрезвычайно важно.       — Эй, Маршалл! — перебивает меня Мишель, приближая свое лицо к моему. Она шепчет на ухо:       — На этой вечеринке нет Сагии. Она дома.       Что?       Я оборачиваюсь на ту парочку, что продолжает стоять неподалеку от меня — тот же парень, что я видел раньше, но вместо Сагии, там стоит другая девушка, слегка смахивающая на Джоин. Но это отнюдь не моя бывшая.       Но как…?       Я удивленно хлопаю ресницами в надежде прийти в себя.       — Это не Сагиа… — удивленно говорю я, разглядывая эту девушку. Я мог поклясться, что я видел именно ее пять минут назад. Но эта реальность оказывается даже лучше.       — Алло! Сагиа? Можешь приехать на вечеринку в клуб «Ол старз»? Маршалл опять… да. — Мишель отрывает трубку от уха и убирает телефон в карман джинсов. — Пошли, тебе нужно освежиться.       Она закидывает мои руки к себе на плечи и выводит меня из клуба.       — Где Алекс? — я вспоминаю о нем совершенно неожиданно.       — Там, где ты приказал ему быть, Маршалл. — Мишель смотрит на меня укоризненно, а я, как всегда в последнее время, не понимаю, что я сделал. — В аду, Маршалл. Твой чертов ад отнимает все свободное время не только у Сагии, но и у Алекса, пока ты здесь который раз подряд накачиваешься какой-то гребаной наркотой и бьешь морду всем, с кем, по твоему мнению, трахается Сагиа.       — А она…?       — Нет. — отрезает Мишель, не давая мне даже договорить.       — Откуда ты знаешь, что я хотел спросить? — глупо смотрю на нее, а она лишь закатывает глаза, стараясь удержать меня на месте, хотя шатает меня неслабо.       — А что тебе еще интересно? — хмыкает она, с вызовом глядя на меня.       Я задумываюсь, но в голове бегает сплошная повторяющаяся строка: «с кем трахается Сагиа, с кем трахается Сагиа, с кем трахается Сагиа». Меня и правда это интересует больше всего на свете.       — Так ты не ответила, с кем она тра…       — Я же сказала «ни с кем»! — чуть ли не выкрикивает Мишель. — Она все свое свободное время посвящает учебе.       На улице уже светает.       Кажется, я пробыл здесь всю ночь, а ощущение, что зашел на пятнадцать минут. Мы стоим в полной тишине какое-то время, когда я, наконец, вижу появившуюся из-за поворота белую ауди и от восторга чуть ли не хлопаю в ладоши. Сдерживаюсь, потому что мои руки все еще покоятся на тонких плечах Мишель. Она выдыхает с облегчением, когда машина останавливается рядом с нами и из нее выходит Сагиа.       — Слава богу! — восклицает улыбающаяся Мишель и вырывается из моих объятий.       — Тс! — я кладу палец на губы Мишель и грозно шепчу: — Не смей вспоминать Бога, когда Дьявол находится рядом с тобой.       Убираю палец с губ Мишель и замечаю, как Сагиа хмуро смотрит на это. Она выглядит шикарно даже с небрежным пучком на голове и безразмерным свитером, свисающим до бедер.       — Спасибо, Миш… — выговаривает Сагиа, поглядывая на меня неодобрительным взглядом. — Ты останешься или тебя подвезти?       — Останусь. Я даже не смогла отдохнуть, пока следила за Маршаллом. — отвечает ей Мишель и тут же разворачивается обратно в клуб. — Удачи тебе с пьяным Дьяволом.       Сагиа грустно смотрит, как Мишель исчезает в дверях клуба и разворачивается ко мне.       — Садись. — приказывает так, словно она моя мамочка, но я послушно запихиваюсь в ее тесную машинку.       В машине меня на пару секунд или минут вырубает, и я прихожу в себя, когда мы уже припарковались у общежития Сагии.       — Ты позволишь мне остаться у себя? — спрашиваю я, стараясь выдавить на своей неадекватной роже сексуальную улыбку, но результат заставляет Сагию лишь глубоко вздохнуть и закатить глаза. Она, не отвечая, выходит из машины и забегает поспешно внутрь корпуса, оставляя двери открытыми. Вызов принят.       Я бы хотел многое сделать, зайдя туда. Так много в моем списке желаний, что я даже за всю жизнь не успею все воплотить в жизнь. Но вместо того, чтобы осуществить хотя бы одно желание, я доползаю до ее комнаты и падаю на диван в гостиной, не в состоянии больше передвигаться.

POV Сагиа

      Я выключаю ненавистный будильник и еще какое-то время лежу и смотрю в потолок. Я спала всего лишь три часа из-за обдолбанного вусмерть Маршалла. Для чего он это делает? Черт его знает… Я могу понять, что обычная земная жизнь ему сложно дается. Ему нельзя использовать свою силу, нельзя спускаться в свои адские владения, но кому сейчас легко? Мне приходится каждый день спускаться туда и делать вид, что я Королева, управляющая всеми этими уродами, но слушают ли они меня? Сложно сказать. Я боюсь, что однажды, спустившись туда, они просто объявят мне войну и свергнут с престола. Что тогда мне говорить Маршаллу? Хотя более важный вопрос — сможет ли он вернуть все обратно?       Я поднимаюсь с кровати и набрасываю на себя халат. Мне нужно срочно принять душ. Выхожу из комнаты и оглядываю коридор, оценивая обстановку — соседняя комната закрыта, значит, моя соседка с клуба не вернулась. Это хорошо.       Быстро возвращаюсь в свою комнату, хватаю полотенце, шампунь, гель и мочалку и выбегаю из нашего зала, не оглядываясь на человека, по-прежнему, лежащего на диване.       — Сагиа… — раздается его хриплый голос за моей спиной.       Я замираю, но все еще стою к нему спиной, боясь развернуться и заглянуть в ясные сине-голубые глаза. После нашего решения разойтись я стараюсь его избегать, чтобы иметь возможность подавлять в себе нерастраченные к нему эмоции.       — Повернись ко мне, либо я сделаю это сам.       Я поворачиваюсь. Внутри все тут же скручивается в тугой узел.       — Хотел узнать у тебя, не передумала ли ты? — он морщится от утреннего солнца, освещающего всю комнату, но все равно старается смотреть прямо на меня.       В голове проносится миллион мыслей.       — Нет. — качаю головой и закусываю губу, от того, что мне неприятно врать, глядя в глаза. Я уже десять тысяч раз пожалела о том, что мы расстались. Я не могу без него, но до сих пор не могу признаться в этом. — А ты? — Я не хочу знать ответ.       — Нет. — четко говорит он, глядя в мои глаза.       Молча киваю и вылетаю из комнаты, чтобы не выдать своих истинных эмоций.       Черт, что это только что было? Мы пытались помириться?       Я за все время все никак не могу привыкнуть к общей душевой. Хорошо, что здесь есть занавески и стенки между душевыми. Хоть какое-то личное пространство.       Забегаю в самую дальнюю кабинку и задергиваю занавеску. Хорошо, что я одна в такую рань изъявляю желание искупаться.       Встаю под воду и тут же расслабляюсь под горячей струей. Какое-то время я просто стою и пялюсь в одну точку. Не сразу замечаю, что из глаз в это время текут слезы. Почему только в душе возникает ощущение, что о твоих слезах никто не узнает и можно дать себе слабину?       Наспех моюсь, закутываюсь в большое белое полотенце и открываю занавески.       Маршалл.       От шока отпрыгиваю назад.       Он сдергивает со своих бедер полотенце и остается полностью голый. Подается вперед и закрывает за нами шторку.       — Но это не мужская… — только говорю я, как он припечатывает меня к стене, заставляя ахнуть от испуга. Все мои тюбики вместе с полочкой летят на пол с грохотом, способным разбудить всех в общаге. Полотенце слетает с моего тела и со свистом летит на стенку.       — Я совсем забыл попрощаться.       Меня снова припечатывают к стене, но на этот раз я оказываюсь уже на Маршалле. Мои ноги сцепляют его талию, а руки обвились вокруг шеи. Внезапно я ощущаю на себе болезненно-горячие капли воды. Жалостливый тон вырывается из моего рта, и его тут же затыкают влажным, мокрым, страстным поцелуем. Я вздрагиваю, не могу все еще прийти в себя. Я не была к этому готова.       Хватаюсь за перекладины между душем и подтягиваюсь к ним, слегка отталкивая Маршалла — вот, на что я способна. Жалкие попытки оттолкнуть его. Но он уже во мне. Я даже не поняла, когда он успел так легко войти в меня, пока не осознала, что я кричу от того, как внутри все разрывается на части от его огромной плоти, пронзающей меня насквозь. Наш последний раз был месяц назад, а то и больше, но за это время я уже успела забыть, какой он. Потоки горячей воды обжигают кожу, делая ее чрезвычайно чувствительной.       Он кусает, целует, засасывает в себя разгоряченную кожу. У меня кружится голова и теряется рассудок. Душевая быстро превратилась в парилку, в которой не видно совершенно ничего из-за огромных облаков пара, расползающегося по всей душевой. Я все еще держусь за перекладины, но Маршалла это мало волнует, ведь мое тело полностью в его власти. Он зажимает в зубах мои соски, заставляя меня содрогаться в сладостно-болезненных судорогах.       По всему телу проносятся электрические заряды, заставляя меня то и дело то всхлипывать, то стонать, то кричать, то плакать от переизбытка эмоций и чувств.       — Маршалл… — я пытаюсь донести до него мысли, которые до меня еле дошли в потоке страсти и адреналина. — Маршалл…       Это единственное, на что я способна, потому что каждый толчок выбивает из меня частичку разума. Черт, да какого лешего я снова оказалась в его объятиях?       Отталкиваю его от себя, захлебываясь в слезах. Его интенсивные толчки отбирают у меня воздух, заставляют задыхаться и кричать о спасении.       — Маршалл… — снова говорю я, когда его голова склонилась к моей шее. Я не могу больше держаться за поручни, поэтому я отпускаю их и полностью наполняюсь им, так как теперь не могу регулировать глубину своего погружения в него. Это движение выкачивает из меня весь воздух. Я вскрикиваю, теряя сознание где-то в глубине темно-голубых глаз.       Маршалл обхватывает мое лицо руками, со свистом вдыхая воздух, которого нам обоим крайне не хватает. Мои руки накрывают его и я с силой сжимаю их, не желая его отпускать. Никогда.       — Эй, Стеффани! Как тебе вчера мистер Райт? — звенит на всю душевую женский голосок. Мы оба замираем.       — О боже! Кто так парится? Ты там не зажарилась? — голос приближается к нашей кабинке и у меня в глазах пролетает вся жизнь.       — Это Сейдж. Я должна освежиться перед парами. — выдавливаю из себя то, что пришло первое на ум и изо всех сил надеясь, что она не одернет шторку.       — А, бывает… Тяжелая ночка выдалась? — спрашивает все тот же голосок, на что я утвердительно «угукаю».       — Он горячий, даже несмотря на то, что он старше меня на пятнадцать лет. Мужик что надо. — говорит другой женский голос и тут же восклицает:       — О боже, кто создал здесь такую парилку?       — Это Сейдж из семнадцатой комнаты. У нее хреновое утро. — хихикает первый голосочек.       Я злюсь на них, но не свожу глаз с Маршалла все это время. Он тянется к крану и делает напор воды еще сильнее.       — Зачем? — шепчу ему я.       — Чтобы было громче. — отвечает он, целуя меня в губы. В этот момент он начинает делать то, чем мы занимались до прихода девушек в душевую. Они весело болтают о своем, забывая, что я могу их слышать. Правда я не могу. Я поглощена Маршаллом всецело. Теперь мы не можем рисковать, потому что, если эти сплетницы узнают о нас, то узнает весь колледж, а вслед за колледжем узнает и полиция. Это приведет к тому, с чего мы начали.       Маршалл тихо опускает меня на горячий кафель спиной и снова наполняет меня собой. Я хочу ему сказать, чтобы он успел остановиться вовремя, потому что тогда у нас есть шанс, но в это время он закрывает мне рот своей рукой и усиливает темп. Во мне снова вспыхивает пожар, разжигая все внутренности. Я хочу кричать, но не могу из-за его руки. Сильно жмурюсь, кусаю его руку до крови и закрываю глаза, откидывая голову на пол. Он сжимает мои бедра так больно, что я понимаю, что от его прикосновений останутся синяки. Фокусируюсь на своих ощущениях и осознаю где-то на интуитивном уровне, что надвигается выплеск эмоций. Я хватаюсь за его руку, пытаюсь ее отодрать от моего рта, но он еще сильнее припечатывает ее к моему рту, вынуждая укусить еще сильнее. Его ритм становится еще быстрее, а затем он резко останавливается. Я чувствую, как из моих глаз сыпятся искры от бешеного разряда, пронзившего все тело, а он закрывает глаза и наслаждается мгновением, когда все мои мышцы сокращаются внутри и вовремя успевает выйти из меня, чтобы сделать то, о чем я хотела попросить его.       Убирает свою руку от моего рта и тут же поднимается и встает под душ, тяжело дыша. Я какое-то время прихожу в себя, затем поднимаюсь и смываю с живота следы нашей порочной связи.       Он смотрит на меня. Я на него. Мы молчим, так как по всей душевой все еще раздаются девчачьи голоса.       Как он выйдет?       Я понимаю, что если он даже выйдет позже меня, оставшись в кабинке, то эти великие интриганки быстро поймут, что к чему, плюс к этому — ему придется лицезреть голых девушек, а мне этого совсем не хочется. Да, я ревную.       — Что делать будем? — задаю вопрос, надеясь, что у него есть план получше.       — Я использую силу и перемещусь в твою комнату. — говорит он хриплым голосом.       И к нему сразу наведается полиция.       — Нет, исключено. Мы не будем рисковать.       Я против.       — Тогда какой у тебя вариант? — шепчет он, поглядывая на меня так серьезно и деловито, будто бы мы только что не трахались. Каков нахал.       — Я уйду первой, так как у меня важная первая пара, а ты уйдешь, когда душевая станет пустой. — говорю я, хотя мне мой план нравится еще меньше, чем его. Душевая почти никогда не остается в одиночестве.       — У меня другой план. Иди и надейся, что тебя никто из них не знает или не узнает под толстым слоем пара. — говорит он и подталкивает меня к выходу.       — А что будешь делать ты? — выгибаю вопросительно бровь. Мне это не нравится.       — Увидишь. — он ослепительно улыбается мне, а я хмурюсь. Но делать нечего.       Выбегаю из парилки и ловко преодолеваю женские голоса из кабинок, встретившись всего лишь с одной девушкой, которая тоже решила выйти из кабинки.       — Тебе уже лучше? — говорит она, задумчиво глядя на меня. Но я не останавливаюсь и быстро покидаю душевой, крича в ответ:       — Да, спасибо, мне гораздо лучше.       Вот черт, я все же попалась на глаза. Надеюсь, Маршаллу повезет больше чем мне.       Я быстро причесываю мокрые волосы и надеваю черное кружевное белье, когда двери нашей смежной общаги открываются и в зал залетает моя пьяная соседка.       — Вау! Выглядишь просто потрясно! — хихикает она и с любопытством рассматривает меня. — Хотела бы я такого мужчину, который бы так же меня трахал.       Что?       Я таращусь на нее во все глаза. С чего она это взяла?       — Просто не теряй его, дурочка. — она хмыкает, игнорируя мои злобные фырканья, и исчезает в своей комнате.       Я снова заныриваю в шкаф и вытаскиваю от туда красивое коротенькое красное платье и чулки на подвязках. Понятия не имею, зачем я так одеваюсь, но сегодняшнее утро разбудило во мне желание, растопило лед, который я усердно строила, чтобы Маршалл не смог залезть ко мне в трусы. Но он это сделал. Опять.       Я смотрю на себя в зеркало, кладу руки на живот, стараясь предчувствовать, есть ли какие-то изменения. Интересно, если я куплю тест на беременность, покажет он, что я беременна адским ребенком?       Отбрасываю мысли в сторону и ныряю в чулки, а затем в платье. Надеваю туфли на высокой шпильке и выбегаю на улицу. Делаю все предельно быстро, потому что опаздываю на первую пару. До колледжа идти десять минут пешком, но у меня нет столько времени, поэтому я прыгаю в свою машину, припаркованную рядом со входом в наш корпус, и быстро мчусь до колледжа. Три минуты и я на месте. Пробегаюсь по колледжу, параллельно накидывая на свои плечи короткую джинсовку, так как на шее и на плечах огромные синие засосы, напоминающие, как я кричала во всю глотку в душевой, когда Маршалл остервенело вдалбливался в мое тело и сжимал мои бедра…       Боже, от одних мыслей у меня начинает кружиться голова. Я расталкиваю людей по пути к нужному кабинету и тут бросаю случайный взгляд в сторону кабинета Маршалла.       Как он, черт возьми, так быстро оказался в колледже?       Замираю от шока.       Он в официальном черном костюме разговаривает с темной девушкой маленького роста. Она стоит ко мне спиной, поэтому я не могу понять, кто это. Маршалл улыбается. Он поначалу не замечает меня и ведет очень активный разговор. Хоть я и не улавливаю в этом разговоре сексуальный подтекст, внутри все равно все клокочет от болезненной ревности. Мне хочется подойти и ударить эту маленькую девушку головой об стену. Неожиданно, Маршалл бросает взгляд в мою сторону и тут же замечает меня, смотрящую с любопытством на него и его собеседницу.       Он морщится, глядя на меня, затем говорит что-то ей и кивает, когда она разворачивается в мою сторону.       Это Дженни, черт ее возьми.       Но какого.? Еще ведь год не прошел, чтобы она уже училась здесь.       Мои эмоции и чувства по-прежнему на взводе, поэтому я решаю сделать то, что бы не сделала вчера.       Я иду к ним, и когда Дженни замечает меня, она замедляется и снова разворачивается к Маршаллу, делая вид, что все еще разговаривает с ним, хотя я точно знаю, что они уже попрощались.       Она думает, что я иду, чтобы поговорить с ней? Я все еще зла на нее, и это она должна передо мной извиняться.       — Мистер Мэттерс? — выговариваю я, когда подхожу к ним настолько близко, что касаюсь локтем Маршалла. Дженни это замечает и удивленно смотрит на Маршалла. Он делает вид, что ничего не заметил.       — Что, мисс Джоин? — он смотрит на меня так, как смотрел, когда с силой заталкивал в кабинку душевой.       — Я зайду к Вам на перерыве между парами? Нужно обсудить кое-что важное, что произошло со мной сегодня утром.       Его зрачки расширяются пропорционально взлетающим вверх бровям. Он, наверняка, в шоке. Дженни хмурится, глядя то на меня, то на него. Боюсь представить, что она думает. Я окидываю ее безразличным взглядом и слегка улыбаюсь. Знаю, я веду себя как стерва. Она вкрадчиво смотрит на мою одежду — красное платье, едва ли доходящее до середины бедер, и чулки с рисунком.       — Я надеюсь… кхм… — Он прочищает горло. — Надеюсь, ничего серьезного не произошло?       Я смотрю прямо ему в глаза. На лице полная серьезность.       — Я боюсь, это сломало меня.       Тут я разворачиваюсь и ухожу в направлении своего кабинета. Для чего я это сделала? Понятия не имею, но мне кажется, что Маршалл разбудил во мне зверя, просящегося постоянно наружу.       Я плюхаюсь на стул. Пара уже давно началась, но меня не стали прогонять. Видимо, строгие правила слегка стали проще.       Всю пару я мыслями нахожусь все в той же чертовой душевой. В голове раздается мой беспомощный крик. Мои горячие пальцы скользят по его упругим мышцам. Как внутри все рвется на части. Как его глаза, в которых я погибаю раз за разом, одурманивают мой разум.       Мое смутное внимание привлекает зажатый в проеме маленький клочок смятой бумаги. Вырываю его из-под стола и тут же разворачиваю, стараясь не поднимать сильно шума. Но, кажется, я стала призраком для всех в этом колледже и даже не обязательно теперь стараться.       «Твое место в моей постели подо мной! Ты будешь целовать мои губы и умолять, чтобы я сделал это снова!»       Что это такое?       Кручу бумагу со всех сторон. Вдруг я пропустила что-то еще? Может, чье-то имя? Странные у кого-то ролевые игры. Почерк мне незнаком, но такого содержания записки могут не только не возбудить, но и вызвать резкое желание убежать из города или из страны. И никогда не возвращаться.       Мою озадаченность замечает мужчина-преподаватель и перед тем как отвернуться к девушке, которую он спрашивает, задерживает на мне заинтересованный взгляд. Его возраст колеблется в пределах тридцати пяти лет и, несмотря на то, что он выглядит достаточно хорошо, что-то в его внешности пугает меня, отталкивает и заставляет держаться подальше. А своей интуиции я верю больше всего.       Чтобы хоть как-то отвлечь его внимание от своей персоны, делаю вид, что хочу сделать некоторые отметки в своей тетради и открываю ее, но не нахожу на своем столе ручку или карандаш.       Вот я растяпа!       Полпары просидела без ручки на столе и делала вид, что я прилежная студентка. Теперь понятно, почему преподаватель смотрит на меня так, словно я с неба только что свалилась. Хотя, в моем случае можно сказать, что я вылезла из-под земли.       Лезу рукой в сумку и вытаскиваю от туда пару цветных ручек. Замечаю стикер, зацепившийся за колпачок и отрываю его, чтобы выкинуть, но на всякий случай разворачиваю. Мало ли, я что-то записала туда чрезвычайно важное.       «Эй, красотка! Я — это то, что нужно тебе между твоих красивых ножек!»       Твою мать…       Впопыхах хватаю сумку и начинаю вытряхивать из нее все, что там лежит. Нахожу еще две записки на таких же мятых стикерах, что и остальные.       Уже почти все студенты, сидящие вблизи от меня, смотрят на меня, как на спятившую. Но мне так по барабану, что я даже могу послать их всех нахрен, если они не отвернутся.       «Моя роскошная любовь! Каждые полчаса всю ночь, тебе это понравиться, ты сама будешь выпрашивать ЭТО! Умолять об ЭТОМ!»       «Куколка! Тебе не скрытся от моей любви. Я возьму тебя, и тебе это понравиться!»       Безграмотный извращенец. Хотя это даже не похоже на извращенца. У этого человека психика явно повреждена.       Хотя, может быть, это даже не мне предназначается? Ни на одной записке не было указано моего имени. Возможно, этот псих раскидывает это по всем сумкам.       — Можно выйти? — мой голос слегка дрогнул. Я попутно закидываю все вещи обратно в сумку вместе со злосчастными записками.       — Ты вернешься? — звучит голос преподавателя, как в тумане. Все глаза в аудитории смотрят на меня, и меня это раздражает даже сильнее, чем соболезнующие лица.       — Да. Я в туалет.       — Ну, хорошо. Возвращайся, Сагиа. — говорит преподаватель ровным официальным тоном и отворачивается к очередной студентке, которую он подозвал к себе. Моя маленькая совесть в моей голове говорит мне, что преподаватель знает мое имя, а я его — нет. Такая вот я прилежная студентка.       Я вылетаю из кабинета и попутно достаю мобильный. Но замираю — должна ли я говорить об этом Маршаллу или хотя бы Мишель?       К черту все.       Маршалл об этом точно должен знать. Пишу ему смс, как вдруг на телефон приходит оповещение о новом смс:       «Куколка, тебе лучше держать свой рот на замке, иначе ты вылетишь из колледжа намного раньше, чем успеешь рассказать об этом своему бойфренду».       Гори в аду, ублюдок! Хотя… Нет. Не нужен ты мне в аду.       Продолжаю набирать смс Маршаллу:       «Ты где? Мне нужна твоя помощь»       Приходит новое сообщение:       «Расскажешь хоть кому-нибудь, и полиция узнает, кто виноват в смерти Эстона (да, это ты, и у меня есть доказательства)».       Я вздрагиваю от ужаса.       Нажимаю на вызов «неопределенного» абонента, написавшего эти сообщения, но ничего не происходит. Позвонить нельзя, узнать какую-либо информацию о номере тоже. А сообщения?       «Кто ты?»       Тут же приходит ответ:       «Скоро ты узнаешь, детка. Всему свое время».       И тут же приходит сообщение от Маршалла:       «Отъехал из колледжа. Скоро буду. Подождет?».       Нет, Маршалл. Не подождет. Совсем не подождет. Я не отвечаю ничего и убираю телефон в сумку.       До конца пары остается минут десять, поэтому я забегаю быстро в туалет и возвращаюсь в аудиторию.       — Мисс Джоин, Вам есть что добавить?       Что?       Я встряхиваю головой, чтобы сбросить с себя мысли о странных записках.       — Что, простите? — на миг мне кажется, что голос, вырвавшийся из меня, не принадлежит мне. Я смотрю на преподавателя и только сейчас замечаю, что у проектора стоит очередная девушка и смотрит на меня в ожидании.       В эту же секунду в коридоре раздается музыка, символизирующая конец пары.       — Что ж… Вам повезло, Мисс Джоин, но будьте готовы к следующему занятию. Я хотел бы Вас услышать. — произносит преподаватель и садится на свое кресло. — Ты можешь идти. Спасибо. — говорит он той самой девушке.       Он всю пару вызывает к себе и устраивает допросы? Странные занятия, однако…       Мне захотелось подойти к последней отвечавшей девушке и спросить, что за хрень у нас творится на парах, но, к моему сожалению, я не знаю ее. Я не знаю здесь ровным счетом никого. На каждом предмете меня окружают совершенно незнакомые люди, а у меня, с моими вечными заботами, совсем нет времени познакомиться хоть с кем-нибудь.       Я вздыхаю и встаю, чтобы убрать учебник в свою сумку. Мне пора браться за учебу, иначе меня отсюда вытурят.       — Сейдж! — восклицает Джессика, появившаяся рядом со мной. Когда я оборачиваюсь к ней, вижу на заднем фоне, как преподаватель таращится на нас во все глаза.       — Джесс! — восклицаю я в ответ, стараясь быть искренней. Она тянет меня в объятия, и я, немного неловко, но отвечаю ей тем же. Я все еще прекрасно помню, как она клеилась в школе к Маршаллу. Считайте, что я злопамятная стерва.       — Мы с тобой так давно не виделись! — щебечет она. — Я была на других предметах, но сейчас захотела записаться на английскую литературу, и это по истине прекрасный предмет. Я так рада!       Я бросаю взгляд на нашего преподавателя, который продолжает смотреть в нашу сторону.       — Пойдем, расскажешь по пути. — киваю я на выход из аудитории, и она с радостью кивает и идет за мной.       — До свидания, Мистер Райт. — говорит Джесс преподавателю.       Мистер Райт? Почему мне это имя кажется подозрительно знакомым, хотя преподавателя я, кажется, вижу впервые. Или же не обращала на него никакого внимания.       — До свидания…       Он оценивает меня с головы до ног и его взгляд застревает где-то в области моих ног. Ну и ну.       Мы выходим из аудитории и направляемся в столовую, где могли бы поболтать, но тут нас догоняет тот самый Мистер Райт. Он оказывается рядом со мной и я невольно отшатываюсь от него, потому что он с самого начала мне не понравился.       — Мисс Джоин, можно Вас на пару секунд? — он смотрит мне в глаза. Я немею.       — Эээ… — тяну я, испуганно глядя на Джессику, но она всего лишь пожимает плечами.       — Буду ждать в столовой.       Она быстро исчезает за поворотом, словно ее и не было рядом со мной мгновение назад. Я сглатываю ком в горле и перевожу взгляд на мистера Райта.       — Зайдем в кабинет? Я надолго Вас не задержу, мисс Джоин. — пропускает меня вперед, легко касаясь моей спины, и я нехотя захожу внутрь.       Присаживаюсь за первый стол и смотрю на этого странного Райта. Он одет в черную рубашку и брюки. Кто надевает всё черное? Только маньяки, я полагаю. Особенно с такой шевелюрой, которую, на вид, не причесывали недели две, а то и больше. А в зеленых глазах скрывается нечто зловещее. Я чувствую это.       — Я здесь не так давно, а у Вас, мисс Джоин, отличные оценки, поэтому я бы хотел, чтобы Вы помогли мне с проектом, который на меня повесили. Поможете? — он улыбается одним уголком рта, и мне снова кажется это странным. Я хмурюсь, глядя, как он достает из-за стола большой лист А3, на котором карандашом намечен план проекта. Он кладет его мне на стол и склоняется прямо напротив меня. Я невольно морщусь, чувствуя, как мое личное пространство снова бесцеремонно нарушено.       — Почему я? — выдавливаю от себя полушепотом, потому что он чрезвычайно близко.       — Потому что я знаю кое-что о тебе… — шепчет гребаный мистер Райт и придвигается ко мне настолько близко, что наши носы едва ли не прикасаются, но я резко вскакиваю.       — Извините, мне нужно уже идти.       Бегу к выходу, но он дергает меня за руку.       Какого черта?       Припечатывает к двери, когда я тянусь к ручке, чтобы открыть ее. Наваливается на меня и тут же затыкает мне рот рукой.       — Я знаю, что ты любишь мужчин постарше. Ты спала со своим учителем в прошлой школе. И вполне вероятно, что делала это за оценки.       — Пошел к черту! — шиплю сквозь его пальцы, сжимающие мой рот.       Сильно кусаю его за руку, и он тут же ее одергивает и второй рукой хватается за мое горло и сжимает его так, что я начинаю задыхаться.       — Именно поэтому ты сейчас оделась так, чтобы тебя отымели во все дырки, не так ли? — первая рука оказывается на моем бедре и скользит вверх под платье. Ну уж нет.       — Верно. — хриплю я и хватаюсь за его руку. — Но не Вы. — выкручиваю ее так, что у него трещат все кости.       — А я могу и сломать ее. — Смотрю, как он упал на пол и корчится от боли. — Лучше никогда не провоцируйте меня, мистер Райт, и найдите себе другую жертву.       Это оказалось слишком просто, хотя горло все-таки начало першить.       Выхожу из кабинета и прикрываю за собой двери. На меня с любопытством поглядывают студенты, оказавшиеся рядом с кабинетом. Почему?       Быстро прохожу в столовую и нахожу Джессику, сидящую уже рядом с Мишель и другими, неизвестными мне девушками. Я занимаю место рядом с Мишель.       — Что ты творишь, Сейдж? — выпаливает на меня Миша, хватая меня за руку.       — Да что происходит в самом деле? — отвечаю ей вопросом на вопрос.       Она выдергивает меня из-за стола и отводит в сторону, где народу гораздо меньше.       — Тебя Маршалл разорвет в клочья, если узнает, что ты трахаешься с Райтом. Ты чего в самом деле?       Я в шоке открываю рот, но не могу ничего произнести, пока не замечаю направляющегося в нашу сторону Маршалла. Он рыскает глазами по толпе, пока не останавливается на мне. Его глаза блестят от злости. Он незамедлительно подходит ко мне, не замечая рядом Мишель.       — В мой кабинет, живо. — рычит он и тут же уходит, поглядывая на всех студентов своим коронным взглядом, который заставляет всех шушукающихся закрыть свои рты.       Ну я и влипла.       — Я не трахаюсь с Райтом. — единственное, что я успеваю сказать Мишель перед тем, как побежать за Маршаллом.       Забегаю в кабинет буквально следом за ним.       — Я не трахалась с ним! — выпаливаю я, когда закрываю за собой двери.       — Какого хрена, Сагиа?       Под его острым пронзительным взглядом, упирающимся мне где-то в лоб, я начинаю нервно теребить платье. Почему я всегда его боюсь? Даже когда я в силах взрослому мужчине выкрутить с хрустом руку, я стою здесь и чувствую себя так же, как чувствовала, когда в детстве меня ругал отец за непослушание.       — Что было? — он дергает меня за подбородок, чтобы я смотрела ему в глаза.       — Ничего. Он попросил меня помочь ему с проектом. — вру я, хотя не совсем понимаю зачем. Наверное, не хочу, чтобы Маршалл его распял на люстре в коридоре колледжа.       — С каких пор ты стала врать мне? — Он морщится и отходит от меня, словно я ударила ему по роже.       — Слушай… — Я не хочу ему врать, но мне нужно как-то сгладить ситуацию, которая произошла. Иначе все обернется очень трагично.       — Что? — Он нетерпелив.       — Он попытался… Но это не значит, что у него что-то получилось. У меня же много сил, что мне легко справиться с каким-то человечком.       Улыбаюсь широкой улыбкой и надеюсь, что он успокоится.       Не помогает.       Маршалл свирепеет на глазах. Он сжимает челюсти, в глазах полная решимость.       — Я убью этого сукина сына!       Он срывается с места и несется к двери.       — Нет! — выкрикиваю я, пораженная надвигающимся ужасом. — Я не позволю! — кричу и кидаюсь к двери. Успеваю закрыть ему проход за долю секунды.       — Ты в своем уме? — Он в бешенстве хватает меня и тянет сдвинуть с места. Ему это легко удается, поэтому я вооружаюсь тяжелой артиллерией.       — Если ты его тронешь, то между нами все кончено, Маршалл.       Кладу все карты на стол. Мы и так, скорее всего, не вместе. Но так я хотя бы проверю, что он думает о нашем утреннем воссоединении.       Он застывает у самой двери, не решаясь дернуть ручку на себя. Хмурится, настойчиво пялится в закрытую дверь и обдумывает все.       — Какого хрена ты его защищаешь? — спустя длинные минуты тишины его голос заставляет меня вздрогнуть.       — Я защищаю не его, а свою жизнь, Маршалл! Я не могу позволить тебе создавать вокруг меня кладбище из всех, кто меня когда-либо и как-либо обидел.       Мой голос звучит убедительно. Я хочу заставить его понять, что если он хочет быть со мной, то ему придется придерживаться хотя бы простых правил, которые требует та же Библия от верующих.       — Хорошо… — сквозь зубы шипит Маршалл, явно не в большом восторге от моих требований.       Он вихрем проносится мимо меня и садится за свой стол, его глаза утыкаются в экран ноутбука.       — Я знаю, что он хотел тебя трахнуть… — делает ударение на слове «хотел» и сжимает губы, не отрываясь от ноутбука. — А ты могла бы хоть чуть-чуть влиться в жизнь колледжа и узнать, что он заводит девушек в свой кабинет, чтобы их там трахать и угрожать, что раскроет их грязные секреты. — Поднимает на меня глаза. — Что у него на тебя?       — Что я в школе спала с учителем. — произношу это и осторожно присаживаюсь на стул напротив него.       — Он знает, с каким? — не успокаивается Маршалл.       Отрицательно качаю головой, когда он бросает на меня испепеляющий взгляд, и закидываю ноги на его стол, нагло демонстрируя ему то, что находится под платьем.       — Я мог бы ему сломать хребет и выдавить мерзкие глазки из глазниц. — шепчет он, кладя руку на мою ногу. Я улыбаюсь. Конечно же, он мог бы. Но не стал.       Значит ли это, что мы снова вместе? Перерыв, кажется, пошел нам на пользу.       — Только ради тебя мне нужно жить дальше этой гребаной человеческой жизнью и смотреть, как…       — Как что?       Почему он замолчал?       — Как моей девушке пытается засадить долбаный извращенец.       — Я могу сама за себя постоять. — говорю я чересчур самоуверенно, но Маршалл лишь качает головой, снова сжимая губы. Он по-прежнему напряжен.       — Теперь этот сукин сын будет портить тебе оценки, которыми ты так дорожишь.       Вот черт.       До этого момента я и подумать об этом не могла. Хотя он прав.       — Я сейчас попробую сам его отчислить, но если не получится, то будем вызывать Алекса, чтобы тот его убрал.       Хм.       Закусываю губу, задумываясь над его словами.       — Ты его не убьешь?       — Ты все еще против? — изгибает бровь и сверлит дыру своим взглядом. Что он хочет во мне увидеть, так пристально въедаясь?       — Ты пытаешься влезть мне в голову? — шучу я и тут замечаю в его глазах опасность.       — А может, не только туда?       Он встает из-за стола и направляется ко мне.       Как только он оказывается рядом со мной, я тут же хватаюсь за ремень брюк, желая разорвать это к чертям собачьим, но в этот момент раздается стук в дверь.       Теперь я готова их всех убить.       Я тут же поправляю платье, а Маршалл нехотя отстраняется от меня.       — Входите.       В дверях появляется мистер Райт и удивленно смотрит на меня. Я пугаюсь, что у меня, возможно, что-то задралось, но если буду при нем рассматривать себя, то привлеку еще больше подозрений.       — Мистер Мэттерс, а разрешите узнать, почему эта милая девушка находится в Вашем кабинете?       Масляные глазки мистера Райта скользят по моему телу, останавливаясь на груди, которая сверху вниз смотрится, наверное, намного интереснее, чем обычно.       Я смотрю на Маршалла, а Маршалл испепеляюще смотрит на Райта, готовый распотрошить его прямо здесь.       — Потому что весь колледж говорит о том, что эта милая девушка переспала с Вами, мистер Райт.       Райт чуть ли не подпрыгивает на месте от восторга.       — Ну же, это не больше, чем пустые слухи. Верно? — он смотрит на меня и улыбается, ожидая моего ответа.       — Да… — киваю, глядя на Маршалла и стараясь мысленно его предостеречь от необдуманных поступков.       — Вы свободны на сегодня, мисс Джоин. — произносит Маршалл, делая глубокий вдох.       Он меня выгоняет?       Райт стоит около меня, а Маршалл глазами выталкивает меня из кабинета.       Ну что ж. Ладно.       Встаю из-за стола и встречаюсь с зелеными глазами. Хмурюсь. Не нравится мне это все. Ой, как не нравится.       — До свидания, мистер Райт. — перевожу взгляд на Маршалла. — До свидания, Мистер Мэттерс.