Вечный день или (Самая страшная сила)

"Стой! Вечный Изгой - Ты обретешь вечный покой неба! Боль, страх позади, смерть впереди, Не потеряй веру ты! <...> Здесь страх тебя оставит, боль мучить перестанет, Ты обретешь свободу, вновь обратишься к Богу: Жизнь потеряла смысл, я был жестоко изгнан, Но я молчать не стану и жить не перестану…" Гр. Коллизей, "Вечный изгой"       Игнийская армия всё дальше и дальше продвигались на север. И во время следующего привала у Сашиэля с Асмандом завязался разговор.       - Слушай, а расскажи, откуда вы с Октавиусом знаете друг друга?       Асманд поморщился, словно у него заболели все зубы разом.       - Это не особо приятная история, но раз уж ты спросил...       Мы познакомились на Императорской арене в Далмассии. Мы тогда сражались в одной команде, после чего вместе сбежали с неё. И вот как до всего этого дошло.       Вообще, всё началось ещё около двух лет назад. Я ещё тогда служил Далмассии паладином. Так получилось, что мы с моим другом другом Кристианом влюбились в одну и ту же девушку по имени Хлоя.       Назвав её имя, Асманд заметно погрустнел. Он отрешённым взглядом смотрел куда-то вдаль.       - И тогда мы поклялись друг другу, что не будем пытаться завести с ней отношения, чтобы не разрушить нашу дружбу. Сказано - сделано. Мы оба честно соблюдали условия нашей договорённости, но однажды... случилось непоправимое. Во время службы мне сообщили, что мой пожилой отец умер от сердечного приступа. Тогда я был сам не свой. Наплевав на все запреты, я с горя напился, а это строжайшее табу для далмасского паладина. И вот, когда я шёл к себе домой из местной забегаловки, я увидел идущих вместе Кристиана и Хлою. У меня в мозгу что-то переклинило. Схватив свой меч, я в ярости набросился на Кристиана, думая, что он обманывал меня всё это время, и ранил его. Пока он был в отключке, я напал на Хлою, и... убил её.       Асманд закрыл глаза, вспоминая события того ужасного дня. Сашиэль утешающе похлопал его по плечу.       - Прости, я не знал... Не стоило тебя спрашивать об этом.       - Да нет, ничего... Но я ещё не закончил. Время от времени я приглядывал за дворовым сиротой, пацаном четырнадцати лет по имени Билл. Он был мне почти что младшим братом. Так вот, он всё это видел и пытался остановить меня, но... Ничего не соображая из-за затмивших мне разум алкоголя и гнева, я убил и его. Лишь когда они были мертвы, я понял, что я натворил... Кровь самых дорогих мне людей обагряла мой меч и руки. Я даже не сопротивлялся, когда за мной пришла стража и покорно позволил им бросить меня в темницу. Как потом оказалось, Кристиан хотел уступить мне и рассказал Хлое о моих чувствах к ней. Я думал, что он предатель... А настоящим предателем оказался я. По крайней мере, Кристиан выжил, но больше я никогда его не видел.       Около недели я провёл в темнице, ожидая своей участи. Меня приговорили к казни, но мне было всё равно. К тому моменту я был уже мёртв. И вот, однажды за мной пришёл мой наставник Герлаудос. Он объяснил мне, что подкупил начальника тюрьмы и меня освободят. Но остаток своей жизни мне придётся провести в монастыре, усердно замаливая грехи и прося Господа о прощении. Поначалу я был против этого и хотел принять своё наказание, но он меня заставил.       И вот так я провёл почти полтора года, истово молясь в монастыре. Я искренне раскаивался о содеянном. Но.. однажды я понял, что всё это было бессмысленно. Молитвами содеянного не исправить. Разве этому нас учит Господь? Нет. Если ты совершил нечто страшное - искупай свою вину не словом, но делом. Да, убитых уже не вернуть, однако я мог сделать наш мир чуточку лучше, избавив его от тех мразей, которые совершают зло. Кровь можно смыть лишь другой кровью. Больше никак.       И тогда... Я сбежал. Скажу я тебе, охрана монастыря была скверная. Пока они спали, я просто украл у них меч и был таков. Видимо, Гердаудос рассчитывал, что я стану покорным барашком. Какое-то время я странствовал по городам, сёлам и другим селениям, помогая людям, на чьи проблемы закрыли глаза чиновники. Я убивал разбойников, избавлялся от уличных шаек и защищал слабых. Хоть я официально и перестал быть паладином, но настоящий паладин - это не профессия, это призвание души! Было дело, я даже ликвидировал одного мелкого дворянина, который душил простой народ неподъёмными налогами. И вот, в очередной раз выйдя на дело, я попал в засаду. Меня оглушили и похитили. Оказалось, что это были головорезы Герлаудоса.       Очнулся я уже в Императорской арене. Мне сказали, что я разочаровал наставника, сбежав из монастыря и больше он со мной нянчиться не будет. Теперь я буду гладиатором. Рабом, который сражается на потеху публике. И именно там я встретил Октавиуса... Не знаю, было ли это случайное стечение обстоятельств или Божья воля, однако наше знакомство было не зря. Спустя некоторое время мы вместе с другими гладиаторами сбежали. Ну а всё остальное ты знаешь.       Хлои и Билла больше нет. И они уже никогда не смогут простить меня. Бремя вины до сих пор лежит на моей душе тяжким грузом. Не знаю, смогу ли я когда-то искупить её... Но ради этого я сделаю всё, что в моих силах.       Глаза Асманда горели решимостью. Сашиэль думал, что это очень печальная история. Это человек, по собственной вине потерявший всё, что у него было, но не сдающийся даже под гнётом судьбы. Искупление - единственное, что имело для него смысл.