Любовь и долг Элиссы Кусланд

Письмо Элиссе доставили утром – Алистер ещё спал. Он вообще был лежебокой, и сейчас, видно, отсыпался за все ранние подъёмы в бытность храмовником и Стражем. А вот её подобные счастливые сны избегали уже несколько ночей. Она не могла заснуть – мысли о пропавшем эльфе разрывали сердце и душу на части, предстоящая встреча Лиса с императрицей грозила перерасти в нечто неприятное, а под утро, когда усталость всё же начинала брать своё и она засыпала неровным сном, ей вновь виделся родовой замок в огне, крики и кровь, смерть, поселившаяся там, где ещё недавно был её дом… «Надеюсь, это скоро закончится. Алистер встретится с Селиной, Зевран подаст весточку, а я перестану видеть этот повторяющийся кошмар каждую ночь», – думала Элисса. И вот – эльф дал знать о себе. Письмо было без печати, на отвратительной низкосортной бумаге, с расплывшимися чернильными разводами в адресе, но её имя было выведено безукоризненно. Элиссе Тейрин… Королева горько улыбнулась. Ей казалось таким важным сохранить память о своей семье, то, что у неё осталось – фамилию, но она не смогла и этого. Да, она по-прежнему чувствует себя частью дома Кусландов, но не предала ли она семью, не предала ли себя, отрекаясь от фамилии предков? Может поэтому кошмары преследуют её?.. Письмо было кратким – видимо Зевран торопился, - однако, достаточно тёплым. Сердце затрепетало от первых строчек: «Бесценная моя Элис, прости меня, мне надо срочно исчезнуть из Денерима на некоторое время. Не хочу втравлять тебя в разборки между мной и Воронами снова, просто не волнуйся, я буду в безопасности вне столицы – а ты в безопасности вдали от меня. Так будет лучше для всех нас, по крайней мере, пока. Как только угроза исчезнет – я с огромным удовольствием вернусь в Денерим и склонюсь пред твоею волею, как моей королевы, и, если только пожелаешь, займу место возле твоего трона, навечно оставив мысли о дальних странах и путешествиях. Не хочу, чтобы ты волновалась за меня, уверен, и месяца не пройдёт, как я вернусь. Скучаю по тебе безумно, назло твоему счастливчику Лису… » Алистер шевельнулся во сне, словно услышав прочитанное Элиссой его имя. Королева тряхнула головой, отгоняя морок, и вернулась к чтению. «… назло твоему счастливчику Лису. Люблю тебя, не забывай обо мне…» Она улыбнулась, заставляя успокоиться взволнованное сердце. Глупый… разве можно забыть о нём? Забыть те краткие мгновенья счастья, что были отпущены им судьбой? Его нежные руки и тонкие персты, ласкающие её кожу, требовательный и ясный взор, проникающий в душу, его сладкие губы, то манящие блаженством, а то кривившиеся в горькой насмешке. Объятья, в которых можно растаять, голос, его голос, шепчущий, чарующий, словно наделённый особой магией… Нет, такое забыть невозможно. Элисса прижала письмо к груди, чувствуя участившееся биение сердца. Неужели она ошиблась, отдав Алистеру трон, став его женой, и отвергнув истинные чувства – те чувства, что связывали её и Зеврана? Ведь лишь они были настоящими – она поняла это только сейчас, когда эльфа не оказалась рядом. Неужели это и есть любовь? Острая нехватка того, рядом с кем неизмеримо хорошо и невыносимо больно порознь? Как она не понимала раньше? «Люблю тебя…» Он никогда не говорил ей этого. Но прежде и обстоятельства были другие. Должна ли она отпустить его от себя, дать свободу, столь необходимую ему, или ринуться за ним, куда глаза глядят, хоть на край света?.. «Мне необходимо увидеть его. Нужно сказать о тех чувствах, что испытываю к нему. И никто не остановит меня. Иначе… что-то случится, сломается, пойдёт не так… » Королева быстро перевернула лист, и устремила взор на слабый оттиск в виде корабля под парусами в левом верхнем углу. Бумага оказалась не такой уж низкосортной, просто использовали её в неподобающих условиях, и она приобрела такой вид. Так засалить хороший пергамент можно только там, где не существует понятия о чистоте, где соль и пот въедаются в каждую пору, где качка не даёт написать столь краткий адрес без помарок… Зевран путешествует на корабле? Сдерживая удивление Элисса оделась и, тихонько выскользнув из опочивальни, нашла слугу, что доставил ей письмо. — Кто передал тебе это письмо? – спросила она, силясь прочитать по лицу парня то, что было неподвластно обычному взору. — Это был моряк, миледи. Мне показалось странным, что какой-то простолюдин пытается всучить письмо лично в руки королеве и я проследил за ним незаметно. Он вернулся на свою посудину и вскоре корабль отплыл, – слуга пожал плечами. — Название… Ты помнишь? Сердце зашлось в предвкушении быстрой встречи, но Элисса не поддавалась. — «Гидра», миледи. С огромной намалёванной шестиголовой тварью на корме – думаю, та тварь и есть гидра. Я узнал в порту, что корабль прибыл из Орлея… — Спасибо… – выдохнула она и убежала, едва не пританцовывая от счастья, обратно в спальню. В памяти всплывали слова эльфа на коронации. «Ты уже решил, чем займёшься?» «… Ну, после этого, я пожалуй наведаюсь к вам в тронный зал и испрошу позволения отбыть в Орлей… Хотелось побывать в этом чудном краю, знаешь ли…» «Хотелось побывать там… конечно, я должна была догадаться, куда он может отправиться. Жаль, что мне придётся быть в столице в то время, как…» Элисса остановилась перед дверями спальни и в задумчивости уставилась на ручку. «А может…» Она резко дёрнула ручку, проходя в комнату. Звук закрывшейся двери заставил Алистера подскочить на постели. — Что случилось, Эли? Который час? – спросил он, не понимая, что происходит. — Лис, – твёрдо, с расстановкой проговорила Элисса, – я еду в Орлей вместо тебя.