То, что не оставить в прошлом

От Эвы Юнас сразу поехал к Элиасу. Он был трезв как стеклышко и планировал так держаться и дальше. Устроившись в задней части автобуса, Юнас почувствовал, как руки окоченели без перчаток и рефлекторно сжались в кулаки, словно он ждал появления Элиаса в любой момент. Каждая мышца в теле была напряжена, будто тело готовилось к драке. К боли. Когда Юнас резко постучал в дверь, никто не ответил. Телефон не отвечал, свет в квартире не горел. Юнас решил, что тот просто вышел. Адреналин перестал стучать в висках, Юнас разочаровался окончательно. Он уже готовился избивать Элиаса, пока его лицо не превратится в кровавое месиво. Но теперь, когда его лишили такой возможности, пришлось смириться и успокоиться. Он оставил нужную сумму в почтовом ящике и отправил сообщение, спускаясь по лестнице.

Тебя не было, деньги в почтовом ящике. Не пиши мне больше.

Элиас ответил, когда Юнас уже был дома. Говоришь как с психом. Но спасибо за деньги. Исаку привет. Юнас убрал телефон, пытаясь подавить панику, поднимавшуюся внутри от скрытых угроз Элиаса, и зарылся в одеяло. Вчерашняя ночь и эмоциональные горки вымотали его, но сон никак не шел. Отчаявшись, Юнас открыл ящик, где хранил различные таблетки, которые он брал на вечеринках или у друзей, и нашел сильное снотворное, которое всегда отлично помогало. Приняв сразу две таблетки, Юнас уснул через пару минут.

ххх

Юнас познакомился с Элиасом на летней вечеринке два года назад. На той же вечеринке он «официально» начал встречаться с Эвой. Он поцеловал ее, будучи обдолбанным, но этот секрет он унесет с собой в могилу. Юнас знал, что она воспримет это как личную обиду, если узнает. Это бы испортило идеальную картинку в ее голове. И, возможно, Эва была бы права. Если бы не его состояние, он бы ни за что не набрался смелости обнять ее на глазах Ингрид и жадно, нетерпеливо поцеловать. Еще хуже, если бы она узнала, что первую дозу Юнасу дал именно Элиас. Юнас не запомнил Элиаса после того раза, а вот Элиас, напротив, все чаще звал его куда-то. Он был на пару лет старше, но вылетел из школы и жил за счет продажи наркотиков. У Юнаса не было проблем с оплатой, поэтому эта дружба оказалась взаимовыгодной. Родители ежемесячно пополняли счет Юнаса, так что беспокоиться о том, чтобы сводить концы с концами, не приходилось. Юнас как-то обмолвился об этом, валясь на диване у Элиаса, на что тот холодно рассмеялся с оттенком зависти и пробормотал что-то о богатеньких мальчиках, шастающих по трущобам с дилером. Так и продолжалось. Юнас не хотел признавать правду. Ему нравилась ненавязчивая компания в лице Элиаса. Эва ежедневно убивалась то из-за каждого поста Ингрид в интернете, то из-за заедавшего шкафчика в новой школе, а Юнас хотел отдохнуть. Ему нравились колючий юмор Элиаса и его безупречная коллекция рэпа. А еще Юнасу нравились наркотики. Иногда он сомневался. Например, когда Элиас говорил о девушках, словно те – рогатый скот, и особенно когда просил фото Эвы («Брось, я же знаю, что у тебя есть парочка на телефоне»). Но это ведь просто шутки. Он же не серьезно, так делают все старшие ребята. Это и стало доминантой их отношений, мантрой, которую Юнас беспрерывно повторял про себя и озвучивал остальным, если они были в компании. Элиас просто шутит. Не воспринимай близко к сердцу. Впервые они двое и Исак оказались в одной компании на барбекю в парке недалеко от школы. Какое-то мероприятие по случаю нового учебного года в Ниссен, организованное третьекурсниками, хотя погода не совсем располагала к посиделкам на траве. Юнас был обдолбан и счастлив. Эва почему-то не пришла, и у Юнаса словно гора упала с плеч. Исак пытался разговорить небольшую компанию девушек, устроившихся напротив них на траве. Юнас и Элиас сидели слишком далеко, чтобы что-то услышать, но, судя по выражению его лица и активной жестикуляции, Исак пытался флиртовать с одной из них. Юнас похлопал по плечу Элиаса и, ухмыльнувшись, кивнул в его сторону: — Он просто уморительно безнадежен. Юнас старался не слишком громко смеяться над потугами Исака, зато Элиас смеялся сразу за двоих. Затем девушки потеряли интерес и отшили Исака. Он неловко поднялся с места, но, заметив, что за ним наблюдают, нацепил маску решительности и упал на траву рядом с Юнасом и Элиасом. Взяв пиво, он приподнял бровь, когда заметил, что они продолжают молча потешаться над ним. — Она не в моем вкусе. — Потому что без члена? — хихикнул Элиас. Исак посмотрел на него, затем на Юнаса. В беззаботном выражении лица проскальзывало смущение. — Хотя, — продолжил Элиас, вытягивая голову, — может, у нее и есть член. С этого ракурса она похожа на парня. Поэтому ты к ней подошел? — Элиас, — сказал Юнас, смеясь. — Уймись уже, — хотя тон его голоса просил об обратном. — Нет, я всегда признаю свои ошибки. У нее точно есть член. Но недостаточно большой для тебя, да, Исак? Тебе же нравятся большие члены? Юнас не знал, что в этих шутках было смешного, но продолжал смеяться, даже когда Исак залился краской и ушел под предлогом взять еще выпивки. — Он теперь будет злиться весь вечер, — Юнас наконец перестал смеяться, неодобрительно качая головой. Элиас пожал плечами, делая глоток пива. Его взгляд был прикован к ногам симпатичной второкурсницы. — Шли его ко мне, я разберусь. Юнас не хотел, но постоянно прокручивал это воспоминание в голове как наказание за собственную слепоту. А что до шуток об ориентации… ну, просто повод для оскорблений, это ничего не значило. Исак сам виноват, что так реагировал. Но Юнас решил игнорировать и куда более серьезные вещи. Скрытые обзывания Исака шлюхой, то, как Элиас хватал его за бедра, когда тот проходил мимо, подкалывания при любом удобном случае. Месяцы спустя после злополучной ночи в домике Юнас и Исак пошли на вечеринку. Исак был в хорошем настроении и громко подпевал играющей музыке. Остальные подбадривали его, а Юнас шутливо закатывал глаза. А потом объявился Элиас и сразу присоединился к Юнасу на веранде, скручивая косяк. Чуть наклонив голову и поняв, кто поет, Элиас пробормотал: — Боже, его заткнет только член в глотке. Юнасу это показалось странным, но он рассмеялся, потому что это проще, чем попытаться спорить. Он был слеп в своем неведении, и все происходящее сейчас – спроецированный в жизнь кошмар – было прямым следствием из тех времен, когда Юнас смеялся над тем, как хищник говорил о своей жертве.

ххх

Юнас явно недооценил действие таблеток. Первое, что он заметил, проснувшись, – звонящий телефон. Потянувшись к нему, он прищурился от яркого света экрана. Исак. Блять. Исак пришел. Пальцы не слушались, и Юнас по ошибке сбросил вызов. Громко выругавшись, он тут же перезвонил. Исак ответил сразу. — Привет! — он хотел звучать бодрее, чем могло позволить горло, поэтому приветствие прозвучало больше похожим на хрип. — Привет, — смущенно ответил Исак. — Мы у твоей двери, но ты не отвечаешь. — Бля, сколько времени? — Где-то час дня, — рассмеялся Исак. — Ты серьезно еще спишь? — Минутку. Он сбросил звонок, поднялся с постели, натянул джинсы и толстовку и попытался вернуть самообладание, стоя перед зеркалом. Ты сможешь, сказал он себе. Ты поможешь ему все преодолеть. Открыв дверь, Юнас увидел смущенного Исака в компании Эвена. — Если мы не вовремя… Юнас моргнул. — Нет. Нет, не… привет, Эвен, — он вспомнил, что Исак сказал мы по телефону. А он и не заметил спросонья. Ну конечно, думал Юнас про себя. Конечно же, Исак ну никуда без Эвена. Он мысленно отругал себя за то, что не упомянул, что Исаку лучше прийти одному. — Привет, — ответил Эвен подрагивающим голосом. — Ничего, что я пришел? Исак сказал, что все нормально. Юнас перевел взгляд на невинно и обнадеживающе улыбающегося Исака. К таким козырям после двенадцатичасового сна Юнас оказался не готов, так что пожал плечами и провел их на кухню. — Проголодались? — спросил Юнас. — Я просто умираю. Не ел со вчерашнего дня, — он заглянул в холодильник, вытаскивая оставшуюся после рождественского обеда мясную нарезку. Исак вопросительно взглянул на Эвена. — Вроде как. Будешь что-нибудь, Эвен? — Глупый вопрос, я всегда хочу есть, — Эвен широко улыбнулся Юнасу. — Постоянно приходится напоминать вот ему, — он указал на Исака, — что надо есть. Ни намека на элементарные навыки выживания. Ты заметил? — Я… — пожал плечами Юнас, вытаскивая хлеб. Вообще-то, он не замечал, что Исак плохо ест. — Не знаю, чувак, я же не слежу за тем, как он ест, — улыбнулся он, поняв, что его слова прозвучали чересчур пренебрежительно. Эвен рассмеялся, а Исак закатил глаза. — Я ем. Целыми тоннами. — Скажи это своим тощим бедрам, — игриво прорычал Эвен, запуская руки под кофту Исака. Исак рассмеялся и переместил руки потянувшегося за поцелуем Эвена себе на плечи. Юнас проглотил слова, стараясь не смотреть на них. — А у тебя руки холодные. Эвен рассмеялся, после чего резко поцеловал Исака. Затем нехотя отстранился, чтобы помочь Юнасу сделать сэндвичи. Исак скуксился, но, увидев закатывающего глаза Юнаса, примирительно улыбнулся. — Исак, в холодильнике есть кола, — указал ему Юнас. Исак кивнул, проходя мимо них, чтобы достать стаканы из навесного шкафа. Эвен чмокнул его в шею, прежде чем Исак ушел в другую часть кухни. — Так… — сказал ставший серьезным Исак, пытаясь понять причину своего нахождения здесь. — Все хорошо, Юнас? — он разлил колу по стаканам, стараясь не перелить через край. Юнас посмотрел на Эвена, на его лице был интерес, а не беспокойство. Они впервые проводили время втроем, и было немного неловко. Лицо Эвена, его уверенность, да и присутствие в целом раздражали, как и всегда, но в этот раз единственным громоотводом негодования Юнаса был Исак. — Я, да… — Юнас замолк, пытаясь придумать, что сказать. Он взглянул на Эвена, желая узнать, в курсе ли он. Несмотря на то что Юнас хотел быть единственным, кто в силах помочь своему другу, он не знал, какая реакция последует от Исака и сможет ли он справиться с последствиями. И стоило ли Эвену знать об этом? А потом на периферии сознания родилась еще одна мысль. Отвратительная. Вдруг Эвен не справится. Вдруг это спровоцирует очередной приступ. Депрессию, которая сделает его неспособным утешить Исака. Юнасу эта мысль не понравилась. Он не хотел верить, что… его чувства к Исаку способны превратить в того, кем быть не хотелось. Но как только эта мысль поселилась в его голове, она начала разрастаться и углубляться. Юнас был бессилен. — Только не говори, что опять забыл, — рассмеялся Исак. — Это все наркота. А я ведь предупреждал. Эвен придвинул к Юнасу сэндвичи и смотрел, как тот вытаскивает тарелки. Он, кажется, был немного смущен наступившей тишиной и, словно прочитав мысли, понял, что здесь ему быть не стоит. Он приподнял бровь, но Юнас повернулся к Исаку. — Просто… давайте поедим. Я пока не соображаю. Они ели в тишине. Юнас пытался продумать все возможные варианты развития событий, чтобы понять, чего можно ожидать. Было два варианта: придумать ложную проблему (довольно просто: можно сказать, что у него все еще были чувства к Эве, и ему плохо от того, что она теперь с Крисом) или сказать об Элиасе напрямик. Но насколько это нужно? Насколько правильно? Через пять минут Исак наконец отложил сэндвич и сказал: — Ладно, просто скажи уже. Покончим с этим. Интересный выбор слов. Юнас вопросительно посмотрел на него, пытаясь понять. Исак уже знал, зачем он здесь? Поэтому он притащил с собой Эвена, чтобы чувствовать себя в безопасности? Юнас вспомнил их вчерашний разговор по телефону и как резко он перескочил с упоминания об Элиасе к тому, что им надо встретиться. Он впервые внимательно посмотрел на Исака, увидев в его глазах отголоски страха и молчаливую просьбу. Юнас понял бы, если бы Исак молча просил его ничего не говорить. А он просил Юнаса «покончить с этим». Что он хотел услышать? — Я… не уверен. Не с… — он указал на Эвена. — Без обид, но это личное. — Видишь, я же говорил, — сказал Эвен Исаку. — Слушай, Юнас, прости, мне не следовало приходить. Я говорил, что это личное, и… — Личное не для него, — сглотнул Исак. — А для меня. И я хочу, чтобы ты знал. Ты мой парень, у меня нет от тебя секретов. Блять. К такому повороту событий Юнас был не готов. Эвен слегка наклонил голову, внимательно глядя Исаку в глаза, а затем повернулся к Юнасу. — Ладно, и… в чем дело? — Ну… может, и ни в чем. Я просто… хотел проверить, — тихо сказал Юнас. Последовала долгая пауза. Эвен стоически отмалчивался, ожидая, пока кто-нибудь заговорит. Исак выглядел так, будто мечтал провалиться сквозь землю, но наконец пробормотал: — Элиас что-то тебе рассказал? — Да, — кивнул Юнас. — И… я просто хотел уточнить. Если это не правда, то я хочу, чтобы ты знал, что он сказал. А если правда… то узнать, все ли хорошо. Исак, ранее выглядевший так, словно пытался смириться с тем, что придется признаться, смутился. — А с чего бы случиться плохому? — То есть… с ним ничего не было? — Кое-что было, — Исак замолчал, затем посмотрел на Эвена. — Я… должен рассказать тебе об Элиасе. Это было давно. Я тогда был не в себе. И у меня было кое-что с парнем, которого я почти не знал. С другом Юнаса. Я не думал, что это важно и что он вдруг расскажет Юнасу. Он обещал не говорить. Но правда всегда всплывает, — Исак вздохнул, а затем выпалил. — Прости меня. Прости, что я заставил тебя думать, что… я был девственником, когда мы встретились. То есть я был девственником, но я… у меня было кое-что с Элиасом. Не так. Но. Типа, было, — он смущенно прокашлялся. — Было проще не говорить тебе. Но это было лишь раз и задолго до нашей встречи, правда. Исак выглядел униженным тем, что ему пришлось сказать это вслух, но Юнас едва заметил. Он пытался осознать и переварить слова Исака. Судя по виду Эвена, он старался сделать то же самое. Затем Эвен приподнял голову Исака и нежно поцеловал в губы, после чего отстранился. — Исак, мне плевать, с кем ты спал до меня. Хоть с сотней парней. Или девушек. Это неважно. Если ты счастлив сейчас, счастлив и я. Исак ободрительно улыбнулся. — Я счастлив. Правда. И нет. Я не спал с сотней парней. Или девушек. Просто для справки, — он смущенно рассмеялся и взял мягко улыбнувшегося Эвена за руку. На лице Юнаса отобразилось замешательство. Это… серьезно происходит? Просто в голове не укладывалось. То, как Элиас говорил об Исаке… перепуганный и одинокий Исак ночью в домике… паническая атака, которую видела Эва… Исак точно не считал их встречу с Элиасом неправильной? Может, Юнас что-то не понял? — Это все? — спросил Исак. Юнас покачал головой. Нет, не все. — Прости, но я не понимаю. — Чего не понимаешь? — спросил Исак, прежде чем его осенило. — Блять, чувак. Слушай, прости… за, ну… за то, что у меня было с твоим другом. Он обещал, что не скажет тебе… боже, прости, Юнас. Я такой дурак. В смысле, пожалуйста… ты же не злишься? Вы все еще друзья? Юнас, поднявшись на ноги, разразился обрывистым смехом. Ему захотелось отойти подальше от Исака, от того, что он говорил и что так сильно отличалось от его представлений. Когда Юнас снова вспомнил о том, что Исак и Эвен все еще были в комнате, он посмотрел на притихшего Исака, разглядывающего собственные руки, и наткнулся на обвиняющий взгляд Эвена. — Эй, — рыкнул он, заметив, что Юнас вновь обратил на них внимание. — Ты не можешь просто взять и предъявить Исаку за то, что у него было с твоим другом. Он взрослый человек. В чем проблема? — Эвен растерянно поднял руки. — Не хочу показаться грубым, если что-то недопонял, но к чему ты вообще это сказал? Ты хочешь пристыдить Исака? Юнас снова рассмеялся, не понимая, в какой момент начался этот абсурд непонимания. И зря: Эвен грозно вырос прямо перед Юнасом, пытающимся найти правильные слова. — Я не злюсь на Исака. Блять, Исак, я так переживал, что Элиас… принудил тебя. А ты извиняешься и ведешь себя так, словно ты налажал… К такому я не был готов, — он отступил от Эвена, контролирующего ситуацию, и подошел к столу, присев на корточки рядом с Исаком. — Пожалуйста, посмотри на меня и скажи, что хотел этого. Исак поднял широко распахнутые глаза на Юнаса. — Конечно, хотел. Я гей, Юнас. И тогда был геем, хотя и не признавал. — Да, но… — снова попытался Юнас, стараясь не терять терпение. — Если… если ты гей, это… еще не значит, что тебе захочется, чтобы Элиас трогал тебя. И все остальное, — он понизил голос, мечтая, чтобы тут не было Эвена. — То, как он говорил об этом… было не похоже, что у тебя был выбор. Исак смущенно посмотрел на Эвена, готового в любой момент увести Юнаса. Ничего в его лице не выдавало лжи. — Конечно, у меня был выбор, — просто ответил он. Почувствовав, что ни Эвен, ни Юнас этим ответом не удовлетворились, он тихо продолжил. — Слушай, я понимаю, почему ты злишься. И мне жаль. Что я был такой шлюхой с твоим другом. Не заставляй меня чувствовать себя еще хуже. Исак встал и потянул Эвена за руку, собираясь уйти, но Эвен замер на слове шлюха. Стук крови в ушах Юнаса был единственным звуком, пока Эвен не спросил дрожащим голосом: — Почему ты так себя назвал? — он замолк, тяжело дыша. — Он… этот парень назвал тебя так? Исак отступил от них двоих, смущенно качая головой. — Эвен. Юнас. Это безумие. И очень неловко. Всего одна ночь больше года назад, и я не понимаю, почему вы раздуваете из этого не пойми что. Элиас не заставлял меня, это я… — он замолчал, пряча трясущиеся пальцы и отворачиваясь. — Что ты? — подсказал Эвен. — Договори, пожалуйста. — Попросил об этом, — сказал Исак. — Я хотел этого. Или вам нужны подробности? — Юнас заметил, как он пытался вытереть слезы. — Как будто с вами такого не было. Ни с одним из вас. Знаю, что не должен был делать это с другом Юнаса, но… это ведь не проблема, Юнас? Исак умоляюще посмотрел через плечо, и на Юнаса обрушилось разочарование. Он отшатнулся от Исака, не в силах вынести страх в глазах друга. Он глубоко вздохнул три раза, пытаясь держать себя в руках. — Блять, Исак, ты меня вообще слушаешь? Я не из-за этого переживаю… этот мудак мне больше не друг. Я, блять, боюсь, что он принудил тебя, а ты считаешь это нормой. — Это и было нормой. Не было ничего… не… ненормального. — Значит, нормально, что ты не спал и не хотел возвращаться в комнату? — спросил Юнас, внутри бурлил гнев. Глаза Исака широко распахнулись, и он отшатнулся, покачав головой. — Нормально, что у тебя была паническая атака, когда Эва нашла тебя? — Прошу, — прошептал Исак, но Юнас чувствовал только бушующий внутри гнев от каждого слова. — Или когда Элиас сказал, что трахал бы тебя всю ночь, цитирую, не окажись ты визгливой сучкой? Это ты называешь нормальным? — Юнас! — рыкнул Эвен, и Юнас уставился на него, осознав, что тот слышал каждое сказанное слово. — Хватит. Он тебя понял. — Исак, просто… просто скажи. Скажи, что он принудил тебя. Скажи, чтобы я мог помочь тебе, — просил Юнас. Исак посмотрел на него, затем перевел долгий взгляд на Эвена, после чего покачал головой. — Я правда не знаю, чего ты от меня хочешь. Он не принуждал меня ни к чему, чего бы я не хотел. Теперь это в прошлом, и пусть там и остается, — он улыбнулся усталой улыбкой, на лице подсыхали слезы. — В общем, спасибо за еду. Нам пора. Не будем тратить твое время. Юнас молча наблюдал за тем, как они собираются уходить. Исак до побелевших костяшек сжимал руку Эвена в своей. Эвен взволнованно, нет, испуганно обернулся на Юнаса. Взгляд Исака, наоборот, прояснился, а на губах была все та же приклеенная улыбка, когда он бодро сказал: — Увидимся на вечеринке, Юнас. Юнас подошел к окну, наблюдая за ними. Исак быстро шел впереди не поспевающего за ним Эвена. Когда они пропали из вида, Юнас рухнул в кресло и проиграл в голове последние полтора часа. И ничего не мог понять.