Thief (Воровка)

Пробраться через коридоры и световую галерею, залитую предрассветным призрачным светом, не составило труда. Ни одна живая душа ей на пути не попалась. Страшнее стало, когда Эрия дошла до тронного зала. Судя по храпу, который доносился оттуда, часть гномов решила пренебречь покоями и завалиться спать там, где сморил сон. Эрия выругалась под нос и плотнее закуталась в плащ. Ей предстояло пересечь зал, дойти до лестницы, ведущей к трону, а дальше полагаться только на себя и свое чутье. Девушка напрягала память, стараясь вспомнить тот путь, по которому ее, с завязанными глазами, вели Трори и Кили. Она слегка согнула ноги в коленах и постаралась придать походке ту твердость и тяжелую поступь, которой отличалось большинство гномов. Капюшон скрыл лицо, и издалека, да еще и в полутьме зала, казалось, что вдоль колонн топает какой-то заблудший гном. Оказавшись на лестнице, Эрия потянула воздух носом. Кажется, в том коридоре, по которому ее привели сюда, отчетливо пахло мхом. Воровка, ведомая чутьем, скользнула в узкий ход. Она шла, припадая к земле, как зверь, обнюхивая, ощупывая стены, вспоминая знакомые выступы и неровности пола. "Вот сейчас ты - это ты. Сейчас ты - настоящая. Воровка, убийца. Зверь, который пришел за добычей", - колотилась в ее голове мысль, ненавистная, но от того, не менее правдивая. Она считала повороты, как удары сердца, закрывая глаза, поводила носом, словно слепая ловила пальцами что-то в воздухе. И шла, шла вперед. Эрия проклинала и себя, и "златонюх", и мага, который его придумал и сработал. Кольцо, конечно, было отличным помощником, но хоть убей, не желало дважды приводить к одному и тому же кладу. Таким образом, полагаться на него при поиске обратного пути к Сокровищнице - смысла не было ни на грош. Впрочем, она и сама была не промах. Главное было - сосредоточиться. Главное было - не думать о нем.... Эрия не ошиблась ни на грош. Она оказалась у двери в Сокровищницу ровно тогда, когда рассчитывала. Воровка едва сдержала нездоровый смех. Охраны вновь не наблюдалось, да и дверь, конечно же, не была закрыта. Поэтому Эрии только и оставалось, что открыть ее и войти в чертоги, набитые золотом и самоцветами. Она уже давно составила план, и, оказавшись в сокровищнице, скорым шагом отправилась к пирамиде, сложенной из мифрильных слитков. - Отлично, - проговорила она, обнаружив, что на каждом из них вытиснен герб Эребора. Теперь думать о том, как доказать, что она была именно тут, и обокрала - не много, не мало - подгорное королевство гномов, не нужно. Она взяла семь, по одному на каждый карман пояса. Этого хватило бы, чтобы купить Аллиадра с потрохами и пополнить Казну ровно на ее нынешнюю половину. Веревка так и болталась, свешиваясь из светового окна. Эрия, как путеводную нить, не выпускала ее из виду, пока шла, петляя между кучами монет. По пути воровка набила сумки небольшими сияющими камнями, названия которых не знала. Но, судя по тому, как они сами тускло светились в ее карманах, это вполне могли быть небольшие светозары, те самые редкие драгоценные камни, один из которых украсил злополучный венец. - Вот и все, - молвила Эрия, забравшись на монеты к веревке и бросив прощальный взгляд на сокровищницу. - Ненамного обеднел Король-под-Горой.... Девушка подтянулась на руках и принялась выбираться из подземелий. Вторая веревка была также цела, и по ней Эрия смогла преодолеть узкий лаз. Одну из веревок, ту, что свешивалась в световое окно сокровищницы, пришлось бросить, дабы не возникло подозрений, что она, всё-таки, побывала тут и унесла кое-что ценное. Эрия сама не понимала, зачем это делает. И только потом она догадалась, что, таким образом, бессознательно отводила наказание от Кили. Одно дело, когда пленница просто сбежала через окно. А другое, когда она обокрала королевство.... Эрия выбралась в коридор, где ей в начале ее невеселого приключения повстречались спящие караульные. Здесь, в неприметной щели висела третья ее веревка, по которой она выбралась бы в извилистую галерею, ведущую к пещерам на восточном склоне. Но тут Эрию поджидал неприятный сюрприз. Веревка бесследно исчезла. Эрия на миг замерла, ощутив, как леденеют ладони. Но она тут же взяла себя в руки и тщательно исследовала прилегающие выступы и щели. Но веревки не было. - Драконье дерьмо! - Эрия почувствовала легкий намек на панику. Но рано было впадать в истерику, ибо из-за угла послышались голоса. Воровка затравленно огляделась. Пропала! В коридоре появились два чернобородых гнома. Они не спеша, фланировали по коридору, раскуривая трубки. - Я же говорю, людская кровь. Видел бы ты, как он смотрел на эту девчонку! - Да хранит Дьюрин нашего Короля. Надо было ему еще тогда выставить свою сестру с этим приблудышем. - Не горячись! Кили - хороший парень. Просто эта стерва его окрутила, вот и все дела.... Эрия была готова орать от злости, услышав, как стражники обсуждают ее, но в ее положении было не до появления эмоций. Воровка замерла под самым потолком, стоя на распорах. Руки и ноги уже затекли от напряжения, а гномам вздумалось чесать языками именно под тем самым местом, где притаилась девушка. Едкий дым их табака поднимался под свод, яростно щекоча нос воровки. - И вот что с ней делать? - Я думаю, Король напоит ее нужным снадобьем и даст пня под зад. Панькаться с ней что ли? - А племянник? - Даст Ауле ему ума не втрескаться в эту дылду. Хотя, стоит заметить, по росту они не очень-то отличаются. - Красивая пара была бы.... - Да не пори чушь! Терпеть дым становилось все сложнее. Эрия чувствовала, что глаза начинают предательски слезиться, а горло сводило судорога. Девушка поняла, что сейчас произойдет катастрофа - она чихнет. Руки медленно, но верно начали соскальзывать. Чих и кашель душили воровку, и когда терпеть стало невмоготу, она поняла, что надо идти ва-банк. Она громогласно чихнула, от чего гномы внизу, как по команде, подскочили и схватились за топоры, а Эрия, пользуясь их замешательством, спрыгнула за их спинами и бросилась прочь, куда глаза глядят. Гномы в один голос заорали и бросились следом, впрочем, так и не поняв, что же это свалилось на них с потолка. Эрия неслась по коридору, уже не понимая, где она находится и куда бежит. Гномы не отставали, и в любой момент на нее мог вылететь еще один патруль. Воровка заметалась по коридору, лихорадочно осматривая потолок. Внезапно, взгляд ее зацепился за едва приметную щель. Шум нарастал, гномы догоняли ее. Эрия еще раз огляделась и, высоко подпрыгнув, подтянулась и с рычанием протиснулась в спасительный лаз. Когда гномы вбежали в коридор, он был пуст. - Что же это было? Летучая мышь? - Да ты никак эля перехлебал, какая мышь? Ты видел, какое оно большое?? - Гоблин? - Слишком проворен, как для этих тупиц, да слишком смел. Постой-ка, что это на полу? Эрия, в панике продиравшаяся по щели, сдирая в кровь ладони и пальцы, уже не видела, как один из гномов поднял с пола потерянную ею фибулу. Воровка ползла, всем телом ощущая каждый выступ, каждую неровность. Она давно изодрала плащ, поранила руку, расцарапала щеку до крови. Но продолжала лезть вверх, словно зная, что там ее ждет выход. Сумку пришлось зажать в зубах, порой пояс мешал пролезать в особо узкие щели, и тогда Эрия начинала паниковать - она была не готова ни застрять намертво, ни бросать драгоценную ношу, добычу, залог ее жизни. Лаз казался бесконечным, и только тот факт, что вел он вверх и только вверх заставлял Эрию держать себя в руках и не поддаваться отчаянию. Она понимала, что обратного пути нет. Среди запахов пыли, чередующихся с затхлостью и острым смрадом сырости, воровка внезапно ощутила нечто знакомое. Свежий, легкий запах чистого горного воздуха. Поверхность была рядом, и никак иначе. Эрия из последних сил подтянулась и выбралась из лаза в небольшую пещерку. Но каковы же были ее ужас и разочарование, когда воровка поняла, что на поверхность хода отсюда нет. Только лишь узкая щель, в которую проникал свет солнца, уже показавшегося из-за горизонта. Девушка кинулась к этому лазу, как дикий зверь на прутья клетки. Она принялась, с утробным рыком, скрести ногтями, колотить по стене кулаками, на которых и без того не осталось живого места. Но что она могла сделать против твердой породы, которую не сразу брали даже самые мощные кирки гномов? Отчаяние захлестнуло воровку. Неужели все закончится так глупо и нелепо, после того, как она умудрилась улизнуть от охраны, от самого Короля-под-Горой, да еще и с солидным кушем? И вот теперь она подохнет от голода и жажды, застряв в одном лишь шаге от свободы? Эрия обхватила голову руками. Вот и получай наказание за свое вероломство, воровка.... Но, несмотря на панику, мозг девушки продолжал лихорадочно работать, подбирая варианты для спасения. И каким-то подсознательным чутьем Эрия вдруг уловила тонкий аромат. Этот запах струился оттуда, из мира, где она могла бы обрести свободу и относительную безопасность. Он мягкой лентой спускался сюда, в ее каменную тюрьму, обволакивая все вокруг. И Эрия сразу узнала его. "Оно живет на голых скалах, не увядая и не засыхая. Оно борется на ветрах и в снегу. Его корни настолько сильны, что крошат горную породу, вгрызаясь в грунт, в поисках воды. Этот цветок - пример для любого из нас. Пример того, как надо бороться за свою жизнь и мечту, и рушить на пути даже неприступные скалы" - Одинокий цветок, - прошептала Эрия пересохшими губами и принялась методично обшаривать миллиметр за миллиметром немой, холодной скалы. Наконец, кровоточащие пальцы нащупали сеть едва заметных трещин. Воровка схватила кинжал и стала долбить скалу в этом месте. Камень поддался и стал крошиться. Когда показались сероватые корни, напоминающие клубок жестких ниток, Эрия истерично расхохоталась. Смеясь, она продолжала долбить скалу, тупя кинжал, но щель расширялась. Вскоре, воровка уже смогла откидывать камни, размером с кулак. Яркий свет ворвался в ее темницу. В ноздри ударил аромат белых звездчатых цветов. Сквозь развороченный лаз Эрия увидела обрывистый склон, поросший спасительными цветами, что своими корнями разрушили скалу, увидела кусок голубого неба и.... солнце. Больше ждать она не могла. Щель была недостаточна, чтобы Эрия протиснулась через нее во всем своем обмундировании, поэтому девушка стащила почти пришедший в негодность плащ, выкинула его через щель. Следом отправилась сумка, перевязь с кинжалами и драгоценный пояс, со слитками мифрила. Воровке стоило немалых усилий пролезть самой, она обзавелась широкими ссадинами на боках и разбила локти, но она была свободна. Эрия выбралась на поверхность на крутом каменистом обрыве. Она не медлила больше ни минуты. Закрепив оставшуюся веревку, воровка спустилась вниз, несколько раз пребольно ушибившись о скальные выступы. Оказавшись на осыпи, которой начинался склон Одинокой горы, она со всех ног бросилась прочь отсюда, по пути собирая свои разбросанные вещи. Она бежала изо всех сил, которых осталось не так уж и много. Ноги подкашивались, в горле пересохло, а легкие горели огнем, но она не могла даже на миг перевести дух. Нужно было спасать свою шкуру. Пояс неимоверно отяжелел, и те несколько крохотных украденных камней теперь казались огромными валунами, которые оттягивали сумку, чей ремень нестерпимо резал плечо. Эрия бежала больше часа, оставляя Дейл на западе, и держала курс на небольшой лесок, раскинувшийся у одного из притоков реки. Девушка, еле волоча ноги, влетела под полог леса и упала на колени перед ручейком, в котором кружились в своем танце опавшие листья. Она рухнула лицом прямо в воду, омывала щеки, жадно пила, пригоршнями лила воду на голову, и ей казалось, что вкуснее воды она не пробовала в своей жизни. И пила еще и еще. Вскоре она поняла, что вода вот-вот польется у нее из ушей, и растянулась на земле, тяжело дыша. Над нею колыхались старые деревья, уже расстающиеся со своим лиственным нарядом, по небу не спешно плыли облака. Солнце лениво пробивалось сквозь переплетение ветвей, и его лучи озорно щипали глаза. Она была свободна. Она, в который раз выкрутилась, извернулась, выбралась, обвела всех вокруг пальца. Она снова с добычей, да такой, что другие воры ей отныне не чета. Она будет живой. Будет сыта, ее станут побаиваться и равняться на нее. Но будет ли она теперь счастлива? Воровка медленно села и прикоснулась к поясу. Раньше она никогда не считала, какой ценой ей досталась добыча, даже если ей приходилось убивать. Ей было плохо, противно, но это была лишь часть той игры, в которую она ввязалась, став воровкой. Но на этот раз все было иначе. Слишком иначе. И цена была высока. Эрия с отчаянием уставилась на ободранные после скалолазания ладони. Что она натворила? Обманщица, лгунья и предательница. Девушка со злостью заколотила руками по собственному отражению в заводи. А, что собственно, она хотела? Разве иным должен быть вор? Все прошло почти как по маслу, и теперь у нее слитки мифрила, за которые можно купить половину казны, а, кроме того, горсть редчайших камней. Она вернется в Гильдию победительницей — не только с богатой добычей, равной которой давно не видел Аллиадр и его прихвостни, да еще и с достойной отметкой в послужном списке. Она, Эрия из Гильдии Воров Южной Четверти, та, что осмелилась ограбить Королевство гномов Эребор и та, что из-под носа охраны и самого Короля унесла столь ценный груз. «И что мне теперь с тобой делать?» Голос Кили звучал в голове, словно бы в назидание тому, что она совершила. Эрия едва не завизжала от злости на себя и положение, в котором оказалась. Точнее, в которое она сама себя загнала. На сердце стало тяжело, как никогда Вот еще, неужели ей есть дело, до этого проклятого гнома? Неужели ей есть дело до того, что она предала его ради сохранности своей дурной головы и возможности вкусно кушать следующие полгода? И судя по тому, что по ее лицу текли слезы, Эрия понимала, что — есть. У девушки было много любовников, но ни один из них не был таким же нежным и страстным, ни с кем из них она не могла просто помолчать, просто подержаться за руки. Всем им было нужно лишь одно — удовлетворить себя. Не больше. Не секрет, что многим существам хочется, чтобы их любили. И вот, именно тогда, когда нашелся тот, кто полюбил ее со всеми ее недостатками, полюбил, зная, что она — воровка. Полюбил, увидев в ней что-то дорогое для себя. Увидев ней любимую, а не просто пройдоху, охотящуюся за сокровищами. А она оказалась именно пройдохой и предательницей. - Ненавижу, - выдохнула Эрия в свой адрес и разрыдалась. Кажется, последний раз она искренне плакала, когда разбила коленку в пять лет. Многочисленные театральные слезы, которые она пускала с целью разжалобить противника, разумеется, были не в счет. В мире воров слезы — не лучшее проявление своих эмоций. Однако обратной дороги не было. Последний раз обернувшись на ворота Эребора, еще виднеющиеся на этом расстоянии, Эрия припустила бегом, прочь от королевства гномов. Она прекрасно осознавала, что Торин может послать погоню за ней, с одним лишь приказом: «Найти и убить». И он был бы полностью прав.