Eternity

       Это не ваша типичная история любви, если вы еще этого не поняли. Это не история, когда девушка и парень встречаются, влюбляются, преодолевают несколько препятствий, а затем живут счастливо после этого. Эта история отличается, и именно поэтому она особенная. Вот почему наша история не может закончиться с нами.       Мы с Колом разделяли любовь настолько сильную, что ее никогда не хватало. В конце концов, даже самая яркая звезда теряет свое свечение. — У тебя есть три старших брата и младшая сестра? — спросила я, наклонившись к столу за обедом, мое лицо посетила улыбка. — Я не могу представить, что у тебя такая семья. У меня только я и мои приемные родители: Кристина и Даниэль. — На самом деле у меня есть три старших брата: одна старшая сестра, одна младшая сестра, а затем один младший брат. Но мой младший брат умер, когда он был молод, и моя старшая сестра… ну, она тоже умерла, но это другая история, — объяснил Кол, опустив голову. Я не могла даже представить себе его боль потерять двух братьев и сестер, особенно учитывая, что ему было всего восемнадцать лет. — Мне очень жаль. Это ужасно, Кол, — сказал я, но он покачал головой, кусая нижнюю губу. Я не могла не смотреть на эти действия, прежде чем позволить моему взгляду приблизиться к нему.       Это был третий день нашего знакомства, а я все еще не могла отвести от него взгляда. То, что начиналось как короткая ссора в школе, превратилось в дружбу — первую дружбу, которую я когда-либо знала. Кол, похоже, не беспокоился о том, что меня называли ненормальной. Мы сидели рядом за обедом и нередко ходили по школе вместе. Кола не волновало то что обо мне думают другие. У него было свое мнение обо мне. Кола называли монстром, но мне было плевать. Да и сейчас плевать.       Хотя возможно я могла бы быть более внимательна к мнению остальных. Кто знает чего бы мне удалось избежать? Наверное стоит быть честной с собой: я особо и не пыталась избавиться от его общества, уж слишком оно меня волновало и будоражило. Поглощало. И я тонула, уверяя себя что это лишь иллюзия. — Это было так давно, я их почти не помню, — сказал Кол, а я покачала головой, кусая нижнюю губу. Никто не заслуживал такой боли.  — Можем быть нам изменить тему? Ты говоришь о приемной семье. Что случилось с твоими настоящими родителями? — Мой папа не хотел участвовать, а моя мама умерла. Я росла в приюте до шести лет. Именно тогда меня взяли Кристина и Даниэль, — сказал я, слегка кивнув и встряхнув волосами. Мне не особенно нравилось говорить об этом, но, поскольку Кол рассказал мне о двух своих мертвых братьях и сестрах, я думала, что мне следует быть с ним откровенной. — Тогда им не повезло, ты же само очарование, — тихо сказал мне Кол, и я покраснела. Это был первый раз, когда я чувствовала, что его флирт может быть искренним. Это был первый раз, когда я не проигнорировала его. Руки непроизвольно вновь потянулись к волосам. Будучи младше я считала, что когда встряхиваю волосы выгляжу жутко сексуально. Сейчас понимаю, что нет. Просто жутко. — Ты собираешься съесть картошку?       Серьезно? Картошка? Я уже в мыслях планирую нашу дальнейшую жизнь, а он говорит о картошке. Вот что меня в нем привлекало. Он был разным еще минуту назад он поедал меня глазами и что-то шептал мне. Сейчас как ни в чем не бывала доедает мою картошку.       В течение следующей недели Кол продолжал оказывать мне знаки внимания. А я продолжала игнорировать их, убедившись, в том что он просто пытается дразнить меня. Я не хотела попадать в его ловушку. Однако, 3 января, он сорвал мою маску отстраненности и заставил меня наконец стать собой. — Ты собираешься продолжать делать вид, что не замечаешь меня, Давина?       Кол сказал это когда я уже собиралась уходить. Ускорив шаг я попыталась уйти от разговора, но проблема сама нашла меня.       Мы столкнулись лицом к лицу. Я никогда не была так напугана и заинтригована одновременно. Он меня дразнит и искушает, сейчас я была в этом уверена. Но когда я так близко к нему здравый смысл уступает воображению. — Я заметила, я просто предположила, что ты меня дразнишь не более, — тихо сказала я, а Кол рассмеялся надо мной, покачав головой. Я почувствовала, что немного расслабилась, увидев его слишком знакомую усмешку. — Ты считаешь это шуткой, — сказал он, и его слова ударили по моему сердцу, когда он заговорил. Мои губы скривились в улыбке, соответствующей его собственной. — Я надеялся, что смогу отвезти тебя на ужин в эти выходные? — Это твой способ позвать меня на свидание, Кол Майклсон? — спросила я, с мягкими нотками в голосе. Теперь, когда я знала, что Кол относится ко мне иначе чем я думала, мне стало гораздо легче. Я должна была сказать что не могу с ним встретиться. Но на тот момент это свидание не казалось такой плохой идеей. — Это звучит странно, мисс Клэр? — сказал Кол, глядя на меня, когда мы остановились перед моим классом. История. — Что ты скажешь? Я могу забрать тебя в 6, — и снова его ухмылка. Нельзя мне подпускать его так близко. Рядом с ним я превращаюсь в маленькую девочку, которая не может контролировать свои мысли.       Я притворилась, что думаю об этом, но я знала свой ответ, прежде чем он даже начал говорить. Я действительно испытывала некий трепет и волнение. Мне никогда не нравилось оставаться в рамках дозволенного. Или у меня просто никогда не было возможности переступить их? Не сейчас, конечно. — Да, я думаю, это будет весело. Пятница в 6. — В пятницу в 6 часов. Увидимся завтра, Давина. Хорошего дня.       Его уроки окончены и он может спокойно идти домой, а мне предстояло просидеть на истории около часа.       Я едва просидела на своем месте 2 секунды как раздался звонок. Я почти опоздала, раньше со мной такого не случалось. — Добрый день, класс, — сказал мой учитель. Харт. Он был толстым стариком с сердцем 23-летнего ловеласа. Мне никогда не нравилась история, но его класс всегда был моим любимым из-за того, как он учил. Или, может быть, мне просто понравилась его энергия.  — Сегодня мы узнаем о чем-то гораздо более важном для истории Нового Орлеана. Это то, чего вы не найдете ни в одной книге истории, но как молодые члены общества французского квартала, школа считает необходимым, чтобы мы воспитывали в вас любовь к легендам Нового Орлеана. — Мифы никогда меня не волновали, потому что они были такими мифами. Я нашел гораздо больше волнения в реальных историях.       Этот урок обещает быть интересным. — Теперь говорится, что Новый Орлеан построен на костях врагов тех, кто правит городом. Мы обязаны нашим успехам тем, кто защищает нас. Мы рассматриваем защиту которую нам дает правительство, но в мифах говорится другое. Согласно легенде, Новый Орлеан обязан своим успехам вампирам, оборотням и ведьмам квартала, — продолжал мистер Харт, немного оживясь.       Хотя мне не нравились легенды, идея ведьм всегда очаровывала меня. Что-то или кто-то с возможностью изменить свою судьбу, как они сочтут нужным. Оставшуюся часть урока я слушала учителя с особым интересом. Каждый раз, когда мистер Харт говорил что-то о ведьмах, у меня замирало сердце. Я не знала, что это было, но я приветствовала это. И впервые в моей жизни я подумала, возможно ли, чтобы такие люди, как ведьмы, были реальными. Это было мимолетное чудо, но у меня было это.       Я обязана своей судьбой большому количеству людей. Я также обязана мистеру Харту, который дал мне это первое ощущение, что я могу быть чем-то большим, чем человеком. Если бы он никогда не дал этот урок, моя жизнь могла бы быть иной. Но он это сделал, и это вызвало у меня жажду знаний. И поиск этих ответов был одним из первых шагов, которые я предприняла в направлении судьбы, судьбы или того, что происходило потом.