Смерть или второй шанс?

Сидя на крыше единственного уцелевшего здания в Дейле, Хелена смотрела куда-то вдаль, размышляя о… о прошлой жизни. От внимательного взгляда девушки не укрылась пара птиц, подлетающих к её друзьям. Они словно разговаривали о чём-то. Буквально через минуту-другую пернатые улетели. Лестрейндж не могла не заметить, как компания гномов смело направилась к Горе, что-то бурно и гневно обсуждая. — Хелена, иди сюда! — крикнул Бильбо, махнув рукой. Чуть нахмурившись, девушка быстро спустилась с крыши и побежала вслед за гномами. — Что-то случилось? — спросила она у хоббита, который решил дождаться её, — Почему Торин в ярости? — Ты же видела, как он разговаривал с вороном? — Ну. — Он сказал, что Смауг убит, и мы можем спокойно вернуться в Эребор. — Это плохо, что ли? — удивилась Хелена. — Ты не дослушала. Роак сказал, что войска эльфов и людей из Эсгарота направляются сюда, чтобы получить золото Короля-под-горой. Кстати, он ещё сказал, что дракон разрушил Озёрный город, — немного подумав, произнёс Бэггинс, — в этом люди винят гномов. Девушка задумалась. — Война будет? — спросила она, тяжело вздохнув. — Наверняка, — ответил Бильбо, опустив голову.

***

Через несколько дней после этого послания ворона к Одинокой горе подошло ещё одно войско. Возглавлял его троюродный брат Торина — Даин II Железностоп. Все эти несколько дней Лестрейндж была не в курсе, что происходит за пределами Королевства Дубощита. Она всё время была погружена в свои мысли, ни на что не обращала внимания, не знала о том, что Аркенстон оказался у Барда и Трандуила… Лишь в день появления Даина девушка «ожила». Хелена, стоя недалеко от Торина, наблюдала, как показалось войско Даина: гномы поднимались вверх по долине стремительным шагом. Между рекой и восточным отрогом они остановились, но небольшой отряд перешел на другой берег и двинулся к лагерю. Напротив лагеря гномы положили оружие и подняли руки в знак мира. Бард отправился поговорить с ними, и с ним пошел Бильбо, которого Дубощит посчитал предателем за отданный Камень. — Мы — посланцы Даина, сына Наина, — услышала Лестрейндж, — Мы узнали, что возродилось древнее королевство, и спешим к нашим родичам в Одинокой Горе. А вы кто такие и почему вы стоите, словно враги, под укрепленными стенами? — что в переводе с вежливого и несколько старомодного языка, каким принято говорить в таких случаях, попросту означало: «Вам тут делать нечего. Мы всё равно пойдем дальше, так что выбирайте одно из двух: или посторонитесь, или мы будем драться». Гномы намеревались пробиваться к Горе между её восточным отрогом и излучиной реки: им казалось, что этот узкий проход не очень хорошо защищен. Бард, разумеется, отказался пропустить гномов к Воротам. Пока путь к Горе преграждало войско людей и эльфов, посланцы Даина не стали продолжать перебранку и удалились ни с чем, огрызаясь себе в бороды. Бард сразу послал к Воротам своих гонцов, но никакого золота, обещанного Торином за Аркенстон, конечно, не оказалось. Едва гонцы подошли на расстояние выстрела, как со стены полетели стрелы, и воины Барда в смятении поспешили назад. Весь лагерь гудел, словно там готовились к битве, а гномы Даина уже продвигались вперёд по восточному берегу реки. Неожиданно гномы без предупреждения молча бросились на прорыв. Зазвенели тетивы, засвистели стрелы. Войска были готовы сойтись. «Кажется, скоро придётся воспользоваться магией», — подумала девушка, нащупав палочку в кармане мантии. Но тут произошло нечто ещё более неожиданное и ужасное: стало стремительно темнеть. Огромная чёрная туча закрыла небо. Надвигалась буря: яростный ветер зимней грозы донёс раскат грома, эхом прокатившийся меж отрогов Горы, вспышка молнии озарила вершину. А ниже грозовой тучи появилась еще одна, летящая к Горе тёмным вихрем, но не по ветру: чёрное облако приближалось с севера, будто огромная стая птиц, такая плотная, что между крыльями не оставалось никакого просвета. От удивления Хелена даже открыла рот на несколько мгновений. Ничего подобного она в жизни никогда не видела. Пожалуй, во время Битвы за Хогвартс девушка боялась меньше, чем сейчас. — Стойте! — вдруг услышала Хелена. Посмотрев вниз, она заметила старца, стоявшего между строем наступающих гномов и сомкнутыми рядами воинов, ожидающих неприятеля. Девушка догадалась, что это, должно быть, Гэндальф, маг, про которого ей так часто рассказывал Троэл. — Стойте! — крикнул он громовым голосом, и белое пламя, подобное молнии, ударило из его посоха. — Надвигается беда! Идут гоблины! Их ведет Болг, предводитель гоблинов Севера! Посмотрите! Летучие мыши, как туча голодной саранчи, несутся над его войском! Гоблины скачут на волках, и стая варгов идет следом за ними! Пока он говорил, становилось всё темнее, армия Болга приближалась. Видя, как войска Барда, Даина и Трандуила готовятся к битве, Пожирательница последовала их примеру. Наложив на себя Дезиллюминационное заклинание, она, не жалея ног, побежала к тому самому уцелевшему зданию Дейла. Хелена прекрасно понимала, насколько опасна была её затея, но что-то словно подталкивало её оказаться хоть немного ближе к войскам эльфов. Оказавшись у пункта назначения, девушка поднялась на третий этаж дома, половина которого была всё-таки разрушена. Несмотря на это, отсюда прекрасно было видно абсолютно всё: и войско врагов, и войско теперь-уже-союзников. Долго ждать гоблинов не пришлось. Некоторая часть армии эльфов осталась неподалёку от того места, где была Лестрейндж. По немому сигналу они начали стрелять из луков, практически безошибочно попадая в цель. Не долго думая, девушка стала посылать заклинания в недругов, стараясь, однако ж, делать это незаметно для лучников. Невербальной магии её обучал сам Волан-де-Морт, поэтому врагов Хелена убивала бесшумно. Убив пять или шесть орков, Пожирательница поняла, что они приближаются слишком быстро, ей и небольшому отряду эльфов не удастся их надолго задержать. Перестав пулять заклинания, девушка на секунду задумалась. Она решила, что возьмёт хоть небольшую часть этих существ на себя, чтобы войску Трандуила было легче сражаться. И с каких это пор она стала думать о ком-то, кроме себя? Достав маску из кармана мантии, Лестрейндж посмотрела на неё, мгновенно вспомнив Битву за Хогвартс. «А ведь сегодняшнее событие пострашнее будет.» — подумала она, надевая маску и снимая с себя Дезиллюминационное заклинание. Быстро выбежав на улицу, Хелена повернулась и из палочки пустила в воздух несколько зелёных искр, привлекая внимание орков к себе. Постояв пару секунд на месте, ожидая, когда её заметят, девушка со своей максимальной скоростью побежала к центру Дейла, на ходу посылая заклинания во врагов. — Авада Кедавра! Круцио! Экспульсо! Петрификус Тоталус! — кричала она снова и снова. Обернувшись на секунду, Лестрейндж не на шутку испугалась: три чудовища, заметно большего размера, чем остальные, бежали всего лишь в пяти метрах от неё, размахивая огромными мечами и дубинами. — Депульсо! — выкрикнула Пожирательница, направив палочку на орка по центру. Монстра резко отбросило назад. Он упал, увлекая товарищей за собой. Не теряя ни секунды более, Хелена побежала дальше, ловко перепрыгивая через камни и посылая заклинания в орков. Ещё в момент выпуска зелёных искр девушка примерно посчитала, что за ней побежало около двадцати этих омерзительных существ. «Тринадцать убила, — думала она на бегу, — Ещё семь, и можно возвращаться в гущу событий». — Круцио! Инкарцеро! Авада Кедавра! АВАДА КЕДАВРА! — выкрикивала Лестрейндж, даже не оборачиваясь, стреляя наугад куда-то назад. Забежав за остатки какого-то дома, девушка остановилась, переводя дыхание. Мысленно сосчитав до десяти, она осторожно выглянула из-за угла. Никого. Только два или три человека пробежали в сторону Одинокой горы. Выдохнув, Хелена развернулась обратно и чуть не лишилась чувств со страху. На неё надвигался орк, практически полностью закованный в железо. Резко сорвавшись с места, Пожирательница поняла, что орк сделал то же самое. Не успев сделать и десяти шагов, девушка почувствовала резкую боль в ногах: орк замахнулся дубиной и ударил её. Лестрейндж упала и, резко обернувшись, выставила руку с палочкой вперёд, на монстра, замахивающегося для финального удара. — Импедимента! — выкрикнула она. Движения чудовища стали очень замедленными. Так как действие заклинания не могло продолжаться больше десяти-пятнадцати секунд, девушка откатилась в сторону и выкрикнула Смертоносное заклинание. После смерти орка, Хелена взвыла от боли. Она ясно видела, что у неё перелом ноги. — Чёрт, что же делать? — думала она, пытаясь не расплакаться, — Стоп. Глупая, как же я могла забыть? Эпискеи, — произнесла она, направив палочку на левую ногу. Резко втянув воздух, Пожирательница медленно выдохнула. Ощупав ногу, она попыталась встать. — Слава Мерлину, — произнесла она, — Осторожнее будь, дура, — ругала она себя. Осмотревшись, девушка не заметила опасности. «Значит, нужно эту опасность найти», — думала она с азартом, крадучись к Одинокой горе. Встретив на своём пути лишь десяток-другой орков, Лестрейндж довольно быстро приблизилась к основному скопищу войск. Здесь то и дело слышался лязг металла, чьи-то гневные крики, предсмертные рычания и другие «прекрасные» звуки боя. «А я-то думала, что это в Большом зале было много народу… Как же я ошибалась!» — усмехнувшись, подумала брюнетка. Тяжело вздохнув, Хелена стала пробираться в самую гущу событий, то и дело выкрикивая заклинания. Смешавшись с войском эльфов, девушка не сразу заметила, что в десятке метров от неё искусно бьётся Трандуил. На пару мгновений, Лестрейндж так и замерла, смотря на него, пока не услышала рык орка за своей спиной. — Авада Кедавра! — крикнула она, резко повернувшись. Трандуил, мечом отрубив орку голову, услышал знакомый голос, но совершенно не знакомую ему фразу. Он обернулся и увидел Хелену с какой-то палкой в руке. Девушка делала быстрые и резкие движения рукой, и из палочки вырывались зелёные и красные лучи, попадая в орков, которые либо падали замертво, либо корчились от невероятной боли. «Волшебница?» — удивлённо подумал Король, внимательно наблюдая за Лестрейндж. Внезапно обернувшись, Пожирательница резко выставила руку с палочкой вперёд, чуть выше головы Лихолесского Владыки, и произнесла ту же самую незнакомую фразу. Заметив на лице чужеземки серебряную маску с какими-то витиеватыми узорами, Трандуил обернулся и посмотрел на бездыханное тело чудовища в доспехах. Толком не разглядев его, Король повернулся обратно, однако увидел, что Хелена уже относительно далеко от него, а мантия её раздувается от встречного ветра. Посмотрев ещё раз на мёртвого орка, эльф отметил, что на доспехах не осталось и вмятины от пущенного чужеземкой зелёного луча. Довольная тем, что спасла жизнь Королю, Лестрейндж бежала, посылая заклинания то в одного, то в другого орка. Постепенно армия Болга начала редеть, хоть некоторым казалось наоборот. Девушка решила немного отдохнуть, ибо, по её мнению, и так сделала немало, сражаясь сегодня. Спрятавшись за глыбу, которая была вдвое больше её самой, Хелена села, опершись на неё спиной. Ветер, бушующий всё это время, разорвал облака, и на западе мелькнул проблеск заката. Пожирательница внимательно посмотрела в ту сторону и вдруг услышала где-то неподалёку от себя: — Орлы! Орлы летят! — это кричал Бильбо, брюнетка узнала его голос. Девушка присмотрелась внимательнее. Да, это действительно были птицы. Орлы или нет — Хелена не могла сказать, но птицы эти были очень больших размеров.

***

До конца Битвы Лестрейндж просто сидела около огромного камня, лишь несколько раз применив Аваду Кедавру. Когда, наконец, раздался возглас, извещающий о победе, девушка начала засыпать. Открыв глаза, она встала с насиженного места и направилась в сторону Одинокой горы, неподалёку от которой были разбиты лагеря эльфов и людей. Подходя к пункту своего назначения, Хелена обратила внимание на то, что эльфы выглядят слишком обеспокоенными. — Что произошло? — спросила она, подходя к одному из них, — Почему вы такие взволнованные, если победа на нашей стороне? Бросив на Пожирательницу какой-то отстранённый взгляд, эльф ответил: — Король сильно ранен, ему для лечения нужны специальные травы, которые растут далеко от Эребора, мы не успеем их собрать. Немного подумав, девушка произнесла, смотря куда-то в сторону: — Ну… Думаю, я могла бы помочь, — она провела пальцем вдоль палочки, лежащей в кармане. — Правда? — как-то недоверчиво спросил воин. Лестрейндж медленно кивнула, представляя себе, насколько сильно ранен Трандуил, какие заклинания и зелья ей придётся использовать. Эльф вздохнул и жестом позвал девушку за собой. Вскоре они дошли до огромного королевского шатра. «Даже на поле битвы ему надо как-нибудь выделиться», — подумала Хелена, закатывая глаза. Войдя в шатёр, брюнетка увидела Барда, Гэндальфа и самого Короля, лежавшего на чём-то, напоминающем кушетку. Воин подошёл к Трандуилу и что-то сказал ему на Синдарине, показав на Пожирательницу, которая к этому времени уже сняла свою маску и сунула её во внутренний карман мантии, увеличенный изнутри с помощью магии. Затем, подойдя ближе к Королю, она ужаснулась его внешнему виду: на ноге был открытый перелом, множественные раны на теле, большинство из которых довольно-таки глубокие. — Он потерял много крови, — неожиданно прошептал Бард на ухо девушке, отчего та вздрогнула, — Ещё я видел, как ему в плечо один из орков пустил стрелу с ядом. «Вот и спасла Короля, называется. Что ж, повторим подвиг ещё раз», — подумала брюнетка, подойдя к Трандуилу ещё ближе. — Ты? — воскликнул он, — Не подходи ко мне, ведьма! — Ведьма? — переспросил Гэндальф, переведя взгляд с Владыки Лихолесья на Хелену. — Да, Митрандир, я сам видел, как она убила орка с помощью какой-то палки! — Это называется волшебная палочка, — спокойно произнесла Лестрейндж, оказываясь прямо у кушетки. — Колдовство с помощью палочки? — продолжал удивляться старый маг, — Никогда не видел ничего подобного… — Отойди от меня, чужеземка! — гневно произнёс Король. — Нет, Ваше Величество, — произнесла Хелена, склоняясь над эльфом, — Силенцио, — произнесла она, и Трандуил перестал издавать какие-либо звуки, просто стал открывать рот, как рыба, — Не дёргайтесь, не усложняйте мне задачу. А вы не беспокойтесь, — сказала она присутствующим, обернувшись, — просто заклинание немоты. Затем девушка принялась за работу. Не зная, с чего начать, она ещё раз осмотрела Короля, который лежал теперь неподвижно. Мерлин, какие мускулы… «Так, Лестрейндж, ты о чём думаешь вообще?» — одёрнула она себя. Нахмурившись, она склонилась над животом Владыки Леса и, водя палочкой над ранами, стала повторять заклинание: — Вулнера санентур. Изумлённые Бард с Гэндальфом внимательно наблюдали за тем, как затягиваются глубокие раны на теле Трандуила. Закончив с этим, девушка направила палочку в карман мантии и с помощью магии стала доставать необходимые зелья: — Акцио, Крововосполняющее зелье. Акцио, противоядие. Акцио, Рябиновый отвар. Акцио, Животворящий эликсир. Как только перед ней оказались все нужные баночки, и она уже приготовилась к тому, что будет поить ими Короля, Бард спросил: — Что это? — Разве не видно? — ответила девушка, открывая баночку с противоядием, — Ты сказал, что ему в плечо пустили стрелу с ядом, верно? Это противоядие. Вам нужно это выпить, Ваше Величество, — добавила она, поднося баночку ко рту Короля. Тот, на удивление Хелены и всех присутствующих, даже сопротивляться не стал. — Это, — продолжила девушка, убирая в карман противоядие и беря следующую баночку, — Крововосполняющее зелье. Судя по ранам на животе, он потерял много крови. Её нужно восполнить, не так ли? — добавила Лестрейндж, опускаясь перед кушеткой на колени и поднося сосуд к губам Правителя. — Тут Рябиновый отвар, — Пожирательница откупорила следующую баночку, — Он залечит все оставшиеся раны. И он, пожалуй, самый приятный на вкус, — усмехнулась она, наблюдая за тем, как Трандуил делает глоток снадобья, а раны уже начинают затягиваться и исчезать. — А это, — девушка взяла последнюю баночку, — Животворящий эликсир. Он поможет быстрее восстановить энергию. Удивлена, как он вообще выжил после таких глубоких ран, — она кивнула на живот эльфа. — Эльфы — народ живучий, — усмехнулся Бард. — Да, я вижу, — хмыкнула Хелена, — Так. Остался перелом… Тут она задумалась: сразу вылечить его, применив заклинание, или пусть помучается с Костеростом? Усмехнувшись, брюнетка выбрала второй вариант. Должен же он ответить за шрамы, оставшиеся после допроса? Вновь направив палочку в карман, она произнесла: — Акцио, Костерост, — и в её руке оказалась очередная баночка, — Я забыла заклинание, которое могло бы сразу восстановить ногу Короля, поэтому сделаю по-другому. Брахиам Эмендо,— произнесла девушка, и из ноги Трандуила от колена до ступни исчезли все кости. — Что ты сделала с ним? — воскликнул Бард, резко делая шаг вперёд. — Не нужно беспокоиться, — громко произнесла Лестрейндж, подняв свободную руку вверх, — Не беспокойтесь, Ваше Величество, — пропела она, видя попытки последнего что-то сказать, — Дайте стакан какой-нибудь, — обернулась она к присутствующим. Бард тут же подорвался с места и, подойдя к столу, взял стакан, который в следующее мгновение отдал волшебнице. — Спасибо, — ответила та, наливая жидкость в прозрачный сосуд, из которого теперь валил пар, — Выпейте это, — добавила девушка, отдавая стакан эльфу, — Это зелье неприятно на вкус, да и кости заново выращивать — неприятное дело, но другого выхода нет. Трандуил недоверчиво посмотрел на чужеземку и сделал глоток Костероста, тут же поморщившись. Король гневно посмотрел на Хелену, произнося что-то одними губами. Девушка, догадавшись, что это какие-то ругательства, лишь усмехнулась. — До дна, — сказала она, — Иначе не поможет. Эльф вновь бросил на брюнетку уничтожающий взгляд и допил-таки зелье. — Отлично, — серьёзно подвела итог Пожирательница, забирая стакан из руки Трандуила и отдавая его Барду, — Через день кости должны быть в порядке. Встав и уже собравшись уходить, она вдруг остановилась. — Совсем забыла, — сказала она, поворачиваясь к Королю и направляя в карман палочку, — Акцио, Болтливое зелье. Подойдя к эльфу, она протянула ему открытый пузырёк с зельем и, наклонившись чуть ближе, произнесла, растягивая слова, как это любил делать Люциус Малфой: — Это зелье вернёт Вам голос, Ваше Величество. Трандуил взглянул на волшебницу с нескрываемой ненавистью, на что Хелена лишь усмехнулась, и сделал пару глотков жидкости. Хмыкнув, девушка забрала баночку обратно и, сунув её в карман, вновь направилась к выходу из шатра. — Трандуил, — подал голос Гэндальф, — мне кажется, ты должен отблагодарить девочку за то, что она спасла тебе жизнь. — Пусть в свой мир возвращается, пусть там её благодарят за всё, — гневно отозвался эльф, принимая вертикальное положение на кушетке. — Прости, что ты сказал? В свой мир? — переспросил удивлённый волшебник, переведя взгляд голубых глаз на Лестрейндж, смирившуюся с тем, что быстро покинуть это место ей не удастся. — Да, Гэндальф, Его Величество всё правильно сказал про мой мир. Однако он не верит мне, не верит в то, что я говорила ему правду. Он считал, — брюнетка бросила короткий взгляд на Короля, — что я приспешница… Саурона, кажется? Но это не так! — Посмотри мне в глаза, пожалуйста, — попросил маг, обращаясь к Пожирательнице. Та, решив, что ему можно верить, «отключила» Окклюменцию и посмотрела на Гэндальфа. В это же мгновение перед глазами стали проноситься картинки из её прошлого. Хелена вдруг вспомнила, что в прошлой жизни являлась воплощением зла, поэтому в спешном порядке, стараясь, чтобы этого не заметил маг, слегка подкорректировала свои воспоминания. Теперь в Битве за Хогвартс, которую Митрандир не обошёл стороной, она сражалась на стороне добра, а как же. Через минуту-другую волшебник покинул её сознание. Вернув защиту на мысли, девушка опустила взгляд, ожидая реакции Гэндальфа на увиденное. — Она действительно говорит правду, — задумчиво произнёс он, — Она действительно из другого мира. Но их там два. Тот, в котором жила она, где магии даже больше, чем здесь, и тот, где о волшебстве знают лишь из сказок. Трандуил и Бард внимательно слушали Гэндальфа, переводя взгляд с него на Лестрейндж и обратно. — Что ж, — продолжал маг, — я постараюсь найти способ, чтобы вернуть тебя домой. Но не даю никаких гарантий, — обратился он к Пожирательнице, — А пока я буду занят этим, ты будешь жить во Дворце Лесного Короля. — Что?! — в один голос воскликнули Хелена и Трандуил. — Митрандир, это невозможно, — едва сдерживая гнев, произнёс последний, — она не будет жить… — А нет другого выхода, Трандуил, пойми, — по-прежнему спокойно отозвался Гэндальф, уже собираясь покидать шатёр, — Какое-то время она будет жить у тебя, пока я не найду способ вернуть её в её мир. — А если не найдёшь? — вкрадчиво спросил Владыка. — Если не найду… Значит, она задержится у тебя немного дольше, — произнёс он с улыбкой, подмигнув Лестрейндж, — Всего хорошего, — добавил он и удалился из шатра, оставив ошарашенных Трандуила, Хелену и Барда размышлять над его словами.