Для любви нет преград.

Это не глава. Маленькие зарисовки из Машиного детства и юности. Репетитор. — Мария это не сложно, попробуйте ещё раз. Это же первый класс! Девочка подняла на надоедливого репетитора карие глаза. Чуть наклонив голову в бок, она ухмыльнулась, будто поймала на чём-то свою учительницу. — Евгения Павловна, что вы хотите этим сказать? — неприятным, слишком слащаво-наигранным голосом проговорила ученица. Женщина, глядя на свою подопечную, несколько растерялась; нет, она была наслышана об ужасной натуре этой девчонки, но уж кого-кого, а себя слабым педагогом не считала. Всё-таки двадцатипятилетний стаж за плечами. А потому не подозревающая подвоха женщина, приподняв подбородок несколько выше, сказала: — Я имею виду, Мария, что в вашем случае стоило бы заниматься с большим упорством, потому как составляющие двузначного числа — задача первого класса, а вы это до сих пор не знаете. — А вы, видимо, не знаете, как стоит разговаривать со мной, правда? — девочка продолжала скалиться всё шире. Наученная опытом женщина приподняла брови: — И как же? — Всё очень просто, Евгения Павловна: вы прекращаете со мной какие-либо занятия, сказав моим родителям, что с математикой у меня всё хорошо, а я тогда.... — С какой стати? — Иначе вы пожалеете, — тихо произнесла девочка. — Это уже смешно, хватит пустых разговоров. Решайте. Девочка, лишь слегка покачав головой, принялась за ненавистные числа. Ровно через неделю, как раз после третьего занятия Евгении Павловны с неподдающейся каким-либо математическим расчетам девочкой. Мать вышеназванной, Алла Борисовна обнаружила, что в её шкатулке недостает двух перстней и серёжек. Подозрение сразу же пало на нового человека, недавно появившегося в их доме, этим человеком оказалась репетитор — Евгения Павловна. Алла Борисовна, будучи человеком корректным, постаралась мягко объяснить учительнице её дочери, что сейчас так много случаев воровства. — Прошу у вас прощения за это, но не могли бы вы открыть свою сумочку. Репетитор была возмущенна и оскорблена подобным обращением и долго не давала открыть злосчастную сумочку, но в итоге сдалась под напором отца девочки. Через полчаса после этого инцидента была вызвана милиция, которая приняла заявление от Аллы Борисовны на имя Евгении Павловны, как на воровку, в сумочке которой нашлись пропавшие драгоценности. Через полгода суд постановил: лишить вышеназванного учителя права преподавать. А девочка с карими глазами к этому времени как раз начинала искать новый способ избавиться от репетитора, на этот раз по русскому языку. "Воровство уже не прокатит, надо придумать что-то новое, может..." *** Знакомство. — Нина, ты уже возьмёшь у меня из рук Данилку?! Девочка с каштановыми волнистыми волосами молча подошла к той, которая требовала, и взяла у неё протянутого пупса. — Эй, привет! — к маленькой компании из трёх девчонок приблизилась четвёртая. — Тебе чего? — грубо поприветствовала её надменная девочка с тёмно-русыми волосами, на фоне других подружек она выглядела старше и больше. Но подошедшая, ничуть не обидевшись, продолжала. — Ты не помнишь, что ли? Ну, мы же с тобой теперь в одном классе! — обрадовано заявила та. — И что?! Я теперь общаться с тобой, что ли, должна? Тут-то вторая собеседница, улыбнувшись не по-доброму, произнесла: — Да я просто хотела узнать: который год тебя в этом классе оставляют? Темноволосая девочка с красивыми глазами изогнула ротик в ядовитой ухмылке. — Катя, вертя дубину, напоролась на мину, Обрадовалась детина. Спустя секунду Повисли на ветки глазки голубоглазой Катьки. В действительности голубоглазая Катька, посмотрела на злую девочку с раздражением. — Нашей Маши - даже старое дерево краше. Маша – вся измазана в каше. — Нина! Олесь! Может, покажем нашей новенькой, как следует с нами разговаривать? Но Катя, совершенно не испугавшись, посмотрела на злую девочку по имени Маша со странным непонятным интересом. — Что, только и умеешь со своими подпевалами общаться?! Девочку Машу, казалось, эта фраза разозлила больше всего. — Я с подпевалами не общаюсь! — Докажи! — А вот и докажу! Пошли! Забрав у ничего непонимающей Нины куклу, Маша уверенно двинулась в противоположную от подружек сторону. Победно усмехнувшись, вторая девочка последовала за ней. После двух месяцев дружбы Маши и Кати плакали не только Олеся с Ниной, над которыми девочки больше всего любили подшучивать, но и мальчик Макар из соседнего класса и его друг Димка, учащийся вместе с девочками, и ещё несколько детей, попавших в немилость этого странного дуэта. *** После расставания с Лисом. — Маш! Не обращай внимания, он — козёл! — Я знаю, всё нормально. — Ну, что нормально, я же вижу, что нет! — Кать, отвяжись, а? — Нет! Я не позволю тебе страдать из-за этого урода. — А не из-за урода позволишь? — Эээ, нет, ну, если тебе это будет нужно... — Кать, просто отвянь, мне это нужно. — Чтобы я отвяла? — Нет, мне нужно страдать. — Да? О, ничего себе, у тебя новые обязанности? Не знала, ладно, давай я тебе помогу. — Что поможешь? — Страдать, конечно ж, а что ж еще! — Катяяяяя! — Ну, ладно тебе, он того не стоит. — Да блять, Кать, хорош уже, я знаю! Но страдать из-за этого не перестану! — О! Это что, типа забастовки? — Кать, ты дура? — Тебе честно или соврать? — Давай лучше честно... — Сейчас в этой комнате только одна дура — ты! — О боже, ты опять?! — Я не боже, хотя спасибо, конечно, а эээ... о чём мы там? — Боюсь тебя расстроить, но поклоняюсь я лишь одному богу и имя ему — Данунахуй. — Да, Данунахуй крутой бог, он очень помогает человечеству в целом и каждому в отдельности, так что молись ему. — А я что делаю? — Ты не так делаешь, надо вызвать Данунахуй. — И как? — А очень просто, есть такое курительное вещество, очень помогает бороться с проблемами, его-то людям и дал когда-то Данунахуй. — И что, у тебя есть волшебное вещество? — У меня нет, но я знаю некоторых поверенных этого бога, через которых его можно легко достать.