Обжигающее лето

Стояло сухое и по-настоящему жаркое, душное лето. Воздух накалился так, что видна была его легкая дрожь, если приглядеться. Солнце нещадно жгло поля и сады, даже тень не спасала. Было начало июля. Понедельник, два часа дня. Самое пекло, как подумал Бенджи, пробираясь сквозь густые заросли к сверкающей речной глади. Вокруг разносился шорох травы и стрекот кузнечиков, изредка доносились птичьи трели. Бенджи стремился скорее добраться до спасительной воды, окунуться в ее прохладу. Их маленький домик располагался на самом краю деревни, так что добраться до реки можно было в два счета, поэтому мальчик часто сбегал сюда, особенно если мать чувствовала себя не слишком хорошо от постоянных головных болей из-за жары и не следила за сыном. Как только она уходила в свою комнату, он тихонько выбирался из дома и приходил сюда. Отчим целыми днями пропадал на ферме, поэтому за пасынком не следил, но если бы узнал, что Бенджи отлынивает от работы, то быстро поставил бы его на место, выпоров старым армейским ремнем. Поэтому Бенджи был осторожен вдвойне. Сестра была старше Бенджи на два года и училась в женском колледже в городке, что расположен в двух часах езды на велосипеде от их деревни. Но в июле у них наступили каникулы, поэтому она вернулась домой и теперь помогала матери по хозяйству. У нее с Бенджи было негласное соглашение – он не выдает ее тайны, она не говорит о его побегах. Ее тайна была аналогична – она тоже сбегала из дома, но прикрывалась тем, что шла к своей подруге Миранде Грей, а на самом деле они с Мирандой на велосипедах раз в неделю на весь день уезжали обратно в город. Что они там делали, Бенджи не знал, но подозревал, что устраивали свидания с парнями. Река открылась перед ним внезапно – широкая, играющая бликами на солнце. Он быстро скинул с себя рубашку и шорты и как был, голышом, окунулся в ее прохладные воды. Его настигло ощущение эйфории, он растворился в глубокой прохладе, закрыв глаза и погрузившись в воду с головой. Плавал Бенджи плохо, поэтому позволял себе плескаться исключительно на мелководье, не заплывать дальше, чем туда, где вода поднималась до плеч. Но ему доставляло удовольствие просто погружаться под воду, расслабляться и медленно всплывать на поверхность. Он мечтал, чтобы эти мгновения длились вечно, но эта мечта была недостижима. Приходилось постоянно себя одергивать, останавливать, заставлять вернуться в реальность, на берег, под палящие лучи. Теплый ветер обдувал мокрое тело, обволакивая и иссушая кожу. Бенджи наспех оделся и побрел в обратном направлении, но на секунду замер, подумав, а затем свернул к мосту, решив немного прогуляться, чтобы дать обсохнуть волосам, мокрыми прядями свисавшим на лицо. Мост был недалеко. На повороте река делалась уже, мельчала, и через нее перекинули деревянный мост - широкий и крепкий, с перилами. По нему ежедневно проезжали телеги, велосипеды, но автомобили не рисковали, слишком уж он казался ненадежным, чтобы выдержать их вес. Вечерами на мосту любили стоять парочки, смотреть на воду, шептаться. Но Бенджи не стал подниматься на сам мост, он пробирался по низу, вдоль берега реки. Он всегда так делал в целях предосторожности, чтобы не быть замеченным даже посторонними людьми. Хотя, какие люди в такую жару… Кусты у реки скрывали его, даже если смотреть с моста. Пробирался он осторожно, согнувшись, стараясь при этом не зацепиться за ветви и не порвать одежду. Внезапно он услышал какой-то шорох и приглушенный то ли вскрик, то ли стон. Он замер, прислушиваясь. Осторожно раздвинул ветви, но ничего не увидел. Едва дыша, он опустился на четвереньки и осторожно пополз вперед. Внезапно впереди замаячила широкая тень – темный шевелящийся клубок. В первую секунду Бенджи не смог понять, что такое он увидел, но, вглядевшись внимательней, смог разобрать – два тела: одно, довольно высокое и мускулистое, нависло, согнувшись, над вторым – цветастая длинная юбка задрана, обнажая чуть загорелые ноги, согнутые в коленях, одна рука упирается в плечо нависшего сверху парня, вторая прижата над головой его рукой. Рот девушки был зажат ладонью, не давая кричать. Каштановые волосы спутаны. Бенджи впился глазами в этот клубок потных, разгоряченных жарким летним днем тел, приоткрыв рот и облизывая губы. На щеках его выступил румянец. Он узнал девушку, лежавшую под парнем – Бриджит, его сестра. Первым порывом было вскочить и наброситься на парня, но его ноги онемели, тело не хотело слушаться. Он продолжал неподвижно сидеть в кустах, наблюдая за монотонными, упругими движениями. Солнце играло на светлых волосах, на загорелых мускулистых руках. Хриплое дыхание вырывалось из приоткрытого рта. Лица сестры Бенджи не видел, его скрывала трава, но он слышал приглушенные стоны-всхлипы. Ее рука бессильно упала с плеча парня, она больше не отбивалась, покорно терпела и ждала, когда все закончится. Бенджи казалось, что он дышит в унисон с парнем. Его он тоже узнал – Маркус Клод, сын старого Фрэнсиса Клода, у которого была самая большая ферма в окрестностях их деревни. Маркус на лето приехал к отцу из города, где заканчивал колледж. И теперь помогал на ферме. И не только… Бенджи почувствовал, что его сейчас стошнит. Глаза заслезились от пристального всматривания. Он сжал рот руками и скрючился, вдыхая запах земли. Толчки, шуршание и вздохи прекратились. На какое-то мгновение наступила тишина. Бенджи приподнял голову и увидел, как Маркус поднялся, оправил штаны, бросил взгляд на распростертую у его ног девушку и улыбнулся. От этой улыбки Бенджи бросило в жар. На лице Маркуса читалось неприкрытое торжество от факта обладания, победы и в то же время холодное равнодушие. А затем он отвернулся и зашагал прочь. Его сестра еще некоторое время неподвижно лежала. Затем поднялась, оправляя юбку. Ее лицо снова было скрыто от Бенджи, но теперь длинными каштановыми волосами, слегка вьющимися на концах. Шаги девушки были неуверенными, осторожными, когда она пробиралась к мосту. Бенджи просидел в кустах еще минут десять, боясь пошевелиться. Когда он вернулся домой, мать уже готовила на кухне. Сестры не было видно, поэтому он предположил, что она закрылась у себя в комнате. - Бенджамин! Сходи-ка за клубникой! – крикнула мать, как только увидела его на пороге. Мальчик кивнул, взял ведерко и ушел в сад. Он любил собирать клубнику, но даже это занятие сейчас не могло отвлечь его от ненужных мыслей. В голове неотступно вертелась картинка – два сплетенных тела. И эти звуки… Его сестра. Этот…Это…Эта скотина… С его сестрой! Красная ягода брызнула соком сквозь сжавшийся кулак. Бенджи сглотнул. Вечером, когда пришел отчим, мать позвала за стол, ужинать. Бенджи посмотрел на пустующий стул сестры. - Где эта девка? – грубовато поинтересовался Грегор, обращаясь одновременно и к жене, и к пасынку. Бенджи хмуро молчал, уставившись в тарелку с супом, а мать тяжело поднялась, выглянула в коридор и громко позвала: - Бри! Ужин! Спускайся сейчас же! Наверху скрипнула дверь и раздались шаги. Медленные, осторожные. Мать вернулась за стол. Через минуту в комнате показалась Бри – губы сжаты, лицо бледнее обычного, глаза чуть покраснели. Заметят ли, гадал Бенджи. - Что это с тобой? – поинтересовался отчим, беря кусок хлеба. Заметил. - Так, голова немного болит, - тихо ответила сестра, садясь на свое место. Мать бросила на нее озабоченный взгляд, но промолчала, боясь выдать свое беспокойство. - Так надо работать больше, а не торчать полдня дома, - ничуть не обеспокоился отчим. - У вас, баб, вечно одна дурь в голове, оттого и болит. Его громкий смех неприятно резанул по ушам. Уже ложась спать, Бенджи услышал шаги в коридоре, а затем тихий голос матери у соседней двери. Дверь приоткрылась и захлопнулась. В вечернем сумраке комнаты Бенджи лежал, подложив руки под голову, и думал о том, чему сегодня стал свидетелем. В его голове созрела решимость, еще неясная, порывистая. Он не знал, чего хочет добиться, но решимость плотно засела у него внутри, не давая покоя. На следующий день он снова тихо выбрался из дома. Однако направился не на речку, а в сторону моста. Еще не дойдя, он сразу заметил высокую фигуру, что стояла, облокотившись на перила. Парень смотрел вдаль, затянувшись сигаретой. Солнце пекло все с тем же остервенением, но казалось, что парня на мосту это нисколько не смущает. Бенджи подошел ближе и остановился у основания моста, в тени растущего рядом дерева. Маркус продолжал курить, облокотившись на перила. Бенджи сделал пару шагов и снова остановился. Через пару минут Маркус выпрямился, вздохнул и повернул голову в сторону мальчика, насмешливо скривив губы: - Ну, чего же ты хочешь, малыш? Губы Бенджи дрогнули и сжались, превратившись в узкую полоску. Маркус повернулся в его сторону уже всем корпусом, бросив под ноги сигарету и растоптав ее носком ботинка. Пружинистым шагом подошел ближе к Бенджамину. - Язык проглотил? – процедил он. Его серые глаза смотрели с интересом, изучали Бенджи как забавного зверька. Бенджи облизал пересохшие губы. - Я все видел, - тихо произнес он. - И что же ты видел? – насмешки в голосе стало больше. - Моя се-сес… - Бенджи запнулся, не в силах выговорить дальше, а Маркус наклонился чуть ниже, наигранно прислушиваясь. - Что-что? Быстрое движение правой руки, до этого притаившейся за спиной. Отчаянное, торопливое, но недостаточно быстрое для Маркуса, который легко перехватил руку в замахе, крепко сжав запястье и с силой выворачивая ее, заставляя отпустить рукоятку крепко сжатого кухонного ножа. - Ах ты, сопляк! – приглушенный рык. Носком сапога парень откинул нож далеко в сторону, а Бенджи с силой толкнул вперед так, что тот отлетел к росшему рядом дереву, ударившись спиной о ствол. В два шага преодолев разделявшее их расстояние, он схватил мальчика за шею, заставив подняться на цыпочки. Бенджи обеими руками вцепился в державшую его руку, лихорадочно втягивая воздух. - Говоришь, все видел? – Маркус неприятно ухмыльнулся. - Подглядывать за старшими нехорошо, знаешь ли. И как же много увидел, а? Он почти вплотную придвинул лицо к лицу Бенджи. - Небось, еще и удовольствие от этого получил? Когда я жарил твою сестричку… Бенджи дернул ногой в попытке пнуть, но промахнулся, а его тут же приподняли выше, заставив почти повиснуть на руке. Дышать стало труднее. Бенджи чувствовал, как лицо покрылось потом, руки стали влажными и скользкими. - И что же ты, заморыш, пытался сделать с этим своим ножичком, а? – продолжал издеваться Маркус. – А может мне тебя стоит отучить раз и навсегда подглядывать, а потом бросаться на людей с ножами? Его рука вдруг ухватила Бенджи за пах и сжала. Бенджи вздрогнул и испуганно уставился в глаза парня. - Знаешь, как с евнухами… - прошептал Маркус на ухо мальчику, наклонившись к нему так близко, что Бенджи уловил запах соли, песка и пота. Запах щекотал ему ноздри, вызывая странное чувство… - Ого! – Маркус резко отстранился и отпустил его. – Да ты, я смотрю, тот еще… Парень не договорил и резко расхохотался. А затем развернулся и направился в деревню. Бенджи сполз по стволу на землю, глубоко вдыхая густой теплый воздух и пытаясь прийти в себя. Его глаза были широко распахнуты, а руки непроизвольно загребали землю.