Black Blood

Луч яркого ноябрьского солнца, пробившийся сквозь серые облака, настойчиво греет лицо и заставляет приоткрыть глаза. Пак жмурится и закапывается под теплое пуховое одеяло, чтобы продлить сон еще хотя бы на пять минут. Но будильник на это явно не рассчитывает. Чимин вчера долго не мог уснуть, погружаясь в какие-то непонятные мысли, а потому на работу сегодня выходить нет никакого желания. Лишь после десяти минут самобичевания парень лениво поднимается с кровати и начинает утренние сборы. На улице оказывается довольно тепло для последнего осеннего месяца и Паку приходится снять теплый вязаный шарф. До работы он добирается с опозданием, потому что… ну, наверное, каждый случайно проезжал свою остановку хоть раз в жизни. Просто встал не с той ноги. Посетителей с утра не так много, как в обеденное время, а потому Чимин уже час сидит у барной стойки, наблюдая за Хосоком, что возится с очередным кофейным напитком. — Чим, ты чего приуныл? — вдруг отзывается друг, которому уже порядком надоел пристальный взгляд и тишина. — А? Не, просто не выспался. — Все в порядке? — в глазах Хосока волнение и лгать как-то совсем уж не хочется. — Да я дурак просто, — пожимает плечами Пак и прокручивает в голове последние события. — Чонгук… Он просто исчез и ничего не сказал, а я ведь переживал за него. С Тэхеном виделся вчера, сказал, что Чон куда-то уехал. — Чего ты так волнуешься? Забыл, наверное, написать, а теперь нет возможности связаться. Вернется скоро твой Гукки, — Хосок расслабленно улыбается и хлопает друга по плечу, принимая новый заказ на вынос. Пак отмахивается и бурчит что-то по типу «да пофиг», отправляясь к столику с посетителями, а в голове смешиваются «надеюсь» и «скорей бы». Паку всегда нравилась широкая стеклянная витрина этого кафе. В свободные минуты так приятно было наблюдать за людьми, что спешат по каким-то своим очень важным делам. Каждый за окном чей-то родной и любимый человек, у каждого есть какие-то проблемы или вещи, которые делают их счастливыми. У двух случайных прохожих разные жизни и в будущем они могут сплестись в одну общую или не встретиться больше никогда. Там настоящая суматоха и пыль, а по эту сторону стекла — тепло, уют и чувство защищенности. К обеду посетителей становится больше и рыжеволосому отдыхать особо некогда, а значит и надоедливым мыслям не остается никакого шанса. Чимин в очередной раз поворачивает голову в сторону окна, неся заказ к столику в конце зала, и взгляд случайно цепляется за прохожего, чей профиль кажется до боли знакомым. Он резко останавливается и во все глаза следит за парнем, что неспешно идет по улице за руку с какой-то девушкой. Поднос соскальзывает, а керамическая кружка рассыпается на осколки с громким звенящим звуком. Лишь через пару секунд Пак отмирает и понимает, что обознался, переводя взгляд на пол. А в мыслях опять воспоминания. За пару секунд в голове проносятся кадры с разбитым стаканом, жгучей болью, больницей и темными глазами, что утягивают за собой. Парень смотрит на ладони, а там лишь одна длинная царапина. Лишь она говорит о том, что Чимину все это не приснилось. Когда студенты и офисные работники наконец покидают кафе, парень снова садится рядом с баристой, чтобы немного перевести дух. — Чимин, что с тобой? — выводит вдруг из мыслей мягкий голос Хосока. — Прости, не знаю. Показалось, что увидел… — рыжий вновь бросает короткий взгляд в окно и нервно усмехается, взъерошивая волосы на затылке. — Не важно. — Хэй, ты можешь со мной поделиться, я ведь не чужой человек, — яркая улыбка друга успокаивает и поплакаться в жилетку очень хочется. — Думал, что увидел Чонгука с какой-то девушкой, вот и растерялся. Но это был не он. Вот и все. — Хм, слушай, а что между вами вообще? Ну то есть, какие у вас отношения? — Понятия не имею, — раздраженно хмурит брови Пак и отпивает немного сладкого чая, что сделал для него брюнет. — Дружбой это сложно назвать — мы не так долго знакомы. Но… Окей, меня к нему тянет, ты это хотел услышать? — Ахах, Чимини, тебе нужно разобраться со своими чувствами. Давить я на тебя не хочу, сам помню, что было в прошлый раз. Но тебе станет намного легче. И ведь Пак сам понимает, что нужно. Только сложно все это и страшно немного. Год назад он уже ошибся в одном человеке. Тот был другом Хосока. Старшекурсник, немного выше Чимина, бледнокожий и худощавый парень с крашенными мятными волосами. Он тогда голову потерял, думал, что его ценят, а когда надоел со своим влюбленным взглядом, то сразу же оказался ненужным. Хоби порывался даже прибить засранца, но приходилось лишь выслушивать и поддерживать друга. Повторения этой истории не хочется никому. Время близится к девяти и кафе готовится к закрытию. День тянулся невыносимо долго для Пака, который за сегодня, кажется, превысил лимит мыслительной деятельности и хочет поскорее убрать зал, чтобы отправиться домой и забыться сладким сном. — Ты на автобусе или на такси? — спрашивает Чимин у брюнета за барной стойкой, что усердно убирает свое рабочее место. — На такси, наверное. Сегодня как-то устал немного, — даже вымотанный Хосок улыбается так, что может, кажется, пробраться под самые ребра и согреть своим теплом. Это парень всегда ценил в нем. Рыжий думает о такси, но вспоминает о разбитой кружке, тяжело вздыхает, мысленно ставит минус к зарплате и останавливается на варианте с общественным транспортом. Кафе вымыто вдоль и поперек, весь персонал переодевается и начинает потихоньку выплывать на улицу. Только Пак ждет друга, который собирается не очень торопливо. — Хоби-и-и… — слишком жалобно и высоко, что заставляет брюнета обернуться. — Что? — Подкинешь до дома на такси? — Чимин, это другой конец города. — Мне следующий автобус полчаса ждать еще. — Ну сам закажи. — Я сегодня кружку разбил и денег особо нет. Ну пожа-а-алуйста-а-а-а. — Эх, ладно, — Чон всегда так легко покупается на эти умоляющие глаза, надутые губы и жалобный голос, что даже страшно иногда за него становится. Они выходят последние и пока один запирает входную дверь, другой вызывает им такси. К вечеру стало прохладно и Чимин сильнее кутается в свой любимый шарф, смотря то на темное звездное небо, то на Хосока, что разговаривает по телефону. Яркий свет как-то резко и больно бьет по глазам, спустя мгновение раздается негромкий хлопок и вышедший темный силуэт опирается спиной о закрытую дверь. Пак проклинает фары, из-за которых не особо получается разглядеть человека, но ошибиться почти невозможно. Пара секунд, слышится треск и оба видят лицо, что освещено огнем от зажигалки. Парень затягивается и вновь скрывается в темноте, обозначая свое присутствие лишь слабым угольком сигареты. Чимин замирает, не верит своим глазам и, кажется, не дышит. Это не может быть Чонгук. Он же уехал. Опять нервы шалят, надо бы меньше о нем думать, определенно. — Вас еще долго ждать? — прорезается сквозь тишину голос и Пак теряется окончательно. Вдруг в спину кто-то мягко толкает, заставляя вернуться в реальность и сделать шаг вперед. — Вы езжайте, а у меня тут скоро такси приедет, не зря же вызывал, — улыбчиво тараторит Хосок и еще раз несильно подталкивает Чимина в плечо. Вот предатель. Каждый шаг дается тяжело и все еще не верится как-то. Но подходя ближе, Пак все отчетливей видит, что в этот раз не ошибся. Все тот же Чонгук со своим сигаретным дымом и темными глазами. А еще, оказывается, что так и правда намного легче.