Жизни, прожитые не нами

— Да иду я! — кричит Дженни с кухни, хотя прекрасно знает, что с тринадцатого этажа ее никто не услышит. Но домофон продолжает разрываться противными звуками видеозвонка, разрезающими мозг напополам. На мониторе отображаются улыбающиеся лица Лисы и Джису. Балерина размахивает пакетами с еще пока непонятно чем, одновременно исполняя какой-то странный танец. А Джису просто смеется. От этого вида у Дженни внутри что-то щемит и приятно так тянет. Как будто после долгого путешествия автостопом дорога наконец завела в знакомое и уютное место. Дженни открывает дверь. С порога на хозяйку квартиры налетает длинноногий смерч, виснет, оплетая всеми конечностями сразу. Лису не смущает ни разница в росте, ни перепачканный фартук на подруге, ни многочисленные пакеты в ее собственных руках. — ЙА! — вскрикивает в притворном возмущении Дженни. — Тебе сколько лет? Ведешь себя как ребенок! Ничего не меняется! — А с кем я еще могу позволить себе такое поведение? — справедливо замечает Лиса, отступая. — С тобой она еще полегче обошлась, — Джису подходит к подруге и обнимает куда менее напористо, но также тепло. — Я первая пала жертвой ее экспрессивного выражения любви. Так что не жалуйся! Девушки обосновываются на кухне. Вообще Дженни планировала, что они приземлятся в гостиной, но неугомонная балерина громко и наотрез отказалась покидать свою любимую барную стойку. — Это одна из основных причин, почему я к тебе хожу! — заявляет Лиса, отправляя кусочек кимпаба в рот. — А где Рози? — прерывает назревающую словесную баталию Джису. — Только что написала, что будет через десять минут, — пожимает плечами Дженни, глядя на экран телефона. Но Рози появляется раньше, тоже с пакетами и своей потрясающей улыбкой. Она стоически переживает бурю эмоций от Лисы, а потом сразу же провозглашает: — Мне совершенно не нравится, как ты живешь последнее время, Лалиса Манобан. Три подруги замирают, смотрят настороженно, не зная, что ожидать от такого заявления. — Я не могу до тебя ни дозвониться, ни встретиться как раньше, — как ни в чём не бывало продолжает Рози, как будто не замечая изменившейся атмосферы. Балерина уже открывает рот, чтобы ответить, но Рози резким движением руки просит помолчать. — Поэтому я нашла решение всем твоим проблемам, — с этими словами из пакета извлекается две упаковки краски для волос. — Рыжая???? — вытягивается лицо Лисы. — Краска? — одновременно с балериной не сдерживается Дженни. — Ну, а что? — поживает плечами Рози. — Лучший способ поменять жизнь — это изменить что-то в себе. Я решила, что волосы это самый быстрый и бюджетный вариант. Вот увидишь, завтра ты проснёшься другим человеком. — Но почему рыжая???? — не успокаивалась Лиса, мысленно уже смирившись с незапланированной переменой имиджа. — А почему нет? — удивленно поднимает брови Рози. — Тебе должно пойти, — задумчиво изрекает доселе молчавшая Джису. — Только непривычно это. Сколько тебя помню, ты всегда была блондинкой. — Точно, — соглашается Дженни, — даже когда мы были еще стажерами в том агентстве, ты тоже была светлой. «То агентство» режет слух Джису. Они никогда не говорят на эту тему, не обсуждают, ни вспоминают других стажеров. Тема-табу для каждой из них. Джису не уверена, но ей кажется, что даже у себя в голове ее подруги запрещают об этом думать. — Ладно, — вздыхает Лиса. — Давайте краситься! — Ну так что там за подработка по специальности? — спрашивает Рози, отправляя в рот очередной кусочек пульгоги. — Кстати, да! — отвлекается Дженни от нанесения краски. — БэмБэм что-то об этом упоминал. — Ну, — немного нерешительно начинает Лиса, — у нас в универе есть один парень с режиссуры… — Симпатичный? — сразу же прилетает вопрос от Джису. — Не то, чтобы очень, — балерина чувствует, как щеки заливает краска. — Но харизмы у него немерено. — Оооо! — в один голос тянут Дженни и Рози. — Йа! Вы не об этом спрашивали! Джису поднимает руки вверх, показывая, что капитулирует. — И что этот парень? — попыталась вернуть беседу в нужное русло Рози. — Предложил съемку, — насуплено отзывается младшая. — Прямо так и предложил? — лукаво смотрит из-под чёлки Джису. — Ну, он общается с БэмБэмом, постоянно вместе что-то снимают. Я думаю, что это БэмБэм ему про меня сказал. Потому что до этого мы пересекались только один раз, и то, это было совсем недавно и очень быстро. — А может быть это любовь с первого взгляда? — продолжает подшучивать Джису. Лиса лишь отмахивается: — Вы его просто не знаете. Ким Бобби известен на весь университет. — Так его зовут Ким Бобби! — восклицает Джису. — Он что-то вроде местной звезды? — уточняет Рози, оторвавшись от пульгоги и переключаясь на кимпаб. — Да, но чуть-чуть в другом смысле. Весь такой деятельный, постоянно участвует в каких-то проектах, что-то снимает. Вокруг него всё кипит, а от места, где он находится, аж пар идёт! — А девушки что? — интересуется Дженни, приступая к покраске левой части волос подруги. — Я не знаю, — немного растерянно говорит младшая. — Поклонницы за ним бегают? — нетерпеливо спрашивает Джису. — Я не смотрела, — теряясь признается Лиса. — М-да уж с тобой, — расстроенно тянет старшая. — Такие парни обычно долго не ходят в одиночестве, — задумчиво предпологает Рози. Не ходят. Лиса была полностью согласна с подругой. И почему она раньше не задавалась этим вопросом? Не было интересно? Или она не рассматривала Бобби именно с этой точки зрения. — Понимаете, — резко начинает балерина. — Он как будто бы непробиваемый. Например, если у меня возникает какая-то трудность, я из-за этого расстраиваюсь. Ясное дело, пытаюсь решить проблему, но… А он как будто бы вообще не видит проблемы, даже если она стоит прямо перед ним. Не далее, как вчера на съёмках: сначала накрылись батареи центровой камеры. Он нашёл ближайший магазин техники и договорился взять в прокат. Бесплатно! Якобы протестировать их продукцию на полдня. Потом прямо посреди съёмок позвонил заказчик и потребовал поменять концепт на «урбан». Мы поехали в торговый центр и там на месте договорились о съёмках. Опять же, одежду он одолжил в бутиках. Бесплатно, слышите? Понимаете, о чем я? — Понимаем, — говорит Дженни, переглядываюсь с Джису. — Сиди так полчаса и не размахивай головой. А то придётся тебе завтра идти в шапке. — Вау! — восклицает Рози, когда Лиса возвращается из ванной, закончив сушить голову. — Видите, как я не промахнулась с цветом! Балерина рассматривает себя в зеркале, пропускает волосы между пальцев, поворачивается спиной. Цвет получился ровный и яркий. — Немного непривычно, — признается младшая. — Но тебе идёт! — авторитетно заявляет Джису, отвлекаясь от еды. — А кто красил? — самодовольно улыбается Дженни. Лиса тут же накидывается на подругу с обнимашками. — Тебе нужно было идти учиться на парикмахера, — соглашается Джису. — Вместо этого я буду управлять сетью гостиниц, — притворно вздыхает Дженни. — И как только я дошла до такой жизни? Квартира наполняется смехом. -А что там твой новый гость на семейных обедах? — припоминает Джису. — Приезжал в пятницу? — Кто он, кстати? — сразу интересуется балерина. — Управляющий филиалом в Сеуле, — вздохнув, поясняет хозяйка квартиры. — И правая рука отца по совместительству. Его не было в эту пятницу. Отец сказал, что у него дела в Японии. Там, вроде, будет открываться наш новый филиал. — А чего это он так зачастил? — продолжает засыпать вопросами Лиса. Дженни пожимает плечами: — Не знаю. Отец ничего толком не объясняет. Да и не могу же я спросить, почему управляющий стал нашим постоянным гостем. Я, конечно, пробовала узнать у мамы, но она говорит, что это отцовские дела, и она против ничего не имеет. — Против чего? — не поняла Рози. — Вот и я о том же. — Может, тебя хотят за него выдать? — проницательно предпологает Джису. — Я уже думала об этом, — снова тяжело вздохнув, признается Дженни. — И я даже не знаю, как на это реагировать. — Почему? — С одной стороны, он не старый и прям как с обложки журнала. С другой, он как будто бы какой-то не такой. Слишком правильный для своей внешности, ни одного скандала. О его любовных похождениях тоже ничего не известно. Я даже у отца на работе поспрашивала! Пьяным его тоже никто не видел, хотя я часто наталкиваюсь на него в клубах. Может полночи мусолить один только ром и всё. Потом встает и уходит. Даже не шатается. — Странно это, — задумчиво соглашается Рози. — Может, наркотики? — следует еще одно предположение от Джису. — Тоже нет, — отбрасывает этот вариант Дженни, а затем поясняет: — Полгода назад прокуратура завела уголовное дело на некоторых сотрудников компании. Проверку на наркотики проходили абсолютно все. Мой отец это очень поддержал, потому что он крайне против того, чтобы у него работали наркоманы. Управляющего Ли тоже проверяли, и всё чисто. Девушки помолчали, обдумывая услышанное. — Тогда может он хочет ухватить лакомый кусочек? — снова подкидывает идею Джису. — Но мой отец ведь тоже не дурак, — фыркает Дженни. — Услужливых он терпеть не может. А этот просто хорошо и толково выполняет свою работу. Перед отцом не лебезит, всё по этикету. Он даже не улыбается особо. Да и со мной сойтись не пытается. Здоровается, но разговор завести не стремится. А если сталкиваемся в клубе, то вообще делает вид, что не знает. — Может, он не хочет ставить тебя в неловкое положение? — догадывается Рози. — Может, — легко соглашается хозяйка квартиры. — Ладно, давайте петь. — Sure things, — восклицает балерина. — Помните, мы ее пели во времена стажёрства!