Мне не нужна твоя помощь...

Шут, Хибики, Нита, Дайчи и остальные члены отряда, пропахшие дымом и порохом, переступили порог штаба. Давление привычной, почти стерильной атмосферы базы после хаоса боя было оглушающим. — Хорошо поработали — Фуми, встретившая их в главном зале, окинула взглядом уставшие лица, — Верно же, Шеф? — повернулась она к Ямато. Тот, не меняя бесстрастного выражения, лишь коротко кивнул. Его взгляд был прикован к фигуре в пестром костюме. — Эй, Шут, может, снимешь наконец эту дурацкую маску? — не выдержала Мокото, ее голос прозвучал с ноткой раздражения и любопытства. — А ты готова увидеть то что за ней? — парировла застывшая маска. Мокото на мгновение смутилась, осознав бестактность. — Ладно, поняла, — поправилась она. Следующая фраза прозвучада почти как просьба — Сними маску. — Хорошо, — с преувеличенной покорностью вздохнула Шут. — Так уж и не терпится посмотреть на меня снова, да, Сако? — с улыбкой произнесла Шут, снимая маску и отстёгивая бубенчики. Ямато Хоцуин Я наблюдал, как ее пальцы с заученной легкостью развязали шнурки у затылка. Я знал, кто скрывается под этим личиной балагана. Но знание не подготовило меня к реальности. Два года… два проклятых года изменили ее. Сначала рассыпались длинные волосы цвета запекшейся крови, туго стянутые в причудливые шишки по бокам головы. Затем взгляду открылось лицо. Все те же золотые глаза с узкими, как у кошки, зрачками, но в них читалась новая, колючая усталость. Взгляд скользнул ниже — к маленькому, аккуратному шраму у угла губы, который тонкой белой нитью тянулся к виску, чуть ли не пересекая правый глаз. Еще одна свежая ссадина украшала левую скулу. И, как досадное напоминание о прошлом, все та же непослушная белая прядь выбивалась из строгой прически. Да, появились только шрамы. Но они кричали громче любых слов. — Здравствуйте, командир главной разведки DGIPS, Обсидиана Аньяр, — официально представил я ее, пытаясь вернуть ситуации хоть каплю формальности. — Здравствуй, шеф, — парировала она, и в ее голосе вновь зазвенела знакомая ехидная нотка, та самая, что могла свести с ума. — Мокото, — коротко бросил я, даже не оборачиваясь. — Да, — та отозвалась мгновенно. — Отведите их в госпиталь, — я неотрывно смотрел на Ди, чувствуя, как сжимаются кулаки. — Всех, — добавил я, предвосхищая возможные возражения. — Это не обсуждается. — Будет выполнено, шеф. И снова этот взгляд. Ехидный, пронзительный, золотой. Он будто говорил: «Боишься, что я развалюсь?» В ту же минуту их группа, ведомая Мокото, покинула главный зал.

***

— Ямато, это та самая разведчица? — тихо спросила Фуми, подойдя ближе. — Верно, Фуми. — Понятно… Жди беды, — протянула она, и в ее голосе прозвучало приглушенное хихиканье. Я сделал вид, что не услышал, отворачиваясь к карте на столе, но ее слова засели в сознании, как заноза. Обсидиана Меня притащили отвели госпиталь и отдали в руки медсестры. — Как тебя зовут? — спросила я, пока она аккуратно втирала в мою порезанную руку охлаждающую мазь. — Отомэ. А тебя? — Называй меня Сид. — Значит, это ты и есть та самая пропавшая разведчица, командир отряда, о которой все говорят? — ее глаза расширились от любопытства. — Наверное, я не знала, что так популярна, — я фыркнула, и она в ответ рассмеялась. — Будем друзьями, — неожиданно для себя самой протянула я ей руку, не занятую мазью. — Ага, — улыбнулась она, пожимая ее. После процедуры она отвела меня в предназначенную мне комнату. Дверь закрылась с тихим щелчком. Я прислонилась к ней спиной, закрыв глаза на секунду. Затем, оттолкнувшись, подошла к центру помещения. Я знала, что мой телефон забрали на проверку. Но они искали не там. Я мысленно коснулась той самой связи, что была прочнее любого устройства. Грифон материализовался спустя несколько минут, бесшумно появившись из клубов теней в углу комнаты. Я провела рукой по его боку, тщательно осматривая на предмет незамеченных ран. Убедившись, что с ним все в порядке, я отправила его обратно, в небытие, где он мог отдохнуть по-настоящему. И только тогда позволила себе расслабиться. Я рухнула на кровать, не раздеваясь, и мгновенно провалилась в глубокий, бездонный сон, где не было ни масок, ни приказов. Ямато Хоцуин Я не спеша шел по безлюдным коридорам командирского крыла. Я прекрасно знал, где находится ее комната. Дверь была не заперта. Я приоткрыл ее и беззвучно скользнул внутрь. Усмехнулся про себя: Окно открыто настежь, дверь не заперта… И какой из тебя разведчик? Лунный свет серебрил полосу на полу, ведущую к кровати. Я подошел и замер, глядя на ее спящее лицо. В отсутствие напряжения и насмешки оно казалось удивительно молодым. Я протянул руку и, едва касаясь, провел подушечкой пальца по тонкой белой линии шрама на ее щеке. Как странно, эта отметина не уродовала ее. Она лишь добавляла портрету истории, характера, словно подчеркивая хрупкую прочность фарфора. — И зачем ты вернулась? — прошептал я так тихо, что слова растворились в тишине, не достигнув даже ее сновидений. Развернувшись, я так же бесшумно покинул комнату.

***

В это время Хибики лежал в своей палате, уставившись в потолок. Перед его внутренним взором снова и снова возникал образ: пестрый костюм, уродливая маска и чистый, режущий голос, отдававший приказы в самом эпиценте ада. Почему Шут? — эта мысль, полная недоумения и смутного восхищения, была последней, прежде чем усталость накрыла его с головой, и он погрузился в беспокойный сон.