Broken Soul

Начало флэшбека.

Стайлз смотрит на айфон. На экране высвечиваются уведомления с «Фэйсбука». Парень хмурится и заходит на сайт, не понимая, в чем причина такого внезапного внимания к нему. У Стилински, кажется, на минуту останавливается сердце. Он не верит своим глазам, не верит тому, что эти фотографии теперь в сети. Стайлз перестает дышать, а голова кружится, из-за чего тот цепляется скользкими вспотевшими ладонями за края стола, стараясь привести дыхание в норму. Получается, мягко говоря, плохо. Стилински стонет. Стонет от боли и отчаяния. Горячие слезы стекают по щекам, он не верит в то, что это произошло. Стайлз не может ходить в школу. Но даже сейчас подростки не дают ему покоя, телефон каждые десять минут вибрирует от новых комментариев под его фотографией, сообщений. Выдыхает, трясущимися руками нажимает «просмотреть». Стайлз Стилински замирает. Стайлз Стилински не может чувствовать ничего. Его будто разрывают на части, выворачивая душу наизнанку. «Ха-ха, серьёзно? Убийца совсем неплох :D» «Стайлз, да ты горяч, парень. Дашь мне?» «Я бы и сам не прочь оказаться рядом с Убийцей» «О-о-ох, а парнишка оказался ещё податливее, чем я думал» Парень отбрасывает айфон на кровать, не желая больше читать никакие сообщения. Он задыхается, захлебывается своими же слезами, которые душат горло, будто на Стилински сейчас намотали верёвку и тянут её, не позволяя сделать вдох. Кричит, зарываясь пальцами в волосы. После этого сжимает кулаки так сильно, что тонкие ногти врезаются в бледную нежную кожу, отчего кровь с ладоней начинает капать на ковер около кровати. Физическая боль дает понять, что у него, скорее всего, паническая атака или истерика. Пытается собраться. Тщетно. Страдания, как проворный червь, грызут сердце, отдавая импульсами в мозг. В ушах звенит, и Стайлз закрывает их руками, будто от этого что-то изменится. В ноги будто врезается миллион иголок, отключая абсолютно любые ощущения. Кроме боли. И самое главное — Стайлз не знает, что сделать, чтобы всё изменить. Стайлз Стилински просто хочет, чтобы всё прекратилось. Всё. Он словно по склону падает вниз, в бездну слез, безысходности и страданий. В этот момент он впервые задумывается над тем, как можно всё это прекратить. Он больше не хочет видеть людей, потому что они причиняют только боль. Он больше не хочет видеть даже себя, потому что каждый раз, заглядывая в зеркало, он теперь вместо жизнерадостного саркастичного парня замечает сломанного подростка с бледным лицом, потускневшими от мучений глазами, разбитой губой и синяками по всему телу. Ложится на кровать, закутываясь в одеяло. Смотрит в одну точку, пытаясь на время отдалиться от мира, который окружает его. Стайлз дрожит от истерики, из глаз просто беспорядочно льются слезы на подушку, но парень не обращает внимания. Плевать. Он просто человек. Просто человек, как и все. Почему ему нужно терпеть это? Почему он? Чем он хуже других? Откуда эта чертова несправедливость? Что он сделал не так? За что? Утыкается лицом в подушку, когда слышит, что пришел отец. Снова пьяный. И Стайлз не может помочь. Потому что сейчас Стайлз сам нуждается в помощи; ревет, как девчонка. Папа с яростью кричит его имя, и парень со страхом накидывает на себя одеяло. Нет, он не выйдет к нему. Не в таком виде. Вдавливается в кровать, будто из-за этого он может просто провалиться и больше ничего не чувствовать. Стайлз часто дышит и закрывает себе рот рукой, чтобы Ноа не услышал всхлипы, рвущиеся из его горла. Поджимает под себя ноги, прикусывая губу. Вдруг парень вздрагивает, когда с него рывком снимают одеяло. Но шериф не настолько пьян, чтобы не заметить покрасневшие от слез глаза, полные страха и боли, дрожащие руки, хватающие его запястья, расцарапанные им же от стресса плечи. — Стайлз, я не причиню тебе вреда, — шериф тоже плачет, думая, что причина истерики сына — его нетрезвое состояние. Но Стайлз это знает. И даже, чёрт возьми, сказать это не может из-за вырывающихся частых всхлипов. Просто прижимается лицом к кофте папы, чувствуя, как теплые руки обнимают его хрупкое исхудавшее тело, и ткань становится мокрой от слёз. Постепенно дыхание налаживается, но парень ни на секунду не отпускает Ноа. Просто лежит у него на коленях, такой беззащитный и слабый. Ощущает, как отчаяние сменяется сонливостью, и расслабляется на руках своего отца, как в детстве пытаясь скрыться от этого мира в чужих объятиях. Стайлз закрывает глаза, доверяя свой сон папе. Он ещё не знает, как будет жалеть, что снова смог довериться и впустить кого-то в свою душу.

Конец флэшбека.

***

— Привет, Денни, — Лидия натягивает улыбку, смотря во фронтальную камеру, когда лучший друг отвечает на видеозвонок. — Привет, рыжик. Как ты? — Мартин немного рассказывает о новой школе, не вдаваясь в горькие подробности. Девушка звонит не для того, чтобы узнать, как дела. Безусловно, рыжеволосая очень соскучилась по другу, но сейчас есть кое-что поважнее. И это «кое-что» — Стайлз. Лидия знает, что Денни лучше всех в школе разбирается в механике. Физика ему давалась просто очень легко, поэтому этот парень решил заниматься дополнительно. Он ни раз взламывал кучу сайтов и даже операционные системы. Мартин знает, что Денни сможет ей помочь. — Послушай, честно говоря, мне нужна твоя услуга. — Произносит Лидия, теребя листок бумаги в руках. — Для тебя всё, что пожелаешь. — Ты можешь подслушать телефонный разговор человека, номер которого я тебе дам? — зрачки парня расширяются, но скорее не от испуга, а от удивления и любопытства. — Думаю, да. Это будет сложно, но попытаться стоит, — Лидия ухмыляется, диктуя нужный номер. А именно — Малии Тейт. — Если все получится, пожалуйста, запиши все разговоры на аудиозапись и сбрось мне на электронную почту. — Обязательно.

***

Школа. Это гребаное место, из-за которого умирают люди. Смысл этого заведения в том, чтобы учить детей, а единственное, что прекрасно получается и у учителей, и у учеников, — доводить невинных подростков до самоубийства. Нелегкие отношения между сверстниками, экзамены, постоянные претензии со стороны преподавателей. Хоть они и умные взрослые люди, порой как раз учителя напрочь забывают о толерантности и оскорбляют человека за то, что он другой расы, национальности или ориентации. — Привет, — к Лидии подходит Эллисон, улыбаясь ей и поправляя свою блузку. — Привет, — да уж, Арджент не выглядит заболевшей, из-за чего Лидия недовольно хмыкает, но решает ничего не говорить. — Как прошла вечеринка? — Просто замечательно. — Мартин закатывает глаза, на что Эллисон лишь пожимает плечами, и Лидия просто не понимает, как можно не заметить сарказм.

***

Мартин сидит на биологии, когда на улице туча заполоняет собой солнце, и дождь начинает капать, отбивая по окну только известный ему ритм. Лидия водит по тетради, вырисовывая непонятные узоры чёрной ручкой. Девушка чувствует какую-то грусть внутри, разъедающее сердце одиночество, бесконечную, кажется, печаль. И Лидия даже не понимает, с чем это связано. Просто в груди будто все чувства сворачиваются в неприятный комок, заставляющий всё тело изнывать от странной тягучей тоски. Лидия думает над тем планом, который созрел у неё в голове ночью. Должно всё получится. Но это будет достаточно сложно. Нужно начинать тогда, когда Денни пришлет аудиозапись ей на почту. Иначе остальные действия, которые должна совершить Мартин, сойдут на «нет». Вдруг в кармане вибрирует телефон, оповещая о новом сообщении. Девушка выходит из класса. На экране письмо от Денни, и Лидия чуть ли не прыгает на месте от счастья. О Боже, как она рада, что у него всё получилось. Вынимает наушники, желая прослушать все разговоры Малии за сегодняшний день, что удалось записать её лучшему другу. Всего три собеседника. Первой утром звонит Эрика. Та рассказывает что-то совсем неясное, о каких-то проектах, вечеринках, что она собирается устроить у себя через две недели. Девушки разговаривают про то, как можно всё провести, точнее, какой купить алкоголь и сколько человек позвать, не затрагивая действительно интересные темы. Ничего особенного. Мартин уже думает, что зря всё это затеяла. У Малии в телефоне нет толковой информации. На первый взгляд. Вторым Тейт звонит Тео. Лидия закрывает рот рукой, чтобы не рассмеяться, слушая их пошлые разговоры о недавней ночи. О Господи, неужели можно два часа с энтузиазмом разговаривать только о сексе? Мартин сразу же переключает на последний третий звонок, который тоже от Рэйкена. Точнее, на этот раз Малия сама звонит ему. Тейт начинает лепетать что-то о своих страхах, и Лидия уже собирается выключить запись, как замирает, слыша до жути знакомое имя. — Мне сегодня приснилось, что все узнали правду про Стайлза Стилински. — В трубку произносит обладательница номера, и на другой линии телефона слышится усталый выдох. — Малыш, но это всего лишь сон. В реальности никто ни о чем не узнает. Тем более, ты не доводила Стайлза до смерти. Это были все. На его руках тоже есть кровь родного человека, ты же сама говорила. Так что, наверное, Стилински заслужил этого. Кровь за кровь. — Но что, если так считаем только мы? — Плевать на всех остальных. Если понадобится защитить тебя, я сделаю с твоими обидчиками то же, что мы делали с Убийцей. — Пообещай, что никто не узнает. Пообещай, что никто не узнает, что я разбила сердце Стайлза Стилински. — Обещаю. На этом звонок прерывается. Лишь тишина, которая оглушает рыжеволосую. «Тишина — самый невыносимый звук. Потому что бьёт не в уши, а в сердце». То есть, Малия отлично понимала, что делала и на что шла. Она понимала, что это может загубить жизнь Стайлза, но не остановилась, пытаясь добиться какой-то нелепой популярности. Горечь и обида оседают где-то в горле, заставляя слезам покатиться из глаз. Лидия уже не помнит, когда плакала так часто. За последние две недели её пребывания в Бейкон Хиллс она пролила столько слез, сколько, кажется, не проливала за всю свою жизнь. Она никогда не видела столько жестокости к одному человеку за то, что у него есть свой необычный секрет. «Человечество больше всего любит чужие тайны» Что ж, все тайное становится явным, не так ли? Кровь за кровь, Тео? О'кей, тайна за тайну.

***

Лидия забирает связку ключей у охранника, основываясь на то, что ей нужно прибрать кабинет, и бежит по коридору, стараясь успеть до того момента, как станет известно, что она врала. Открывает дверь и подходит к передатчику аудиозаписей в колонках, расположенных по всему периметру школы. Вставляет флэшку с разговором Малии и Тео о смерти Стайлза. Чёрт, на экране высвечиваются какие-то окна, запрашивающие доступ к тому или иному ресурсу, и Лидия просто закрывает каждое, не понимая, что нужно делать. — Дьявол, ну давай же... — шепчет Лидия себе под нос, когда начинается медленная загрузка. Вдруг слышит звук чьих-то шагов, из-за чего былой адреналин сменяется страхом. Мартин пулей выбегает из кабинета, не трогая флэшку, и забегает за угол коридора, когда видит, как учительница химии проверяет что-то. Видимо, она уже поняла, поговорив с охранником, что Лидия наврала. Мартин не остаётся выбора. Она отдаёт связку ключей, до последнего надеясь на то, что аудиозапись никто не увидит, и загрузка выполнится до конца. Этого не происходит. Уже слышится звонок на перемену, и подростки выходят из кабинетов. Мартин садится на подоконник, беря в руки тетрадь с нарисованными ей узорами на биологии. Тут же девушка меняется в лице. Потому что это не узоры. Это Стайлз. Лидия не может сдержать улыбку, потому что портрет получился и правда красивым, чего Мартин не ожидала от себя сама. Она всегда любила рисовать, но её творчество ограничивалось лишь пейзажами природы, за которой девушка так любит наблюдать. Вдруг в колонках слышатся странные помехи и жужжания, из-за чего мигом в коридоре становится тихо. Начинается аудиозапись, которую записала Лидия. Все ученики как по команде поворачиваются на Малию, и Мартин прикусывает губу, чтобы не засмеяться с её выражения лица. Тейт приоткрыла рот от удивления, а в в ошарашенных глазах столько страха, сколько Лидия и не представляла видеть. Ну что, былая смелость пропала, как только это затронуло её? Малия замечает ухмылку на лице Мартин и на ватных ногах подходит к ней. Лидия не может сдержать довольной гримасы, видя, как ученики кричат на Малию, не давая и сдвинуться с места. Она отталкивает подростков от себя. Лидия и не знает, что бы было, если бы сейчас на помощь своей возлюбленной не пришел Тео. Он начинает успокаивать школьников, и те утихают. Похоже, у Рэйкена неплохой статус в обществе. К нему прислушиваются люди. Малия уже подходит к Лидии, на что та улыбается как-то слишком жестоко. — Это твоих рук дело? — Мартин в ответ пожимает плечами. — Возможно. — Зачем? Зачем это всё? — Тейт чуть ли не плачет, но Лидии всё равно. Она не будет жалеть людей, которые причинили боль Стайлзу Стилински. — Да брось, соблазн был слишком велик.