Полукровка

Шли недели. Томоэ по-прежнему старался добиться доверия юной нэко. Лис не знал, чем вызвано это рвение, но когда пробовал докопаться до истины, приходил к совершенно безумному выводу и предпочитал не размышлять дальше. Нанами же, всё больше доверяла своему похитителю. Он спокойно общался с ней, но куда же без его фирменных пристальных взглядов? Правильно никуда! Девушка невольно краснела, когда демон оказывался слишком близко к ней. Почему? Её сердце ускоряло свой темп, но не было отвращения к нему. В голове снова и снова возникло воспоминания той ночи, когда он украл её первый поцелуй, когда впервые прикоснулся к ней, но так нежно. Она и сама не понимает, почему не дала ему пощёчину, почему не оставила розоватый след на бледной щеке. Может, дело было во взгляде? Его аметистовые глаза были, словно окутаны лёгкой дымкой в тот момент, когда их губы соприкоснулись. Она чувствовала тепло его рук, его тела, невольно заливаясь румянцем. Он — Демон-Лис, кицунэ. Огненный демон, температура тела которого полностью является следствием синего пламени, что является его силой. Сила… Томоэ действительно невероятно силён. Даже при всём желании ей не вырваться, если она в его руках, да и не особо хочется. Рядом с ним она ощущает некое чувство внутреннего покоя. Что это? Нанами не знала. Тем временем время летело, и она уже чуть больше месяца является заложницей Великого Ёкая. Ну, как заложницей? Конечно, выходить за пределы территории двора ей запрещалось, и браслет на запястье подтверждал это, зато сад и весь особняк в её расположении. Иногда Томоэ просил девушку готовить ему, и отчего-то у неё это не вызывало возмущений, ведь просил, а не приказывал. Нанами старалась лишний раз не пересекаться взглядом с Лисом, не хотела, чтобы видел её смущение, а он ничем не лучше. Ему ничего не стоит скрыть свои эмоции, но вот треклятое сердцебиение! Почти каждый день Нанами проводила в прекрасном саду, задаваясь вопросами, на которые сама не могла дать ответа. Что произошло в ту ночь, когда он сорвал печать с её губ? Вот, всё мысли, да мысли! А разговоры? Общались непринуждённо, нэко всё больше открывалась ему. Лис тщательно подбирал вопросы, чтобы узнать о ней всё, но не ранить девичье сердце. Хотел так же узнать и про нюх, но…так же щекотливая тема. А она доверяла. Как дитя бежала в лапы прекрасного хищника, что на неопределённый срок спрятал острые когти и клыки. А вот улыбка его была ещё та. Скорее ухмылка или подобие улыбки, что обнажала белоснежные лисьи клыки. Иногда ей казалось, что она сгорит от пристального взгляда демона, направленного ей в спину или затылок, однако поворачиваясь, встречалась со спокойным выражением лица и безмятежностью в аметистовых глазах. Томоэ часто наблюдал за ней, когда она, умиротворённо улыбаясь, сидела в кроне деревьев сакуры. Окружённая розовым цветением вишни, девушка наслаждалась ароматом цветов, вновь стараясь не замечать пристального взгляда похитителя. Это место помогало ей сосредоточится или вовсе уйти от навязчивых мыслей о поведении Лиса, точнее о самом мужчине. Что-то в нём манило. Внешность? Сила? Этот наглый властный нрав, временем, горящий чувствами скрытыми, взгляд, от которого земля уходит из-под ног? Да всё! Всё манило в нём её! Странно было ещё то, что апрель давно сменился маем, а сакура всё цвела. Одни лепестки опадали, как другие появлялись, и снова сменялись на новые, создавая вечный прекрасный пейзаж. Кажется оба пришли к правильному выводу, но отчаянно старались опровергнуть очевидный факт, но всё ещё больше запутал один недавний случай… или расставил всё по местам?.. — Нанами! — Хозяин особняка бродил по коридорам своего дома в поисках юной нэко. — Нанами, где ты чёрт возьми?! — И так он зовёт её уже достаточно долго. По его мнению. Нанами не было уже с пол часа и Лис стал беспокоиться. А если она сбежала? А если Нанами нашла способ снять браслет? Демон напрочь отгонял эти мысли, ведь в таком случаи его план покатится к Идзанами. Хотя…в этом ли причина?.. В нём бушевало неизведанное ранее чувство тревоги. Запах обрывался в саду, а дальше…аромат вишни скрывал всё. Движимый неясным порывом, Томоэ уже обшарил всё, все и вся, но девушку так и не нашёл. Тогда он уже расстроенный и раздражённый подошёл к излюбленному пленницей дереву. И со всего размаху, раздосадованно ударил в него кулаком. Дерево треснуло. В ту же секунду оно переломилось пополам. Но тут послышался девичий взвизг, где-то сверху и через долю секунды демону в руки упала шокированная девушка, которая ещё не успела проснуться и вообще не понимала, что произошло. Глаза в глаза. Оба ошарашены, но вскоре лицо Лиса скрасила довольная ухмылка. — А я тебя искал. — Выдал он, замечая как сменилось настроение на пару с мимикой девчушки. Но она старалась держаться спокойно. — И зачем? — Спросила Нанами, саркастично подняв бровь и скрестив руки на груди, совершенно не вырываясь из рук Томоэ. — Тебя долго не было. Я уже было подумал, что ты сбежала. — Лис неосознанно крепче прижал к груди девицу. — Сбежишь тут. — Хмыкнула та отворачиваясь и поднесла к лицу мужчины свою изящную кисть украшенную тем самым браслетом, которым он лишил её свободы. Хотя Нанами уже и сама не особо то рвалась к ней. Внезапно, серебристый легонько укусил белую ладошку девушки, та ойкнула и попыталась забрать руку, но Томоэ схватил ту ручку за запястье, не давая выскользнуть из-под его клыков, и держа Нанами на руке, как маленького ребёнка. (А: Помните, когда Томоэ в 4 серии говорил Мидзуки, что тот проиграл? Вот так он и держал её.) — Ты что творишь?! — Испуганно выкрикнула она, пытаясь вырваться из хватки, но напрасно, а тот лишь вынул клыки и слизал кровь. — Тебя не было пол часа, я звал тебя, а ты всё не отзывалась. Это поможет мне найти тебя, где бы ты ни была. — Раздосадованно сообщил Лис, замечая её обиженный взгляд. — Зачем напугал-то? — Пробубнила нэко вновь отворачиваясь. — Да и обходимости нет. Я же не могу сбежать — «и не хочу» — едва не сорвалось с её уст, но она вовремя прикусила язык. — Верно, но так у тебя ещё меньше шансов. — Серебряный Ёкай направился к особняку держа пленницу на обеих руках, одной придерживая спину, а другой — изгиб колен. — Я и сама могу ходить. — Девушка уверенно вскинула на него взгляд. — Мне всё равно. Делаю, что хочу и ты не в силах мне перечить. — С каким-то холодом посмотрел он на неё. Немного не так прозвучала эта фраза. Мысленно Нанами жутко покраснела, а на деле лишь нахмурилась, вглядываясь в правильные черта лица, отмечая что он действительно очень красив. Нет тех смазливых девичьих черт лица. Прямые линии скул, заострённый подбородок, бледноватые губы, прямой нос, в меру для мужчины длинные ресницы, тонкие чёрные брови. Девушка взглядом прошлась по крепкой мужской шее, по широкой линии сильных плеч, по которым лунными водопадами стекали серебристые волосы кицунэ. Перевела взгляд на руку, что придерживала её ноги. Широкая мужественная ладонь, длинные пальцы, которые в двадцать первом веке описали бы, как «пальцы пиониста», длинные белёсые когти, способные рассечь сталь, при этом оставшись невредимыми, но ещё более острыми от, такой заточки. Он высокий. Она, стоя рядом с ним в полный рост, будет едва доставать до его плеч. Девушка поймала себя на мысли, что уже достаточно долго рассматривает его, а он уже прошёл к её комнате и отворил сёдзе. Отвернулась. Томоэ ухмыльнулся и поставил девушку на пол. — Больше не прячься. — Развернулся и уже хотел уйти, как в него полетела подушка. — Ты что себе позволяешь? — Спросил взлохмаченный ёкай, держа в руках «оружие». Нанами не сдержалась и прыснула в ладонь со смеху. — А я и не пряталась. Ты мне не запрещал сидеть на деревьях… — А теперь запрещу. — Это было как-то по-детски. — Не веди себя, как ребёнок. И я не твоя игрушка. — Немного злостно отвечала девушка на нахальство мужчины, скрестив руки на груди, опершись на одну ногу. — Ты моя, Нанами. — Тихо произнёс Лис, надменно глядя на пленницу. — Я не принадлежу тебе, Томоэ. Я тебе не вещь и не жена. — Последние слова заставили пожалеть её о сказанном, так как демон быстро приблизился к ней, хватая за воротник у самого горла и привлекая ближе к своему лицу. — Почему нет? Не нужен статус жены, чтобы принадлежать мне. — От чего-то его злили последние слова юной ёкай. Он и забыл про план «завоевать доверие». — Прекрати. — Старалась спокойно говорить Нанами, чтобы не разозлить, не раззадорить его ещё больше. — Хватит строить из себя сильную и независимую. Я же чувствую, как ускорилось твоё сердцебиение. — Он приблизил её ещё ближе, заставляя приподняться на носочки, подавляя стальным, если не свинцовым, взглядом. — Отпусти. — Нанами схватилась воротник чуть выше руки Лиса. — Ну же, попроси. Скажи это. — Уже практически шептал он. — Да, что тебе вообще нужно? — В тон ему продолжила девушка. — Я хочу, чтобы ты… — Томоэ-сама! Томоэ-сама вы здесь?! — Перебила его одна из прислужниц. — Что случилось? Зачем кричать? — Парень наконец оставил пленницу в покое, открывая сёдзе, выходя за пределы комнаты. — Томоэ-сама, Акура-Оу-сама пришёл. Он сказал, что приглашает вас поразвлечься и, что отказ не принимается: он в слишком хорошем настроении. — Чётко протараторила Служанка. — Скажи, что сейчас спущусь. — И слуга убежала, поклонившись господину. Он снова приблизился к девушке, что едва успела поправить кимоно. — Тебе не убежать, как ни старайся. — Она сглотнула. Тихо так, стараясь не выдать волнения от его близости. Лис ушёл, а девушка осела на футон. Зачем он её пугает? Почему она вдруг сказала, что не жена ему. Нет, вроде нормальная фраза и всё логично, но почему он, так разозлился? Почему сама немного загрустила от собственных слов? Прилегла. Не знала…не понимала, но неприятный осадок остался не только у неё, но и у Лиса, что сейчас спускался к названному брату. Он и сам не мог понять, почему его так взбесили слова: «Я тебе не вещь и не жена» — Хотел сделать всё, чтобы она признала. Хотел убедиться, услышать из её уст единственный ответ о неоспоримости своих прав. Каких прав? Она же не жена ему. Да и при чём тут это?! Но…он давно уже не считает её игрушкой. Она не безразлична ему? Бред…или всё же… Томоэ вошёл в гостиную с невозмутимым видом. Его сразу же радостно встретил Акура-Оу. — Брат! Надеюсь ты в хорошем настроении, потому что я хочу повеселиться в твоей компании. — Как всегда оптимистичен, аловолосый чуть ли не вприпрыжку подошёл к серебристому. — Настроение ни к чёрту, но это то, что мне нужно. Что сегодня? — Ушастый ухмыльнулся. Акура нахмурился. Давно он не видел друга таким, но если Лису нужно это, то он с радостью разделит с ним веселье. — А что случилось-то? — Спокойно начал свой допрос рогатый. — Ты о чём? — С видом пофигиста отвечал Серебряный Ёкай на вопрос друга, доставая новую катану с подставки на стене. — О настроении. — Красноволосый всё более задумчиво глядит на брата. — Встал не с той ноги. Ладно, пошли уже. — И направился к выходу, а Акура за ним. Сегодня ещё одна деревушка будет стёрта с лица земли…

***

Хозяина дома не было достаточно долго. На улице поздняя ночь, а ей всё не спится. Нанами решила выйти в сад и немного прогуляться среди деревьев цветущей сакуры. Пускай это цветение было не привычно-долгим, зато каким естественным. Полнолуние… Девушка шла по коридорам и вдруг столкнулась с кем-то. Недолго думая она схватилась за то что первым попалось под руку и упала на пол, громко ойкнув, и потянув это что-то за собой. Как оказалось, столкнулась она с Томоэ. И упала она тоже вместе с ним. Оба лежали и смотрели друг другу в глаза. Ошарашенно. Лис опирался на локти, нависая над неосторожной девушкой, что до сих пор шокировано всматривалась в аметистовый блеск его очей. А он бегло осматривал её лицо, метаясь взглядом то к глазам, то к губам, то к поалевшим щекам. Взгляд ёкая сменился, глаза приобрели тёплый сиреневый оттенок, смотрел он уже нежно, словно его сознание снова обволокла дымка. — Нанами… — Тихо и мягко шепчет он, нежно проводя тыльной стороной ладони по румяной от смущения девичьей щеке. Та вздрогнула, но уже не было шока. Нанами завороженно смотрела на парня. Лис медленно и осторожно приблизился к её лицу и так же аккуратно припал к её, столь манящим губам. Томоэ легко, почти невесомо скользил по нежным губам, наслаждаясь их вкусом и искренним трепетом её сердечка. Снова оцепенение, но через несколько секунд она поддалась ему и начала отвечать. Так робко, неумело, неосознанно. Совершенно не понимая, причину своего поступка. Но это не важно. Словно током ударило обоих: «Это не правильно!» — Резко отстранились. Демон встал и отвернулся к окну. — Это…было не намеренно. — Выдавливает он, ещё не отойдя от этого чувства. — Да… Просто…ну, поддались моменту. Неловко получилось. — Нанами смотрела в противоположную сторону, уже стоя в метре от демона. — Да. — Лишь это и мог сказать он. — Хорошо провёл время с другом? — Хоть, как-то нужно уйти от неловкой темы. Нужно унять, заставить прекратить это глупое сердце биться, так быстро. — Да, хорошо. Знатно повеселились, только до деревни не дошли. По пути встретили нескольких ёкаев, что возомнили о себе слишком много. — Томоэ поддержал разговор, правда сухо. — Ясно. — Так же сухо отвечала нэко. Щёки горели, а о шее вообще молчим. — Не спится? — Да. Хотела погулять. — Разговор совсем не клеялся. — Ясно. Ладно, я в комнату. — Проходя мимо неё снова почувствовал это. Жар, что пронзал тело электрическим током. — А я в сад. Хороших снов. — Незамедлительно вышла за пределы коридора, услышав вдогонку тихое: «Тебе тоже». Так и разошлись. С тех пор прошла неделя, может, меньше, может, больше, а наваждение всё не исчезало. Кажется, они намеренно старались избегать друг друга. Томоэ пропадал с Акурой-Оу, а Нанами — в саду. А когда наконец решили побыть на едине с собой и своими мыслями, поняли. Настолько просто! Настолько сложно и мучительно! Они признали, но боятся… Но одним лунным вечером, этим двоим было суждено встретится. Снова коридор, снова серебристая луна пробивалась в окно, снова обоим не спится, только в этот раз они не столкнулись. Застыли, вновь увидев друг друга. Всего пара метров между ними. Девушка спешит удалиться, но он не даёт, останавливает, обхватывая запястье. Гнетущая тишина… Он и сам не понял этого порыва, он не хочет, чтобы она уходила, да и ей не особо хочется. Отпустил, отворачиваясь, но Нанами не ушла. Так и стояли. Лис сделал пару шагов, но его остановила нэко, ухватившись за край рукава его кимоно. Она стала понурив голову, он так же. — Постой. — Тихо, едва слышно, даже для него, говорит девушка. Томоэ ни сделал ни шагу, повинуясь. — Что? — В тон ей спросил демон. — Что…что это было? — Быстро, отрывисто на выдохе задала она тот самый волнующий вопрос. — Ты о чём? — Конечно, он понял, о чём. — Та ночь… Тот поцелуй. Да, и…в тот день, что на нас нашло? И…ночь после фестиваля. Томоэ… — Просто ошибка. Поддались моменту и… — Томоэ! — Сорвалась на крик. Такой громкий, высокий, полный чувств и отчаянья. Ему больно. Больно было слышать такой тон этого прекрасного голоса. — Не игнорируй меня! Лис медленно обернулся, смотря удивлённо с неверием. Девушка дрожит, слёзы катятся по щекам. — Тогда… Что это было? Не лги, я тебя прошу. Скажи всё как есть! — И тут она не сдержалась. Тихие всхлипы заполнили пустынные коридоры, в котором, лишь двое. Лишь он и она. — Ты же видишь! Видишь, как я тону в твоём взгляде. А тогда…тогда ты смотрел на меня. От чего этот взгляд? Почему ты, так смотрел, что земля уходила из-под ног? — И ему не выносимо было видеть её слёзы. У него промелькнула догадка, но… — Нанами, ты?.. — Не успевает договорить, спросить, чтобы узнать ответ на волнующий вопрос. — Да! Да-да-да-да-да! Я люблю тебя, Глупый Лис! — И заплакала. Говорила переходя на шёпот. — Люблю. Я боялась и… — Прости. Я… — Томоэ не выдерживает. Обнял, поднимая на руки, нежно прижимая к груди. Зарылся носом в волосы девушки. Этот аромат сводит его с ума. — Нанами! Я люблю тебя, Нанами. Я боялся, что напугаю, боялся, что перестанешь доверять. Тогда днём, прости. Я вспылил. — А она слушала, не веря, что это происходит наяву. — Прости, что боялся. — Томоэ, — окликнула Нанами. Её голос наполнен дрожью. — это правда? — Правда. Я люблю тебя, и никому не отдам, не отпущу. — И в подтверждение своих слов крепче прижал её к себе. — Я тебе верю. — Девушка улыбнулась, начиная смеяться. И смех её, такой чистый, радостный, наполненный не несбыточной мечтой, ставшей явью. Слёзы высохли, под рукавами багрового кимоно с оранжевыми языками пламени. Он нежно вытер влагу с её лица, словно его пленница из хрусталя. Нэко успокоилась, и оба взглянули друг другу в глаза. Нет того льда. Нет тех стылых чувств в прекрасных очах, лишь чистый хрусталь. И всё видно. Всю любовь они прередали взглядом. — Может, в таком случае, снимешь этот браслет? — Немного посмеиваясь, говорит она. — А ты не сбежишь? — Лис остаётся Лисом. Хитрый взгляд, голос, демон ответил ей в тон. Томоэ уже поставил её на пол и склонился к прекрасному лицу. — Не сбегу. — Нанами встала на носочки и легко каснулась его губ поцелуем. — Тогда это твоё обещание. — Прошептал он ей в губы, чуть отстраняясь. — Клянусь. — И снова они слились в поцелуе. Парень не сдержался и поцеловал страстно, попутно разрывая браслет: он уже не нужен. Когда же вновь отстраняются от недостатка кислорода, тяжело дышат. Вернутся уже вместе. И нет сомнений. Всё наладится, уже наладилось. Им нечего бояться. Они вместе и больше ничего не нужно, разве что свадьба, но это потом, а этот вечер они проведут подле друг друга. Расскажут всё о себе и не раз сольются в поцелуе. Вот уж действительно, любовь. Мучительна в сомнениях, и окрыляющая, когда сомнений нет. И это прекрасно, когда вечные чувства взаимны. Сердце ёкая не изменчиво, подобно людскому. Оно может быть отдано лишь однажды, и эти чувства не изменятся. Даже пройдя сквозь века, они не станут пылью минувших лет, а останутся и будут цвести, как та самая сакура в саду Демона-Лиса Томоэ.