Сквозь века и жизни я буду рядом с тобой

      ― Принцы предпочитают служанок, ― вдруг лениво изрек изрядно захмелевший звездочет, на днях прибывший в Камелот для проведения своих важных исследований, отстраненно глядя на живо танцующих и давно не трезвых придворных. Король Артур отвернулся от сэра Леона, беседа с которым потеряла былую прелесть, обратил свой взор к ученому, чтобы послушать его мысли вслух.       ― Принцессы предпочитают рыцарей. Рыцари предпочитают рыцарей, ― глубокомысленно продолжил тот, но неожиданно со встревоженным видом спросил у короля:       ― Но, постойте, боже правый, что же остается несчастным драконам?       Король Артур серьезно кивнул и, отпив из кубка красного вина, произнес:       ― А драконы не несчастны.       ― Но они же так одиноки в наше время… ― с печалью в голосе протянул звездочет.       ― Вовсе нет, ― флегматично пожал плечами король. Он оперся локтями о стол, положил подбородок на ладони, а его взгляд стал осторожно блуждать по толпе, выискивая кого-то важного. Не возвращаясь к ученому, король Артур отстраненно пояснил:       ― Драконы предпочитают королей.       Звездочет подавился своим горячительным напитком, ошалело уставился в величественный профиль короля.       ― Но как? ― Ученый задыхался от потрясения. ― Видели ли Вы, милорд, хоть раз подобное?       Король усмехнулся, зацепился глазами за что-то посреди пира, почти забыв о своей увлекательной беседе. Звездочет попытался проследить за его взглядом, но ничего стоящего внимания так и не нашел.       ― Стоит ли спрашивать, если драконы славятся своей скрытностью и хитростью? ― Скользя глазами по траектории пути предмета своего интереса, все же парировал король.       Звездочет нахмурился. В словах короля определенно была доля правды, а, возможно, и вся правда, кто знает?       ― Но почему именно короли? ― С прежней задумчивостью произнес он.       Король вновь отпил вина, чуть расслабившись, когда к нему безмолвно подошел красивый юноша, чтобы долить в кубок хозяина алкоголь.       ― Тут как посмотреть, ― сосредоточено, хотя, казалось, его глаза смеялись, сказал король Артур, откинувшись на спинку трона. ― С одной стороны все просто: так казна ближе, а, значит, драгоценные побрякушки ближе к пещере.       Звездочет не был уверен, улыбка ли это мелькнула на губах короля, когда до них двоих донеслось тихое позабавленное фырканье со стороны, или это хорошее вино застилало глаза и заливало уши.       ― Но с другой стороны, ― продолжил король, ― драконы однолюбы. Преданность ― их отличительная черта, пусть и не главная. Кто знает, может, есть короли, достойные любви дракона.       Ученый неуверенно кивнул, но разговор на этом оставил.       Позже, после еще четырех, а, может, пяти доверху наполненных бокалов, когда по дороге к своим покоям звездочет видит светлый лик короля Артура, приникшего губами к прорезавшимся золотым чешуйкам на коже того красивого юноши, что подливал Его Высочеству вино, когда слышит нежные, не предназначенные для посторонних, шепот и клятвы, звездочет думает, что, наверное, драконы не такие уж и несчастные. //29.09.15.