Сквозь века и жизни я буду рядом с тобой

(Глубокий, бархатный голос, притворяющийся, что готов литься елеем, раздался в динамике). − Чего желаешь в эту ночь, сладкий? (Другой, хриплый голос отрешен). − Поговорить. (Недолговременная заминка на проводе). − Эм, кхм… (Голос звучит тверже). Парень, ты же в курсе, куда позвонил? − Я в курсе. А еще я в курсе, что оплата идет за промотанные минуты, а не за количество оргазмов. Мои деньги – делаю, что хочу. (Легкая усмешка и треснувшая стена напряжения на том конце). (Минутное раздумье). − Неужели не устал от круглосуточных пошлых вздохов и ахов, омерзительных хлюпающих звуков и фальшивящих стонов в трубку? Уши еще в трубочку не свернулись? Ты хоть спишь по ночам после всех этих ужасов на работе? − Это не основная работа. (Вздох). Лишь на время, пока на ноги не встану. И… да, устал. (Улыбка в темноту). − Вот и я… устал. − Ты странный. (Смешок). (Голос переполошился). − С чего ты взял? − Не каждую ночь сюда звонят, чтобы просто поболтать. Я так думаю… Девочки много чего рассказывали, но похожих историй не слышал. − А у вас там клуб по интересам? Хах. И какая же она – изнанка секса по телефону? (Приятный смех). − Ну, нашим «девочкам» в основном за тридцатник, почти у каждой есть ребенок, все души во мне не чают как в единственном представителе мужского пола в коллективе и кормят вкуснейшими печеньками. (Улыбка. Искренняя). − Я смотрю, ты неплохо устроился. − Ну, (смущение) да… Вроде как, могло быть хуже. Зарплату, естественно, задерживают, зато нет каких-нибудь там надзирателей-сутенеров, да и… Теперь есть те, кто знают обо мне и не презирают за это. (Пауза). − А ты… кхм, «не открыт»? Или проблемы с семьей? − С семьей (поспешно). (Вдох-выдох, как можно тише). Отец. Выгнал, когда узнал. Поэтому и «подрабатываю». Сам понимаешь… без гроша. «Из князей в грязь» − вот это про меня. (Мягкая тишина). − А я… Мне просто нужно было поговорить с кем-нибудь. − Теперь можешь говорить со мной. (Необдуманный, но добросердечный ответ). (Осознание). Ну… ты же собрал столько компромата на меня. Я у тебя в руках (неровный смех). (Снова что-то не то). (Смех, громкий, красивый смех). − Спасибо, это очень мило. Как твое имя? − Артур. − Оно настоящее? (Почти слышно, как закатывают глаза). − Да, оно настоящее. Дано мне с рождения… − …в переводе с кельтского означает «могучий медведь». (Удивленное перехваченное дыхание). − Что?.. (Слышно шуршание ткани, возможно, трут рукой порозовевшую шею). − Ну… Я филолог. И мне нравится… имя «Артур». (Нежно, очень нежно, на выдохе, рыча). − О. (Голос густеет, возвращает хрипотцу). А твое…? − О, я Мерлин. − Да? Правда? И что оно означает? (Оробелая дрожь в голосе – запоздалая реакция на огрубевший бархат чужого). − Ничего особенного или интересного, на самом деле. − Я хочу знать. − (Вздох). Оно… неправильное. Однажды в чьем-то имени при переводе сделали ошибку, и искаженный вариант прижился. Так что… у моего имени нет значения. (Минута). Наверное, поэтому оно подходит мне. Нет значения – нет смысла жизни. − Эй! (Очень громко, очень несдержанно, очень эмоционально). Не говори так. Твое имя… «Ме-ерлин»… похоже на магию. Оно пахнет морем и… волшебством. Подходит для кого-то такого странного, как ты. Кого-то такого замечательного и заботливого. (Тишина и глубокие вздохи). − Ты должен сказать мне свой номер, Артур. (Немое удивление и оглушающее ликование). − О?.. Да. Да, сейчас, Боже, записывай. (Шорох бумажек, звон падающих пластмассок и удары личного телефона о деревянную поверхность). О, и, Мерлин?.. − Да? − Я люблю твое имя. //20.06.16.