Без тебя. Вернись и останься.

Если вся наша жизнь состоит из белых и чёрных полос, то в моей жизни явно началась белая. Цвета Полиных волос, если быть точнее. Вчерашний вечер, хотя, скорее, ночь расставила всё по местам и ясно дала понять, как нам жить дальше. До её приезда я не знал, чего ждать и как быть, так как не понимал, чего хочет лично она. Как оказалось, наши желания почти во всем схожи, а затягивать с признанием мужу она не собирается, сама устав от бесконечного вранья. Я не верю, что люди меняются, особенно за одну ночь, но в то, что она мне пообещала, очень хотелось верить. Очень хотелось думать, что она хоть немножечко изменит своё отношение к людям, а в частности к близким людям. Поездка к Светлане Геннадьевне стала наглядным примером того, как Поля незамедлительно начала предпринимать какие-то попытки поменяться, потому что ещё месяц назад она бы послала меня и хлопнула дверью, не став разговаривать с матерью. В этой ситуации я старался сохранять нейтралитет, так как не присутствовал при ссоре и не мог здраво рассуждать на эту тему, но склонялся больше к стороне Пелагеи, наверное, потому, что она в моей поддержке очень нуждалась, да и выглядела довольно убедительно. Ругаться с родителями не нравится никому, вряд ли кому-то вообще приносят удовольствие ссоры с близкими людьми, поэтому разрешить этот конфликт хотелось сразу, не растягивая на месяца. Мы начали новую жизнь, как бы Поля ни отнекивалась, говоря, что она ещё не распрощалась со старой. Невозможно запланировать и начать новую жизнь со следующего понедельника. Можно либо начать сразу, либо не начинать вообще. И мне показалось, что сегодня ночью мы выбрали первый вариант, обсудив абсолютно всё, что тревожило нас последний месяц. Пелагея даже спросила, почему я встречался с Ксюшей, если не испытывал никаких чувств, на что я предложил ей заглянуть к себе в паспорт и посмотреть на то, как далеко зашла она с отсутствием чувств. И всё то, о чем мы разговаривали этой ночью, навсегда останется исключительно между нами, но только после этого я с уверенностью могу заявить, что всё не зря, и слова о любви не были пустыми. Усевшись на диван рядом с Полей, я по-прежнему держал на руках Тасю, вообще не собираясь надолго здесь задерживаться, потому что, несмотря на мою жажду помирить их, присутствовать при их разговоре я не собирался. - Может, я пока пойду с Тасей пройдусь? - предложил я, уже почти поднявшись из-за стола. - Нет, - испуганно взвизгнула Пелагея, крепко удерживая меня за руку, - Ты останешься, иначе я не буду разговаривать... Виновато посмотрев в сторону Светланы Геннадьевны, я развёл руками, показывая, что пытался сделать все, что мог. - Поль, ну, что ты как маленькая? - возмутилась женщина, на что моя Поля равнодушно отвернулась в другую сторону. - Я не хотела тебя обижать, но ты действительно была не права вчера... - Тогда зачем ты мне вообще написала ту долбанную смс-ку? - недовольно переспросила она, крепко сжав мою руку. - Я понятия не имела, что ты тут же примчишься устраивать истерики на ровном месте. Ваню можно понять, ему тоже трудно, потому что он ничего не знает о твоих похождениях, а ты продолжаешь его изводить, ничего не объясняя. Ты считаешь, что он виноват, но дело исключительно в тебе. Мы не можем залезть в твою голову и узнать, что там происходит. Тебе самой неужели его не жалко? - я молчал, продолжая корчить смешные рожи Тасе, удерживая её одной рукой, а вторую временно отдавая Пелагее, что нуждалась в ней, как в спасательном круге. - И ты решила, что твоя поддержка облегчит его страдания? Да ты себе даже представить не можешь, как мне было обидно из-за твоих слов, - выпалила она, в следующую секунду сильно зажмурившись. Я был уверен, что их разговор продолжится, но Поля резко подскочила с дивана и вылетела с кухни, видимо, всё-таки сдаваясь и теряя над собой контроль. - Да не трогай её, Дим, это бесполезно, - хмыкнула Ханова-старшая, когда я протянул ей ребёнка, чтобы пойти за Полей. - Это не бесполезно, - отозвался я, не согласившись с ней, - Просто ей действительно очень обидно... Всё-таки забрав у меня дочь, Светлана Геннадьевна перевела взгляд, не желая никак комментировать это, а я, в свою очередь, направился на поиски своей благоверной, почти сразу застав её в гостиной. Обняв себя за плечи, она стояла ко мне спиной, глядя в окно и никак не реагируя на шаги позади себя. - Я не смогла, прости, - не поворачиваясь ко мне, сказала Пелагея. - Как ты поняла, что это я? - удивлённо спросил я, подходя к ней вплотную и обнимая со спины. - Спинным мозгом, - усмехнулась она, прижавшись ко мне щекой, - В окне видно отражение... - Хитрая какая, - засмеялся я, действительно поверив. - Да в принципе, кроме тебя никому до меня и нет дела, - горько усмехнулась она, прикрыв глаза. - Не говори ерунды, Поль, она очень любит тебя и желает только добра, - сказал я, ещё крепче сжимая в своих руках. - А ты?.. - Что я? - Любишь? - А что, незаметно? - Проехали... - отмахнулась блондинка, отворачивая голову и пытаясь выбраться из моих объятий. - Куда ты? - уточнил я, целуя её в шею и никуда не отпуская, вопреки её надеждам. - Заберу Тасю и уйду отсюда, - заявила она, начиная раздражать меня своими резкими перепадами настроения. - Хорошо придумала, - мгновенно убирая руки и выпуская её, пробубнил я. Стоя в метре и выжидающе глядя на меня, Поля явно чего-то хотела, но я не мог понять, чего именно. - Что? - Я без тебя никуда не пойду, - спокойно проговорила она, продолжая стоять на месте. - Детский сад, - тяжело вздохнув, прокомментировал я, подталкивая её к выходу. Резко затормозив прямо передо мной, Пелагея развернулась ко мне лицом, кажется, собираясь что-то сказать. - Я люблю тебя... И мне не послышалось, хоть и сказала она это очень тихо, но от того не менее уверенно. Мне не послышалось, несмотря на то, что за сегодня она сообщила мне об этом уже два раза, что на неё совсем не похоже. Во время наших первых отношений подобные слова невозможно было вытянуть из неё никоим образом, а я и не пытался, просто приняв это, как факт. Чаще всего мы принимаем те или иные моменты и качества, что заложены в человека слишком давно, чтобы бороться с ними. И это было как раз именно то, с чем я бороться не стал, решив, что она сама по себе такая. Со временем я стал относиться к этому точно так же, считая, что такие громкие слова нужно произносить наедине и в тёмное время суток. И если это тоже входило в её обещание поменяться, то меня такое ничуть не смущало, хоть было и непривычно первые несколько раз. Она - тот самый человек, что проявляет свои чувства в поступках. Ей проще сказать, что на улице холодно, и попросить теплее одеться, чем сказать, что она беспокоится о моём здоровье. По крайне мере, в прошлый раз было именно так, но, видимо, материнство сыграло свою роль... или всё-таки тот факт, что случилось это не от кого-то, а от меня. Понять мне этого прямо сейчас, к сожалению, было не дано. Вернувшись на кухню, я ожидал, что Поля заберёт Тасю и молча уйдёт, даже не попрощавшись с матерью, но она присела обратно на диван, видимо, предпринимая вторую попытку поговорить. - Ладно, Поль, может быть, я и была не права, что вмешалась в ваш конфликт, и мне стоило промолчать. Извини меня, - с большим трудом выдавливая из себя эти слова, сказала Светлана Геннадьевна. Кажется, переступать через себя им было одинаково трудно. - Будем считать, что ничего не было, - и я мог считать это её маленькой победой над самой собой, потому что ещё совсем недавно она бы ни за что не пошла на уступки, до последнего стоя на своём. Обида внутри неё никуда не делась и не денется в ближайшее время, потому как заставить себя взять и простить на раз-два почти невозможно. Она согласилась сделать вид, что ничего не было, чтобы не развивать эту тему и дальше, но понять, какие чувства в ней до сих пор борются, совсем не сложно. И либо Светлана Геннадьевна действительно этого не понимала, либо делала вид, что не понимает, но я своими глазами вчера видел, как Поле обидно, что самый близкий человек встал против неё в такой трудный момент, потому и старался не настаивать. Со стороны казалось, что я заставляю её идти на примирение, но на самом деле это была исключительно её инициатива, основанная на небольших переменах, произошедших сегодня ночью. Так как приехали мы сюда на её машине, я был уверен, что обратно мне придётся ехать на такси, ведь речи о том, что ко мне домой мы тоже вернёмся вместе, не шло. Но в свои планы Пелагея посвящать меня не стала, сказав, чтоб я просто садился в машину. От утренней лёгкости и спокойствия на её лице уже не осталось и следа, что меня в какой-то степени огорчало, ибо добиваться этого самого перемирия такой ценой совершенно не хотелось. Доехав до моего дома, я все ещё был уверен, что мне просто-напросто повезло с бесплатным такси в её лице и возвращаться всё равно придётся одному. А когда телефон Поли зазвонил, и по её лицу я понял, что звонит не кто-то, а её муж, то сомнений больше не оставалось. - Да... - ответила она, через секунду включив громкую связь и посмотрев на меня. Доверие выходило на новый уровень. - Пелагея, у меня к тебе два вопроса: где ты находишься и почему не ночевала дома? - послышался недовольный голос на том конце. - А ты только сейчас заметил, что я отсутствовала? Надо же... Тогда аналогичный вопрос: где ночевал ты? - почти железным голосом, поинтересовалась Пелагея. - Приезжай домой, нам нужно поговорить, - отозвался молодой человек. - Совершенно верно! Поговорить нам нужно, но домой я приеду только завтра, - заявила она, мгновенно расставив всё по местам и словив на себе мой удивлённый взгляд. Переваривая их небольшой диалог, я не знал, что и сказать, потому что говорить было гораздо легче, чем делать. Она неплохо держалась, учитывая тот факт, что её всё это дико раздражало и портило настроение ещё больше. Закинув телефон в сумку, Поля устало прикрыла глаза и тяжело вздохнула. Накрыв её руку своей, я не мог подобрать те слова, что могли бы подойти сейчас очень кстати. И можно было, сколько угодно повторять, что она специально тянет время и делает всё для того, чтобы не наделать шуму из этой ситуации, но ей было морально тяжело. И это неоспоримый факт. - Почему не поехала сейчас? - спросил я, искренне не понимая, что её остановило. - Слишком много разговоров для одного дня. Есть вероятность, что на второй такой меня уже не хватит, - слабо улыбнувшись, проговорила Поля. Секунды молчания сопровождались нашими взглядами, что никто не решался отвести первым. Дома нас ждал приготовленный мною ужин, горячий чай и бесконечная тишина, находиться в которой мне впервые в жизни очень нравилось. Тася досыпала свой дневной сон, заснув ещё по пути домой, а Поля не сводила с меня глаз, глядя с какой-то непередаваемой теплотой и нежностью. Такой взгляд называют "влюблённым", но это было слишком слабое слово, чтобы описать все наши чувства. Описать любовь словами, увы, нельзя, иначе это уже не любовь. Всё, что поддаётся научным или человеческим объяснениям, перестаёт иметь ценность, как качество или чувство. И если на вопрос "Что такое любовь?" вам ответят, что это чувство, поглощающее без остатка и заставляющее человека чувствовать себя окрылённым, то это не любовь. Внешние признаки, догадки, домыслы, сходства, но не любовь. Я не мог объяснить, что со мной происходит, когда я смотрю на Полю, а она улыбается... Не мог, потому что со мной творилось что-то, непонятное даже мне самому. И в русском языке достаточно эпитетов и прилагательных, чтобы в полной мере описать то или иное чувство, но жизнь - не сочинение по литературе, и многие вещи нельзя описать словами. Мы основываемся на том, что пишут в книгах и журналах или говорят по телевизору, но большинство людей на самом деле никогда не испытывали такого сильного чувства, как любовь. Наличие "бабочек в животе" первые два дня - ещё не показатель любви до гроба. Есть моменты, куда важнее, поняв которые, человек обретает всё. В этом и есть вся суть жизни.