Без тебя. Вернись и останься.

Неохотно разлепляя глаза и тут же закрывая их от никуда недевшегося желания поспать ещё чуть-чуть, я повернула голову в сторону Димы, вместо которого на соседней подушке лежал огромный букет роз, отчего проснуться все-таки пришлось. Тридцать первый день рождения благополучно наступил, но впервые за последние десять лет это произошло совсем иначе. Телефон не разрывался от поздравлений, потому как по-прежнему находился где-то на дне сумки вне зоны доступа. За окном с самого утра было пасмурно, что ни разу не поднимало настроение, поэтому я и продолжила спать, проснувшись часов в шесть. Сколько с того момента прошло времени, было трудно понять, потому что ни Димы, ни телефона, ни часов у нас в спальне не имелось. И больше всего меня интересовал самый первый пункт из всего перечисленного, который ещё в шесть утра я наблюдала рядом с собой, а теперь он бесследно исчез. Букет, состоящий из тридцать одной красной розы, был перевязан шелковой ленточкой и отчего-то напоминал летний дождь по запаху. Разумеется, мне было интересно, откуда он его взял, учитывая тот факт, что мы, грубо говоря, в лесу, достаточно далеко от города. Но в тот момент я ещё не знала, что это лишь самая малость из того, чему придётся удивляться. - Я уже хотел тебя будить, - показавшись в дверном проёме, сказал Дима, - С Днём рождения, любимая! Поднявшись с постели и почти что повиснув у него на шее, я расплылась в довольной улыбке, уже радуясь тому, как начался это день. - Пойдём со мной, - проговорил он, когда я потянула его совершенно в другую сторону. - Зачем? - поинтересовалась я, находя это вполне логичным вопросом. - Потому что это сюрприз, - отозвался Билан, а я сразу насторожилась скептически относясь к сюрпризам с нашей недавней годовщины свадьбы с моим пока ещё мужем. - Может, потом? - уточнила я, решив, что сюрприз никуда не убежит. Стоит ли говорить, что я очень сильно заблуждалась? - Боюсь, если мы сейчас не спустимся, тебе не понравятся последствия этого сюрприза, - благополучно убедив меня в необходимости спуститься вниз, Дима потянул меня в сторону выхода. Мысленно готовясь ко всему и сразу, я не знала, чего ожидать, отчего эти несколько секунд пронеслись для меня в два раза волнительней. - Только закрой глаза, - перед самой лестницей, попросил он, крепко удерживая меня за руку. - Хочешь, чтобы я убилась, да? - уточнила я, с его помощью робко преодолевая ступеньку за ступенькой. И когда где-то рядом с нами послышались знакомые звуки, я не поверила своим ушам, не дождавшись кульминации и распахнув глаза на самой последней ступеньке. - Дима... И нашу дочь, сидящую в детском кресле прямо на диване в гостиной, вполне можно было назвать сюрпризом, но первые несколько секунд меня охватил страх и ужас. - Откуда? - забирая ребёнка и крепко прижимая к себе, спросила я, потому что вопрос в голове был только один. - Секретов фирмы не раскрываю, - улыбнулся он, пожав плечами. - Съездить в Москву ты не мог, потому что ночью и утром точно был со мной, - задумчиво хмыкнула я, потихоньку выстраивая логическую цепочку. - Да ты прям Шерлок, Поль... - рассмеялся Дима, словив на себе мой серьезный взгляд. - А где тогда мама? Она что, уехала? - с неким разочарованием спросила я. - Уехала, - кратко ответил он, как-то странно замявшись, - Я настаивал на том, чтобы она осталась, потому что это и её праздник тоже, но Светлана Геннадьевна сказала, что не хочет мешать нам... и тебе... - Что значит "нам и тебе"? - совсем перестав понимать, что к чему, уточнила я. - В общем, Поль, я, конечно, ни разу не психолог, но, по-моему, она на тебя обижена, - неуверенно пояснил Билан, моментально разрушая всю атмосферу праздника и напрочь отбивая желание хоть что-то делать сегодняшним днём. И вопроса "из-за чего?" в ту секунду у меня не возникло, наверное, потому что между нами уже около года нет того взаимопонимания, что было раньше. Потому что это она убеждала меня в том, что я должна выйти замуж за Ваню. Потому что это она изначально была против Димы, всем своим видом давая понять, что он ей не нравится в качестве моего мужа. И мое враньё она покрывала только потому, что не хотела портить внешнюю картину нашей "идеальной" семьи. Да, в какой-то момент мама вдруг решила измениться и поспособствовала нашему с Димой воссоединению, но опять же по старой схеме... Без моего ведома. И несмотря на то, что каждый раз после больших и небольших ссор мы мирились, в глубине души всё равно оставался осадок, постепенно нарастая. Я не боялась оставлять с ней ребёнка, потому что точно знала, что о Тасе она сможет позаботиться вне зависимости от наших отношений. Внуков ведь любят больше, чем детей. - Ничего страшного, - на автомате отозвалась я, полностью переключая своё внимание на дочку. - Включи телефон и позвони ей, - послышалось со стороны, отчего я удивлённо посмотрела на него. - Дим, утро чудесное, подарок оба раза замечательный... - намекая на то, что и при рождении, и сейчас подарок в виде нашей дочери очень даже удался, проговорила я, - Но я не хочу портить себе настроение бессмысленными разговорами!.. - Поль, она твоя мать! - парировал Билан, кажется, не собираясь сдаваться. - А я её дочь! Удивительно, правда? - уточнила я, поражаясь его "проницательности". - А я уж подумал, что ты начала меняться... Но нет, эгоизм по-прежнему с тобой, - нарочно пытаясь меня задеть, хмыкнул он. И мне в очередной раз приходилось выбирать: сделать так, как просит он, или поступить по-своему, снова продемонстрировав свой характер. Но даже выбрав второй вариант, я в любом случае позвоню маме и буду вынуждена признать свою неправоту. Таким образом работали все схемы в наших отношениях. Таким образом он пытался меня "перевоспитать", всё ещё не теряя надежды. Может быть, для него 31 - ещё не поздновато. Может быть, для него это в самый раз. - Вообще-то день рождения у меня... Поэтому если она сама позвонит, то я поговорю с ней, - с некой опаской глядя на него и пытаясь понять, придётся все-таки звонить самой, или этот вариант его вполне устроит. - Тогда хотя бы телефон включи, - сказал мне человек, который когда-то сам жаловался, что я не выпускаю гаджет из рук. - Ну, уж нет!.. Весь день отвечать на звонки и смс-ки я не планировала, - фыркнула я, искренне не понимая, в чем тогда был смысл отключать телефон на все эти четыре дня, чтобы в один момент взять и всё испортить. И то ли мой вариант Диму вполне устроил, то ли он в кои-то веке решил временно отложить выяснение отношений, но закончилось всё весьма оптимистично. Хотя бы потому, что мне удалось отыскать вазу и даже поставить в неё цветы. Погода за окном совсем не радовала, так как помимо пасмурности, своим присутствием нас почтил ещё и дождь, которого сегодня совсем не хотелось. Настроение медленно опускалось вниз, вот-вот намереваясь распластаться по полу и больше не подавать признаков жизни. Наличие ребёнка под боком хоть как-то спасало этот день, зато отсутствие нормальных взаимоотношений в семье полностью компенсировало это "как-то". До последнего надеясь на чудо, я не отчаивалась, продолжая искать плюсы в сегодняшнем дне. По крайне мере, на руках у меня было то, что заставляло со спокойной душой принимать свой нынешний возраст. Это как успеть до тридцати и не переборщить. Это как все-таки переборщить, а потом ещё полгода разгребать последствия. Это как вспоминать свой юбилей ровно год назад, сравнивать с сегодняшним днём и понимать, что жалеть не о чем. Это самое главное. Рядом со мной Дима, а с нами наша дочь, всё остальное - временные, преодолимые трудности. И это вовсе не то, чем я пыталась себя успокоить, просто на самом деле так и есть, если не делать проблему из всего, что движется и не движется. Если относиться ко всему проще, жить будет гораздо легче. Поэтому на душе было необъяснимо спокойно от того, что всё получилось именно так, а не как-то по-другому. Например, сейчас я могла бы до сих пор сидеть дома с мужем, принимать поздравления и тихо ненавидеть всё на свете, а Дима бы, наверное, продолжал ждать какое-то время, потом устал бы и тупо сдался. И все, что в таком случае могло бы с нами быть, - это лишь встречи несколько раз в неделю, и то исключительно из-за ребёнка. Мама позвонила где-то после обеда, в чем никто и не сомневался, потому что вне зависимости от наших отношений она бы все равно сделала это. Трубку я принципиально брать не стала, хоть Дима и настаивал на этом, когда надрывался телефон, поэтому ответил он. И ровно до того момента, пока к телефону не позвали меня, я демонстративно вытирала с подоконника невидимую пыль, думая над тем, что скажу своей родительнице через несколько секунд. Как только телефон оказался у меня в руках, Билан тут же вместе с Тасей покинул спальню, предварительно пожелав мне удачи. Выслушивая поздравление от мамы, я не перебивала её и пыталась собрать мысли в кучу, потому что не оно было ключевым в нашем разговоре. Когда обмен благодарностями закончился, я решила перейти непосредственно к самому разговору, о котором она ничего не знала ровно до того момента, пока я не сообщила. По её голосу стало ясно, что она заметно напрягалась от моего уверенного "Я хочу с тобой поговорить". - Почему ты не осталась, когда привезла Тасю? - спросила я, решив начать с такого простого вопроса. - Дима попросил привезти ребёнка, я привезла. Зачем я буду вам мешать? У вас же отпуск, - аргументировала мама, и если бы я не знала её, то очень даже поверила бы в то, что она не хотела мешать. - Он просил тебя остаться, а ты бы нам никак не помешала, - отозвалась я, понимая, что сейчас говорить об этом уже поздно. - Поль, я не хотела портить тебе праздник. Мое присутствие на тебя очень странно влияет: ты сразу начинаешь психовать. Вряд ли Дима мечтал в очередной раз успокаивать тебя, да ещё и в такой день, поэтому я уехала и не жалею, - пояснила она, заставляя меня чувствовать себя виноватой. - Потому что мне всё время кажется, что ты меня осуждаешь, что ты мною недовольна, и что вот-вот выскажешь мне всё, что думаешь... Я устала всё время быть виноватой и оправдываться за свои поступки, - выпалила я, потому что терять уже было нечего. - А что, если тебе всего лишь кажется? Такой вариант ты не рассматривала? - впервые за долгое время спокойно спросила мама, не переходя в нападение. - Сначала тебе не нравилось, что я могу упустить "такого жениха", потом тебе не нравилось, что я снова устраиваю истерики из-за Димы, дальше тебе не нравилось мое враньё, а по итогу у меня сложилось впечатление, что, абсолютно всё, что бы я ни сделала, тебе не нравится... Да, мам, я не оправдала твоих надежд ни в первом браке, ни во втором! Вот такая вот я молодец!.. - Я не осуждаю тебя. Да, за этот год мне не раз хотелось это сделать, хотелось сказать, что ты поступаешь неправильно, но я молчала, потому что это твоя жизнь, и только тебе решать, как её прожить. Да, я настаивала на том, чтобы ты вышла замуж за Ваню, но только потому, что по твоим рассказам была уверена в ваших взаимных чувствах. Ты ничего не говорила мне о Диме и о том, что всё ещё любишь его, а потом ты приезжаешь ко мне в истерике, твердишь, что ненавидишь его, дальше заявляется он сам, и вы ничего мне объясняете... просто уезжаете посреди ночи. А за месяц до свадьбы ты говоришь мне, что беременна... и не просто беременна, а беременна от Билана. И заметь, я не сказала тебе тогда ни слова! Я молчала до того самого дня, пока он не приехал и не сказал, что всё знает. А теперь ты меня пытаешься в чём-то обвинить, не доверяешь и не понимаешь, почему я так к тебе отношусь. Потому что я не умею читать твои мысли, Поль, и я давно не знаю, что у тебя в голове, но хуже всего то, что я ничего не могу с этим сделать... Наверное, на предложении третьем я перестала себя контролировать и начала всхлипывать, прекрасно слыша, как дрожит её голос, и как тяжело ей даются все последующие слова. И единственное, о чем я жалела в ту минуту, - это о том, что её сейчас не было рядом, как в детстве. - Прости меня, мам... - прошептала я, чувствуя, как медленно меня отпускает, словно выходит всё то, что накопилось за этот год, и становится легче. - Прости меня, пожалуйста...