Магическая зоология

      О происшествии на уроке ухода за магическими существами на следующий день знал уже весь Хогвартс. И как принято, история была приукрашена настолько, что всем оставалось только удивляться, почему профессор Сноу не лежит без сознания в больничном крыле. Сама же Санни больше удивлялась тому, что вечером к ней пришла Кира, испугавшаяся за состояние своей тети. Все остальное осталось ею совершенно незамеченным, а может, показалось недостойным внимания.       — Быстро же ты попала в историю, — хмыкнул Люпин, пока они вместе шли на первый урок.       — Это мой талант, — невесело усмехнулась Санни. — А может, проклятие!       На это ей Люпин ничего не ответил, пожелав удачи на занятиях и скрывшись за тяжелым гобеленом. Санни удивленно посмотрела ему вслед, поскольку совершенно не знала, что здесь есть потайной ход. Невольно взлохматив короткие синие волосы, она поспешила к своему кабинету. Опаздывать еще на один урок ей не хотелось, тем более у седьмого курса.       — Доброе утро, класс! — произнесла Санни, быстро подойдя к кафедре. — Как вас немного, — хмыкнула она, насчитав только восемь человек со всех факультетов.       — У нас некоторые начинают жалеть, что не продолжили обучение вашему предмету, профессор, — весело произнесла какая-то гриффиндорка.       — Глупо изучать то, что не пригодится для будущей профессии, — заметила Санни. — На седьмом курсе принято изучать самых опасных существ, — присев на край стола, произнесла она. — Но прежде, чем мы к этому приступим, я хотела бы выяснить, насколько хорошо вы подготовлены. Поэтому сегодня у нас несложная проверочная работа.       Ученики синхронно возмущенно вздохнули. Санни сделала вид, словно не заметила этого и, взмахом палочки, разложила перед каждым пергаменты с вопросами. Мило улыбнувшись, девушка двинулась к последним партам, наблюдая за тем, как ученики неохотно берутся за перья. Кажется, они явно рассчитывали на увлекательный урок, а не на проверочную работу.       — Попрошу не списывать, — бросив взгляд на пуффендуйца, заглядывающего через плечо еще одного Уизли, строго произнесла Санни. — Если я стою к вам спиной, это не значит, что я ничего не вижу.       Она опустилась на стул за последней партой и, подперев подбородок рукой, прикрыла глаза. Настроение сегодня было плохим, делать совершенно ничего не хотелось. А хотелось просто развалиться на кровати и смотреть бессмысленным взглядом в белый потолок.       — Снова перебрала патоки, — пробормотала Санни, потерев переносицу. — Интересно, почему меня никто не слушает, — громче прибавила она, сверля взглядом спины двух когтевранок. — Я просила не списывать и не совещаться, девочки.       Спины девушек тут же напряглись. Когтевранки пробормотали что-то себе под нос, извинились, должно быть. Санни тихо хмыкнула и осторожно вытащила из кармана шорт небольшой пузырек с переливающейся разными цветами жидкостью. Удивленно посмотрев на нее, Санни положила пузырек на стол и, встав на ноги, снова запустила руки в карманы. Вскоре на столе появились пара длинных клыков и когтей, серебряное кольцо, зубчик чеснока и пузырек со слезами феникса.       — Мерлинова борода, как можно быть такой растяпой, — тихо прорычала Санни, не замечая на себе любопытных взглядов студентов.       — Профессор, вам с чем-нибудь помочь? — важно поправив очки в роговой оправе, спросил рыжеволосый юноша.       — Сомневаюсь, что ты решишься засунуть руку в мои карманы, — буркнула Санни, после чего вскрикнула от неожиданной боли.       Ученики уже не скрываясь во всю наблюдали за ней, позабыв о проверочной работе. Девушка вытащила из кармана руку, в которой держала синее существо небольших размеров. Существо пыталось вырваться, кусая ее за пальцы.       — Корнуэлльский пикси! Это же пикси! — послышались удивленные возгласы.       — Вы что, этих вредителей никогда не видели? — насмешливо спросила Санни, взмахнув палочкой. — Ведь все равно залез мне в карман, — проворчала она, положив обмякшую тушку пикси на стол. — Все листья съел!       — Откуда у вас пикси? — спросил пуффендуец, раннее пытающийся списать.       — Ну, у меня в комнате живет парочка, — пожала плечами Санни, рассовывая все вещи обратно по карманам, кольцо она надела на один из пальцев. — А вы уже все написали? — Она быстро обвела класс взглядом.       — Почему вы не избавитесь от них? — недовольно скривилась темноволосая слизеринка. — Пикси вредные и противные.       — Они забавные, — улыбнулась Санни. — И они такие же живые существа, как и мы с вами. Мне они, во всяком случае, нравятся. Дописывайте, а то урок скоро закончится.       Семикурсники еще более неохотно, чем в начале урока, взялись за перья и склонились над своими пергаментами. Санни осторожно убрала пикси в карман, предварительно наложив на него еще одно обездвиживающее заклинание. На столе остался только пузырек с меняющей цвет жидкостью.       Когда раздался звонок, ученики поспешно сдали свои работы и покинули кабинет. Санни взяла пузырек и медленно побрела к своему столу. Пальцы немного побаливали в тех местах, куда ее укусил пикси. Опустившись на свой стул, Санни задумчиво уставилась на странную жидкость, пытаясь вспомнить, для чего она предназначена. Либо это какое-то зелье, либо результат ее очередного эксперимента, связанного с одним из животных.       Продолжая наблюдать за плавным переходом одного цвета в другой, она на время выпала из реальности. Очнуться ее заставили голоса. Оторвав взгляд от жидкости, Санни рассеянным взглядом обвела кабинет и с тяжелым сердцем поняла, что ее ждет урок на шестом курсе.       — Всем доброе утро, — поднялась из-за стола Санни, убрав пузырек в карман.       Студенты нестройным хором поздоровались с ней. Санни рассеянно отметила, что их в два раза больше, чем учеников седьмого курса. Невольно запустив пальцы в волосы, Санни попыталась вспомнить, что нужно рассказывать шестикурсникам.       — Этот год мы начнем с кентавров, — окончательно пришла в себя Санни. — Кентавры — существа вполне разумные, некоторые волшебники даже предполагают, что они намного умнее людей. Но об этом позже. Для начала стоит отметить тот факт, что кентавры сами отказались от так называемого статуса разумного «существа», в пользу статуса — «тварь». Кто-нибудь знает, по каким причинам они приняли такое решение?       В воздух неуверенно поднялось несколько рук. Санни кивнула смуглокожему когтевранцу, присев на край стола.       — Кентавры никогда не уважали вампиров, — заговорил когтевранец. — После того, как к классу «существ» были причислены вампиры, кентавры отказались от этого статуса и заявили, что все свои проблемы будут решать самостоятельно, не советуясь с волшебниками. Министерство магии все равно создало отдельное Управление по связям с кентаврами, но ни один из кентавров за все время существования этого отдела не воспользовались его услугами.       — Совершенно верно, мистер…       — Джон Лайт!       — …мистер Лайт! Пять баллов Когтеврану, — кивнула Санни. — В Министерстве существует такая шутка: «Послать в Управление Кентавров», которая означает, что человека скоро уволят, — весело прибавила она, заметив, как прыснули некоторые ученики. — Классификацией Министерства магии кентавры относятся к опасным существам. Тем не менее, агрессивными их считать нельзя, если только вы его не оскорбили чем-нибудь. В разговоре с кентавром необходимо быть очень осторожным, потому что они могут найти иной смысл в ваших словах. Попрошу запомнить, что ни в коем случае нельзя употреблять слово «полукровка» при общении с кентавром, потому что он воспримет его как личное оскорбление, о лошадях тоже не советую упоминать. Хотя для некоторых кентавров встреча с человеком уже оскорбление.       — Какие ранимые, — буркнул кто-то.       — Среди людей такие личности тоже есть, — хмыкнула Санни. — Считается, что кентавры происходят из Греции, но на данный момент они водятся всюду. Они предпочитают обитать в лесах, при этом как можно дальше от людей. С животным они более менее дружны. Чародейские власти каждой из стран, в которых обитают кентавры, выделили им места, где их не будут беспокоить маглы. Так или иначе, кентавры не нуждаются в защите волшебников, поскольку и сами хорошо умеют прятаться от людей. Собственно, что из себя представляет кентавр. — Санни направилась к доске. — В высоту они достигают шести футов, могут быть больше. У кентавра человеческая голова, руки и туловище переходят в конское тело, которое может обладать различными окрасами. Таким образом кентавр имеет одну человеческую голову, две руки, две грудные клетки, два живота, четыре лошадиные ноги, один набор мочеполовых органов и один хвост.       Некоторые студенты рассмеялись после ее последнего предложения. Санни выдавила улыбку и взмахнула палочкой. На доске появился гнедой кентавр, с луком в руке и колчаном со стрелами за спиной. Необычное существо недовольно рыло передним копытом землю.       — Образ жизни и обычаи кентавров окутаны тайной, — продолжила Санни. — Они не доверяют ни волшебникам, ни маглам, и кажется, они практически не видят между нами разницы. Кентавры живут группами, численность которых составляет от десяти до пятидесяти соплеменников. Известно, что они искусные целители, предсказатели, лучники и астрономы. — Кентавр на доске достал стрелу и натянул тетиву лука, выстрелив в появившуюся на доске мишень. — В дела людей они не вмешиваются, и яро доказывают свою независимость, считая себя намного умнее и лучше человеческого рода. Однако при всей своей неприязни к нам, они стараются решать все мирно, не проливая лишней крови. К детям они и вовсе относятся снисходительно, сравнивая их со своими жеребятами, которых каждый из них как следует охраняет и защищают от любой опасности, даже если этот жеребенок не его.       — Значит, если мы наткнемся на кентавров в Запретном лесу, то они нам ничего не сделают? — спросил гриффиндорец, предвкушающе потерев ладони.       — Вынуждена вас огорчить, но вы уже не являетесь жеребятами, — рассмеялась Санни. — Жеребятами они могут считать подростков до четырнадцати лет.       Все шестикурсники огорченно выдохнули. Санни не смогла подавить смеха, наблюдая за ними.       — Это нечестно, — возмущенно проворчала гриффиндорка. — По нашим законам, мы еще дети, а по законам кентавров — уже взрослые.       — У кентавров нет относительно этого определенных законов, — покачала головой Санни. — Они определяют это как-то по-своему. Полагаю, дело не в возрасте, а в формировании и, как правило, половом созревании. Если можешь оставить потомство, то уже повзрослел. — Она заметила, как некоторые из учеников покраснели. — Человек в шестнадцать лет уже приспособлен к размножению, — то ли желая добить публику окончательно, то ли просто в качестве самой естественной вещи в мире, прибавила Санни.       — Вы говорите так, словно человек для вас тоже является животным, — буркнула светловолосая слизеринка.       — Мисс Грэй, человек произошел от обезьяны, так что он действительно животное, — усмехнулась Санни. — Домашнее задание: сравнить человека и кентавра, написать о сходствах и различиях. Урок окончен. — И в ту же секунду послышался колокольный звон. Девушка облегченно выдохнула.

***

      Римус медленно брел по коридору. Куда он идет, Римус не знал. Но сидеть в своем кабинете надоело, на улице было несколько мерзко и туда идти совершенно не хотелось. Уроки уже закончились, мимо него проходили ученики, и некоторые из них приветственно улыбались ему. Римус автоматически кивал и улыбался в ответ, находясь в своих мыслях. А если точнее, то воспоминаниях. На пути то и дело возникали отпечатанные в памяти места: вот доспехи, в которые они врезались, когда впервые гуляли по замку под мантией-невидимкой Джеймса; вот окно, которое умудрился взорвать Сириус, пытаясь отвлечь слизеринцев от Питера. И еще множество подобных происшествий хранили коридоры Хогвартса.       Заметив впереди знакомые темно-синие волосы, Римус замер, несколько удивленный тем, что она остановилась посреди коридора. Из-за ближайшего поворота слышались приближающиеся голоса. Вслушавшись в разговор, Римус понял, почему она замерла на месте.       — А ноги вы ее видели? — послышался ломающийся мальчишеский голос.       — Ноги у нее, конечно, просто нечто, — мечтательно протянул другой мальчишеский голос, более низкий. — Да и в целом фигура у нее…       — Думать надо, с такими-то ежедневными приключениями было бы удивительно, будь у нее с фигурой что-то не так, — хмыкнул третий голос, чуть выше двух предыдущих. — Прям школьница, а не профессор.       — Говорят, уроки у нее интересные, — заметил обладатель низкого голоса. — Жаль, что я отказался в прошлом году от этих уроков, — сокрушенно произнес он.       Римус бесшумно подошел ближе, слушая разговор. Конечно, ничего необычного в нем не было. Все ученики всегда обсуждают учителей. А чтобы не обсуждать самого молодого и очень даже красивого преподавателя, просто необходимо иметь железную выдержку или же отсутствие интереса к противоположному полу. Сириус уж точно не упустил бы возможности поговорить, если бы у них вдруг появился подобный профессор.       Римус так погрузился в размышления, что не сразу заметил, как Санни принялась медленно отступать, когда голоса стали еще громче. Девушка уперлась спиной в его грудь, но Римус не успел сделать и шага назад, потому что она тут же развернулась, уверенно направив палочку прямо ему в горло. Когда девушка спустя секунду узнала его, в сиреневых глазах тут же промелькнуло облегчение, что не могло не удивить Римуса. Приложив палец к губам, он осторожно нажал на кирпич на стене и поманил девушку за собой, когда часть стены бесшумно отъехала в сторону.       По ее шагам, он понял, что она последовала за ним. И когда полоса света исчезла за закрывшейся дверью в тайный проход, Римус зажег на конце палочки неяркий свет. Санни стояла недалеко от него, с интересом осматриваясь.       — Этого следовало ожидать, — тихо заметил Римус, слыша, как компания из троих друзей проходит мимо их укрытия.       — Нет, не следовало, — неожиданно возразила Санни. — Моя внешность может понравиться любому представителю мужского пола, если я захочу. Им нравлюсь не я, а лишь та внешность, которую я выбрала.       Римус тихо хмыкнул. Теперь стало абсолютно ясно, что она одна из тех волшебников, способных менять свою внешность. К своему собственному стыду Римус обнаружил, что забыл, как называют таких волшебников. А ведь Сириус ему говорил, когда знакомил со своей милой племянницей.       — Я не обладаю привлекательной внешностью, — горько усмехнулась Санни.       — Думаю, он бы быстро доказал тебе обратное, — пробормотал Римус, окинув развилку рассеянным взглядом.       — Кто доказал бы? — удивленно подняла брови Санни.       Но Римус решил не отвечать, прекрасно зная, что она вряд ли его поймет. Он и сам себя не понимает. Столько лет старался все забыть, а стоило вернуться в стены школы, как от этих воспоминаний стало невозможно скрыться. Хочешь, не хочешь, а невольно думаешь, как бы поступили друзья в той или иной ситуации.       — Ты куда-то шла или просто бродила по замку? — посмотрел на нее Римус.       — Я шла в учительскую, — чуть наморщив аккуратный носик, ответила Санни.       Отвернувшись от нее, Римус невольно усмехнулся, заметив, что ей не нравится, когда ее вопросы остаются без ответа. Сделав свет чуть ярче, он уверенно двинулся по левому ходу, слыша позади себя легкие шаги девушки. Поразительно то, как ей удавалось ходить так тихо в таких тяжелых ботинках. Стоило отметить, что ее повседневная одежда заставляла задумываться о магловской армии. Когда он впервые увидел ее в этой одежде, у него возникло ощущение, будто она успела еще и курс молодого бойца пройти. Хотя, возможно, в ее приключениях все обстояло именно так. Но не ему об этом судить.       — Откуда вы так хорошо знаете этот замок? — внезапно спросила Санни.       — Мы исследовали его на протяжении семи лет, — отозвался Римус. — За такое время грех было бы не узнать тайны Хогвартса.       Ответа на это не последовало. Римус еще раз попытался вспомнить разговор о племяннице Сириуса, но все было тщетно. А ему просто хотелось понять, может ли Санни менять голос. Потому что этот хриплый голос заставлял его нервно ежится, хоть он и был необычно красив. Но чувствовалась в нем какая-то внутренняя сила. Скорее уж этот голос не нравился его внутреннему зверю. Чувствовал опасность, не иначе.       — Чем тебя так встревожил тот разговор? — спросил Римус, когда она шла сбоку от него.       — Тем, что я заранее об этом не подумала, — пробормотала Санни. — Впрочем, мне все равно. Как минимум раз в месяц кто-нибудь пытается затащить меня в постель. Так что у этих ребят просто нет шансов чем-то меня заинтересовать.       Римус несколько удивленно посмотрел на нее. Единственное, чего он в ней не мог понять, так это ее способа общения. То она старалась молчать, окутывая себя всевозможными тайнами, то рассказывала обо всем без задней мысли. А впрочем, может, все это она говорила с определенной целью, поскольку она все же слизеринка.       Римус перешагнул через знакомую трещину в полу. Снова попасть в эту ловушку не хотелось бы. Вот только Санни, смотревшая по сторонам, наступила прямо на эту трещину. И в следующую секунду пол под ее ногой исчез. Римус тут же подхватил ее, не позволяя упасть на пол, хотя она явно была готова к падению. Прижав ее ближе к себе и поддерживая за талию, Римус поставил ее на ноги, невольно вдыхая странную смесь запахов, которыми пропиталась кожа девушки. На мгновение он замер, почувствовав так близко к себе тепло женского тела.       — Спасибо! — еще более хриплым то ли от испуга, то ли от чего-то еще голосом произнесла Санни, отстранившись от него и убирая его руку со своей талии.       — Ай! — отдернув руку, вскрикнул Римус, резко придя в себя.       Ощущение было такое, словно он только что засунул руку в пылающее пламя. От его кисти поднималась тоненькая струйка дыма, еле заметная в свете палочки. Кожу продолжало невыносимо жечь и разъедать, словно он по-прежнему держал руку в огне.       — Ой, я совсем забыла о кольце, — воскликнула Санни. — Извините, мистер Люпин! Я не специально, честно…       — Ничего страшного, — перебил ее Римус, убирая руку в карман мантии. — Это не так больно. Я просто не ожидал, — с вымученной улыбкой сказал он. «Не специально она, как же! — мысленно хмыкнул он. — Как ловко вас поставили на место, господин Лунатик!»       — Вам надо обработать рану, — убирая кольцо в карман шорт, произнесла Санни. — Пойдемте! — Она схватила его под руку и уверенно двинулась вперед.       Еще не окончательно придя в себя от боли, Римус послушно шел следом и не вырывался. Пытаясь отвлечься от боли, он прикинул в уме вероятность того, что кольцо могло случайно оказаться у нее на пальце и что она не собиралась как-то использовать это кольцо против него. С учетом того, что все это время она вполне миролюбиво общалась с ним и явно пыталась узнать о нем побольше, видимо, желая поближе познакомиться не столько с ним самим, сколько с оборотнем. Получается, что это вполне могло быть случайностью. Но можно ли верить слизеринке?       Вскоре они вышли из потайного хода и очутились прямо напротив дверей, ведущих в учительскую. Римус не совсем понимал, чем она собирается обрабатывать его ожог в учительской, но из чистого любопытства решил не сопротивляться и ни о чем не спрашивать. Горгульи перед дверью что-то тихо произнесли, Римус решил сделать вид, словно не понял ни слова, поскольку эти две статуи явно набрались много лишнего от учеников. Хорошо, что хоть вслух они всего этого не произносили.       В учительской было почти пусто, если не считать МакГонагалл, проверяющую какие-то работы, и Трюк, уснувшую в одном из кресел. Когда они вошли, никто не обратил на них внимания. Санни усадила его на один из стульев возле небольшого столика.       — Покажите руку, — приказным тоном произнесла Санни.       Удивленно приподняв бровь, Римус показал руку причем ладонью вверх. Санни недовольно фыркнула и повернула его руку, задрав рукав мантии по локоть.       — Ты еще и целительницей подрабатываешь? — не выдержал Римус, когда она коснулась пальцами кожи рядом с ожогом.       — Нет, целительницей была моя сестра, — явно не уловив сарказма, пробормотала Санни. — Я специализируюсь на животных, не поддающихся приручению, — вытащив из кармана обездвиженного пикси, чуть веселее прибавила она.       — Мне стало намного спокойнее, — пробурчал Римус, не представляя, как реагировать на это заявление. — Зачем тебе пикси?       — Ему просто захотелось посидеть у меня в кармане, — небрежно ответила Санни, достав пузырек с жидкостью, напоминающей воду. — Только не мешайте!       Римус быстро посмотрел на пикси, мысленно решив, что это плохой знак. Он опасливо наблюдал за тем, как девушка начала каплями поливать его рану. Но вместо ожидаемой боли почувствовал лишь легкое покалывание. А вскоре место ожога окончательно исчезло. Несколько долгих секунд Римус удивленно смотрел на свою кисть, пытаясь понять, что произошло. Кисть больше не болела, создавалось такое впечатление, словно ничего не произошло.       — Спасибо! — тихо произнес Римус, пошевелив кистью. — Это слезы феникса? — недоверчиво спросил он.       Санни широко улыбнулась, но молча убрала пузырек обратно в карман. Римус почувствовал на себе знакомый взгляд, полный отвращения. Осмотревшись, он заметил Снейпа, сидевшего неподалеку от них и наблюдающего за ними.       — Профессор Снейп, вам не нужен пикси? — весело спросила Санни, подобрав со стола синюю тушку. — Ручной, знает несколько команд, живет в кармане.       — У меня уже имеются домашние питомцы, — хмыкнул Снейп, переведя взгляд на девушку, отчего Римус облегченно выдохнул.       — И кто же? — удивленно подняла брови Санни, явно позабыв о своем недавнем пациенте.       — Ученики, — усмехнулся Снейп. — Хотите чаю, мисс Сноу?       — Не откажусь, — улыбнулась Санни, убрав пикси в карман.       Римусу оставалось только поразиться тому, как быстро Снейп лишил его весьма интересной собеседницы и переманил ее к себе. МакГонагалл уже успела когда-то уйти, а Трюк по-прежнему спала. Напрашиваться в компанию Римус не собирался, поэтому он поднялся на ноги, собираясь уйти.       Но когда он подошел к двери, его остановил то ли удивленный, то ли все же испуганный возглас Санни. Обернувшись, Римус увидел, что девушка стоит напротив уже довольно пожилой женщины, опирающейся на трость, но гордо поднявшей подбородок и выпрямившей спину, при этом болезненно морщась. Когда-то рыжие волосы, были почти полностью седыми, но его внимание привлек нос с небольшой горбинкой на переносице. Точно такой же нос был у мисс Сноу на фотографиях в газете. Санни уже достала палочку, видимо, собираясь произнести заклинание. Но Римус вовремя догадался, кто это, и быстрым взмахом палочки отправил боггарта обратно в шкаф, из которого он, скорее всего, и вышел.       — Не стоит его трогать, — тихо попросил Римус, когда девушка посмотрела на него. — Он мне еще понадобится для урока.       Санни прищурившись посмотрела на него, потом повернула голову в сторону Снейпа, стоявшего с палочкой наизготовку. Сжав губы в тонкую линию, девушка вздернула подбородок и расправила плечи прежде, чем гордо пройти к выходу.       — В этот раз чай отменяется, профессор Снейп, — быстро сказала она и, даже не взглянув на замершего Римуса, покинула учительскую.       Римус несколько озадачено посмотрел на закрытую дверь. Создавалось такое впечатление, словно она стесняется собственного страха или просто не хочет его признавать. Конечно, нет ничего удивительного в том, что она боится старости. Многие женщины ее боятся. Вот только странная попытка боггарта выглядеть гордо и независимо немного сбивала. Боггарты себя так обычно не ведут.       — Знаешь, что самое забавное, Люпин? — подойдя ближе, спросил Снейп.       — Что она тебе нравится? — невинно спросил Римус. — Стоит заметить, что она, видимо, тоже рыженькая.       — Удивительно, как ты со своими шуточками не кончил так же, как Поттер или Блэк, — прошипел Снейп, ткнув палочкой ему в горло. — Так вот, забавно то, что ты ей интересен только как оборотень, а будь ты всего лишь человеком, она бы и близко к тебе не подошла.       — А, так ты мне завидуешь, — ухмыльнулся Римус, совершенно не понимая, что на него нашло. — Тебе ведь ее внимание привлечь нечем. Но это вполне исправимо. — Он успел заметить недобрый огонек в черных глазах зельевара, но свернуть с пути уже не мог. — Приходи ко мне в ближайшее полнолуние, я тебя, как старого знакомого, укушу за ногу, это более-менее безболезненное место для укуса оборотня.       Римус успел юркнуть за дверь раньше, чем Снейп вспомнил нужное проклятие. Быстро нырнув в тайный ход, он бегом направился к развилке, а оттуда кинулся вниз по лестнице. Он совершенно не мог понять, что его дернуло сказать все это. Подобная речь была вполне в духе Джеймса или Сириуса, да еще и с лишним напоминанием о прошлом. Это ведь удар по больному, так сказать. Снейп, определенно, хотел его задеть. Да только эта девочка совсем не интересовала его в том плане, в каком имел в виду зельевар. Да, она интригующая личность. Да, его организм отреагировал на ее близость, но тут проблема больше в долгом воздержании, нежели в его заинтересованности. В общем, как друг, Санни его вполне устраивала, но не как девушка.       — Какая к Мордреду девушка может быть у оборотня, — буркнул Римус, уже перейдя на шаг. — Не иначе Бродяга все-таки занес мне какую-нибудь заразу, когда кусал меня. Эта зараза называется: чувство юмора Сириуса Блэка.

***

      На следующий день Санни ловила на себе любопытные взгляды не только студентов, но и профессоров. На обеде они почти неотрывно наблюдали за ней, когда она опустилась рядом с Люпином. Мужчина бросил на нее быстрый взгляд, но не произнес ни слова, что несколько озадачило Санни. Решив, что все дело в том злополучном кольце, Санни только тяжело вздохнула. Хотя у нее была вероятность того, что ему не понравилось то, как она резко переключила свое внимание на Снейпа. На самом деле Санни показалось, что Люпин был несколько раздражен, а ее опыт общения с оборотнями ясно давал знать, что раздраженный оборотень крайне необщителен. Поэтому она и заговорила со Снейпом. Ну, а что еще ей оставалось?       — Что помогает избавиться от страха? — возя ложкой по тарелке с супом, тихо спросила Санни.       — Заклинание ридикулус, — так же тихо ответил Люпин, даже не взглянув на нее.       — Я не о боггарте, — поморщилась Санни, отложив ложку. — В июле я была в Австралии, где имела неудовольствие познакомиться с когтями молодого грифона. — Она чуть подняла голову, показывая кривой шрам, проходящий вдоль горла. — У меня были повреждены голосовые связки, целители утверждали, что я не смогу разговаривать. Но благодаря своему дару, у меня получилось их частично восстановить, только голос больше менять не могу. Теперь каждый раз, когда ем что-нибудь, боюсь снова почувствовать эту невыносимую боль в горле.       Она успела заметить удивление, проскользнувшее в карих глазах Люпина. А еще поймала любопытные взгляды других профессоров и некоторых учителей. Вновь замаскировав шрам, Санни попыталась понять, чем в этот раз вызвано повышенное внимание к ее персоне. Но ни к какому определенному выводу так и не пришла.       — Надеюсь, ты не занималась самолечением, — внимательно посмотрев на нее, спросил Люпин.       — Надейтесь, — отводя взгляд, ответила Санни. — Не люблю целителей, они всегда прогнозируют самое худшее, а потом удивляются, почему их ожидания не оправдались.       — С таким образом жизни ты вряд ли доживешь до старости, — видимо, готовый к любой ее реакции, сказал Люпин.       Санни, прищурившись, посмотрела на него. Кажется, он решил узнать побольше о ее боггарте, но как и остальные, решил, что она боится старости. Может, его изначальное нежелание общаться было связанно с ее резким уходом, после встречи с боггартом.       — Я боюсь не старости, — тихо произнесла Санни, отвернувшись от него. — Она меня никогда не пугала.       Вздохнув, Санни поднялась на ноги, решительно игнорируя все взгляды, и направилась к выходу из зала. Сейчас у нее нет урока, а вчера она так и не поговорила со Снейпом. Она видела, как Снейп направился в противоположную сторону от подземелий, когда шла на обед. Значит, он должен быть в учительской.       В этот раз до учительской удалось дойти без приключений. Снейп действительно находился здесь, сидел в кресле возле камина и обернулся, когда она вошла. Тонкая бровь чуть приподнялась, когда Санни опустилась в кресло сбоку от него.       — Мне вчера так и не удалось с вами поговорить, — пробормотала Санни, глядя на пляшущий в камине огонь.       — Я вас внимательно слушаю, мисс Сноу, — с интересом глядя на нее, ровно произнес Снейп.       Санни вытащила из кармана пузырек с переливающейся жидкостью и показала его профессору зельеварения, который тут же взял пузырек и внимательно стал вглядываться в его содержимое.       — Понимаете, я никак не могу вспомнить, зелье это, или просто один из моих экспериментов, — призналась Санни, чуть взлохматив короткие волосы. — Я подумала, что вы, как один из лучших зельеваров, сможете определить наверняка.       — Как приятно, когда твои таланты признают, — усмехнулся Снейп, зачем-то перевернув пузырек. — Но должен вас огорчить, мисс Сноу, ни одно из известных мне зелий не подходит под состав и консистенцию этой жидкости.       — Тогда я сама с ней разберусь, — выдавила улыбку Санни, протянув руку.       — Помня ваши способности к зельям, я бы попросил не ставить никаких экспериментов в стенах замка, — вернув ей пузырек, чуть насмешливо произнес Снейп.       — Я учту, профессор, — широко улыбнулась Санни. — Вам стало холодно в своих подземельях? — весело спросила она, убирая пузырек в карман.       — Мне кажется, что вы просто обязаны знать, что хладнокровным существам не может быть холодно, — чуть приподняв уголок губ в полуулыбке, заметил Снейп.       — Я ведь уже давно извинилась, — насупилась Санни. — И вообще, я была пьяна, вот и назвала вас змеем.       — В нетрезвом состоянии человек говорит то, что думает, — хмыкнул Снейп, окинув ее быстрым взглядом.       — Не в моем случае, — покачала головой Санни.       В следующий момент дверь учительской открылась, и они синхронно обернулись, глядя на вошедших третьекурсников. Невилл тут же нырнул за спину одного из друзей. Последним вошел Люпин и хотел было закрыть за собой дверь, но Снейп остановил его:       — Постойте, Люпин, я, пожалуй, пойду. Зрелище предстоит не из приятных.       Снейп поднялся, вопросительно посмотрел на собеседницу, но Санни рассеянно помотала головой, внимательно рассматривая учеников.       — Я лучше останусь, — пробормотала она, поймав на себе пристальный взгляд Гарри.       Снейп тихо фыркнул и широким шагом прошествовал мимо учеников, его мантия развевалась, словно черный парус на ветру. В дверях он остановился, круто развернулся и с усмешкой сказал:       — Хочу вас предупредить, Люпин, в этом классе учится Невилл Долгопупс. Так вот, советую ничего ответственного ему не поручать, он не справится, если только мисс Грейнджер не нашепчет ему на ухо, что и как делать.       Невилл покраснел. Гарри исподлобья глянул на Снейпа. Санни невольно усмехнулась, вспомнив свои мучения на уроках зельеварения и незаметно подмигнула Невиллу, когда тот посмотрел в ее сторону. Люпин удивленно поднял брови:       — А я надеялся, что именно Невилл мне сегодня поможет. Уверен, он превосходно справится с заданием.       Невилл побурел, как свекла. Снейп презрительно скривился, вышел и громко хлопнул дверью. Санни уселась поудобнее так, чтобы можно было наблюдать за уроком. Она не особо вслушивалась в объяснения Люпина и ответы учеников, но когда Невилл одел страшного профессора Снейпа в одежду своей бабушки, она рассмеялась вместе с учениками. Пожалуй, никто еще не мстил Снейпу столь хитроумно. Она успела заметить довольный взгляд Люпина, брошенный на нее. Кажется, он специально затеял все это. Даже странно то, что этот человек мог учиться на Гриффиндоре. С таким талантом ему самое место на Слизерине.       Ученики явно веселились, высмеивая свои страхи. Санни оставалось только поражаться разнообразности человеческих страхов. Вот только когда боггарт оказался рядом с Гарри, Люпин вдруг встал перед ним, сказав:       — Позвольте мне!       Щелчок — и безногий паук, которым был боггарт, исчез. В воздухе перед мужчиной повисла серебристая луна. Люпин спокойно сказал: «Ридикулус!» — и шар, обернувшись тараканом, шлепнулся оземь.       — Идите сюда, Невилл, докончите его, — позвал Люпин.       Щелчок превратил таракана в Снейпа. Невилл — на этот раз уверенно — ринулся на боггарта.       — Ридикулус! — закричал он, на мгновение Снейп опять предстал перед классом в длинном платье, Невилл рассмеялся, боггарт лопнул, и с минуту в воздухе висели только крошечные клочки дыма. Привидение исчезло.       — Превосходно! — похвалил Невилла Люпин под аплодисменты учеников. — Превосходно, Невилл! Все молодцы. Оценки: по пяти баллов каждому, кто сражался с боггартом. Невиллу — десять за два раза. И по пять баллов Гермионе и Гарри.       — Но ведь я ничего не сделал, — смутился Гарри.       — Вы с Гермионой правильно ответили на вопросы, — пояснил Люпин. — Молодцы, замечательный урок. Домашнее задание: прочитать в учебнике о боггартах, законспектировать и сдать в понедельник. Всё!       Ученики загалдели и повалили вон из учительской. Люпин закрыл шкаф и тяжело выдохнул.       — Почему вы не дали сразить с приведением тому мальчику? — нахмурилась Санни, поднявшись на ноги. — Кажется, он был огорчен.       — У меня нет желания увидеть Волан-де-Морта, — спокойно ответил Люпин, убирая палочку.       — Откуда вы можете знать, что Гарри боится именно его? — подняла брови Санни. — Тем более он никогда его не встречал и…       — А ты разве не знаешь, кто этот мальчик? — перебил ее Люпин, подойдя ближе к ней.       — Ученик третьего курса Гриффиндора, — пожав плечами, ответила Санни. По изумленному взгляду Люпина она поняла, что явно сказала какую-то глупость.       — А о Гарри Поттере ты слышала? — глядя ей в глаза, спросил мужчина.       — Ну, частично, — чувствуя себя полной дурой, промямлила Санни. — Кажется, об этом очень много говорили и все еще говорят.       — Просто поразительно, — покачал головой Люпин и, развернувшись, направился к двери.       Секунду поколебавшись, Санни поспешила за ним. Они молча шли по коридорам Хогвартса. Никто не спешил начать разговор. Санни пыталась воскресить в памяти все сказки, которые ей рассказывала сестра. Лично ей не казалось поразительным то, что она толком не знает историю о Гарри Поттере. С ее вниманием к газетам и сплетням Магического мира удивительно то, что она знает имя министра магии и россказни о Том-Кого-Нельзя-Называть. А почему его нельзя называть, она уже давно забыла. Вот Люпин называет, и ничего.       — А о чем сейчас разговаривают все жители замка, ты тоже не знаешь? — спросил Люпин, видимо, как истинный джентльмен, решив первым нарушить молчание.       — Никогда не слушаю сплетен, — честно ответила Санни, посмотрев на него. — А это важно?       — Зависит от того, как это воспринимать, — усмехнулся Люпин. — Но, полагаю, тебе это не будет интересным.       — Тогда и не надо рассказывать, — хмыкнула Санни, откинув с лица прядь волос. — Лучше расскажите мне о Гарри Поттере, а то я чувствую себя идиоткой.       — Мне все рассказывать прямо посреди коридора? — подняв брови, весело спросил Люпин.       — Пойдемте к вам, — пожала плечами Санни, успев заметить на себе взгляд профессора Стебль, проходившей мимо. После ее слов, женщина отчего-то покрылась легким румянцем и, с несвойственной ей скоростью, скрылась за поворотом. — Что это с ней? — удивленно спросила Санни.       — Пошла искать кого-нибудь, кому можно сообщить свежие новости, — как-то чересчур весело пояснил Люпин. — Что ж, пойдем ко мне.