Магическая зоология

      — Приветствую всех! — вышла из-за стола Санни, когда в кабинет вошли пятикурсники. — Вещи можете оставить, у нас урок на свежем воздухе, — улыбнулась она, после того, как ученики нестройным хором поздоровались с ней.       Не прибавив больше ни слова, Санни направилась к двери. На улице еще стояла ясная погода, солнце не только светило, но и грело, поэтому девушка считала непростительным тратить время в душном помещении, когда есть возможность лишний раз прогуляться и при этом получить новые знания. Единственное, что послужило небольшим затруднением, это то, что некоторые ее существа были пугливы и сторонились животных других видов. Поэтому ей пришлось потратить весь прошлый вечер, чтобы уговорить довольно пугающих размеров зверя поплавать в Черном озере, в котором обитает огромный кальмар. Остается только надеяться, что кальмар его не испугается.       — А почему мы идем к озеру? — удивленно начали спрашивать некоторые ученики.       — Этот урок точно обещает быть интересным, — предвкушающе загалдели другие.       — Встаньте так, чтобы все могли все видеть, — хитро улыбаясь, попросила Санни, вплотную подойдя к кромке воды и подняв небольшой плоский камешек. — Не подходите слишком близко, иначе промокните, но при желании можете воспользоваться водоотталкивающими чарами. И еще, очень прошу вас всех соблюдать технику безопасности и без моего разрешения ближе не подходить. Все ясно? — Она обвела студентов пристальным взглядом, ученики синхронно кивнули. — Очень хорошо! Тогда, знакомьтесь: морской змей!       Она как следует прицелилась, запустив камушек, который трижды отскочил от воды прежде, чем пойти ко дну. Когда вода успокоилась, а ученики начали нетерпеливо вытягивать шеи, пытаясь увидеть обещанного змея, поверхность озера покрылась легкой рябью. Потом на берег начали медленно накатывать небольшие волны, а на поверхность вынырнуло больших размеров существо. Его голова по форме напомнила голову лошади, а длинное змеевидное тело, покрытое переливающейся в солнечном свете чешуей, образовывало несколько горбов, поднимаясь над водой.       Ученики восхищенно выдохнули, с открытыми ртами рассматривая существо, которое скрылось под водой и вновь вынырнуло уже недалеко от берега. Санни улыбнулась, медленно подойдя ближе, совсем не обращая внимания на то, что вода была ей по колено, и погладив змея по носу, когда тот наклонил к ней голову. Тело зверя, по-прежнему кольцами возвышающееся над водой, находилось в постоянном движении: волнами опускаясь и поднимаясь.       — Будь послушным и вернешься обратно в свой аквариум, — пообещала Санни, строго посмотрев в желтые глаза существа. — Классификацией Министерства магии морские змеи относятся к существам, с которыми опытный волшебник способен справиться. Вопреки распространенному мнению о кровожадности морских змеев, эти существа вполне дружелюбны к людям и стараются лишний раз никого не трогать, если им не угрожает опасность, исходящая непосредственно от людей. — Санни обернулась к ученикам, которые продолжали рассматривать удивительно создание. — Вы меня хоть слышите, всезнающие пятикурсники? — насмешливо спросила девушка, подняв брови.       — Да, профессор! — кивнули ученики, все так же не отводя взглядов от змея, так же пристально наблюдающего за людьми.       — А давно он у вас? — спросила Кэти Белл.       — Нет, я его нашла только этим летом, пока охотилась на пятинога, — усмехнулась Санни. — Он плавал у берега острова и не мог вернуться обратно в море из-за поврежденного плавника на хвосте. При повреждении хвостового плавника они все становятся беспомощными. — Она встряхнула головой, пытаясь вернуться к первоначальной мысли. — Итак, морские змеи обитают в водах Атлантического и Тихого океанов, а так же были замечены в Средиземном море. Как можете видеть, они обладают змеевидным телом, покрытым чешуей, которую невозможно пробить ни одним заклинанием. В ранние века из шкуры морских змеев делали кольчуги и метательные ножи, на данный момент, в зельеварении имеет широкое применение кровь этих существ.       — А почему чешуя больше не ценится? — удивленно спросил когтевранец. — Ведь из нее по-прежнему можно ковать оружие или что-нибудь полезное миру.       — Вот вам и одно из занятий после школы, мистер Трэй, — улыбнулась Санни. — Научитесь изготовлять полезные магам вещи из чешуи морского змея и через несколько лет эта предпринимательская деятельность будет распространена по всему миру, если, конечно, вы все сделаете правильно. — Она быстро оглянулась на своего нового питомца, который плавал вдоль берега, по-прежнему пристально разглядывая учеников. — Но предупреждаю, если использовать чешую морского змея, то только после его смерти, когда она еще больше затвердеет. Поскольку один морской змей достигает ста футов в длину, то его шкуры вполне хватит на немалое количество изделий. А живут они недолго, лишь около тридцати лет. Самки, за все время своей жизни, способны вывести потомство в размере десяти-четырнадцати детенышей. Они откладывают яйца у подножия прибрежных скал и дожидаются вылупления змеят, охраняя их от любой опасности. После вылупления змеята несколько месяцев проводят на мелководье, где о них заботится мать, а после, окрепшие и подросшие, они расплываются в разные стороны. За раз самки могут отложить от двух до четырех яиц, но не всегда вылупляются все змеята. Так же стоит учесть тот факт, что полного полового созревания морские змеи достигают через десять лет своей жизни, а самки относятся весьма придирчиво к выбору партнеров.       — Значит, морских змеев не так много на свете, — задумчиво протянул Трэй, словно уже набрасывая примерный план для своего предприятия.       — Да, немного, — согласно кивнула Санни. — Порой на них устраивают ничем не оправданную охоту, что явно не способствует росту их популяции. Хотя сами морские змеи ни разу не убили ни одного человека за всю историю своего существования. Помимо чешуи и крови довольно интересной составляющей являются клыки морского змея. Известно, что в них содержится парализующий яд, который действует строго ограниченное время. Применения для этого яда маги еще не нашли, но все же занимаются этими поисками. В естественной среде этот яд играет важную роль для морских змеев. При охоте на крупных хищных рыб, они их кусают, после чего могут спокойно съесть пойманную добычу или же преподнести в качестве подарка своей избраннице. — Санни обернулась и поманила змея ближе. — А теперь тот, кто горит желанием познакомиться поближе с моим питомцем, пусть подойдет ко мне!

***

      Санни резко затормозила перед дверью в учительскую и выдохнула, пытаясь восстановить дыхание. Она так увлеклась, развлекая студентов, что совершенно позабыла о собрании штата школы. Оставалось лишь надеяться, что она опоздала не слишком сильно, ведь оно должно было начаться около десяти минут назад. Сглотнув, Санни откинула со лба упавшие на лицо пряди, быстро высушила свои ноги и уверенно вошла в учительскую. Взгляды всех собравшихся тут же устремились на нее. Дамблдор тоже обернулся к ней, явно прервав свою речь. И ей бы смутиться, извиниться и тихонько добраться до ближайшего пустого стула. Но Санни лишь весело улыбнулась, пожав плечами.       — Отгоняла учеников от морского змея, — несколько насмешливо произнесла она, проходя мимо директора. — Они все вдруг сбежались к озеру, словно других интересных мест на территории замка нет.       — Надеюсь, вы не оставили их наедине с морским змеем? — строго спросила МакГонагалл, взглянув на девушку поверх очков.       — Нет, я предложила им разбиться на две команды и сыграть в охоту на диринара, — отозвалась Санни. — Они все сейчас на поле для квиддича.       — И сколько именно там студентов? — поинтересовался Дамблдор, решив привлечь к себе внимание.       — Почти вся школа, с первого по седьмой курс, — повернулась к нему Санни. — Гриффиндорцы объединились со слизернцами, а пуффендуйцы с когтевранцами, — деканы четырех факультетов изумленно открыли рты при этих словах и переглянулись, — и теперь они все пытаются поймать всех школьных диринаров. Думаю, скоро они успокоятся.       — Благодарю вас за столь подробный доклад, мисс Сноу, — улыбнулся Дамблдор. — Присаживайтесь, вы успели как раз к важному моменту, — приглашающе махнув рукой, прибавил он.       Санни чуть улыбнулась и опустилась на диван между Снейпом и Грюмом, которые непостижимым образом оказались рядом друг с другом. За прошедший месяц Санни заметила, что Снейп всеми силами старается как можно реже пересекаться с Грозным Глазом. А вот она напротив, нашла в экс-мракоборце интересного собеседника, хотя, порой, он вел себя несколько странно, так не по-грюмовски, словно перед ней был другой человек, который никогда раньше с нею не встречался. Но вполне возможно, что это ей лишь кажется, поскольку она все же плохо с ним знакома.       — Делегации из Шармбатона и Дурмстранга прибывают в Хогвартс уже в этом месяце, а если быть совсем точным, то тридцатого октября к шести часам вечера, — заговорил Дамблдор. — К этому времени мы должны привести замок в более менее презентабельный вид. Аргус, порядок в школе под твою ответственность, скажи домовым эльфам, что необходимо провести генеральную уборку.       — Слушаюсь, господин директор, — важно кивнул Филч, поглаживая свою старую кошку.       — Так, мисс Сноу, а под вашу ответственность порядок в окрестностях замка, — повернулся к девушке Дамблдор. — Передайте Хагриду, чтобы он укрепил границы Запретного леса, чтобы никто не мог проникнуть ни туда, ни от туда. А так же я вынужден попросить вас еще раз убедиться в том, что ваши питомцы не сбегут из ваших комнат.       — Я все сделаю, сэр, — положив ногу на ногу, кивнула Санни, опустив ресницы, чтобы скрыть веселый блеск во взгляде. Все это ей казалось слишком пафосным и чересчур наигранным.       — Поппи, на тебя возлагается порядок в больничном крыле, — продолжил раздавать указания директор. — Если необходимо пополнить запасы зелий, то обращайся к Северусу, а так же составь полный список иных необходимых вещей. Ирма, убедительно прошу, проверить доступ к Запретной секции еще раз, чтобы никто не смог туда проникнуть без должного разрешения. — Он помолчал, дождавшись от двух женщин кивков и продолжил: — Минерва, Северус, Помона и Филиус на вас возлагается самая важная задача — подготовить учеников к приему гостей и, по возможности, улучшить их манеры…       Санни тяжело вздохнула, обведя учительскую скучающим взглядом. Слушать инструктаж директора ей жутко надоело. Судя по крайне недовольному виду Грюма, надоело не ей одной. К тому же, слова Дамблдора звучали как-то сухо, словно ему далеко плевать, какое впечатление произведет на иностранных гостей этот величественный замок. Однажды Санни приходилось побывать в Шармбатоне, и она глубоко уверена в том, что как бы эльфы не старались, французы сильно не восхитятся этой школой, ведь она совсем не так утонченна и окультурена, как их Академия. Ей вообще вся эта затея с возрождением Турнира не нравилась, потому что толку от этого будет столько же, сколько от примирения между всеми факультетами накануне матча по квиддичу. Что бы там не говорили о более тесном общении и завязывании дружеских отношений между магами различных стран, господствующим все равно останется дух соперничества, потому что так устроен человек. Но разве кто-то способен это открыто признать?       — А в следующем году они решат провести программу обмена опытом с маглами и отправят в магловские школы чистокровных волшебников, — прошептала Санни, рассматривая потолок.       Грюм тихо хмыкнул, повернув в ее сторону волшебный глаз. Уголок его рта чуть приподнялся в жутковатой улыбке, но больше он никак не показал того, что услышал ее слова. Вскоре этот странный инструктаж был окончен, и Санни облегченно выдохнула и поднялась на ноги, не горя желанием участвовать в обсуждении только что услышанного, как это делали остальные учителя. Засунув руки в карманы, Санни прошествовала мимо коллег и покинула учительскую. Отчего-то было противно, и она подумывала о том, чтобы вернуться обратно к ученикам для поднятия настроения.       — Санни, постой-ка, — догнал ее раскатистый голос Грюма и глухое клацанье его протеза. — Я вот что хотел узнать: что вам с Блэком понадобилось в Албании? — остановившись рядом с ней, спросил он.       — Об этом что, уже весь Магический мир знает? — чуть-ли не простонала Санни.       — Весь, не весь, а слухи ходят, — жутковато рассмеялся Грюм. — Но я-то знаю, что это напрямую касается Волан-де-Морта, — чуть понизив голос, доверительным тоном прибавил он.       — Нет, это его никак не касается, — чуть нахмурившись, произнесла Санни. — Мы с Сириусом навещали мою родню в Берате. Там живет моя бабушка, и она очень хочет выдать меня замуж, и Сириус согласился притвориться моим мужем. Никаких расследований, мистер Грюм! — Она уверенно посмотрела на него, заметив озадаченность, промелькнувшую в его взгляде.       — Как странно, — хмыкнул Грюм, внимательно рассматривая собеседницу, опираясь на свой посох.       — Что именно? — подняла бровь Санни, сложив руки на груди.       — То, что Блэк сказал то же самое Альбусу, когда он пытался выяснить, какой подпольной деятельностью решил заняться его бывший студент, — отозвался Грюм.       — Не вижу ничего в этом странного, потому что это правда, — пожала плечами Санни. — У вас паук в волосах! — прибавила она.       Не дожидаясь какой-либо реакции от мужчины, Санни шагнула вперед и, привстав на носочках, осторожно взяла черного паучка на руку. Грюм тяжело выдохнул, отчего она вздрогнула и ухватилась за его плечо, чтобы не упасть. То ли машинально, то ли по какой другой причине Грозный Глаз схватил ее за талию, прижав к себе, пошатнувшись от неожиданной тяжести. Санни растерянно уставилась на Грюма, лицо которого было всего в нескольких миллиметрах от ее лица. Как-то она уже попадала в подобную ситуацию. Это было в первый день их знакомства, когда Грюм решил проверить, на что она способна, и обезоружил ее в первые пять минут боя. Решив, что терять ей все равно нечего, Санни лишь покрепче сжала кулаки и решила, что даже в таком случае она без сражения не сдастся. Только в тот раз они с Грюмом оказались на полу, потому что он все же не смог удержать равновесие. Смеялся он потом долго над ее ловким выходом из боя, в котором она точно не могла стать победительницей. Но сейчас было не так что-то еще. Что-то ее сильно настораживало. Не то его тяжелое дыхание, не то странный блеск единственного глаза, не то его напряженные мышцы и то, как сильно он прижимал ее к себе. Да, Грюм мужчина, вот только он сам говорил, что любой интерес к женщинам он потерял вместе со своим глазом.       — Простите! — выдохнула Санни, быстро спихнув с талии его руку и отскочив в сторону. — Я, пожалуй, пойду! — пролепетала она, повернувшись в сторону учительской.       Но позади них стоял Снейп. Санни даже показалось, что у него дергается глаз. Но он молчал, крепко сжимая в одной руке волшебную палочку. Его и без того тонкие губы были сжаты до такой степени, что сливались в одну незаметную линию. Санни встряхнула головой и, развернувшись в другую сторону, со всего духу побежала в сторону своих комнат. Единственное, о чем она сейчас мечтала, так это о том, чтобы забыть всю эту странную сцену как какой-нибудь ночной кошмар.

***

      Казалось, что после новости о скором прибытии гостей из Дурмстранга и Шармбатона все одновременно сошли с ума. Всюду то и дело слышались разговоры только о предстоящем Турнире, все профессора жутко суетились, пытаясь подготовить все в самом лучшем виде. Эльфы бегали всюду, удивительным образом продолжая оставаться никем незамеченными, и оттирали все подряд. К неудовольствию многих портретов, даже картины подверглись чистке, наравне с рыцарскими доспехами, которые теперь блестели и двигали руками и ногами без прежнего скрежета. Филч придирался ко всем с поводом и без, уверенный в том, что каждый ученик пачкает пол и стены одним своим дыханием. Старый смотритель даже довел до слез некоторых первокурсников. И только Санни смотрела на все это с улыбкой, из последних сил сдерживая смех. Сама она лишь поговорила со всеми существами, находящихся в замке, и попросила их вести себя прилично в этом году, оставив Запретный лес на Хагрида. МакГонагалл очень ее просила не приближаться к лесу.       Но помимо Санни, все происходящее веселило так же и Киру, которая давала волю смеху лишь в комнатах тети. Она была уверена, что никто из студентов ее факультета не смог бы понять ее веселья. И Санни была вынуждена с этим согласится, потому что студенты обсуждали волнующие их вопросы о Турнире даже на уроках. Правда, после нескольких ее язвительных замечаний, на уроках профессора Сноу вновь воцарилась тишина и все внимание студентов было сосредоточено на лекции: никто не хотел оказаться униженным не только перед своими друзьями, но и перед всем своим курсом. А о том, что все будет именно так, если не слушать Санни, все знали еще с прошлого года. Даже третьекурсники все быстро поняли.       — Мне каждый раз нужно просить о тишине? — спросила Санни, оторвавшись от своих размышлений. — Урок начался минуту назад, а вы все еще болтаете.       — Простите, профессор! — пробормотали многие третьекурсники, сразу же притихнув.       — Итак, сегодня мы изучаем диринаров, — поднявшись из-за стола, объявила Санни. — Классификацией Министерства магии диринары относятся к безвредным существам. Некоторые волшебники держат их в качестве домашних птичек, но никакой особой пользы они не приносят. Родиной диринаров является остров Маврикий, где сейчас для них устроен специальный заповедник. — Санни сняла тряпку с клетки, стоявшей на столе. Из-за прутьев на учеников уставились несколько розово-голубых птичек, у которых был небольшой хохолок. — Как вы можете видеть, диринар это толстенькая птичка, покрытая пухом. Размеров они достигают небольших, крылья у них маленькие и не приспособлены к полету, передвигаются они на двух лапках.       — Мы же их пытались поймать, — воскликнул светловолосый мальчик с Гриффиндора. — Это ведь они, профессор.       — Да, мистер Криви, это они, — улыбнулась Санни. — Это семья диринаров живет у меня уже второй год. И знамениты эти птицы своей способностью исчезать в облаке пуха и появляться в другом месте живыми и невредимыми.       — А маглы знают о существовании этих птичек, — отстранено заметила светловолосая когтевранка. — Но не зная о способности диринаров исчезать в случае необходимости, маглы считают, что полностью истребили их как вид.       — Совершенно верно, мисс Лавгуд. Пять баллов Когтеврану, — улыбнулась Санни. — Маглы действительно уверены в том, что эти птицы вымерли. И это заставило их задуматься о судьбе исчезающих видов, и потому Международная Конфедерация магов считает излишним сообщать о том, что диринары все еще живы… Диринары живут небольшими стаями, в которой все отвечают сами за себя. Как и все птицы они откладывают яйца, до семи штук в одной кладке. Живут они на полях и лугах, свивая гнездо на земле, питаются насекомыми и червями, так же могут есть крошки от хлеба и спелые зернышки любых зерновых культур. — Она постучала пальцем по столу, и в ту же секунду птички словно лопнули, исчезнув из клетки в облаке пуха, но все они тут же появились на столах перед изумленными учениками. — Ваше задание до конца урока: вернуть всех диринаров обратно в клетку, — улыбнулась Санни, присев на край стола.

***

      Санни покачиваясь сидела на стуле за столиком в углу паба. Народу в «Трех метлах» было немного, только те, кого интересовали свежие новости из Хогвартса, который принимал сегодня иностранных гостей. У Санни не было ни малейшего желания присутствовать на этом пафосном приеме. К счастью, никто не стал настаивать на ее присутствии, что только давало ей дополнительный свободный вечер, который она решила потратить на встречу с подругой. Должно быть, она провела слишком много времени в дали от цивилизации, потому что не понимала того ажиотажа, царящего вокруг этого Турнира Трех Волшебников.       — Привет! — выдохнула Тонкс, подойдя к столу. — Я к тебе прямо с работы, даже поужинать не успела, — сообщила она, стягивая с себя рабочую мантию.       — Я это прекрасно знаю, поэтому и заказала ужин, — усмехнулась Санни, кивнув на тарелку с едой, стоявшую на столе. — Что интересного?       — Ничего! — плюхнулась на стул Тонкс. — Дядюшка неделю назад заявился к нам в офис, перепугав половину Министерства, — весело прибавила она, взяв вилку. — А потом он долго о чем-то разговаривал с Кингсли. Он определенно что-то задумал. Вот только даже Дамблдор не смог ничего из него вытрясти, когда приходил в позапрошлые выходные. Знаешь, что он отвечал на все вопросы директора? — с набитым ртом спросила она и тут же ответила на свой вопрос: — «Я лишь пытаюсь решить, чем мне теперь заниматься, директор. Сил нет целыми днями сидеть дома!» — насмешливо-серьезным тоном произнесла Тонкс голосом Блэка.       — Почему бы не оставить его в покое? — нахмурилась Санни. — Вполне естественно, что человек, не имеющий связи с миром двенадцать лет, стремится узнать все, что пропустил за эти годы.       — Мне кажется, что Дамблдор чего-то боится, — понизив голос, заметила Тонкс. — И он определенно считает, что угроза исходит от Сириуса и Римуса.       Санни чуть наморщила нос, вспомнив разговор с Люпином после оправдания Блэка. Мужчина тогда упоминал, что директор не был в восторге от того, что Блэк оказался невиновен. А еще он тогда сказал, что все это касается лишь их компании и Гарри. Больше ничего добиться ей не удалось и до сих пор не понятно, что же такое связывает Дамблдора с их компанией.       — Я хотела спросить, — очнувшись от своих мыслей, произнесла Санни. — Почему Грюм ведет себя так странно? Помниться, раньше он был несколько поспокойнее и…       — Да не обращай внимания, — отмахнулась Тонкс, отодвинув от себя пустую тарелку. — Первого сентября он попал в неприятную историю, решил, что кто-то пробрался в его квартиру и напал на него. Не удивлюсь, если он стал еще большим параноиком.       — Так я как раз об этом и говорю, — подалась вперед Санни. — Он принялся расспрашивать меня о поездки в Албанию посреди коридора. Ну, скажи, станет параноик так делать?       — Ты уверена, что тебе это не приснилось? — удивленно моргнула Тонкс. — Чтобы Грозный Глаз стал спрашивать о чем-то важным не у себя в комнате. Это просто анекдот какой-то!       — Ты думаешь, я рехнулась? — прищурилась Санни, невольно сжав кулаки.       — Ну, может у него были причины так поступить, — поежилась Тонкс, потянувшись к бутылке огневиски. — Знаешь, кажется, мы лезем в то, во что лезть не стоит, — серьезно сказала она, разливая янтарный напиток по стаканам.       — Может быть и так, — не стала спорить Санни, взяв свой стакан. — За нас!       — За таких молодых и одиноких! — усмехнувшись, подхватила Тонкс.       Стаканы столкнулись с негромким звоном. Санни сделала два больших глотка и тяжело выдохнула, подумав, что Блэк все же был прав: она уже вляпалась в сложную и запутанную историю. Но если бы не ее решение стать преподавателем, все могло бы быть по-другому. Она не помогла бы сбежавшему преступнику, а он не стал бы тянуть ее вглубь этой истории. Как круто изменилась жизнь из-за одного решения.       — Нет, ну я не понимаю, откуда у него берется вся эта выдержка, — тем временем жаловалась Тонкс, крутя пальцами стакан с огневиски. — Мне к нему в душ что-ли зайти, чтобы добиться от него хоть чего-нибудь? Неужели он думает, что я не вижу, как он на меня смотрит?       — Он наоборот слишком много думает, — усмехнулась Санни, поставив на стол свой пустой стакан. — Даже волчьи инстинкты не способны победить его моральные барьеры. Просто поразительно! — Она откинулась на спинку стула, окинув посетителей «Трех метел» скучающим взглядом. — Зачем он тебе?       — Он очень милый, — пожала плечами Тонкс. — И глаза у него добрые, только на самом дне много горькой, как полынь, тоски. А взгляд полон восхищения, когда он смотрит на меня. На меня никто никогда не смотрел так, как он. — Она прикрыла глаза, незаметно для себя растянув губы в какой-то трогательной улыбке, которую Санни у нее еще ни разу не видела. — Но когда он искренне улыбается, то вся эта тоска пропадает, уступая место игривым искоркам, и тогда по телу бегут мурашки от его взгляда. Руки у него грубые, горячие, сильные, но его прикосновения очень нежные, и от них расплавиться не долго. А какой у него голос!.. Мягкий, ласковый…       — Все, потеряла я подругу, — вздохнула Санни, наливая себе в стакан еще огневиски. — Тебе только романы писать с такими красочными эпитетами, — ехидно прибавила она, толкнув замечтавшуюся подругу в бок.       — Кажется, я влюбилась! — не переставая улыбаться, прошептала Тонкс.       — Это точно, потому что такой дурацкой улыбки я у тебя еще никогда не замечала, — усмехнулась Санни. — Наберись терпения, потому что он себе так быстро не признается в том, что влюбился. Он же будет изводить себя мыслями о том, что он опасный оборотень, который обязан коротать свой век в одиночестве.       — Ну, мы еще это посмотрим, — выпрямилась Тонкс, взяв стакан в руки. — Он будет моим мужем, или я не родственница Сириуса Блэка, способного переупрямить кого угодно.       — Уже муж? — подняла брови Санни, стараясь не рассмеяться. — Не забудь пригласить на свадьбу, — подмигнула она. И слышен только звон бокалов и веселый женский смех.

***

      Небольших размеров комната была освещена свечами до такой степени, что у теней не было шансов где-либо затаиться, кроме как под одноместной кроватью, стоявшей у одной из стен. Другой мебели в комнате не было то ли потому, что ее хозяину она была не нужна, то ли потому, что пол и стены казались ему намного удобнее. Все стены были увешаны пергаментами с разнообразными чертежами, пометками, перечеркнутыми и множество раз исправленными рецептами зелий или формулами заклинаний. Пол же был усеян самыми разными перьями, баночками с разноцветными чернилами, карандашами, бумагами и разномастными книгами. А сам хозяин всего этого беспорядка сидел на подоконнике, свесив ноги наружу и выдыхая табачный дым, рассматривая темнеющее небо.       Сейчас ему не было необходимости играть веселого и беззаботного крестного, дядю или друга. Сейчас он мог не скрывать съедающую его изнутри тоску. Одиночество было невыносимо, но еще невыносимее было понимать, что ему нет места среди нормальных людей, к счастью, не знающих о том, как сильно въедается в тело и душу мрачная атмосфера Азкабана. Но кое-что все же помогало ему оставаться самим собой. Это была цель, которая появилась перед ним совершенно неожиданно благодаря одной вечно оптимистичной особе, так внезапно ворвавшейся в его жизнь и все перевернувшей. И этой целью было показать всем, что он еще на многое способен, что Дамблдор рано списал его со счетов, пытаясь убедить его в том, что в одиночку ему не по силам справиться с заботой о Гарри. Он не только позаботится о нем, но еще и постарается сделать все, чтобы крестник как можно дольше не сталкивался с войной, как однажды столкнулся он сам, разом лишившись беззаботного детства и окунувшись во все это дерьмо с головой. В одиночку он, конечно, не справится. Но кто сказал, что он один?       Совсем недавно он обрел поддержку в лице одного из мракобрцев — Кингсли Бруствера, который согласился передавать ему всю важную информацию. Конечно, ему потребовалось использовать всю свою силу убеждения, чтобы тот не сообщал о его просьбе даже Дамблдору. Конечно, это был большой риск, но как же скучна жизнь без него. Если его первоначальный план провалится, то всегда есть альтернатива.       Зажав тлеющую сигарету между пальцев, Сириус наклонился, пытаясь поднять с пола старый пергамент, лежащий у стены под окном. Задев пальцам открытый пузырек со странной жидкостью, которую так хитро вручила ему Санни на Рождество, он негромко выругался, когда жидкость разлилась по пергаменту. Вытащив из-за уха волшебную палочку, Сириус приманил к себе пузырек и заткнул его пробкой. Жидкости осталась ровно половина, а значит теперь еще меньше шансов выяснить, как это можно использовать. Выругавшись сквозь зубы, он убрал пузырек в карман брюк и приманил Карту, на которой тонкие переплетающиеся линии, выведенные черными чернилами, теперь переливались всеми цветами радуги.       — И это называется защитой от внешнего воздействия? — проворчал Сириус, рассматривая результат своей неосторожности. — Ну, Сохатый, ничего нормально сделать не может! И что мне теперь с этими раздражающими цветами делать?       Словно услышав его слова, линии на Карте вернулись к своему первоначальному цвету. Сириус только удивленно присвистнул, глядя на это чудо. Кажется, эта странная жидкость все же как-то повлияла на ту магию, которой они напитали эту Карту. Вот только совершенно не понятно, как сильно!       — Ну, и чего еще мне от тебя ожидать? — протянул Сириус, внимательно рассматривая рисунок.       Ответа он, конечно, не услышал, поэтому решил разобраться с этим позже. Чуть наклонив голову набок, он окинул Карту внимательным взглядом, с легкостью отыскав имя Гарри. Крестник вместе с остальными ученикам Хогвартса находился в Большом зале. Точек, находившихся в том же месте, было намного больше, чем обычно. А это означало, что делегации из других школ уже прибыли. С некоторым удивлением, Сириус обнаружил, что точка с именем Санни находится в «Трех метлах» рядом с именем его племянницы, а Грюм — в кабинете профессора защиты от Темных искусств. И последнее было действительно странно, потому что Грозный Глаз никогда не стал бы отсиживаться в стороне, когда рядом такое сборище незнакомых людей. Да он кинулся бы их осматривать и изучать с порога, если бы у него был такой шанс.       — Что-то здесь нечисто, — нахмурился Сириус, более придирчиво изучая Карту.       Его взгляд зацепился за имя Крауча, которое повторялось дважды. Причем находились они по разные концы преподавательского стола. А значит, показаться ему никак не могло. А Карта всегда работает исправно и никогда не лжет. Но это все равно ничего не объясняло. Покосившись на дымящуюся сигарету, Сириус затушил ее о дно пепельницы и, поставив ноги на пол, более внимательно присмотрелся к именам. Потом зажмурился и потряс головой, но ничего не изменилось.       — Неужели я еще и Карту заразил сумасшествием? Или все из-за этой странной жидкости? — пробормотал он, поднявшись на ноги. — Не может же быть два Барти Крауча одновременно.       И вновь с Картой произошло нечто странное: два одинаковых имени выделились настолько ярким красным цветом, что было сложно не обратить на это внимания. Сириус нервно сглотнул, проклиная себя и свою неуклюжесть. Кажется, он безвозвратно испортил лучшее их творение. Теперь ни в чем нельзя быть уверенным. Правда, есть еще возможность, что она не испорчена, а просто выделяет имена тех, кого слышит от своего обладателя.       — Проверим, — хмыкнул Сириус. — Санни Сноу! — ровно произнес он. И в тот же момент имена двух Краучей вновь стали прежнего цвета, а имя Санни выделилось ярко-красным. — Сириус Блэк! — более решительнее произнес он и чуть не выронил Карту, когда на ней появилась надпись, подражающая его почерку: «Господин Бродяга отсутствует в Хогвартсе». — Достаточно! — пробормотал он, с облегчением увидев, что надпись исчезла и все вернулось к прежнему цвету. Вот только на Карте по-прежнему значилось два Крауча. — Римус! — громко крикнул он, направившись к двери. — Просыпайся, волк недокусаный, дело есть. — Сириус бесцеремонно ворвался в комнату друга и потряс его за плечо.       — Иди ты к Мордреду, Сириус! Дай поспать! — проворчал Римус, пытаясь скрыться от друга под одеялом. — Поговори с зеркалом!       — Да проснись ты, говорю же, дело важное, — плюхнулся на кровать Сириус, засветив на конце палочки яркий огонек.       Римус обреченно застонал, откинув одеяло и кое-как сев. Взгляд его карих глаз ясно говорил, что он его проклянет, если окажется, что дело не такое важное, как считает Сириус.       — Посмотри на стол преподавателей, — протянув другу Карту, попросил Сириус, совершенно не обратив внимания на недовольство друга. — Ничего странного не замечаешь? — поднеся палочку ближе к пергаменту, спросил он.       — Замечаю, Крауч в кои-то веки решил навестить сына, — зевнул Римус. — Теперь я могу поспать?       — Сына? — переспросил Сириус. Оказывается, сумасшествие действительно заразно. — Римус, у тебя все хорошо с головой? — осторожно спросил он.       — Мне казалось, что это у вас с Джеймсом не все в порядке с головой, а не у меня, — буркнул Римус, отдав ему Карту и повалившись обратно на кровать. — Барти Крауч-младший учится на Слизерине и является однокурсником твоего брата. Он еще играет за сборную факультета на позиции вратаря, — сонно пробормотал он, широко зевнув.       — Спасибо, Лунатик! — от души поблагодарил Сириус, вскочив на ноги. — Спокойной ночи!       Сириус выскочил из комнаты друга и, стерев Карту, побежал вниз, на ходу убирая пергамент в карман. И как он раньше об этом не подумал. Винки, которая оказалась на месте преступления, и звук упавшего тела, когда маги воспользовались оглушающими заклинаниями. Странный запах, знакомый голос, нервозность Крауча. Кажется, он нашел Пожирателя, который вернулся обратно к своему хозяину. Вот только не понятно одно: как ему удалось сбежать из Азкабана, если его там похоронили.       — Для начала, надо собрать побольше информации, и все проверить, — пробормотал Сириус, схватив куртку. — Сейчас в Хогвартс, потом Министерство, дом Крауча и снова Хогвартс.