Attention

'Cause you knew that I, knew that I, knew that I’d Call you up

Репетиции шли полным ходом, подготовка и шутки были на высоте… А Попов умирал от счастья, когда на него смотрели влюбленные глаза Антона, когда тот прикасался к нему, как бы невзначай, но от каждого такого прикосновения по спине пробегал ток. Этой игры, этих переглядок, этих намеков и искренней радости от происходящего Попов давно хотел. Хотел все это вернуть с прежним Тошей… Который бросил его. Но тут. У этого Шаста, словно и правда, ничего не было. Каждый день, каждая эмоция, каждое прикосновение… Каждая ласка… Была для парня впервые, а для Арса… Тот вспоминал того Шастуна. И понимал, что между ними, тем и этим, все меньше похожего и все больше разницы. Чувственность Антошки и холодность взгляда Антона, улыбчивость, искренность и открытость Шаста, и замкнутость и отрешенность Шастуна. В общем, отличия на лицо… И на лице… Попова. Как сказал недавно Сережа: — Попов, ты что, лампочку сожрал на спор? Ты что светишься, как фонарь? — Просто… — Да у тебя все и всегда просто. Арс, ты хотя бы понимаешь, что поступаешь неправильно? — Понимаю… — Ответил мужчина, утопая в своих мыслях. — Супер. Понимаю, но продолжаю. Арсюх, ты как собака, все понимаю, но тапки такие вкусные… — Фыркнул тот, отпивая кофе. — Серый, не зуди, — ответил Попов, копируя действие. — Лучше рассказывай, как у вас? — У нас? Кто такие «нас», Попов? А так, все шикарно, Позов спит в ванной. — В ванной? — Удивился тот. — Почему? — Ему, видете ли, не нравится, что я разговариваю во сне… Всегда нравилось, а тут… — Выпалил Сережа, и тут же замолчал. — Я сделаю вид, что этого не слышал, — пряча улыбку в чашке кофе, ответил Попов. — О, а вот и они. В зал, где завтракали мужчины, спустились Шастун и Позов. И вот сейчас, стоя перед ним на сцене, отрабатывая очередную сценку на репетиции, Арс не мог оторвать взгляда от этой солнечной улыбки. — Я хочу тебе кое-что сказать, — загибая пальцы на каждое слово, сказал Арс. — Что? — Ответил Антон, понимая, что в его арсенале только одно слово. По заданию. Арс — шесть, Тоша — 1. Сюжет… Да к черту сюжет. — Я не могу жить без тебя… И ответом стал взгляд изумрудных глаз. Тёплый и такой добрый взгляд, о котором так давно мечтал Арсений. — Ну, парни. Хватит, — почти зашипел Шеминов. — Мы так ничего не отрепетируем.

***

Лёжа ночью на теплой груди Арсения, Тоша вдыхал пряный запах его кожи… Корицы и меда. И все вокруг, все проблемы казались ничтожными, пока он был здесь, с ним. — Арс… — Протянул он. Перекинув руку через туловище мужчины, Антон ближе придвинулся, чувствуя голую, тёплую кожу почти всем телом. — Что? — Как я мог забыть полгода? Это же шесть месяцев с тобой. Шесть! Арсений Попов, вы просто обязаны рассказать мне все. Каждый день. Каждую минуту. И я. Начал слушать. А Арс не знал, что ему рассказать. Ярко только стояли их ссоры и ругань. Их постоянные пререкания… И сейчас их оказалось намного больше, чем хороших… Хотя нет. Есть то хорошее, что нравилось самому Попову. — Рассказать… Была зима… — Пока все хорошо… — Усмехнулся Шаст, вспоминая похожие слова из одних «Шокеров», что они отыграли с Матвиенко. — Да, — улыбнулся мужчина, понимая, что от таких воспоминаний его самого передёргивает, а член тут же каменеет. — Ночь. Ты остался у меня. После головокружительного секса, когда ты оставил на мне ни один десяток меток и порвал мои простыни, мы долго разговаривали. — Как сейчас? — Да, только мы говорили о том, чего бы хотелось от жизни… Ты молчал и слушал меня… — Тут Арс немного напрягся, но продолжил. — А потом я проснулся среди ночи. А тебя нет. — Совсем? — Спросил парень, закидывая ногу на ноги Арсения так, что теперь прижимался пахом к его бедру. — В тот момент, да. Я вышел в гостиную и увидел тебя. Ты стоял у окна, курил, а за окном падал снег. Такие крупные снежинки. Тень от них скользила по твоему лицу… — Красиво… — Очень. И ты был голый. Совсем. Стоял на ламинате голыми ногами, правда, спиной ко мне… Я подошёл к тебе… — Подожди, — парень встал с кровати и, внимательно осмотрев комнату, продолжил. — Я хочу прочувствовать это. Ну, ещё раз. Пожалуйста, Арс. Давай ещё разочек. — Не получится… — Улыбнулся мужчина. — Тут запрещено курить в номерах. — А мы так, — поставив руки на бока, гордо сказал тот. — Ахах, — усмехнулся тот, пряча лицо в подушках. — Ну, Арс… — Ладно. Иди, вставай у окна. И парень, подскочив на месте, медленно, словно издеваясь, пошел к окну. Попов замер на месте. Это тонкое тело, мышцы, перекатывающиеся под тонкой, почти прозрачной кожей, спина и позвоночник, что выпирает, при каждом шаге. В горле мужчины пересохло только от одной этой картины. — Арс, посмотри, как красиво, — улыбнулся он, подняв глаза в темное небо. Мужчина поднялся с кровати и опустил ноги на холодный пол. — Ты не знал, что я иду. — А, да? Хорошо. Боже, как красиво… Это что-то… Они оба засмеялись, и Попов сделал пару шагов вперёд, не переставая любоваться высоким парнем у окна. Внутри замерли все внутренности, а живот поддался от предвкушения, когда Арсений положил холодные ладони на тёплые бедра, чуть сжимая выпирающие косточки. А затем, проскользив руками по талии, и остановившись на гладкой груди, чувствуя подушечками пальцев затвердевшие соски, он прижался к парню так, что тот сто процентов почувствовал его эрекцию. — Это было так? — Захлебываясь воздухом, прошептал Антон, чуть поворачивая голову. — Я хочу, чтобы было так…