Рубеж
29 сентября 2017 г., 18:47
Они шепчут. Они всегда шепчут. Сжечь бы этот чёртов лес!
Сначала тебе кажется, что перед тобой обычный подлесок. Клён, ива, дуб, кусты орешника. Но то тут, то там начинают встречаться странные деревья с фиолетовыми листьями, иголками, корой — лиловники и карки, марны с их чудовищными лианами. Чем глубже ты погружаешься в этот лес, тем больше их становится, и тем реже встречаются нормальные, зеленые растения. Даже трава превращается в нечто, похожее на тёмно-фиолетовый лишайник.
Капрал Карли проклинал егерей, чьи следы уводили всё дальше в непролазную чащу, проклинал дождливую осень и своё везение. Ну почему именно ему выпало дежурство в этот день, почему именно их дюжину отправили по следу пропавших егерей? Зачем он бежал от мирной жизни вольного крестьянина или рудокопа на Рубеж? Эх, молодость, это ж надо было быть таким глупым!
Солнце садилось. Пора бы уже и вернуться в Весёлый. Крона лиловника зашелестела от невидимого ветра. Карли нервно обернулся, сглотнув. Ну почему они вечно шепчут?! Даже пол дня, проведенные тут заставляют голову гудеть, а мысли путаться.
— Поворачиваем, парни. Мы их уже не нагоним, — проговорил старшина их дюжины.
Карли был полностью согласен с главным.
— Да, давно уж пора! — загомонили воины.
— От этого места мурашки по коже, — прогнусавил молодой парнишка из рекрутов, покрепче сжав копьё. — Чудится, будто деревья шепчут…
— Напрямую к Весёлому пойдем. Я не хочу здесь ночевать, а вы? — старшина окинул мужчин взглядом.
Дюжина одобрительно зашумела.
«Ничего-ничего, скоро опять на стене замка буду трубку тянуть да с друзьями кости кидать» — тешил себя Карли, продираясь сквозь колючие кусты. Стальная кираса стесняла его движения. Шлем наползал на глаза. Копьё мешало идти. «Эх, а ведь мог бы сейчас пшеницу убирать, а после на завалинке трубку тянуть, хозяйством любоваться» — посетовал про себя капрал.
Его желудок противно покалывал и урчал. Голод подступал неестественно быстро, а суставы ломило от противного осеннего холода. Карли знал, что так было всегда, будто сам воздух этого места вытягивал силу из людей, подобно тому, как комар вытягивает кровь. Не стоило задерживаться тут надолго.
— Я что-то вижу! — раздался вскрик впереди. — Человек! Видать, один из тех, кого мы искали. О Бездна! Сюда!..
Карли поспешил на голос.
Дюжина собралась вокруг старого клёна, в могучий ствол которого впивалась шипами своих фиолетово-алых лиан марна. К стволу дерева привалилось тело в грязных тряпках, бывавших когда-то одеждой егеря.
— Страх какой… Это парень Сороки. Был.
— Кто ж его так?..
— Бедный Тимми…
— Старшой, надобно забрать его... Иль может, хоть похороним его?..
Молодой рекрут не выдержал и выпустил содержимое желудка под ноги Карли. И капрал его понимал. Конечности мертвеца обглоданы, как и половина лица, брюхо разодранно, внутренности вываленны на ноги егеря, белеют нижние ребра. Жуткое зрелище.
Низкий гул, переходящий в протяжное уханье и стрекот послышался где-то вдалеке. Будто что-то большое, где-то
— Времени нет, — отозвался командир дюжины. — На восток, к Весёлому. Уносим ноги отсюда, и быстрее, Бездна вас поглоти! — он повернулся и решительно направился в сторону от трупа.
Все двинулись за ним, обходя клён по широкой дуге. Но спустя десять шагов командир встал, подняв руку, призвав тем самым к тишине.
— А ну заткнулись, ублюдки, — прорычал он сквозь зубы.
И правда, справа из-за кустов слышалось отдалённое хищное щелканье.
Люди застыли, вслушиваясь. Затишье перед бурей.
— На восток, мать вашу! Щелкуны! Быстрее, если хотите жить! Не теряйте друг друга, держитесь вместе! — проорал старшина.
Он кричал что-то ещё, командовал, но Карли не мог разобрать слов, ломясь сквозь кусты.
Щелчки приближались, раздавались всё чаще. Они слышались сзади, справа, слева. Дюжину окружали. Перед глазами Карли все ещё был мертвый егерь, и это заставляло бежать ещё быстрее.
Кто-то споткнулся. Закричал. Слева, позади завязался бой. Щелчки перешли в оглушающей треск, а звуки боя сменились отчаянным воплем. Бежать вперёд, не останавливаться. Чертовы кусты. Ни видно ни зги уже через пару шагов.
«Я больше так не могу!» — Карли упал на колени, отстегнул кирасу, сбросил шлем. Кровь пульсировала в ушах. Пот забивал глаза.
Отдышавшись, он с ужасом понял, что отстал. Где-то впереди слышались крики людей. Карли ринулся, не разбирая дороги, туда, где по его мнению должен быть восток.
Впереди мелькнула человеческая фигура. Наконец-то хоть кто-то! Выбравшись к ней, капрал с ужасом обнаружил, что это мертвый егерь. Белый, слепой глаз уставился на воина, тело дернулось в сторону Карли, розоватые кости обглоданной челюсти застыли в вечном оскале. Где-то раздался холодный, длинный и тоскливый вой. Силы покидали Карли вместе с желанием бороться. Тело наполняла свинцовая тяжесть и полное безразличие ко всему. Со всех сторон раздавались хищные, ликующие щелчки.
Вой утих. Ткнув в череп мертвеца копьем, Карли ринулся сквозь зелёно-фиолетовый лес. Перед глазами стояла кровавая пелена. Он уже не чувствовал ног. Бежать, надо только бежать. В кустах то тут, то там мелькали тени не больше дворовых псов. Одну такую он сбил, вырвавшись из цепких ветвей-жгутов куста карка. Щелчки были повсюду.
Лес резко кончился, и воин вылетел на полосу чёрной земли. Пробежав из последних сил ещё метров десять, Карли упал. Впереди нёс свои шумные воды Рубеж. Выше по течению воин увидел стены Весёлого, который возвышался за каменным мостом.
Почти дома. Почти в безопасности.
Карли, шатаясь, поднялся на ватные ноги. Лёгкие разрывались. Во рту стоял вкус металла. Осталось преодолеть всего самую малость!
Но тут из лесу, щёлкая, выскочила пара тварей, похожих на голых, костлявых собак со слепыми головами на непропорционально длинных шеях. Костяные пластины на их загривках оттопырились, мелко вздрагивая, издавая при этом хищные щелчки.
Первую он насадил на копье. Вторую смог сбить с ног и размозжить ей череп тяжёлым сапогом.
Оставив копьё в туше щелкуна, воин поспешил к мосту. За ним высыпала щёлкающая черная масса. Их разделяло не больше двух сотен метров. Раздался тот самый протяжный вой. Карли обернулся. Из чащи появился кто-то куда больше щелкунов. Но у капрала не было времени его рассмотреть. Спасительный мост уже близко. На стене трубит горнист. Ворота призывно открываются.
Ноги Карли заскользили по влажным камням моста. Удары крови в ушах заглушали всё остальное. Со стен замка в тварей за его спиной посыпались стрелы. Ворота открылись полностью, но чёрная масса, состоящая из тощих тел, острых когтей и голодных пастей почти настигла воина.
Забежав в створки ворот, он краем сознания, который ещё не поглотила агония сумасшедшей гонки, услышал крик: «Ложись!». Упав в грязь, Карли постарался стать с ней единым целым. В пылу гонки он совсем забыл про бомбарду, что находилась в каменном мешке за воротами замка. Послышался оглушительный взрыв, и над его головой просвистела картечь.
Двор перед воротами заполнился густым дымом. Залп буквально разорвал тварей на мосту. Оставшихся добивали стрелки.
Но Карли было уже всё равно. Он лежал в грязи, лишившийся братьев, оружия, брони и сознания.
***
Под стенами, в каменном мешке у ворот слышалась возня. Расчёт чистил и заряжал древнюю бомбарду. Дальше, за воротами, стражники вытаскивали стрелы из туш щелкунов и сбрасывали их в реку. Этой ночью лорд-командующий Веселого — одного из семи замков расположенных на отвесных берегах Рубежа и хранящих восток Ранийского королевства от призрачных лесов и тварей, что их населяют, Алистан Менкардо не сомкнул глаз. — Пасмурное сегодня утро, не находите, мастер? В ногу с ним по стене замка шёл крепко сбитый старик. — Как и любое до него. Алистан поднял взгляд от моста, пересёк полосу мертвой земли и стал всматриваться в чащу. — Эх, сжечь бы этот лес и отправить в Бездну всех его обитателей! — Вы ведь знаете, мой лорд — пытались, и не раз. Ещё когда я служил вашему отцу целых двенадцать одарённых несгораемых пытались выжечь эту заразу. И хоть их род был ещё молод, они добились впечатлительных успехов. Да всё без толку. Лиловник вырастает на пару метров за ночь. Лес восстанавливается, а с ним и твари, что его населяют. — Знаю. Сирен, как ты считаешь, что это было? — Вы о ночи, мой лорд? — Первый раз на моей памяти щелкуны собрались в стаю. Этому Карли сказочно повезло. — Как сказать… Его спасло лишь то, что он отстал и смог бежать, когда твари рвали его друзей. — Вы говорили с ним, мастер? — Капрал очнулся сегодня утром и рассказал, всё, что смог вспомнить. Мой лорд, он также упоминал мёртвого егеря, которого некая тварь заставила ожить. Видно, она и собрала щелкунов в стаю. Алистан оперся о стену замка. — Никогда о подобном не слышал. А вы, мастер Сирен? — Хоть библиотека вашего замка и богата, а я лично препарировал некоторых существ, что могут влиять на рассудок, о таком я не слышал. Думаю, это создание забрело с юга. Послушайте моего совета, отправьте в Рани письмо. Нам нужны люди. Эту тварь необходимо выследить и убить. — Я сделал это еще ночью. И второе, в Фолк. Нам нужна их артиллерия и порох. Так что не беспокойтесь, мой старый друг и учитель.***
За двумя фигурами на каменной стене наблюдало полдюжины пар глаз. В мертвых взглядах тех, чьи тела не стали кормом щелкунов, отражался голод и злость их хозяина. Он знал из обрывков воспоминаний мёртвых воинов, что там, за рекой. И жаждал вкусить этого нежного мяса. Жаждал утолить свой вечный голод и вернутся в края, которые он покинул давным-давно. Снова стать частью великого.
