Моя девушка — Тёмный Лорд?!

       Лорд лежал на кровати лицом вниз и думал, как же он до такой жизни докатился. По всему выходило, что докатился из-за Поттера. Серьёзный противник для любого — и застрять в максимально неподходящем облике в школе, находящейся под влиянием Дамблдора? Поттер был так близко и в то же время так бесконечно далеко благодаря покровительству директора. Можно было только незаметно собирать о нём сведения, не более того. Вот если бы у Воландеморта тогда получилось изменить своё тело, то стоило бы задуматься о том, чтобы заколдовать Гарри и сразу трансгрессировать, а так — нет. Срывался целый план, готовящийся множество недель, и Лорд понятия не имел, как ещё попытаться изменить себе внешность, если не помогает абсолютно ничего. Единственным вариантом оставался поцелуй… Но почему же он не помог?! Руки коснулись лица, всё ещё кажущегося совершенно чужим — правильно ли теперь считать это тело лишь временным вместилищем? Какая-то часть сознания уже начала представлять, как он (она?) может скрыть от слуг свой недостаточно впечатляющий облик. Но не получится вечно хранить ситуацию в тайне, раскрытие станет лишь вопросом времени. К тому же, Лорд очень не хотел оставаться в этом теле навсегда, он не чувствовал себя девушкой, не видел в своей красоте что-то кроме средства для достижения целей. Воландеморт достал из сумки осквернённый бурными фантазиями гриффиндорцев блокнот со словами Трелони о будущем мальчишки. Последний шанс. Иначе — полная безысходность. Лорд углубился в дебри чужого творчества, чтобы найти хоть одно полезное, настоящее пророчество, которое, возможно, помогло бы ему. Первые несколько страниц были более-менее. Потом Воландеморт понял, что дальше на трезвую голову просто нельзя, а достать что-то запрещённое на Слизерине никогда не было серьёзной проблемой, как и наложить на свою кровать барьеры, глушащие звуки и запахи.

* * *

Невероятно, но факт — после нескольких бутылок огневиски любой рассказ кажется лучше. Проверено Лордом Воландемортом. С расслабленной улыбкой он читал постельные сцены, лениво скользя взглядом по многочисленным описаниям наручников, плёток и волшебных палочек в очень интересных местах. Мягкий свет люмоса освещал главу за главой, бликовал на стекле пустых бутылок. Лорд понятия не имел, сколько ему понадобится, чтобы опьянеть, поэтому в какой-то момент совершенно перестал контролировать ситуацию и просто вливал в себя глоток за глотком, подмешивая в быстро убывающий напиток зелье из лаванды, чтобы чувствовать себя хоть немного уверенней в этой сумасшедшей школе, где из-за известности одного и таинственности другого его с Гарри «отношения» занимали мысли едва ли не каждого ученика старших курсов. Какое они имеют право лезть в чужую жизнь?! Презренные школьники, проучить бы их за неуважение… что-то про любовное зелье ещё пишут… будто он сам по себе недостаточно соблазнителен… соблазнительна… Рисунок на закрывающем кровать пологе плыл перед глазами, как плыли все планы Воландеморта, грозя отправиться прямиком на дно. Он заставил себя вернуться к тексту. Было часа три-четыре утра, но какая теперь разница, спят или нет его соседки по комнате на самом деле? Мелочи жизни. К тому же, самого себя с помощью продвинутой косметической магии можно накрасить получше, чем они это сделали… В блокноте столько раз повторялось слово «поцелуй», что Лорд чуть не пропустил одну из реплик Трелони, небрежно втиснутую между описаниями страстных ночей в башне Гриффиндора и подземельях Слизерина. Преподаватель говорила о том, что Воландеморт совершенно выпустил из виду — о полной добровольности действия. Это было сказано косвенно, с использованием магических терминов, и вряд ли записавший непонятную для себя фразу ученик понял, о чём она была, как и сама Трелони, дающая порою крайне полезные небольшие предсказания, но не осознающая в полной мере их ценности, а иногда даже смысла. То, что произошло между Лордом и Гарри, сложно было назвать чем-то действительно добровольным, ведь Поттер наверняка даже не сразу понял, что вообще происходит. Слишком быстро и неожиданно. И что теперь… Добиваться согласия мальчишки на это? Воландеморт понял, что выпил слишком много дикого микса из огневиски и лаванды, когда всерьёз начал рассматривать разные варианты достижения поставленной цели. А ещё некоторые мысли выводили его на очень странные рассуждения. Например, он вдруг подумал, что от повторной учёбы в Хогвартсе нужно получать не только информацию, но и удовольствие. И что чувствовать себя юной красивой девушкой не так уж и плохо — а, вернее, весьма неплохо, когда речь идёт об обычной жизни, а не о захвате мира. Ещё несколько глотков спустя Воландеморт был морально готов ко всему. Он чувствовал себя безумно уверенно, соблазнительно и — впервые — по-настоящему женственно. А ведь и правда… Хогсмид… Да-да, определённо стоящая идея. Свидание, поцелуй, наложение проклятия на Поттера, трансгрессия. Решено! Лорд с вдохновением принялся писать ему самую настоящую любовную записку, игнорируя как возмущённо шипящую Нагайну, так и собственную степень опьянения.

* * *

«Дорогой Гарри, Думаю, стоит признаться — одно твоё имя заставляет моё сердце биться чаще. Мне жаль, что наша последняя встреча закончилась неудачно. Давай встретимся в Хогсмиде на выходных? С искренними чувствами, Трейси ♥» Гарри перечитывал записку вновь и вновь. Он ходил с ней по школе, храня во внутреннем кармане мантии, и даже на уроке по защите от тёмных искусств улыбался совершенно, по мнению окружающих, беспричинно, чем страшно выводил из себя Амбридж, которая повторяла своё фирменное «кхе-кхе-кхе» у него над ухом настолько часто, что в итоге закашляла по-настоящему и сдалась. Потом она угрожала классу предстоящим введением какого-то нового правила, которое способно «убрать улыбку с лица мистера Поттера». Гарри не слушал. Трейси не было на уроках, но почему-то никто не перешёптывался насчёт её пропусков занятий. Зато школа активно обсуждала всё остальное, но слухи не волновали Гарри — реальность была интереснее.

* * *

Знания по зельеварению спасли положение, но Лорд всё равно целый день провалялся в постели, сказавшись больным. Чувствовал он себя действительно неважно — ещё бы, всю ночь читать «гриффиндорское творчество» и размышлять о собственных злодейских планах, к тому же не на трезвую голову. В блокноте, кстати, и помимо предсказания Трелони потом нашлось кое-что крайне любопытное. Прочитанное заставило его порадоваться, что он пропустил сегодняшний завтрак, и в то же время страшно разозлиться, от чего мгновенно разболелась голова, заставив ход мыслей измениться. Ближе к вечеру Лорд пришёл в себя, но решил, что лучше всего нормально поспать, а подумать над наказанием для некоторых совсем обнаглевших школьников можно и попозже. Наверняка они попытаются ещё раз реализовать написанное в блокноте, когда увидят Воландеморта в Большом зале.

* * *

В тёплое и солнечное утро наступившего выходного дня Лорд проснулся, испытывая неподдельное, по-настоящему сильное, но приятное волнение, вызванное предстоящей встречей. Вернее… Да-да, свиданием. Воландеморт сел на кровати, потянулся и сразу сделал большой глоток из приготовленной с вечера фляжки. Лаванда и огневиски в пропорции семь к двум. Полог закрывал происходящее от кое-чьих чересчур внимательных и любопытных глаз, поэтому Лорд спокойно начал готовиться, вспоминая выученные когда-то очень давно заклинания по уходу за внешностью. Пока наколдованные кисточки красили лицо всевозможными средствами, он искал, что ему надеть. В чемодане — ничего интересного. Шарф факультета, школьная форма, которую он снял ночью, чтобы не посадить незаметно для себя пятно на чёрную ткань… Он внезапно осознал, что у него, как у девушки, нет ни одного красивого платья! Причём его ни у кого уже не попросишь, раз решил сегодня же трансгрессировать из Хогвартса. Воландеморт постепенно и максимально незаметно собирал все свои вещи, магически уменьшая их и засовывая в небольшую внешне, но на самом деле очень вместительную сумку, чтобы ничего не оставлять в здании школы. Нагайна юркнула в одно из отделений, обустроенное специально для неё. Но что же надеть на встречу с Гарри?.. Неожиданно среди тёмной ткани промелькнуло нечто крайне женское и до неприличия розовое. «Хвост!» — понял Лорд, вытащив на свет короткую и более чем вызывающую юбочку. Надеть всё равно больше нечего, но… Она ведь такая розовая… Воландеморт отпил из фляжки. Всё равно эта юбка слишком короткая! Ещё один глоток. Вот, теперь хорошо. И чёрную кофту сверху. Или белую? Или всё-таки перекрасить юбку? Пока Лорд Воландеморт, гроза магического мира, думал, какой же оттенок розового подойдёт ему больше, косметическая магия делала своё дело. Тщательно расчёсанные чёрные волосы красиво легли на плечи. Ресницы будто стали ещё длиннее, подчёркивая тёмную радужку глаз. Выбирая тёмно-фиолетовый цвет для юбки и чёрный для кофты, Воландеморт не был уверен, хороша ли идея. Может быть, такое сочетание не в моде или просто неподходящее. Откуда ему знать? Выбирать одежду ужасно тяжело! А спрашивать у других девушек со Слизерина не хочется. Лорда начал жутко бесить тот факт, что в его жизнь без спроса вмешивались другие люди. Временами то одна, то другая мысль на эту тему приходила ему в голову, но сейчас он понял, что это перешло все границы! А если бы он не пропустил завтрак? Если бы они осуществили свою идею? Какой кошмар! Но если учеников и учениц старших курсов настолько сильно интересуют отношения известных личностей, то почему бы не разнообразить им их собственные? Ему пришла в голову по-настоящему стоящая идея. Коварство, месть, продуманность. Ммм… Одолеть врага его же оружием, идеально. Лорд был доволен собой, поэтому использовал заклинание подзаправки на своей фляжке — такого умного человека, в отличие от некоторых, простой смесью огневиски и лаванды из состояния адекватности полностью не выведешь. Кхм. Наверное. Воландеморт откинул полог и прошёл от кровати к зеркалу под поражённые взгляды своих знакомых, которые, разумеется, не спали. — Куда это ты в такую рань? — спросил кто-то с оттенком зависти в голосе. — Да так, всего лишь иду на свидание с самым известным парнем школы, — Лорд равнодушно пожал плечами. Он уже понял, в чём тут фишка. Всем нравилось создавать слухи, смаковать собственные фантазии. Возможно, и смущение обоих «жертв внимания» доставляло некоторое удовольствие. Но если показать, что ты не стесняешься, то и поставить тебя в неловкую ситуацию станет в разы сложнее. Подростковые тонкости общения, в которых Воландеморт раньше не разбирался. Он смотрел на нового себя в зеркало и ему нравилось. Было ли тому виной выпитое, или сознание со временем подстроилось под продиктованные судьбой условия — непонятно, но всё-таки своя, дьявольская привлекательность была и во взгляде выразительных тёмных глаз, и в том, как губная помада выделялась на бледном лице, и даже в юбке Воландеморт нашёл свои плюсы, уверенно прогоняя прочь мысль, что он просто слишком пьян. Ему нравится? Ему нравится! А, следовательно, проблем пока нет. — Всё равно в Хогсмид не пойдёте, Амбридж предупреждала, что на выходных объявит официальный запрет на посещение, — крикнул кто-то в спину. — Это мы ещё посмотрим, — улыбнулся Лорд. С маячащей на горизонте проблемой вполне мог справиться его гениальный план по наказанию тех, кто так неосторожно обсуждал свой собственный в чужом блокноте. И почему-то была твёрдая уверенность, что в этот раз всё сработает отлично. Если уж и покидать Хогвартс в роли ученицы, которую даже из Дурмстранга исключили, то сделать это нужно так, чтобы запомнили все!