Жизнь за кирпичной стеной.

Профессор Дамболдор вернулся к своему посту директора Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Ребята решили разузнать всю историю смерти Плаксы Миртл и придумали план по их отсутствию на занятии. А мисс Снегг просто не пошла на урок,варьируя это тем,что у неё болит голова.Сделав вид, что ищут что-то в карманах, друзья подождали, пока класс их обгонит, повернули обратно и стремглав бросились к туалету Плаксы Миртл. Все пока шло как по маслу.Лиф подбежала к ним.Но дойти до туалета они так и не успели. — Поттер! Уизли! Снегг! Что вы здесь делаете? — остановил их грозный голос профессора МакГонагалл. — Мы тут… Мы это… — замялся Рон. — Мы собирались пойти… — Повидать Гермиону, — пришла другу на помощь Лиф. И Рон, и профессор МакГонагалл взглянули на неё с нескрываемым удивлением. — Мы ее не видели сто лет, профессор, — наступив Рону на ногу, продолжила как ни в чем не бывало Малифисент. — И решили потихоньку сбегать в больничное крыло… Поймите, мандрагоры уже поспели… и… стало спокойнее… Профессор МакГонагалл какое-то время внимательно глядела на неё, Гарри ожидал, что сейчас последует очередное увещевание. Но МакГонагалл заговорила тихим, прерывающимся голосом. — Да… разумеется… я понимаю, как это тяжело друзьям… Конечно, Снегг, конечно, пойдите навестить мисс Грэйнджер. Я извещу профессора Бинса о причине вашего отсутствия. —О,нет,не стоит—мило улыбнулась Лиф—я уже сказала что буду отсутствовать. —Скажите мадам Помфри, что я разрешила… — И на ее всегда строгие глаза, к изумлению Гарри, навернулись слезы. С трудом веря, что удалось избежать неприятностей, Гарри,Лиф и Рон свернули за угол и отчетливо услышали, как профессор МакГонагалл, шмыгнув носом, высморкалась. — Здорово! — произнес Рон с чувством. — Лучше ты еще ничего не выдумывала! — Что еще оставалось — И друзья зашагали в больничное крыло, постучали в дверь и сказали в щелку мадам Помфри, что профессор МакГонагалл позволила им навестить Гермиону. Мадам Помфри пустила их, правда с большой неохотой. — Какой смысл навещать оцепеневших, — проворчала она. И друзья, присев возле Гермионы, признали ее правоту. Гермиона не подавала ни малейших признаков жизни и, конечно, не сознавала, что у нее гости. Сказать ей, что совсем скоро все будет хорошо, — все равно что говорить с ее тумбочкой. — Вот было бы здорово, если бы она видела преступника. — Рон печально глядел на неподвижное лицо Гермионы. — Ведь если он сбежал из замка, никто никогда не узнает… Но Малифисент смотрела не на лицо, а на правую руку, лежащую поверх одеяла, пальцы были сжаты в кулак, из кулака что-то торчало. Она наклонилась и увидела клочок бумаги. Не сомневаясь, что мадам Помфри где-то рядом, она молча указал на него Гарри. — Постарайся вытащить, — шепнул Рон, передвинув свой стул, чтобы заслонить Лиф. И стал следить за дверью — вдруг кто войдет. Дело оказалось довольно трудным. Пальцы Гермионы крепко держали бумагу, Лиф потянула кончик, боясь оторвать. Отпустила, потянула одну сторону, потом другую, опять отпустила, и, наконец, после долгих усилий высвободила бумажку из окаменевших пальцев. Это была страница, вырванная из какой-то очень старой библиотечной книги. Гарри торопливо разгладил ее. Рон, сгорая от любопытства, тотчас навалился ему на плечо. «…из многих чудищ и монстров, коих в наших землях встретить можно, не сыскать таинственней и смертоносней Василиска, также еще именуемого Король Змей. Сей гад может достигать размеров воистину гигантских, а срок жизни его — многие столетия. На свет он рождается из куриного яйца, жабой высиженного. Смерть же несет путем диковинным, небывалым, ибо, кроме клыков ужасных и ядовитых, даден ему взгляд убийственный, так что ежели кто с ним очами встретится, тотчас примет кончину скорую и в муках великих. Особливо боятся Василиска пауки, сторонятся елико возможно, ибо он есть враг их смертельный; сам оный Василиск страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него…» Под этими строками рукой Гермионы — Лиф сразу узнала ее почерк — выведено всего одно слово «Трубы». И тут для друзей как будто во тьме вспыхнул свет! — Рон,Гарри — выдохнула Лиф. — Вот оно! Ведь это ответ! Чудище Тайной комнаты — василиск, гигантская змея! Вот почему мы единственные, кто слышит голос. Ведь только мы вдвоем понимаем змеиный язык —Гарри оглядел другие кровати. — Василиск убивает людей взглядом. Но он пока никого не убил. Наверное, потому, что никто из них не смотрел ему прямо в глаза. Колин видел его через глазок фотокамеры, василиск сжег вставленную в нее пленку, но самого Колина убить не смог, только обратил в камень. Джастин… Джастин, скорее всего, смотрел на василиска сквозь Почти Безголового Ника! Весь заряд василиска пришелся на Ника, но Ник-то второй раз умереть не мог! А рядом с Гермионой и старостой Когтеврана, помнишь, лежало зеркальце. Гермиона догадалась, что чудовище из Тайной комнаты — василиск Спорим на что угодно — она сказала первому, кого встретила, давай на всякий случай заглянем за угол с помощью зеркала. Девушка достала зеркальце, а дальше — сам знаешь….—Лиф торжествующе посмотрела на ребят. — А Миссис Норрис? — сгорая от любопытства, спросил Рон. Гарри задумался, пытаясь вызвать в воображении все, что происходило в ту памятную ночь Хэллоуина. — Вода… — проговорил он медленно. — Помнишь, тогда затопило туалет Плаксы Миртл? Уверен, Миссис Норрис видела только отражение в воде… Он еще раз подробно перечитал страничку, все глубже вникая в смысл. — «…страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него…» А петухи-то Хагрида были все перебиты! Наверное, наследник Слизерина постарался: ведь василиска, скорее всего, он выпустил на свободу! И смотри, что дальше: «Особливо боятся Василиска пауки…» Ну все, все сходится! Рон потеребил собственное ухо и опять спросил: — Но как этот василиск передвигается по замку? Здоровенная змеюга… кто-то, наверняка, должен был его заметить… Малифисен указала на слово, второпях написанное Гермионой внизу страницы. — Трубы, — сказала она, — трубы… Знаешь, Рон, василиск ползает по трубам, встроенным в стены замка. Теперь я поняла: тот голос мы слышали именно сквозь стену… Рон схватил Гарри и Лиф за руки. — Вход в Тайную комнату! — от волнения у него сел голос. — Что, если он в туалете? А вдруг это… — …туалет ПЛАКСЫ МИРТЛ! — закончил за него Гарри. Друзья сидели, потрясенные, боясь поверить собственной догадке. Гарри нервно потер лоб: — Значит, в школе кто-то еще говорит на змеином языке. Это, конечно, наследник Слизерина. Потому он и может повелевать василиском. — Что же нам делать? — Глаза Рона горели. — Пойти прямо к МакГонагалл? — Да, скорее в учительскую! — Гарри вскочил на ноги. — Она придет туда через десять минут. Сейчас будет звонок. Друзья побежали вниз. Им не хотелось, чтобы кто-нибудь застал их в этом коридоре, да еще во время урока. Преодолев робость, они вошли в пустую учительскую. Это была большая комната, обшитая деревянными панелями, уставленная креслами черного дерева. Но друзья не стали садиться, слишком были взволнованны. Ходили по комнате, ожидая звонка. Однако звонок на перемену так и не прозвенел. Вместо него эхом прокатился по замку усиленный мегафоном голос профессора МакГонагалл: — Всем ученикам немедленно вернуться в свои спальни. Всем преподавателям собраться в учительской. Пожалуйста, как можно скорее. Гарри обернулся к Лиф: — Неужели новое нападение? — Что будем делать? Пойдем в спальню?—быстро протараторил Рон — Нет, — ответил Гарри, оглядываясь. Слева от него высилось разлапистое сооружение, увешанное мантиями преподавателей. — Давай спрячемся сюда. Послушаем, что произошло. А потом расскажем, что мы нашли. Друзья укрылись среди мантий, слыша над головой, этажом выше, топот многих десятков ног. Скоро дверь учительской распахнулась, и в щелки между складок, отдающих затхлостью, мантий они увидели, как входят преподаватели. Одни бьли растеряны, другие — откровенно испуганы. Последней появилась профессор МакГонагалл. — Это опять случилось, — сказала она в наступившей тишине. — Монстр напал на ученика. На сей раз утащил в Тайную комнату. Профессор Флитвик вскрикнул. Профессор Стебль прижала руки ко рту. Снегт с силой сжал спинку кресла. — Откуда такая уверенность? — спросил он.Лиф поняла,что отец взволнован,но не показывает этого. — Наследник Слизерина, — МакГонагалл побледнела, — оставил еще одну надпись на стене, прямо под первой: «Ее скелет будет пребывать в Комнате вечно». Профессор Флитвик залился слезами. — Кто на этот раз? — воскликнула мадам Трюк. Ноги у нее подкосились, и она упала в кресло. — Джинни Уизли. Гарри с Лиф почувствовали, как за их спиной Рон, не произнеся ни звука, повалился на пол. Гарри едва успел подхватить его,чтобы их никто не услышал. — Завтра будем отправлять учеников домой, — горестно стиснула ладони МакГонагалл. — Хогвартс на грани закрытия. Дамблдор говорил… Дверь учительской опять распахнулась с громким стуком. На краткий миг у Гарри мелькнула безумная надежда, что войдет Дамблдор. Но это был, как всегда, сияющий Локонс. — Простите, что опоздал, просто сплю на ходу! Пропустил что-то важное? По-видимому, он не замечал, что присутствующие смотрят на него не то с ненавистью, не то с отвращением. — Вот тот, кто нам нужен! — выступил вперед Снегг. — Да, именно он. Послушайте, Локонс, монстр похитил девочку. Утащил ее в Тайную комнату. Коллега, наконец пробил ваш час. Локоне побледнел.И Лиф опять уловила все эмоции отца. Она почувствовала,что он искрене переживает за девочку,но не может ей помочь потому что ему не доверяют. — В самом деле, Златопуст, — вмешалась профессор Стебль. — Не вы ли вчера вечером объявили, что вам доподлинно известно, где вход в Тайную комнату? — Я… Ну да… Я… — залепетал Локонс. — Вы меня уверяли не далее как вчера, что знаете, кто там обитает, — всхлипнув, перебил его Флитвик. — Я? Ув-уверял? Н-не припомню…—начал пасовать профессор,если можно его так назвать. — А вот я абсолютно точно помню, как вы сетовали, что вам не удалось продемонстрировать всем нам свою волшебную силу: преступника, то есть Хагрида, успели арестовать, — продолжал Снегт. — Вы укоряли нас, что вам с самого начала не предоставили свободу действий — тогда бы никаких бед в школе не произошло. На лицах коллег не было ни капли сочувствия. — Я… Я, честное слово… Вы, видимо, превратно меня поняли… — Словом, профессор Локонс, мы хотим загладить допущенную несправедливость. Поручаем вам сразиться с чудовищем, — заключила профессор МакГонагалл. — Сегодня вечером у вас наконец-то будут развязаны руки. И вы совершите подвиг — избавите Хогвартс от чудовища. Локонс потерянно озирался. Увы! Ни одного сочувственного взгляда. И он разом утратил весь свой лоск, губы тряслись, белозубая улыбка исчезла, он выглядел слабым и ничтожным. — О-очень хорошо, — промямлил он, запинаясь. — Ну я… пошел. Буду у себя в кабинете… подготовлюсь… И Локонс поспешил покинуть учительскую. — Ну, хоть это хорошо, — профессор МакГонагалл махнула рукой. — Локонс больше не будет путаться у нас под ногами, — и перешла к главному. — Поручаю деканам известить студентов о том, что случилось. Скажете им, что завтра утром экспресс увезет их домой. Всех остальных попрошу проследить, чтобы никто из учеников не покидал факультетских помещений. Преподаватели молча поднялись и разошлись один за другим. — Давайте пойдем к Локонсу, — вновь начал Рон. — Он ведь согласился проникнуть в Тайную комнату. Расскажем ему, что узнали: про Комнату, про василиска. Гарри ничего лучшего придумать не мог, а действовать ему не терпелось, и он не стал возражать.А Лиф в свою очередь не стала спорить,ведь она знала,что профессор им ничем не поможет.Лучше бы попросили её отца. Друзья встали и пошли к выходу. Когда они спустились к кабинету Локонса, уже совсем стемнело. Из-за двери доносились шорохи, глухой стук, торопливые шаги, там, судя по всему, кипела бурная деятельность. Гарри постучал, и тотчас внутри все стихло. Дверь слегка приоткрылась, в узкую щелку блеснул глаз Локонса. — А… мистер Поттер… мистер Уизли…мисс...Снегг — Дверь открылась чуточку шире. — Я сейчас чрезвычайно занят… Только если вы быстро… — Профессор, у нас есть важная новость, — сказал в щель Гарри. — Мы думаем, она вам поможет… — М-м-м-м… Ну хорошо… Все это не так страшно… — Лицо Локонса, во всяком случае та его часть, что виднелась в щелку, выглядело крайне смущенно. — Я хочу сказать… все, в общем, нормально… Он открыл дверь, и друзья вошли. Кабинет был почти полностью разорен. Два объемистых чемодана стояли на полу, обнажив чрево: в одном наспех свалены мантии — нефритово-зеленые, сиреневые, лиловые, цвета ночного неба, — другой столь же беспорядочно набит книгами Локонса. Фотографии, которые еще вчера весело подмигивали со стен, теперь мертво покоились в коробках. — Вы куда-то собираетесь? — спросил Рон. — Э-э-э… да, собираюсь, — ответил Локоне, содрав с двери собственное изображение в полный рост и скатывая его в трубку. — Срочный звонок… Суровая необходимость… Вынужден уехать… — А как же моя сестра? — нахмурился Рон. — Да, конечно, такое несчастье, — пробормотал Локоне, избегая их взглядов. Выдернул из стола ящик и вытряхнул в дорожную сумку содержимое. — Никто сильнее меня не скорбит… — Но вы же преподаватель защиты от темных искусств! — воскликнул Гарри. — Как вы можете все сейчас бросить и уехать отсюда! Здесь теперь собрались самые злые темные силы!—уже начинала терять контроль Лиф. — Видите ли… Должен вам сказать… Когда меня пригласили на эту должность, — Локонс бросил поверх мантий груду носков, — ничто не предвещало такого поворота событий. Это для меня полная неожиданность… — Вы хотите сказать, что попросту убегаете? — Гарри не верил своим ушам. — После всех подвигов, описанных в ваших книгах?—спросила Лиф — Да, книги, конечно, в какой-то степени могут вводить в заблуждение, — дипломатично возразил Локонс. — Но вы сами их написали! — закричал Гарри. — Мой юный друг. — Локонс, нахмурившись, выпрямился. — Проявите наконец здравый смысл. Мои книги и вполовину не продавались бы так успешно, если бы люди думали, что эти подвиги совершил не я, а кто-то другой. Ну кто бы стал читать про старого армянского колдуна, пусть даже спасшего целую деревню от упырей? Ах, он бы своим мерзким видом испортил обложку! Да еще и одевался безо всякого вкуса! А у колдуньи, которая изгнала ирландское привидение, накликающее смерть, была, вообразите себе, заячья губа! Моя внешность, это, как бы сказать, — приманка, залог успеха… У Гарри происходящее не укладывалось в голове: — Так что же это выходит? Вы просто присвоили себе то, что совершили другие люди? — Гарри, Гарри, Гарри! — Локонс укоризненно покачал головой. — Все отнюдь не так просто, как кажется. Это труд, и труд нелегкий. Надо было найти этих волшебников, подробно обо всем расспросить. И затем подвергнуть заклинанию Забвения. Это входило в мои планы, им предстояло забыть свои подвиги. Чем я действительно горжусь, так это моими заклинаниями Забвения! Да, Гарри, да, мной был проделан огромный труд! Пойми же, автографы на книгах, рекламные фотографии — это еще не все. Хочешь добиться славы — готовься к долгой, упорной работе. Локонс захлопнул крышки чемоданов и запер их. — Ну, кажется, все, — сказал он, оглядевшись. — Осталось сделать последний завершающий штрих. Достал волшебную палочку и повернулся к друзьям. — Весьма сожалею, мальчики, но мне придется прибегнуть к заклинанию Забвения, чтобы вы не разболтали моих секретов, иначе я не сумею продать ни одной книги… Но Лиф вовремя сообразила, что к чему, и уже держала наготове свою палочку. Не успел Локонс закончить фразы, как она воскликнула: — Эюспелпиармус! Локонса отшвырнуло назад. Опрокинув чемодан, он упал на пол. Волшебная палочка выскочила у него из рук, Рон схватил ее и выкинул в открытое окно. Гарри с яростью пнул ногой чемодан. — Зря вы тогда допустили, чтобы профессор Снегг научил нас этому приему! Локонс, сидя на полу, съежился — Лиф все еще держала его под прицелом своей палочки. — Что вам от меня нужно? — плаксивым голосом спросил преподаватель защиты от темных искусств. — Ну не знаю я, где эта Тайная комната. И поделать ничего не могу. — Вам повезло, — обрадовала его Лиф, движением палочки подняв профессора на ноги. — Зато мы знаем, где она. И знаем, кто в ней прячется. Они вывели Локонса из кабинета, спустились по ближайшей лестнице и пошли по темному коридору, где на стене горели послания наследника, к убежищу Плаксы Миртл. Локонса пустили идти первым. И Гарри не без удовольствия отметил: того от страха трясет так, что колотится мантия. Миртл восседала на бачке в последней кабинке. — Это ты? — удивилась она, увидев Гарри. — Зачем опять пришел? — Спросить тебя, как ты умерла, — ответила Лиф. Миртл в мгновение ока преобразилась, буквально расцвела на глазах, точно еще никто никогда не задавал ей столь лестного вопроса. — О-о-о! Это был кошмар! — заговорила она, смакуя каждое слово. — Я умерла прямо здесь, вот в этой кабинке. Как сейчас помню, спряталась я сюда, потому что Оливия Хорнби смеялась над моими очками. Обидно дразнила. Я заперлась на задвижку и стала плакать. Потом услышала, что в туалет вошли и стали говорить. Я не поняла что, наверное на другом языке. Один из говоривших был мальчик. Я, естественно, отперла дверь и сказала ему, чтобы он проваливал в свой туалет. Тут-то это и произошло. — Миртл надулась от важности, лицо ее просияло. — Я умерла. — Но как?—поинтересовался Гарри. — Сама не знаю. — Миртл сбавила торжественный тон. — Помню только два огромных-преогромных желтых глаза. Все мое тело сдавило, куда-то понесло… — Она туманно посмотрела на Гарри. — А потом… потом я снова сюда вернулась. Я решила постоянно являться Оливии Хорнби. Ну, ты понимаешь… Ох, как она жалела, что смеялась над моими очками… Гарри на секунду задумался. — Покажи точно, где ты видела эти глаза? — А-а, где-то там. — Миртл неопределенно махнула в сторону умывальника перед ее кабинкой. Рон,Лиф и Гарри сейчас же подошли к нему. Локонс с глазами, полными ужаса, благоразумно остался сзади. На первый взгляд это была самая обыкновенная раковина. Они обследовали каждый сантиметр внутри и снаружи, включая уходящие в пол трубы. И Лиф заметила — на одном медном кране нацарапана крохотная змейка. — Этот кран никогда не работал, — радостно сообщила Миртл, когда Лиф попробовала его открыть. — Гарри, — охрипшим шепотом попросил Рон. — Скажи что-нибудь на змеином языке. — Но ведь я… — Гарри слегка растерялся от неожиданности. До сих пор он говорил только с живыми змеями, да и то два раза. Он зачарованно уставился на миниатюрную гравировку, силясь вообразить, что перед ним настоящая змея. — Откройся, — велел он и вопросительно взглянул на Рона. Тот отрицательно покачал головой: — Нет, это не змеиный язык. Гарри снова посмотрел на змейку, усилием воли заставляя себя верить, что она живая; замотал головой и при колеблющихся огоньках свечей ему показалось, что змейка шевельнулась. — Откройся! — уже приказала Лиф.Видимо девочка была более собранной.Но она просто умалчивала,что изредка просила наколдовать Драко змею,чтобы поговорить с ней и поупражняться в навыке владения змеиным языком. На этот раз произнесенных слов никто не услышал. Из уст Лиф вырвалось странное шипение, кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться. Еще мгновение — умывальник подался вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв разверстый зев широкой трубы, приглашавший начать спуск — вот только куда? —Ну что ж,профессор,вы первый—улыбнулась Лиф. —Это ещё почему? —А потому что вас не жалко—ответил Гарри и со страхом посмотрел в бездну. Гарри ткнул его в спину палочкой. Локонс свесил ноги в трубу. — Я, право, не нахожу в этом… — начал он было, но Рон его подтолкнул, и белозубый красавец ухнул в неведомые глубины. Гарри тоже не стал ждать — осторожно влез в трубу, держась за ее край, и разжал пальцы. Лиф легонько,как самая настоящая леди и как учила её Цисса пригнула во тьму. Полет в трубе был похож на скольжение с крутой горы — бесконечной, темной, покрытой слизью. Мимо пролетали отходящие в стороны рукава, но ни один не был таким широким, как главный канал, который, извиваясь, круто уходил вниз. Скоро Лиф не сомневалась, что летит глубоко под замком, ниже всех подземелий. Где-то позади со свистящим шумом преодолевал повороты Рон. Полет когда-то кончится, забеспокоилась Лиф, вообразив, как она упадет на землю. Но труба вдруг изогнулась под прямым углом, выпрямилась и оборвалась. Малифисент выбросило из нее с влажным чмоканьем, и она приземлился на мокрый пол во тьму каменного тоннеля высотой в человеческий рост. Локонс и Гарри уже поднялись на ноги неподалеку, тоже сплошь заляпанные грязью и белые, как полотно. Из трубы с таким же чмоканьем выскочил Рон. Они бродили по подземелью как вдруг свет скользнул по гигантской змеиной шкуре ядовито-зеленого цвета. Существо, сбросившее ее, было в длину метров двадцать. — Ого, — едва слышно шевельнул губами Рон. Позади что-то упало. Друзья обернулись — Локонс лежал на полу без движения. — Вставайте! — приказала Лиф, прицелившись в него волшебной палочкой. Локонс поднялся и неожиданно напал на Рона, сбив его с ног. Гарри бросился на подмогу, но опоздал. Тяжело дыша, профессор горделиво выпрямился, у него в руке была волшебная палочка Рона, а на лице сверкала прежняя ослепительная улыбка. — Конец приключению, ребята! — воскликнул он. — Я возьму с собой наверх кусок этой замечательной змеиной кожи. И расскажу в школе, что спасти девочку было уже нельзя, а вы двое лишились рассудка при виде ее искалеченного тела. Прощайтесь со своей памятью! Отныне вы ничего не будете помнить о прошлом! Он поднял повыше злосчастную палочку, перебинтованную магической лентой, и провозгласил: — Забвение! Сбылись самые худшие страхи Рона — волшебная палочка взорвалась с мощью хорошей гранаты. Закрыв голову руками, Гарри и Лиф кинулись бежать, оскальзываясь на кольцах змеиной кожи. С потолка туннеля рушились громадные глыбы. В мгновение ока перед ним вырос каменный завал, отрезавший их от Рона. — Рон! — крикнул Гарри. — Рон, ты жив? Рон!—надрывала горло Лиф — Я здесь! — Голос Рона глухо донесся с другой стороны завала. — Я в порядке. А этого гада, кажется, здорово шибануло! — Что будем делать? — Растерянность в голосе Рона слышалась даже сквозь гранитную толщу. — Нам отсюда не выбраться. Хоть сто лет рой! Гарри осмотрел тоннельные своды — в них явно появились трещины. На втором курсе их еще не учили двигать тяжелые камни с помощью волшебства, и сейчас не очень-то подходящее время учиться. Как бы совсем не завалить тоннель! По ту сторону завала послышался еще удар, еще один вскрик.Уходили драгоценные минуты. Джинни была в Тайной комнате уже много часов. Гарри понял: остается только одно. — Жди нас там! — крикнул он Рону. — Жди вместе с Локонсом. Я пойду с Лиф. Если через час не вернемся… Гарри не стал вдаваться в подробности, что тогда будет. — А я попробую отвалить несколько глыб, — откликнулся Рон, стараясь говорить спокойно. — Чтобы ты смог… смог вернуться назад. Ты уж сам-то поосторожнее… — Скоро увидимся. — Гарри придал уверенность нетвердо звучащему голосу и, миновав исполинскую змеиную шкуру, вместе с Малифисент отправился дальше. Хорошо что она была с ним. Хорошо владеющая магией,совершенная в заклинаниях.Его лучшая подруга. Всегда сдержанная,настоящая аристократка,но и всегда отзывчивая и никогда не оставляющая в беде. Он прошел с ней многое. И со стороны можно было бы и сказать,что он влюблен,но как такое может быть им всего по 12 лет? Нет,конечно же нет. Нельзя думать об этом в такой момент. Постепенно звук передвигаемых камней затих в отдалении. Тоннель поворачивал снова и снова, каждый нерв у них был напряжен до предела. Они хотел, чтобы тоннель побыстрее кончился, и страшились того, что их ожидает. Наконец миновав еще один поворот, Гарри и Лиф увидели перед собой гладкую стену, на которой вырезаны две свившиеся в кольца змеи с поднятыми головками, вместо глаз у них блистали огромные изумруды. Они подошли вплотную. В горле пересохло. В этот раз нет необходимости силой воображения оживлять змей — глаза у них и без того горят живым блеском. Гарри теперь уже знал, что делать. Прокашлялся, и глаза-изумрудины, смотревшие на него, замерцали ярче. — Откройтесь! — приказал Гарри низким, тихим шипением. В стене появилась щель, разделившая змей, и образовавшиеся половины стен плавно скользнули в стороны. Дрожа с головы до пят,взявшись за руки они вошли внутрь.