Некоронованные / Uncrowned

«22:30, США, Вашингтон. Клуб War Of Hormone»       Переливающиеся от стеклянных шаров разноцветные огни, крутящиеся в разном направлении ослепительные прожектора, бесцеремонно проникающая громкая клубная музыка в уши — малая доля компонентов, описывающих обстановку клуба, в котором я и Чимин сейчас находимся. Он дюже колоссален. Мы сидим в его базисной точке за одним из свободных столиков и попиваем пивко. Центр окружают разгорячённые танцующие тела от молодых до зрелых лет. Всё по стандарту: более молодые девушки, желающие заполучить больше внимания, забираются на кубы с шестом, разбросанные по всему помещению, и извиваются на нём как соблазнительные змейки. А особи мужского пола так и липнут к аппетитным фигуркам, заполучая то, чего хотят, на месте или выжидают нужного момента и после уводят за собой. Бармен то и дело еле успевает своими ручками протирать стаканы, наполняя очередной свежим спиртным, а самое интригующее в его работе — общение с отчаявшимися мужьями или жёнами, намеренно перепутавших кабинет психолога с притоном. Не позавидуешь бедолаге. Сегодня таких посетителей тьма тьмущая. Другое дело официантки, которые за лишние чаевые не прочь дать себя полапать, заняться сексом в кабинке туалета, а после быть униженной словами «шлюха», «потаскуха» и прочим дерьмом от извращенцев и подонков, наплыв которых никогда не снижался в клубах.       Мы же, в отличие от остальных беспечно напивающихся людей, пытались набраться сил перед гнетущей миссией.       — Вон та, слева от парня с татухой льва! — Указываю пальцем на девицу в сборище людей на танцполе. — У неё буфера что надо и жопка подкачанная, а главное всё настоящее. Безоговорочно лучший вариант на ночь, Чим! — Делаю глоток пива из третьей по счёту бутылки 0,5.       На каком моменте он позволил называть его Чим, я упустила из виду, но итог не может не радовать. Что касается меня, я не пьяна, малость расслаблена. А по поводу нашей казусной беседы… Её затеяла я. Сидеть и смиренно попивать пивко — дело одиночек. Мне хотелось побуянить. Это Америка, мать его!       — Ты лесбиянка что ли?! — горланит мне в ухо Чимин, отпивая из второй бутылки 0,5. Музыка запредельно громозвучна, обычным тоном общаться не прокатит.       — Ты что за околесицу городишь?! — бесстыдно качу на него бочку, в придачу стукнув костяшками пальцев по лбу. — Очнись, тебе пару подбираю!       Что задело самолюбие Пака попробуй просечь. То ли захудалый удар, то ли моё амплуа сваты. Не, ну я же здорово справляюсь?       Оттого, что мы сидели плечом к плечу, Чимину не составило труда податься ближе, чтобы накалить обстановку. Я прижалась к мягкой спинке дивана, дабы сохранить приемлемую дистанцию. Как бы то ни было, а для этого животного не существовало преград, и он придвинулся впритык, оставив между нашими губами один-два сантиметра.       — Если я захочу кого-нибудь трахнуть, без вариантов это будешь ты, Мина.       Чимин застал меня врасплох. Почему он пристал как репей с первого дня? Почему сейчас не даёт прохода? Почему не дал выполнить задание с Ви? А как же девушки? Вон их сколько! А он смотрит только на меня. Он же не… Да нет, ерунда.       Я отвернулась и выпила как можно больше спиртного, чтобы отделаться от несуразных мыслишек.       — Ты составила план? — Он перескочил с темы, в честь чего я ликовала, в особенности, когда он увеличил расстояние.       — Нет, я понятия не имею, что нужно делать!       Честно, я оставила всё на произвол судьбы. Хотя горсть надежды на помощь опытного напарника и таилась где-то внутри меня, но его смену я никоим образом не рассматривала.       — Я не стану брать дело в свои руки! Сегодня исполнитель ты, так что наши жизни подчистую зависят от тебя! Как начнёшь, так всё и закончится! — Он отхлебнул ещё.       После слов Чимина я отчаянно принялась вливать в себя содержимое бутылки без остановки. Пошло всё к чёрту: задания, люди, я и моя жизнь. Я так больше не могу.       Пак ждал, как скоро я уймусь, но в дальнейшем осмыслил, что это бесполезно. Он с размаху заехал по бутылке, которая вылетела из моих рук и разбилась о пол без брызг, поскольку я успела выпить до дна. Одна из официанток, заметив этот инцидент, кинула доброжелательное «Я сейчас всё уберу» и ушла за необходимыми предметами.       — Тебе хватит, — исподлобья глянул он, продолжая пить пиво.       Я не стала закатывать сцены. Если зубы чудом уцелели, к чему тогда пустые разговоры?       — Я в дамскую комнату, — довела до сведения Чимина и оставила его одного.

***

      В уборной было комфортно находиться. Музыку еле слышно, никто не полощет мозги и не мозолит глаза, а малиновый запах мыла на руках, просачиваясь в нос, и вовсе вынуждает усладиться ароматом. Смыв жидкость под струёй воды, я высушила руки и покинула помещение.       Ступая раз за разом по звукоизолирующему и малолюдному коридору, я старалась не спешить. Возвращаться к Чимину не хотелось, как и выполнять задание. Я действительно не знала, что делать. Я не сильна в таких вещах. Подумаешь, на тренировочных заданиях научилась стрелять, и что с того? Ну приду я к этому Роберту, наставлю пушку, и что? Да его люди без указаний отстрелят мне голову раньше. Объективной возможностью на спасение был Тэхён. Не взирая на наши перебранки, я бы заключила временное перемирие и руководствовалась бы его указаниям. Процент успеха был бы выше, возьмись за это он, а не я.       Тормознув на развилке коридоров, я опёрлась о стену. Голова ходила кругом, сообщая о перенасыщенности организма алкоголем. Чудненько, до сей поры я знать не знала, как выполнять задание, а сейчас попросту не в состоянии соображать. Из сумки доносилась раздражающая вибрация, которую я поспешила устранить. Достав телефон, взглянула на экран, высветившем «Не отвечать». Согласно надписи, я отключила телефон и бросила обратно в задний карман сумки. Накинув ручки на плечо, ступила вперёд, но посредством отрешённого самочувствия столкнулась с Паком, вышедшем из-за угла. Потерял меня?       — Наконец-то! — зыкнул он. — Что с телефоном?! — Убрал от уха свой и положил в карман.       — Разрядился, — умышленно лгу я, припав к стене. Она такая прохладная.       Моё подпившее состояние не ускользает от его прослеживающего взгляда. Он встревожен, но отдаёт все силы на то, чтобы это контролировать. Пророчу: окажись бутылка соджу под рукой, он бы беспардонно её выпил, не моргнув и глазом.       Чимин провёл рукой по волосам, будто анализируя ход вещей. Такое чувство, он подозревал о том, что я притащусь сюда без плана, поэтому разработал свой. Но, должно быть, Пак не рассчитывал на то, что я наклюкаюсь, и от этого пытался ухватиться за что-то новое, за то, что сыграет на руку нам обоим. Он такой подготовленный.       — Так, — вызвал к себе интерес, видно придумав что-то, — пообещай мне кое-что.       Что? Неподходящее время давать обещания. Мы, в общем-то, в полной заднице, если он этого ещё не понял.       Я мычу от дискомфорта в икроножных мышцах, обусловленного долгим расхождением на высоких каблуках. Мне заблагорассудилось избавиться от них поскорее, потому-то я и потянулась вниз к расстёжке. Меня качнуло от наклона, и я бы уже упала, если бы не обхватившая мою талию рука Чима.       — Приди в себя, — взывает к истокам прежнего твёрдого рассудка, но всё плачевно. Мой разум давно в отключке. Тогда он прибегает к другим мерам: — Если ты сейчас же не приведёшь себя в чувства, я тебя поцелую.       — Да обещаю! Обещаю, чёрт возьми! — Стучу кулачком ему в грудь от безвыходной ситуации, ввиду того как он омерзителен в своих приёмчиках и того, насколько превысил между нами грань. Затем, что рядом с ним заставляет чувствовать себя легкодоступной девкой, потерявшей гордость.       Не у одной меня сидел в печёнках этот разговор. Паку досаждало то, каким способом я его слушаюсь. Верно, он выбивает к себе внимание при помощи шантажа. Обжимания, поцелуи, секс — всё это, по его мнению, не должно запугивать. Он был озлоблен, разумея, что сам был виновником того, почему всё дошло до такого. И эта немилость вымещалась на мне.       — Не ори! Будь моя воля, я бы бросил тебя и убрался восвояси! Я здесь только потому, что от задания зависят дальнейшие минуты нашего существования! И ты нужна мне, чтобы всё прошло… — Вздыхает, закатывая глаза. — Проклятье, потом не смей возникать, оттого что не ведала, что пообещала!       — Что я должна делать? — стихла я. Кто-то должен был закончить этот назревающий как пузырь балаган. Покусаемся позже. К тому же, это излишне трепало нервы и начало утомлять.

***

      Мы подошли к одной из VIP комнат второго этажа клуба. Нас встретили два здоровяка и любезно впустили внутрь. Они не стали обыскивать и спрашивать свойственное охране «кто вы?» или предупреждать о том, что посторонним вход запрещён. Во всяком случае, мы отличались внешне, отчего всё прошло так гладко, даже очень. Открой они мою сумочку с оружием, обстоятельства сложились бы иначе.       — Воу, кто к нам пожаловал! Это же мои дорогие гости из Кореи! — с необычным акцентом и режущим слух иностранным языком неискренне поприветствовал нас Роберт. Он поднялся из кожаного кресла и направился к нам, чтобы создать приятное о себе впечатление. Мы знаем, какая ты шкура, мог бы и не перешагивать через себя.       Сказать по правде, я ожидала увидеть мелкого пухличка с выпячивающимися морщинами, густой бородой и неисчислимым на руках золотом, но Роберт был другим. Он выглядел моложе своего возраста на лет так пятнадцать. Тело подтянуто, очевидно, занимается собой. Хорошо заметна щетина и всего-то пару перстней на пальцах. Тёмные волосы подстрижены в стиле «Гранж», выстрижены виски, а оставленная середина уложена к верху. Кратко говоря, выглядел он ухоженно и деликатно.       — Добрый вечер! Меня зовут Ким Тэхён, — вжился в роль Чимин, протянув руку Роберту, который поспешил пожать её.       — Рад встрече! Я Роберт Лавт. У вас замечательное произношение, мистер Ким! — тонко подметил он. — А вы его партнёр по бизнесу, мадам? — Ярко-зелёные глаза переметнулись на меня и быстро оглядели внешний вид.       — Я… — попытка ответить не увенчалась успехом.       — Да, и ещё, — обгоняет меня Чимин, притянув к себе за талию. — Она моя женщина.       Я и Роберт вылупились на Пака как на редкий вид животного из Красной книги, который нам посчастливилось узреть воочию. Роберт вероятно опешил от прямоты, а я от того, как он меня назвал. «Женщина»? Мне что, за тридцать?! У меня муж и семеро детей?! Я не отношу себя ни к одному, ни к другому, тогда какого хрена?!       Я наступила Чимину на ногу, а он скривил челюсть от колкой боли и вытаращился на меня, точно бес. Да, может его план и заключался в том, чтобы я играла роль его девушки в надежде, что Роберт попадётся на крючок, но он мог бы выразиться и по-другому. Если речь зашла об этом, то основная моя задача была в том, чтобы сидеть и помалкивать, а остальное Чимин сделает сам. Просто я ещё отчасти пьяненькая, и толку от меня мало.       — Сон Мина, — представляюсь я, пока Роберт не заподозрил неладное.       — Очень приятно познакомится, Мина! Вы выглядите сногсшибательно! — Никчёмная лесть раздалась в мой адрес, из-за которой захотелось найти таз и выблеваться. На этом он не остановился. Роберт взял мою ладонь и, чуть наклонившись, оставил на ней поцелуй. Пробивалась охотка сплюнуть от мерзости, но мы надели маски. Пришлось притвориться скудоумкой. Потому-то я хихикнула и смущённо убрала руку, мельком глянув на Чимина. Меня аж передёрнуло от его палящего огня в глазах. А он не переигрывает случаем? Достаточно было токмо обозлёно взглянуть на Роберта, за то, что тот позволил себе лишнего. И то, как посмотреть. Для западных стран это обычный жест приветствия.       Я ущипнула Пака со спины. План не должен рухнуть.       Мужчина не задерживался на одном месте. Он упал обратно в роскошное кресло, схватившись за колоду карт. Ему не терпелось начать то, зачем мы все здесь собрались.       — Прошу, чувствуйте себя как дома! — объявил хозяин сия заведения.       Хах, как дома… А какой он, этот дом? Такой же тусклый и маленький, обвешанный нашими портретами, с одним только светильником над столом для азартных игр, с креслом и диваном на троих? Если да, то я предпочту не появляться дома до конца жизни.       Мы присели на диван напротив Роберта. Чимин сделал вид, что подправляет воротник рубашки, но на самом деле он нажал на прозрачную кнопку, которую внешне можно спутать с пуговицей, и тем самым включил камеру с другой стороны воротника, замаскированную так же, как и кнопка включения. Я же нырнула в сумку за деньгами, выкладывая по пачке на стол. Наконец избавлюсь от этого груза.       — В знак начала нашего сотрудничества, — отчиталась я за те 20 000 $, лежащие на столе. Увидев эту сумму в задании, я не представляла, куда её надо тратить. Чимин посчитал взятку лучшим вложением денег.       Роберт положил в руку одну пачку и, приблизив к носу, пробежался пальцем по деньгам, вобрав запах зелёных и высвободив наслаждающийся возглас. Без отвращения не взглянешь.       — Надеюсь, мы ещё долго будем сотрудничать. — Он до последнего старался изображать из себя улыбчивого и доброго мужчину, и я бы ему поверила, не осведомь меня Сэм обо всех подводных камнях. Хотя, если посмотреть иначе, есть то, что жуть как выдавало его истинную сущность. Коварный голос. Над этим ему стоит поработать.       Роберт распорядился, чтобы деньги убрали со стола. Охрана без труда открыла сейф, кроющийся за масляной картиной, и сложила в него всю сумму. Как стереотипно.       — Я бы хотел отплатить Вам той же монетой. Не желаете сыграть? Выпивка и закуски за мой счёт. — Роберт тасовал колоду карт, рассчитывая на положительный ответ.       — Тогда чего же мы ждём? — Кое-кто, в отличие от меня, точно был как дома. Чимин развалился на диване, раскинув руки вдоль его длины и растопырил ноги. Тц, тоже мне, лишь бы покрасоваться.

***

      Прошло больше часа с тех пор как они начали играть в обоюдно выбранную игру — покер. Без фишек, в самый простой. Первая партия была разминочной, по-видимому, чтобы прощупать на что каждый из них способен. Я же, в силу того, что далека от азартных игр, пыталась понять, что за чем идёт, и запомнить. Правда, во мне бурлила такая вещь как алкоголь, поэтому все усилия оказались безрезультатными. Но кое-что я запомнила, можно играть в светлую или тёмную. В первую играют все, скорее даже те, кто любит стабильность и привык проживать жизнь так, как того хочет сама жизнь. Сторонники второй — люди рискованные, привыкшие брать от этой жизни всё и готовые принять любой поворот событий. Чимин относится ко вторым.       — Ёшкин кот, — напрягается он, а его противник давит лыбу во все тридцать два зуба.       Чимин перебрал карт больше, чем просил, и из-за этого слетел на несколько очков, сровнявшись с Робертом. Но тот взял сколько надо, потому поднялся в счёте выше. Вот это и есть тот поворот, о котором я говорила.       — Темнить будешь? — Этот вопрос озвучивается часто, когда количество карт превышает пятёрку. Разрешено темнить и с меньшим числом, но риск слишком велик. Обычно так поступают когда уже нечего терять или есть что, но ты уверен, что больше чем на 60% тебе повезёт.       — Да, — отвечаю за Чимина, решив попытать удачу. Учитывая его проигрыш в разминочной партии и сейчас, покер не его сильная сторона. От невезения нужно избавляться, не то мы проиграем. — Три, — называю то количество, которое должно принести победу.       — Нет, — торопится опередить Чимин, пока карты не вскрыты. — В светлую, пять.       — Остановись! — спешу на выручку я, но предотвратить открытие карт не успеваю. Желчно вздыхаю, сверля дырку в сидящем рядом парне. — Пять?! Ты умеешь рационально мыслить?!       — Я затемню две, — между делом предупреждает Роберт. Он выставляет своему обзору карты, готовясь сделать ход.       — Не лезь не в своё дело! — Отчебучивает Чимин, продолжив игру.       — Айщ! — прыснула я и, поставив локоть на ручку дивана, опёрла о ладонь свой подбородок.       Говнюк! Не моё дело?! Да чтоб ты проиграл! Чтоб неповадно было! Ему помочь пытаются, а он вон что трактует! Бесит…       Чувствую себя маменькой на прогулке с сыночком, который ничего не смыслит в жизни, но норовит казаться крутым. А я выжидаю, пока сынуля оступиться и вкусит то жизненное дерьмо, от которого его остерегали.       Пару минут, и я слышу победный хлопок в ладоши Роберта. Говорила же…       Не стремлюсь смотреть упёртому барану в глаза. Я навострила взгляд лишь на то, как он взял бутылку пива со стола. Верно, запей свой позор.       — Итак, мы согласились играть три партии не просто так. Одна сыграна в мою пользу, значит, я вправе потребовать то, что вздумается, — Роберт радовался так, как и полагалось победителю. И что же за желание он припас?       — Мина, — позвал меня Роберт, и я с опаской посмотрела на него. Пожалуйста, скажите, что он окликнул меня бесцельно. — Станцуй для меня стриптиз.       — Что?! — невольно вырвалось вслух, как и негодующий взор Роберта, которым он буквально добивал меня. — То есть, почему я должна расплачиваться за проигрыш моего парня? — Я метнула разгневанную искру с глаз на своего бесчувственно сидящего соседа. — Это же его косяк.       — А если я скажу, что ничего не имею против? — Чимин повернулся, сломав на части запущенную в него стрелу несправедливости, и не только её. Моя сформировавшаяся в шарик частица доверия осыпалась на мелкие кусочки. Как он мог? Мы же заодно. Неужели так обременительно защитить свою девушку, пусть и не настоящую? Мне уже жаль его будущую жену.       — Ух, как же весело! — торжествующе провозгласил Роберт, подозвав одного из охранников, чтобы тот подготовил музыку и освободил место, заставленное коробками.       Ни черта не весело. То, что взбодрило бы меня прямо сейчас, так это смачный пендаль и пощёчина Чимину, которую он заслужил больше, чем прозвище цербер. Ненавижу его, адски ненавижу!       Когда заиграла подходящая музыка, а коробки больше не застилали доступ к шесту, Роберт велел мне приступать. Он развернул кресло и наполнил стакан пивом, дожидаясь моего представления. Вся эта заковыристая ситуация приводила в чувства, которые я вознамерилась притупить перед тем как взяться за самый несусветный поступок. Открыв бутылку соджу я заполнила шот ёмкостью 100 мл и выпила залпом не закусывая. Неприятная, но такая необходимая горечь проникла в мой организм и пробудила смелость пройти к месту, где и должно было начаться, по словам Роберта, всё веселье.       Расхаживая возле шеста, я считала минуты, когда крепкий напиток вдарит в голову, дабы я могла быть чуточку отвязней. Что Мина, хотела побуянить? Запомнить Америку на всю жизнь? Получай! Это твой шанс! Вытворяй чего душе угодно, тем более что соджу не заставило себя долго ждать.       Радикально погрузившись в мелодию песни, чувственные движения тела подступили сами. Я прижималась то спиной, то грудью к закреплённой от пола до потолка длинной палке, без которой в дальнейшем уже не могла представить танец. Она стала обязательным реквизитом, благодаря которому я одурманивала не только себя, но и остальных. Издевательски виляла телом, раз-другой в дразнящей манере задирала платье, истомляя присутствующих вопросом, какого же цвета моё нижнее бельё.       Роберт поманил пальцем к себе, и я нехотя послушалась. Он сказал мне развернуться, не прекращая танцевать. Я сделала так, как он диктовал (хозяин барин), а тот в то же время встал с кресла и подошёл ближе. Убрав мои волосы, он притронулся к застёжке и расстегнул платье, затем ухватился за краешки ткани на плечах и помог одежде упасть на пол. Секрет синего кружевного комплекта был разоблачён. Я поспешила отойти, но до этого Роберт шлёпнул меня по ягодице со словами: «Задай жару!» и уселся на свой обшитый кожей трон. Мне хотелось отрезать его руку за то, что он коснулся меня, отбить яйца, а позже зажарить. Похотливый бабник!       Я продолжила разгорячённый танец там, откуда начала, но на сей раз куда раскрепощённей. Урывками замечала наполненные извращёнными мыслями глаза охранников и Роберта, целиком заведённых от моих движений. Я игриво подмигивала, бесстыже облизывалась, делала всё, чтобы не сорвать наш план. А что делал Чимин? Хах, этот паршивец покорно сидел и не спускал глаз с Роберта. Почему? Потому что на блудниц не смотрят!       Я запрокинула голову, по-прежнему танцуя, а никто и не обратил внимания, как быстро я проморгала, чтобы избавиться от слёз. Хорошо было бы сбежать, забиться в какой-нибудь глухой угол и реветь благим матом от той, кем приходится быть.       После того как музыка перестала играть, Роберт уныло вздохнул. Пока всё не переросло в сущий ад, я подбежала к платью и быстренько его надела. Отныне, что в нижнем белье, что без, для меня одно определение — развратница.       — Я отойду не на долго, — отчиталась я и, прихватив сумку, пулей покинула сранную VIP комнату.       — Приступим ко второй партии, — потребовал Чимин, взяв в руки колоду карт.       Роберт развернулся к столу и выжидал, пока его гость разложит карты.       — Мистер Ким, — мужчина завладел вниманием соседа и посмотрел в свою карту. — Вам лучше выиграть эту партию, в противном случае, я заберу вашу женщину.       Роберт предвкушал хоть какой-то негатив от подставного Кима, и он его получил в виде переметнувшегося с карты на подстрекателя лихой взгляд.       — Это то, на что мы играем, — завёлся Роберт, и оба игрока вскрыли карты.

***

      POV Jimin       Я ошивался в коридоре, заглядывая в один за другим попадавшихся по пути женских туалетов. Где эта чокнутая девка? Мы уже успели отыграть вторую партию, а она так и не явилась. По-любому расстроилась из-за того, что пришлось вилять перед всеми своей прекрасной попкой. Она же вся такая правильная с чувством справедливости. Зато под градусом такое вытворила. Нет, без обмана, по причине этого я сейчас иду и курю, позволяя никотину смирять меня.       Я дал добро на пляски только чтобы похвастаться тем, какая изумительная багира рычит подо мной из ночи в ночь. Сделал ставку на её природную красоту, которую она всегда преступно прячет под одеждой. Сучка! Я не рассчитывал на то, что она отчебучит столь эротичный танец. Признаюсь, я посматривал на неё украдкой. С Миной крайне тяжело сдерживаться. А вообще, знай я изначально о том, как грязно она может орудовать своим телом, принуждал бы постоянно разогревать меня таким образом перед сексом. И это она ещё не разделась! Хотя там, не взирая ни на что, я бы не позволил дойти до такого. И да, ещё один момент… Когда Роберт притронулся к её гладкой и мягкой коже, во мне что-то вскипело. Я не знал, как с этим совладать. Бушующая гадость вынуждала выпотрошить той пиявке все кишки. Как сдержался ясно одному всевышнему.       Несмотря на происходящие невзгоды, настроение не опускалось ниже благодаря тому, что я поменялся с Тэ. Я и по сей час в неведении, что во мне сыграло, но как только Тэ сказал, что будет напарником Мины, я незамедлительно предложил поменяться. «Ты поступил правильно!» — одобрительно отозвался о себе, когда девчонка в одном белье крутилась на шесте. Лицезрей это Тэ, ставлю всё, что у меня есть, на то, что тот бы обалдел и через некоторое время не давал бы Мине проходу. Вот такой он, мой дружище.       Я обошёл все сортиры и практически сдался, если бы не всхлипы плача из раздевалки для персонала. Следовал на звук и через ряд шкафчиков в самом уголке наткнулся на беззащитное и крошечное создание. Мина сидела на полу, поджав колени, и шмыгала носом. Заприметив меня, она как метеор полезла в сумку за салфетками и первым делом вытерла нос, затем и влажные полосы от слёз.       — Этим не вернуть красоту, которой изначально не было, — я был обязан сострить, но она отказывалась реагировать.       Оставив сигарету между губ, я подхватил девчонку на руки, и понёс к стулу у окна так, как обычно жених несёт невесту. Без воплей не обошлось, но она угомонилась, когда я сел и усадил её на колено. Она попыталась встать, но я крепко обнял её рукой. Я не тот, кого она должна шугаться.       — Зачем ты пришёл? — самый бестолковый вопрос, который я услышал от неё сегодня. Не «зачем», а «за кем».       Я вобрал в лёгкие как можно больше никотина и выдохнул скопившийся дым ей в лицо. Мина скривилась, зажав нос одной рукой, а другой стала отмахивать белую пелену дымки.       — За тобой, несмышлёха, — мой голос чудовищно охрип. Последствия курения, не иначе.       — Не стоило, я не хочу тебя видеть. Ни сейчас, ни ещё когда-нибудь. Оставь меня.       Сердится. Ещё бы нет. Я же не подхожу под стандарты идеального парня. Пёс его знает, чего она себе навыдумывала, но пора бы уже спуститься с небес на грешную землю.       — Плевать на задание? — Вот так быстро перехожу к более насущному вопросу. Вести разговор о том, какой я козёл и властолюбец можно вечно.       — Да, поэтому уходи. — Она оставалась всё такой же умиротворённой и продолжала колдовать парой салфеток над своим измученным личиком, возвращая постепенно естественную миловидность.       — Не веришь слухам? — Я сделал последний затяг и бросил бычок под чей-то шкафчик. Не хватало, чтобы она начала пилить меня лекцией о вреде табачного дыма. А так хоть, не видя в поле зрения предмет для обсуждения, сосредоточится на чём-то поважнее.       — Ты сейчас о чём? — задумалась она. Вот так шутка, я полагал, что она выпытала обо мне всё у моих друзей и ненавистных, но от которых никуда не денешься, врагов.       Мина ткнула указательным пальцем мне в щёку, чтобы я отвернулся и выдохнул дым в противоположную от неё сторону. Ладушки, будь по-твоему.       — Забыла, что я делаю с теми, кто пытается сбежать? — напомнил я.       Мина обомлела, но не сразу, потребовалось немного времени, чтобы она вспомнила.       — Поверь, лучше умереть от не принятой дозы, чем от моей руки. — Я буквально бросил зажжённую спичку в бензин.       — Чего ты добиваешься?! — она перестала бояться. Наконец-то пробудилась смелость.       — Мы должны закончить начатое. Ты пообещала. — Я смотрел в её красные от долгого плача глаза, и по правде говоря, раздражало. Может она и не догадывается, но от такого колит в сердце.       Она увела глаза в сторону, потому как нечем было возразить.       — Вы успели отыграть новую партию?       — Да, и…       — В чью пользу? — оборвала она.       — Ты же сама знаешь ответ на свой вопрос, так зачем озвучиваешь? — я не мешкался. К чему воду мутить?       — Что он попросил? — конечно же, интересуется ставкой, о которой я лучше умолчу. Во всяком случае сейчас, времени в обрез.       — Ничего, что бы могло помешать нам действовать дальше, — проворно увильнул, пока она вконец меня не съела. — Слушай сюда и не смей перебивать. Ты вернёшься туда и продолжишь вместо меня. Если Роберт спросит, где я, скажешь самое заурядное, но частенько срабатывающее «Плохо себя чувствует, поэтому присоединится позже». Не вздумай отнекиваться, ведь ты и сама видела, как я отвратителен в играх. Вся надежда на успех задания зависит от тебя. Вынуди его поставить всё до единой воны на кон. Сама же поставь это. — Я достал из внутреннего кармана расстёгнутого пиджака конверт.       — Что это? — Её тонкие пальчики выхватили вещицу, которой она вертела возле лица.       — Документ о передаче нашего поддельного бизнеса в Южной Корее. Вскроешь перед ним конверт и убедишь в том, что безотговорочно подпишешь, если проиграешь, что смерть как нежелательно.       Я поднялся, и она тоже. Едва сделав шаг, Мина резво ухватила меня за низ пиджака.       — Чем ты будешь занят на самом деле?       Посвящать её во все свои планы я не хотел. Хватит с неё на сегодня. Самое кропотливое и требующее меньшей огласки я перевалил на себя. Осталось только заставить Мину терпеть Роберта до конца. И в моих руках была самая безумная мотивация:       — Мина, что бы не сказал Роберт, ставь в противовес то, что я тебе сейчас скажу…       Я поместил между ладоней её маленькую ручку, которой она удерживала меня за пиджак, и собрался с духом, чтобы изречь то, что никогда не говорил всем тем шмарам, жившим здесь до неё…