Ещё одно приключение.

Гермиона раздраженно передернула плечами, пробираясь через толпу гомонящих студентов. С Рождественских каникул прошло уже около месяца, ученики успели втянуться в учебный процесс и больше не напоминали сонных мух в первой половине дня. Перерыв между утренними занятиями был довольно долгим – около получаса, поэтому юные волшебники не спешили расходиться по классам, предпочитая болтаться в коридорах. Они повторяли пройденный материал, готовились к предстоящему тесту или дописывали недоделанное прошлым вечером домашнее задание, но в основном студенты, конечно же, сплетничали. Впервые отправляясь в Хогвартс, Гермиона – одиннадцатилетняя наивная, но смышлёная девочка – несомненно, понимала, что в закрытой школе для юных волшебников будут сплетники. Учась в магловской школе, Грейнджер не раз сталкивалась с ними – обычно это были несколько задирающих нос девчонок, распускающих обидные слухи о ком-то из одноклассников. Гермиона ожидала, что у волшебников будет что-то схожее – группа неприятных волшебниц, словам которых будут верить лишь самые наивные и глупые младшекурсники. Но то, что ждало ее в стенах древнего замка, резко отличалось от ее ожиданий. В Хогвартсе сплетничали все. Ученики, от мала до велика, профессора, приведения и даже портреты – все обитатели древнего замка любили посудачить о том, что происходило в его стенах. Скрыть что-либо было практически невозможно – если ты лишь словом обмолвишься о чем-то любопытном в Большом Зале, то через час об этом будет знать весь факультет, а через три – весь замок. Слухи распространялись быстро, словно пожар, обрастая все новыми и новыми подробностями с каждым часом, становясь все более и более нереальными, пока не находилось что-то более интересное и прошлый слух сам собой не забывался. Будучи лучшей подругой Гарри Поттера (о котором слухи не утихали с первого дня его пребывание в школе Чародейства и Волшебства), Гермиона и сама зачастую становилась предметом обсуждения, что поначалу выводило ее из себя, но спустя некоторое время она смирилась. Остановить распространение сплетен было невозможно, и все попытки оканчивались тем, что рассказ обрастал еще большем количеством совершенно смешных и нереальных подробностей. Повзрослевшая девушка лишь вздыхала, недовольно качала головой и изо всех сил старалась не обращать внимания на перешептывающихся студентов. В этом году слухи ходили по коридорам Хогвартса самые разные – начиная с того, с кем встречается та симпатичная волшебница с Ровенкло и заканчивая совершенно невероятными рассказами о том, что профессор Макгонагалл, превращаясь в кошку, специально грызет эссе учеников по чарам, чтобы насолить Флитвику. (Что такого сделал Флитвик и почему надкусанные эссе казались Макгонагалл хорошей местью, история умалчивает). Среди прочего говорили и о Гарри – победители Темного Лорда, упоминали Рона и судачили о Гермионе, но без особого энтузиазма – ничего скандального троица не делала, а их подвиги с удовольствие обсуждали только младшие ученики. Юные волшебники перешептывались и о Невилле с Джинни, рассказывая истории о «темном» годе в Хогвартсе и роли старших студентов в сопротивлении Пожирателям Смерти. Но главной темой для обсуждения этого года стал Перси Джексон. Студенты с энтузиазмом распускали слухи о загадочном юноше, приехавшим из-за океана. Симпатичные волшебницы судачили о красоте Перси, гадали, кем является его таинственная девушка, и строили планы по тому, как заставить его сходить с одной из них на свидание. Юношей же внешние качества Джексона заботили мало – им было куда интереснее узнать откуда он приехал и чем занимался до этого. Профессора, в свою очередь, говорили об успехах (а скорее отсутствие таковых) в учебе нового студента, его лени и нежелании заниматься. Но после Рождественских каникул все изменилось. Гермиона очень хорошо помнила тот знаменательный завтрак, когда Дин принес старую пожелтевшую вырезку из газеты, со статьей о похищении Перси Джексона. Черноволосый юноша резко побледнел, увидев небольшую заметку. - Тебя правда похитили, когда тебе было двенадцать? – спросила тогда незнакомая Гермионе светленькая волшебница. Ее зеленые глаза сияли лихорадочным, заинтересованным огнем, а в голосе звучали нетерпеливые нотки. - Ага, - кивнул ей в ответ Перси, закусывая губу. Его глаза тревожно сверкнули, он передернул плечами, оглянулся и, пробормотав что-то неясное, поспешил ретироваться. Невилл, успевший прочитать коротенькую статью, недовольно цокнул языком, и быстрым шагом отправился за Перси. Статья была небольшой – большую часть вырезки занимала яркая, будто нетронутая временем, фотография. На ней было изображено трое детей, с разной степени недовольством на лицах. Гермиона с удивлением узнала в них уже знакомую ей троицу, помолодевшую лет на пять. Перси – щуплый пацан в рыжей футболке, Гроувер – мальчишка в странной шапке, опирающийся на костыль и Аннабет – подтянутая девчонка, самая высокая из них троих, одетая в мятую футболку и рваные джинсы. Дети выглядели довольно потрепанно – на футболках сияли грязные пятна, волосы у всех троих были растрепаны и больше напоминали вороньи гнезда, а на лицах красовалось несколько царапин. Гермиона с интересом перевела взгляд на заметку. Текст статьи читался сложно – буквы выцвели и были еле видны на пожелтевшей бумаге, но тем не менее девушка довольно быстро разобрала написанное. «…По недавно полученным данным, Перси Джексон – двенадцатилетний юноша, который, как считалось, был ответственен за похищение собственной матери, сам оказался жертвой похитителя. Он и двое его друзей были похищены несколько недель назад и находятся в руках злоумышленников по сей день. Как нам уже известно, дети были замечены в нескольких штатах, по некоторым данным, они двигались на запад. Цель похитителей остается загадкой. О местоположении Салли Джексон, матери Перси Джексона, все еще ничего не известно.» - гласила статья. Гермиона удивленно вздохнула и огляделась, понимая, какие пойдут слухи. Светленькая девушка уже шепталась с пятикурсниками с Ровенкло, те слушали ее с широко распахнутыми глазами. Остальные студенты Хогвартса, да и профессора тоже, выглядели заинтересованно, а самые храбрые уже подходили к ним, чтобы узнать подробности. К концу дня о статье судачил весь замок. Обсуждение небольшой заметки, вырезанной из номера Нью-Йорк Таймс пятилетней давности, не затихало около двух недель. Студенты рассказывали и пересказывали друг другу прочитанное, строили теории и гипотезы, придумывая все более и более невероятные варианты развития событий. Самым популярным в эти недели был Дин, который знаменитую статью и откапал. Темнокожий юноша с упоением рассказывал всем, кто хотел слушать, о том, как он пару лет назад смотрел мировые новости по телевизору (большинству волшебников приходилось объяснять, что такое телевизор, но Дина это явно не расстраивало) и увидел сюжет о похищении мальчика. Он мало что помнил с того дня, но по неизвестным ему причинам запомнил имя – Перси Джексон. Дину потребовались все каникулы и целая пачка устаревших журналов, чтобы найти хоть какое-то упоминание о том происшествии, но он справился. Гермиона, слушавшая рассказ однокурсника пятый раз за два дня, была готова рвать на себе волосы. Гарри был с ней солидарен, хотя Грейнджер прекрасно видела в его глазах, что он рад тому, что на этот раз темой для сплетен стал не он. Рон же был заинтересован во всем происходившем. Рыжеволосый юноша перечитал статью около трех раз, пытаясь найти что-то, что можно было бы привязать к уже известным ему странностям, окружающим Перси Джексона, но к адекватному выводу так и не пришел. Факт того, что юного Перси похитили в возрасте двенадцати лет, никак не объяснял остальные аномалии, замеченные за ним. Гермиона не была уверена, что Уизли сможет что-то откопать, но не могла не признать, что тема казалась ей любопытной. - Я слышала, что на самом деле похитителей было намного больше, но Перси справился с ними голыми руками! – прошептала высокая темноволосая волшебница, чуть прикрыв глаза, на что получила несколько томных вздохов от своих подружек. Гермиона поморщилась, проходя мимо них. К концу второй недели, когда, кажется, каждый обитатель Хогвартса знал злополучную статью наизусть, какому-то маглорожденному, учившемуся на Хаффлпаффе, пришла довольно крупная посылка. Смуглый темненький мальчишка, обучающийся, насколько было известно Гермионе, на третьем курсе, стремительно распаковал ее, вытаскивая из картонной коробки газеты. Разнообразные американские журналы пятилетней давности, в каждом из которых хотя бы вскользь упоминали юного Перси, разошлись по рукам любопытных волшебников, стоило только смекалистому мальчишке шепнуть, что в них находилось. Сплетни возобновились с новой силой, статьи читались и перечитывались, а Перси был похоже готов сбежать из Хогвартса. Гермионе было даже жаль Джексона. На черноволосого юношу сыпалось тысячи вопросов, студенты, до этого даже не здоровавшиеся с ним, подходили к нему каждый день, надеясь познакомиться, подружиться и разузнать побольше. И если в первые две недели было более-менее терпимо – Перси дал понять, что не собирается ничего комментировать еще в первый день, и в основном от него отстали – то в последующие три Перси готов был выть. Гермиона не раз видела его усталый, недовольный взгляд, когда очередная девушка подходила к нему, чтобы услышать «знаменитую историю, как ты отобрал у своего похитителя ту магловскую дудку и устроил с ним перестрелку» от ее непосредственного участника. Джексон упорно молчал, отказываясь давать какие-либо комментарии, и держался Невилла. Лонгботтом, которому, несомненно, было что-то известно, тоже молчал, кидая на сплетников мрачные взгляды. Гермиона, убрав в сумку тяжелый том по чарам, незаметно скользнула в один из секретных проходов за висевшим на стене гобеленом. Неторопливо поднимаясь по темным, пыльным ступеням, девушка качнула головой, признавая, что ей тоже невероятно интересна история Перси Джексона. Черноволосый юноша был загадкой. Его почти незаметные шрамы, необычная татуировка на руке (увидев ее одним утром во время каникул, девушка задумчиво нахмурилась – тату казалась ей знакомой, но она не могла понять почему), странные, но очень преданные друзья и похищение, о котором судачили все, кому не лень, – все это было чем-то таинственным, не складывающемся в целую историю. Не стоит забывать и тот случай с нападением собаки в Хогсмите. Воспоминания девушки о том происшествии были довольно расплывчаты, туманны, неясны – она помнила огромного черного пса, его злые и почему-то красные глаза. Ведь у собак не бывает красных глаз, не так ли? Или бывают? Гермиона не знала. Временами ей снились сны – ей снилось, что собака была не просто большой, а огромной, размером с небольшой автобус. Ей снились бешеные алые глаза, острые, как бритвы, желтоватые зубы и оглушающий рев, напоминающий рев разъяренного дракона. Ей снилось, что Перси не отогнал обезумевшую собаку крупной дубовой палкой, а заколол чудовищного монстра длинным, сверкающим в полумраке бронзовым мечом. Ей снился страшный, опасный, мрачный взгляд зеленых, словно глубины океана, глаз. Она просыпалась, тяжело дыша, после этих снов и не засыпала обратно, неподвижно лежа в кровати и гадая, что все это значит. А ведь Невилл что-то знал! Гермиона не раз видела, как два парня приглушенно что-то обсуждают в пустых классах Хогвартса. Они говорили тихо, чуть громче шепота и умолкали всякий раз, как замечали кого-то постороннего. На все вопросы о предмете их обсуждениями оба упорно молчали. Невилл всегда выглядел несколько нервозно, но решительно, а Перси казался спокойным и незаинтересованным. Грейнджер, пару раз наткнувшись на совещающихся парней, поспешила поделится своими наблюдениями с Роном и Гарри, но никто из них троих так и не смог подслушать, о чем говорят Невилл и Перси. - Кажется, это началось еще на каникулах, - пробормотала девушка, вспоминая, как Перси, Аннабет, Гроувер и Невилл обменивались странными взглядами. Гермиона едва заметно нахмурилась, чуть отодвигая старый запылившейся гобелен и выглядывая в коридор. Убедившись, что ее никто не видит, Грейнджер стремительно выскочила из тайного прохода, оказываясь в просторном светлом коридоре. Было пусто – на этом этаже находился только кабинет Нумерологии, поэтому учеников тут всегда было мало. - Грейнджер! Вот ты где! – со стороны лестницы появился Эрни Макмиллан. Долговязый Пуффендуец направлялся к ней быстрым шагом – его светлые волосы чуть растрепались, а на щеках проступали розоватые пятна. – По всей школе ищу тебя. - Эрни? Что-то случилось? – Гермиона нахмурилась, тревожно перехватив сумку. - Макгонагалл хотела поговорить с нами, - ответил ей юноша, тяжело дыша. – Завтра. Будем обсуждать новое расписание обходов. - Новое расписание? - Ага, вот твое, - Эрни извиняющееся улыбнулся, протягивая ей пергамент. – Должен был отдать раньше, но не мог найти тебя. - Спасибо, - пробормотала в ответ девушка, гадая почему Макгонагалл сама не отдала его ей. Решив, ознакомится с ним позже, Гермиона спрятала пергамент в сумку. – Она не сказала, почему меняется расписание? - Сказала, что объяснит все завтра, - пожал плечами Эрни и легкой походкой направился к кабинету. Гермиона кинула мимолетный взгляд на наручные часы, убеждаясь, что до начала занятия осталось всего ничего, и поспешила присоединиться к юноше. Смена расписания обходов было событием достаточно редким, да и тот факт, что новое расписание разрабатывалось без участия старост, был необычен. Грейнджер уже собиралась сказать что-то по этому поводу, но Эрни вдруг добавил, - Думаю, она делает это, потому что боится повторения нашего второго курса. - Второго курса? Почему? – Гермиона удивленно хлопнула ресницами, не совсем понимая, как история с Василиском связана с текущим учебным годом. С чего бы Макгонагалл боятся повторения появления в Хогвартсе наследника Слизерина? Василиск же мертв, как и Волан-де-Морт, разбудивший смертоносную змею. - Разве это не очевидно? – с легкой насмешкой ответил ей Эрни, махнув рукой появившейся в конце коридора Ханне Аббот. Кареглазая блондинка улыбнулась в ответ, стремительно направляясь к ним. - Ты же не имеешь в виду… - произнесла Гермиона, вдруг понимая, о чем говорит юноша. – Ты думаешь, Макгонагалл боится того, что вся эта чертовщина, происходящая в Министерстве, доберется до Хогвартса? - Это имеет смысл, - кивнул Эрни, - но это лишь мои догадки. Даже если они верны, Макгонагалл никогда не скажет нам об этом. Паника никому не нужна. Гермиона понимающе качнула головой. Если кто-то из учеников (или, не дай Мерлин, их родителей) прознает, что профессор считает, что в Хогвартсе не безопасно, паника поднимется нешуточная. Конечно, нельзя было сказать, что Хогвартс всегда был полностью безопасным – все-таки Волан-де-Морт нападал на знаменитую школу не раз за последний десяток лет, не говоря про то, что весь прошлый год школой заправляли его приспешники. Но война закончилась, Темный Лорд был убит, а Пожиратели Смерти либо мертвы, либо пойманы, либо бегут. Хогвартс вновь позиционировал себя, как одно из самых безопасных мест Магической Британии, а значит студентам ничего не должно угрожать. Но если Макгонагалл боится, что странные нападения могут начаться в стенах старого замка… - Что обсуждают наши ответственные старосты эти замечательным утром? – звонкий голос Ханны заставил Гермиону вынырнуть из своих мыслей. Светловолосая девушка загадочно улыбалась, а ее светло-карие глаза сверкали золотом. - Ничего особенного, Ханн, - отмахнулся Эрни, собираясь уткнутся носом в учебник по Трансфигурации. Гермиона неопределенно пожала плечами, предпочитая ничего не добавлять. - Вы не поверите, что рассказала мне Рози Лидворд! – проговорила Ханна, немного понизив голос. Грейнджер прекрасно знала, кто такая Рози – черноволосая, голубоглазая пятикурсница с Гриффиндора была отъявленной сплетницей, придумывающая половину рассказав прямо на ходу. Гермиона словам Розы не доверяла, Ханна же явно придерживалась другого мнения, с удовольствием слушая россказни младшей девушки. Гермиона скептически взглянула на невысокую блондинку, которой не терпелось поделиться очередной сплетней. - И что же? – спросил Эрни, впрочем, тоже не особо заинтересованно. Глаза Ханны загорелись. - Она сказала, что Джексон хранит у себя магловское оружие! – воодушевленно поведала им девушка. - Оружие? Вроде меча? – спросила Гермиона, вытаращившись на светленькую Ханну. Та удивленно хлопнула ресницами, не ожидая такого вопроса. Грейнджер тоже не знала, почему задала именно его. Почему она спросила про меч? Из-за своих кошмаров? - Думаю, Ханна имеет в виду пистолет, который Джексон отобрал у своего похитителя, - произнес Эрни, странно поглядывая на Гермиону. – Но это полный бред. Мы бы знали, если бы он привез в Хогвартс пистолет. Ты общаешься с ним, Гермиона, не так ли? - Ага, - кивнула густоволосая ведьма, чуть краснея. – У него точно нет пистолета. - Видишь, Ханн, - Эрни взглянул на светловолосую девушку снисходительным, чуть высокомерным взглядом. На его губах появилась легкая ухмылка, - Ты же знаешь, что Рози та еще сказочница. - Ты, конечно, прав, Эрнс. И не смотри на меня таким взглядом, я прекрасно знаю, что большая часть сплетен о Джексоне – выдумки! Но эта звучала так захватывающе… - вздохнула Ханна, немного надувшись. Она выглядела на пару лет моложе, чем была на самом деле, отметила Гермиона. Ее светлые кудри были собраны в аккуратную прическу, на круглом личике розовел румянец, а в глазах плясали озорные огоньки. И не скажешь, что несколько месяцев назад она самоотверженно сражалась против темных магов. - Кстати, Герми! – девушка резко повернулась к вновь потерявшейся в своих мыслях Гермионе. Грейнджер с некоторой опаской взглянула на Ханну, непроизвольно кривясь из-за того, как однокурсница исковеркала ее имя. – Почему ты спросила про меч? - Эм… просто, - промямлила Гермиона, чуть растерявшись – она надеялась, что про ее странный вопрос уже забыли. – Просто в голову пришло… - Знаешь, ты, наверное, права. Джексон неплохо бы смотрелся с мечом, - поделилась своими мыслями Ханна, не обращая никакого внимания на прозвеневший колокол. Эрни, явно недовольный тем, в какую сторону ушел разговор, что-то проворчал и, перевесив школьную сумку на другое плечо, пошел к классу. Девушка по инерции последовала за ним, не переставая говорить мечтательным, задумчивым тоном, - Он был стал походить на какого-нибудь римского легионера. Только доспехи бы надел и… После этого Гермиона перестала слушать воодушевленное щебетание блондинки – ее мысли завертелись. Римский легионер… Древний Рим… Татуировка… Девушка судорожно вздохнула, тяжело плюхаясь на свою парту в классе Нумерологии. Эрни, сидящий справа, послал ей подозрительный взгляд. Ханна продолжала о чем-то бездумно болтать, обращаясь уже не к ней, а к своей подружке с Ровенкло, которая буквально минуту назад вбежала в кабинет. Профессора Вектор еще не было. Гермиона не обращала ни на что внимание, полностью погрузившись в свои мысли. Она наконец-то поняла, что напоминала ей татуировка Перси. Ни трезубец, ни линии все еще не имели смысла, но буквы… S.P.Q.R. – это же символика Древнего Рима, не так ли? Точнее римских воинов. Это какая-то аббревиатура, если Гермиона правильно помнила. Густоволосая ведьма нахмурилась, пытаясь вспомнить все, что она знала о Древнем Риме, но в голову, как назло, ничего не лезло. - Доброе утро, дети! – профессор Вектор, одетая в яркую мантию сливового цвета, влетела в кабинет. Дверь за ней закрылась с громким хлопком, привлекая внимание всех собравшихся. Гермиона встряхнула головой, решая, что о Древнем Риме она почитает позже – вечером в библиотеке. Библиотека Хогвартса встретила Гермиону приятной тишиной. В помещение, заставленном высокими деревянными книжными шкафами, было довольно душно. В воздухе висел особый запах – пахло бумагой, чернилами и временем. На лице девушки расцвела мягкая улыбка. Гермиона неторопливо прошлась вдоль книжных полок, рассматривая корешки разнообразных книг. Библиотека Хогвартса была настоящим кладезем знаний – тут можно было найти книги на абсолютно любую тему. Увесистые тома по продвинутой теории Трансфигурации, учебные пособия по чарам, сборники редких зелий, брошюры с наиболее полезными бытовыми заклинаниями, тяжелые сборники магических растений и фолианты по истории – множество аккуратно расставленных книг пылились на полках в ожидании, когда кто-то из учеников заинтересуется ими. Мадам Пинс – строгая библиотекарша, чем-то напоминающая голодного стервятника – с особым трепетом относилась к древним книгам, тщательно следя за их чистотой. - Ищите что-то определенное, мисс Грейнджер? – внезапно поинтересовалась женщина, выплывая из-за высокого стеллажа. Гермиона, не слышавшая приближения библиотекарши, подпрыгнула от неожиданности, вскидывая палочку. Мадам Пинс вопросительно посмотрела на нее, ее губы скривились. Гермиона, видя недовольный взгляд женщины, поспешила опустить палочку, проклиная свою нервозность. «И как она смогла подкрасться? У нее же всегда скрипели туфли!» - пронеслось в голове у темноволосой ведьмы. - Я бы хотела почитать что-нибудь про Древний Рим, - ответила Гермиона женщине, посылая ей невинную улыбку. Видя неизменившееся выражение лица мадам Пинс, девушка поспешила добавить, - Для личного проекта. - Вам к тринадцатому стеллажу, мисс Грейнжер, - сухо ответила ей женщина. - Спасибо, мадам Пинс, - поблагодарила девушка библиотекаршу, разворачиваясь в нужном направлении. Книги по Древнему Риму нашлись быстро. Несколько тяжелых, старинных фолиантов по истории древности, римской цивилизации и связи волшебного мира с магловским во времена правления римских императоров вскоре перекачивали на ближайший круглый столик в читальном зале. Гермиона, устроившись поудобнее на жестком деревянном стуле, потянулась к первой книге. Серебристые буквы, ярко выделяющиеся на темно-фиолетовом фоне, притягивая взгляд. Гермиона аккуратно открыла небольшой томик, погружаясь в чтение. Книга оказалась не совсем о том, о чем надеялась узнать Гермиона. Вместо истории Древнего Рима, древнеримских легионеров и символики автор повествовал о влиянии культуры римлян на современное общество. Тем не менее, книга оказалась достаточно интересной, поэтому Грейнджер решила ознакомиться с ней, прежде чем переходить к другим сборникам. - Гермиона! – низкий голос Рона прозвучал, словно гром среди ясного неба, разрушая хрупкую тишину библиотеки. Девушка подняла взгляд от книги, едва заметно морщась – шея ныла, а нога затекла от долгого сидения в одной позе. С того момента, как она пришла в библиотеку, прошло пара часов. Рон стремительно направлялся к ней. Его лицо было красным, волосы были взъерошены, а голубые глаза сверкали. Одетый в грязную, мятую форму для квиддича, он совершенно не вписывался в окружающую обстановку. За ним едва ли не бежал Гарри. Такой же красный, потный и встрепанный, он походил на взъерошенного воробья, нацепившего очки-велосипеды. - Что вы здесь делаете? У вас же тренировка, – проговорила девушка, поднимаясь из-за стола. Она поспешно собрала разложенные на столе книги, понимая, что мадам Пинс выгонит их из библиотеки с минуты на минуту. - Тренировка уже закончилась, - объяснил рыжеволосый волшебник, говоря все также громко. – Мы с Гарри узнали кое-что важное… - Я вынуждена попросить вас, обсудить ваши важные дела вне стен библиотеки, мистер Уизли, - прошипела мадам Пинс, коршуном смотря на всклокоченных парней. Рон ощетинился и хотел было сказать что-то нелицеприятное строгой библиотекарше, но не успел – Гермиона схватила его за локоть, утягивая в сторону выхода. - Извините за беспокойство, мадам Пинс, - пробормотал Гарри, выскакивая из душного помещения вслед за друзьями. - Что случилось? – требовательно произнесла девушка, когда тройка ребят добралась до первого этажа. Опускался вечер, в коридорах старинного замка царил полумрак. Учеников было мало – большинство уже отправились в общие гостиные, лишь немногие все еще бродили по холодным помещениям Хогвартса. - Мы смогли подслушать разговор Перси и Невилла, - ответил ей Гарри, опираясь на каменный подоконник. Он выглядел довольно утомленным, отметила Грейнджер. Плечи юноши были опущены, лицо едва заметно осунулось, а в глазах плясали искры усталости. - Вы смогли подслушать их разговор? – неверующе переспросила Гермиона, тревожно оглядываясь – не хотелось бы, чтобы их разговор тоже подслушали. Коридор был пуст. Портретов в этой части замка почти не было, что не могло не радовать. – Как? - Случайно, если честно, - признался Рон, проводя рукой по огненной шевелюре. – Мы мимо проходили, с тренировки шли. А они нас не заметили. - Да и услышали мы всего ничего, - продолжил Гарри, поправляя сползшие на нос очки. – Так, пара фраз. - И? – поторопила юношей девушка, нервозно закусив губу. Она надеялась, что то, что удалось услышать ребятам, даст хоть какое-то объяснения загадкам, окружающим Перси. - Они что-то ищут, - проговорил Рон, убирая руки в карманы. Его голубые, напоминающие Гермионе ясное летнее небо глаза сияли интересом. – Скорее Перси что-то ищет, а Невилл ему помогает. - Но что? Что они могут искать? – задумчиво спросила Гермиона, заправляя выбившуюся из прически прядь волос за ухо. Она вопросительно поглядела на мальчишек перед собой, но на лицах юношей девушка увидела ту же растерянность, озадаченность, что чувствовала сама. - Что-то, связанное с семьей Перси, - ответил ей Гарри, пожав плечами. В его голосе звучали нотки смятения, озадаченности, недоумения, но изумрудные глаза сверкнули решимостью за стеклами очков, - Но это не главное. Их поиски как-то связаны со змеями. - И Невилл упомянул Тайную Комнату, - добавил Рон, понизив голос. Он нервозно передернул плечами, в его глазах плясали тревожные огоньки. Гермиона ошарашенно распахнула глаза, ее сердце забилось быстрее. Змеи? Тайная Комната? Девушке резко вспомнился ее утренний разговор с Эрни Макмиланном. Ведь он говорил о чем-то похожем, не так ли? О том, что Макгонагалл боится, что необычные нападения, происходящие в Министерстве, начнут происходить в Хогвартсе. И Эрни сравнил их с тем, что происходило в школе на их втором курсе, когда Тайная комната была открыта. А теперь оказывается, что Перси и Невилл обсуждали ее и змей… - Василиск мертв, - твердо произнесла Гермиона, беспокойно вглядываясь в озабоченные лица друзей. – Как и наследник Слизерина. Наверняка, есть какая-то адекватная причина… Договорить Гермионе не дал пронзительный крик, пронёсшийся по пустынным коридорам замка. Громкий, испуганный, леденящий душу визг зазвенел в ушах молодых людей. Ребята переглянулись, резко вытаскивая палочки. - Думаю, кричал кто-то у теплиц, - бросил Гарри, срываясь с места. Гермиона и Рон не отставали. Выскочив на улицу, тройка друзей кинулась к теплицам. Было темно, лишь серебристые сугробы поблескивали в холодном свете полумесяца. Ледяной, пробирающий до костей ветер гулял по двору, поднимая в воздух одинокие снежинки. Небо было темно-синим, будто бархатным, звезды сияли на нем маленькими искорками. Запретный лес чернел вдали. Февральская ночь была поистине холодной – температура опустилась до рекордно низкой отметки, но ни Гермиона, ни Рон с Гарри не чувствовали холода. Они неслись изо всех сил в сторону теплиц профессора Спраут, готовые вступить в бой с тем, что ждало их там. Воображение ребят рисовало самые страшные сценарии, но, пожалуй, никому из них и в голову не пришло то, что они увидели, остановившись перед стеклянными строениями. Одна из теплиц, самая первая, где обычно занимались первокурсники, была полностью черной. За стеклами теплицы будто не было ничего – черно-фиолетовая пустота, полный вакуум без намека на свет. Темнота, клубившееся внутри, наводила ужас. Гарри застыл на месте, не в силах отвести взгляд от клубящийся за стеклами тьмы – он резко побледнел, в его зеленых глазах промелькнули огоньки страха. Он вдруг стал похож на восковую статую – безжизненную и неподвижную. Рон, оказавшийся рядом с ним, тоже глядел на фиолетово-черный туман широко распахнутыми глазами. Гермиона, остановившаяся позади них, судорожно втянула в себя обжигающе-ледяной воздух. От теплицы тянуло холодом, безысходностью, безнадежностью, унынием, отчаяньем. Что-то похожее она испытывала, когда приближались дементоры – кошмарные твари, высасывающие из человека всю радость, заставляющие его вновь и вновь переживать самое худшее, что когда-либо происходило с ним. Но сейчас эффект был намного сильнее, чем от дементоров. Словно, то, что заполонило теплицу, не просто выкачало из нее всю радость – будто оно лишило весь мир света, погрузив его в нескончаемый кошмар. Гермиона отступила на шаг, чувствуя, как мурашки бегут по ее коже. Она покрепче перехватила волшебную палочку, пытаясь не обращать внимание на бешено бьющееся сердце и трясущиеся руки. Ей было до безумия страшно – паника захватила ее, ужас сиял в ее глазах, но собрав волю в кулак, девушка отвела глаза от чернеющей пустоты теплицы. Оглядевшись, девушка увидела то, что заставило ее сердце биться еще чаще, хотя Гермиона была уверена, что такое было невозможно. У дверей лежала девочка лет двенадцати, не больше. Она была без сознания – ее лицо было бесцветным, под глазами чернели синяки, словно она не спала несколько дней подряд, а губы окрасились в неестественный, синеватый оттенок. Одетая в сероватую рубашку и темную школьную юбку, девочка лежала прямо на снегу, в ее рыжеватых волосах серебрились снежинки. Гермиона судорожно всхлипнула, увидев ее руки – кисти девочки были полностью черными, словно кто-то окунул их в краску. Она до ужаса похожа на маленькую Джинни, пронеслось в голове Гермионы, наверное, она выглядела именно так тогда, в Тайной Комнате. - Мы должны помочь ей! – прозвучал твердый, решительный голос откуда-то сзади, заставивший Гермиону избавиться от оцепенения. Девушка обернулась, встречаясь глазами с бегущим по направлению к ним Перси. Одетый в одну рубашку, да школьные брюки, он, похоже, не чувствовал холода. Его щеки были красными, зеленые глаза лихорадочно сверкали, а в темных волосах цвета вороньего крыла играл ветер. Он пронёсся мимо нее, падая на колени рядом с неподвижно лежащей девочкой. Кажется, он даже не запыхался. - Проверь, что с ними, - прокричал Перси, обращаясь, очевидно, не к ней. Спустя секунду рядом с Гермионой появился Невилл. Его волосы были всклокочены, галстук развязался и теперь напоминал красно-золотую тряпку, а в глазах горел тот же огонь, что девушка видела в Перси – его взгляд был опасным, безумным, но твердым, непоколебимым. Лонгботтом остановился прямо перед ней, повернувшись к теплице спиной – он явно избегал смотреть на нее. В руках он сжимал волшебную палочку, на ее конце горел синеватый огонек Люмоса. Юноша аккуратно тронул ее за плечо и еле слышно проговорил: - Все нормально? – его голос звучал несколько напряженно. Гермиона резко тряхнула головой, окончательно избавляясь от сковавшего ее страха, и кивнула. Сейчас были дела поважнее, чем стоять на месте, скованной ужасом, решила она. Невилл облегченно выдохнул, видя, что взгляд девушки прояснился и отошел к застывшем на месте Гарри и Рону. Они продолжали неподвижно стоять, вглядываясь в начинающую рассеиваться темноту. Гермиона кинула последний взгляд на необычайно бледных друзей и кинулась к Перси, который сосредоточенно считал пульс девочки. - Она жива, дышит, - объявил Джексон, посылая ей суровый, строгий, расчетливый взгляд. Гермиона вздрогнула, ей показалось, что она уже видела такой взгляд на лице юноши. Жесткий, мрачный, серьезный взгляд – взгляд воина. Девушка едва заметно покачала головой – сейчас не время думать о Deja-vu. - Нужно отнести ее в Больничное Крыло! – решительно объявила она, делая несколько ловких пасов палочкой в надежде разбудить ребенка. Девочка не очнулась. - И их тоже, - кивнул Перси в сторону Рона и Гарри. Черноволосый юноша подхватил девочку на руки, словно она весила меньше перышка, и повернулся к Невиллу. Гермиона тоже оторвала взгляд от белого, словно снег, лица ребенка и повернулась в сторону друзей. Черно-фиолетовая пустота в теплице исчезла без следа. Гарри судорожно оглядывался, стоя, опираясь на Невилла. Он был бледен, его губы посинели, а в изумрудных глазах плясали искорки паники. Рон сидел прямо на снегу, зажмурившись и тяжело дыша. Его огненные волосы будто потускнели, а веснушки на лице побледнели. - Что это было? – голос Невилла звучал глухо. Перси покачал головой, давая понять, что не знает. Гермиона судорожно выдохнула – она тоже не имела не малейшего понятия, что только что произошло. Но одно она знала точно – Макгонагалл была права, когда боялась, что нечто, ответственное за нападения в Министерстве, доберется до Хогвартса. А она так надеялась на спокойный учебный год.