На волне

Кадр, кадр, кадр — несколько неинтересных кадров, и ты оказываешься дома. Дома. Мимо предков проскальзываешь на второй этаж и ныряешь в свою комнату. Чем заполнить время? Займи себя чем-нибудь полезным. Музыка! — решаешь ты. Нужно прочувствовать наконец, втянуться. Непременно, но только на свежую голову. Идёшь в ванную. В душе всё как обычно. Льёт, как летний дождик — размышляешь ты. Думаешь, а не стать ли поэтом? — нихуёвые эпитеты в голову лезут. Переключаешь на прохладу. С головы до ног по телу разливается приятная свежесть, очищая от всей гадости последних часов. Что-что, а вода никогда не уйдёт из тренда. После неё выходишь весь чистенький, новенький, актуальный, а старого себя смываешь в трубу. Волосы чистые, гладкие; ещё бы не так, после всех-то возможных благ для головы: и шампуни, и бальзамы, и маски для локонов, и кондиционер. Может, как школьный предмет химия — ненужная мозгоебень, зато как средство — годнотень. Расчесываешься тщательно, убираешь расческу и… — Блять! На ней копна твоих волос. Проводишь рукой и чувствуешь себя долбаным зайцем в период линьки. В голове лишь одна крылатая фраза: что за ебаклака?! Спокойно. Ищи плюсы: зато продать можешь! Вывески вон на каждом углу. Так. Что спасает в любой жизненной ситуации? Ну же. Правильно: Ложишься на спину и надеваешь наушники, словно временно прячась в бункер. Поехали, Play! Первый трек пошёл, пробежал. Верней даже сказать — проскакал галопом, но, увы, пока не к тебе в гости. Второй. Третий. Не заходят. Больше надо, больше! Четыре, пять. Я ебал твою мать (ха-ха)! Шесть. Шлюх в моём доме не счесть (да-да)! Семь, восемь. Никогда шмалить не бросим (не-е-е)! И всё мимо. В голове хаос, сумбур, беспорядок. В нём можно разглядеть, как пушки летают, облепленные купюрами, по шлюхам палят. Косяки за рулём шикарных тачек по кругу разъезжают, по стенкам черепа. Кроссовки, цепи, сиськи. Но ничего из этого не задерживается; мозг выплёвывает, как чужеродные объекты. Ломит тебя ужасно. Уже не иголочка, а кинжал, выходящий из одного уха в другое. Хочется наушники сбросить немедленно. Но нужно перебороть. Не сдавайся. Повышаем градус, сука. Громче! Ещё, ещё! На полную! Музыка заполнила собой всё пространство. Кости черепа трещат, уже не выдерживают, как стены древней крепости, что не в силах удержать миллионную армию. Динамика растёт и растёт. Накаляется. Ту-ту-ту и… БОМ-М-М! И в этот миг вдруг становится хорошо. Тело сбрасывает накопившееся напряжение, и ты утопаешь в мягкой кровати. Лёгким бризом по телу пробегаются мурашки блаженства. Ты ощущаешь лёгкость, спокойствие. Ты уже не слышишь музыку, ты её чувствуешь. И наслаждаешься. Такого неземного кайфа ты не испытывал ещё никогда. Кажется, ты наконец проникся… С глаз срываются слезинки счастья. Протираешь ладонями лицо, смахиваешь слёзы. Вытягиваешь руки к потолку, чтобы размять, и видишь сорвавшуюся с ладони красную каплю. Приземляется на лицо. Чувствуешь липкую влагу на шее, стекающую из ушей. Приподнимаешься. И понимаешь, что подушка в крови.

***

Однозначно, продукция Apple самая лучшая в мире. Ты бы даже сказал, посланная нам богом, если бы был тупым веруном. Согласись, можно даже оглохнуть только ради того, чтобы был повод купить слуховой аппарат от Apple. Да ты уже согласен, раз пользуешься. Слышишь? И как-то даже ништячно всё обернулось. Так получилось, что ты будто возвышаешься над всеми остальными: у кого-то айфон, у кого-то ещё и айпад, да ещё и фирменные часы, но ты имеешь большее. У тебя полный набор Яблочной продукции. Пользоваться этой чудо-технологией поистине приятно. Но, конечно же, самое приятное — это распаковка: первый раз провести пальцем по девственной поверхности, вдохнуть запах новья, захлебнуться ощущением обладания. В честь возвращения в мир звуков набиваешь себе татуху. Ну а чё? Тоже ведь тема. На интимном месте — для некоей загадочности. Если и набивать что-то на обычной части тела, то только слово «банальность». Толпа по определению, знаешь ли — сброд мерзкой бездумной челяди, но толпа наблюдателей — совсем другое дело. Поэтому, в новом модном прикиде, тебе в удовольствие идти, продираться сквозь десятки потных тел. Ведь они на тебя смотрят. Они видят тебя особенно отчётливо на фоне серолицых людишек, одетых в серое тряпьё. Потенциальные ценители. И твой подиум — главная площадь любого города. Чужое внимание — улётный наркотик, твой личный. Все вокруг должны залипать на твою куртку Supreme, лицезреть майку от Хилфигера, любоваться белоснежными конверсами и поражаться твоему бунтарству в виде татуировки на заднице. Такая малость — вывалить филей, приспустив штаны — стоит того, чтобы показать миру мастерство художника. Ну не зря же набивал, правильно? Среди этой каши иногда можно выловить и интересные зёрна. Редкость, конечно, как животное из красной книги, но главное, что пока не из чёрной. Идут вон, к примеру, несколько персон различных, и всего 6 из 10-ти качественно наряжены. Что эта за йоба-боба, черт возьми? Ну кто-то хоть старается. Один парень, например, в куртёхе точь-в-точь как из «Бойцовского клуба» — тебе знакомо, сам когда-то выискивал и гуглил, но уже не актуально. Кто-то вообще в палёном шмоте: ну что за стыдоба? Неужели так сложно отличить паль от реплики? Каждый, кто шарит и уважает себя, должен уметь различать такие простые вещи. Это же основа, базовые знания, как, например, правило, что лучше купить реплику на рынке, чем оригинал ноунеймовского бренда в престижном торговом центре. Как дети малые. Кажется, некоторые вовсе ставят себе целью надругаться над понятием вкуса как таковым. Встречаются и настолько запущенные случаи, когда надета просто пустая белая футболка. Такие люди как бы намекают, что они собой представляют ничего, пшик. То ли дело у тебя: яркий и сочный принт — «COCKSUCKER». Ты, конечно, не знаешь, что оно означает, но и зачем? Главное не это. Главное, как оно выглядит. Иностранные слова давно превратились в картинку. Да и не только иностранные. Какая разница, что они значат — теперь это ярлык. Важно звучание и вид. А ведь кто-то ещё с книгами ходит, в прошлых веках живёт. Зачем? — думаешь ты. Слова там скучные, одинаковые, как серая масса. К чёрту пресную гладь! Ты на волне. На волне моды. Покорил её, подобно самому профессиональному сёрфингисту. И теперь захлестываешь ею остальных. Искрящиеся взгляды закончились. Вот уже твоя «красная дорожка» подошла к концу. К роскошному трону во дворце? Может, к бальному залу? Нет. Перед тобой отделение пластической хирургии.

***

Тату было лишь маленьким экспериментом с телом. Но, чёрт, как же это захватывает! Ты будто бы меняешь что-то в отдельном мирке. И дальше хочется менять всё больше, строить, реконструировать. Для начала — волевой подбородок, нынче такой в цене. Ну и пошло-поехало. Орлиный нос, уши с выступающим валиком, губы, широкие плечи, пресс кубиками, сочная подтянутая задница… И теперь ты красавчик. Отвратительный, искусственный, напоминающий детище Франкенштейна, но красавчик. Весь гладенький, будто прошили тебя резинками и стянули по полной. Блять, да ты будто сейчас развалишься, лопнешь, но ты — красавчик. — Молодой… человек, подождите немного, пожалуйста. Сейчас вас запишем на консультацию. — Да мне не надо компиляций никаких. Шарю уже во всей этой чепухе и так. Просто зафигарьте мне годные яйца. Подтяните бубенцы. — Боюсь, кхм, так не получится. Я вас запишу, а вы уже детали с доктором обсудите на приёме. — Да не буду я ждать, дамочка! У меня яйца как якорь свисают. Не веришь? Показать? — Так. Прекратите. Либо я вас записываю, как вам удобно, либо отходите и не задерживайте очередь. — Так, милфа, я сейчас штанцы подворочу, так ты так очешуеешь, что сразу доктора-сиськореза позовёшь… — Я сказала, либо отходите, либо я вызываю охрану, — повышает тон, сучка. Бесит, да? И не привыкнешь ведь никак к таким стервам хамоватым. В такие моменты и тело контролировать тяжело. Пот льёт, как из совокупляющегося гея. Бошка перхотится, чешется, как ужаленная. Не говоря уже о том, как сложно сдержать руку, что норовит дать прошмандовке по физиономии. Чешешься, как пёс блохастый, обеими руками башку теребишь, как вдруг замечаешь перед собой дождь из волос. Чо за нах?! Достаёшь айфон, врубаешь фронталку и видишь свой шокированный фэйс, но прежде всего слетающую с головы волосню. Как листопад, что за окном. Листья падают, листья кружатся, листья на деревья возвращаться не хотят. Самое печальное, что причёска Уиллиса уже давно вышла из моды. Ищешь расслабления, как наркоман свою закладку. Вот незадача — не взял ни одного спиннера. Дурак что ли? Безумец? Наркоману плохо. У наркомана ломка. Накачайте его вейпом, пустите спиннер внутривенно, зачитайте последние новости моды. Ну же, кто-нибудь! Пытаешься вновь достать айфон, тебя трясёт, и Яблочко падает, разбивается. Мечешься, взглядом бешеным людей отпугиваешь. Аудитория разочарована. Взор внезапно цепляется за осевой вентилятор в углу помещения. Смотри, какой классный! Гипнотизирует, манит. Новый, технологичный, передовой — испытываешь эстетический оргазм. Да ещё и как крутится быстро-быстро. Притягивает. Прокрутить бы на пальце эту штуковину… Девушка неподалеку вроде бы не хотела менять сумочку под стиль Жакоб… — раздался обрывистый истошный вопль — но ты рассудил за неё.