похорони его подо льдом

— Я забил, — радостно ревёт Тор, горделиво окидывая взглядом своих товарищей, выпрямляет широкие плечи, когда на него вешаются сразу два хоккеиста, тиская в своих медвежьих объятиях. На лице обычно угрюмого тренера он видит подобие улыбки, и его гордость за самого себя возносится до небес. Даже тренер рад его успеху. — Да ты молодец вообще, — усмехается себе под нос крепыш Стив Роджерс, ободряюще хлопая Тора по плечу уже в раздевалке. Последний только что вышел из душевой кабинки, от него пахнет свежестью и какими-то травами, какими именно — Стив не разбирает. — Даже тренер, видел, был горд за тебя. — Видел, — радуется Тор, оглядываясь по сторонам. — А что, все ушли уже? — Ты слишком долго плещешься. — Недолго, — возмущается Одинсон и закидывает за спину хоккейную сумку, выходя из раздевалки. Стив следует сразу же за ним, зачёсывая назад мокрые после душа волосы, и врезается во внезапно остановившегося товарища. — Что случилось? — Роджерс выглядывает из-за широкого плеча Тора и видит около выхода на лёд молодого человека с сумкой в руке. Тонкое вытянувшееся тело, застывшее неподвижно, будто гончая перед следом, длинные, небрежно отброшенные назад чёрные волосы — лица Стив не различает и не понимает, почему Тор так внезапно замер. — Ничего, — мотает головой Тор, поворачиваясь в сторону выхода. — У меня такое ощущение, что я его где-то видел. — Да мало ли сколько новичков на лёд выходят, — пожимает плечами Стив, не замечая, как человек болезненно вздрагивает, услышав это, и разворачивается, вызывающе вздёрнув подбородок. — Если в этом помещении и есть новички, так это ты и твой приятель, — чеканит он, прожигая Роджерса злобным взглядом изумрудно-зелёных глаз. Тор весело присвистывает, а Стив закрывает рот. Все трое слышат глухое клацанье зубов. Дома Тор тратит вечер на то, чтобы вспомнить лицо того мужчины, который кажется ему до безумия знакомым. Заваривает себе чёрный чай, хотя раньше всегда, если ему не изменяла память, пил зелёный, и удобнее устраивается перед ноутбуком с чашкой в руках. Рекламный агент? Вряд ли, но Тор помнит, что видел его на обложках журнала. Модельер? Нет, точно нет. Одинсон задумывается, тупо пялясь в мерцающий монитор, и в памяти внезапно проскальзывают отрывки  с какого-то особо запомнившегося ему выступления. Радостные крики зрителей, складывающиеся в одно имя, отблески света, человек в чёрном на льду, кружащийся в быстром танце, выделывающий невероятные пируэты, и сам Тор в роли зрителя, замерший в предвкушении и не отрывающий взгляда от изящной фигуры. Очередной сильный порыв ветра колышет занавески, и Тор хватает ртом воздух, раздражённо повернув голову к окну. Воспоминания растворяются, будто бы их никогда и не было, а лай собак на улице мешает ему ещё больше. Мужчина со стуком ставит кружку на стол, подходит к окну, чтобы закрыть его, и замирает. Невысокий фонарь рассеивает ночь, освещая небольшое пространство под собой. Проезжающие мимо машины на мгновение будто выныривают из темноты, после тут же погружаясь в неё обратно, а под фонарём застыла тонкая фигура человека с катка. Одинсон сразу узнаёт его по откинутым назад волосам, презрительно вскинутому вверх острому подбородку и пальцам, уверенно сжимающим ремень сумки. Мужчина, по-видимому, ждёт кого-то, решает Тор, одновременно с этим быстро одеваясь и хватая с полки ключи, выбегает из квартиры, запирая её, и несётся по лестнице вниз, не дождавшись лифта. Тот незнакомец всё ещё под фонарём, смотрит в телефон, чуть ли не опираясь плечом о столб, и, когда Тор подлетает к нему, тяжело выдыхая тёплый майский воздух, переводит на него взгляд, изгибая бровь. Тор мнётся, не зная, с чего начать, разглядывает лицо явно раздраженного его молчанием мужчины. Поджатые тонкие губы, насмешливо изогнутая бровь, аккуратный острый нос и зелёные глаза, чуть потемневшие от недостатка света. Именно глаза и привлекают Тора больше остального, и он бесцеремонно разглядывает их, не замечая, как тонкие крылья носа незнакомца начинают трепетать от злости, а брови сводятся на переносице. — Ты что-то хотел? — первым спрашивает он, передёргивая плечами, будто желая избавиться от надоедливого взгляда Одинсона, и Тор будто опоминается, моргает, возвращаясь в сознание, и глупо спрашивает: — Что? — А потом, слыша насмешливое хмыканье, кашляет, мотает головой и выдавливает из себя: — Я надеюсь, ты помнишь меня, я с катка, помнишь, меня с другом таким светленьким. Хочу извиниться за то, что он оскорбил тебя от незнания, он не хотел. — О, господи. — Мужчина закатывает глаза, наверняка думая что-то про идиотов, мешающих спокойно постоять на улице, но Тор перебивает его дальнейшие реплики неуклюжим взмахом руки. Незнакомец охает от боли, поднося ладонь к носу, и отворачивается, но Одинсон успевает заметить багровые проблески на чужих пальцах и холодеет от ужаса осознания того, что... — Локи! — внезапно вскрикивает хоккеист, разворачивая к себе мужчину за плечи, на что тот шипит про личное пространство и придурков, размахивающих руками словно мельницей. — Я вспомнил, Локи, Локи Лафейсон! — Умница, — саркастично хвалит его Локи, доставая свободной рукой из кармана кофты белоснежный платок, подносит его к носу, и наблюдает за тем, как ткань пропитывают алые капли крови. — Теперь я могу идти домой? — Я провожу тебя, — тут же вызывается добровольцем Тор, но оказывается остановлен категоричным холодом чужой ладони, который прекрасно ощущается через лёгкую ткань футболки. — Нет, — заявляет Локи, — ты разбил мне нос, ты орёшь моё имя на всю улицу, я тебя вообще не знаю, поэтому с тобой никуда не пойду. Надеюсь, больше не увидимся. Он гордо расправляет плечи и отворачивается, смотрит по сторонам, убеждаясь в отсутствии машин, и чуть ли не бегом пересекает проезжую часть, оставляя растерянного Тора стоять в одиночестве под внезапно замигавшим фонарём. — Я Тор, — кричит он ему вслед, на что Локи даже не оборачивается, лишь крепче стискивает сумку, растворяясь в темноте. Тор возвращается в свою квартиру внезапно уставшим и пристыженным. Он ругал себя за то, что не сдержал порыва, неуклюже взмахнув рукой и причинив новому знакомому боль, за то, что не настоял на том, чтобы проводить его до дома. Мог бы узнать побольше о его жизни, хотя Локи не казался человеком, с радостью готовым трепаться с первым встречным о своих жизненных опытах. Локи, Локи, Локи. Этим именем пестрят заголовки старых новостей в интернете, видео с его выступлениями, многочисленные интервью. Пять лет назад, четыре года назад. Самая последняя новость была опубликована четыре года назад, причём гласила она не о приятных вещах. Тор бегло пробегает взглядом по малозначащей информации и натыкается на раздел. Роковое падение, перечеркнувшее карьеру "ледяного короля". Холодеют руки. Он открывает видео и ставит локти на стол, с замиранием сердца следит за фигуристом и невольно сравнивает его катание с птичьим полётом. Так же легко, с той же грацией и так же необычно, несвойственно остальным. Тор видит, как Локи разгоняется для прыжка и понимает — сейчас. И подаётся вперёд, когда Лафейсон оступается, взлетая в воздух, кружится и неуклюже падает, оседает на лёд, скрючившись в неестественной позе, выворачивает пальцы, пытаясь подняться на ноги, но безуспешно.