Эффект бабочки

Джин с трудом отворил веки, тупо уставившись в потолок. На глаза будто кто-то нацепил гири весом в несколько кило. Сознание, точнее все, что от него осталось, мутнело не по-детски. Джин смог превозмочь и это. Смог и в себя прийти, заставил тело подняться с дивана, плед откинуть. Казалось, еще более разбитым, чем до этого сна, трудно было себя почувствовать. Казалось. Теперь он чувствовал себя так, будто его скинули с десятого этажа: конечности ломало до спазмов. Больше всего было непонятно, что его так резко вырубило. Голова гудела, руки не слушались. Все тело будто на пределе было. А потом воспоминания добили. Потом сразу картинки в голове всплывать начали: и выстрела этого, от звука которого до сих пор мурашки по коже, и Тэхена, упавшего буквально навзничь следом за этим. А после - лицо Намджуна где-то на расстоянии вытянутой руки и его слова о том, что вина, по сути-то, и не Джина вовсе. Только Джин почему-то чувствовал ее пласт так сильно, будто там и не было никакого Чимина. Будто был только он с оружием и Тэхен, стоявший напротив. Больше - ничего. Звонок телефона отозвался трелью в ушах и потемнением в глазах. Теперь только понятно стало, что его на самом деле разбудило. Тело отказывалось даже подняться, не то что отвечать на какой-либо звонок. Все на силе мысли держалось. На желании. - Да?.. - и своего голоса он даже не узнал. - Скучал по мне? - и то не Намджун был, единственного которого Ким бы хотел сейчас услышать. - Какого... - Давай без этого, Сокджин. Сон растворился. Вся сонливость ушла в тот же миг. - Я скинул адрес. Хочешь узнать, что с Намджуном... приезжай прямо сейчас. Все отказало в один-единственный момент. Все функции мозга, который только было начал работать после непродолжительного, но действенного сна. Сокджин поверхностным взглядом пробежался по смс под гудки сброшенного вызова, моментально хватая куртку и набирая Намджуна. Он выбежал на улицу, не чувствуя ног и надеясь лишь на то, что абонент был недоступен, потому что телефон Джуна сел. И сел в машину, выруливая на дорогу, словно бешеный, он именно с такими мыслями в голове. Водить все еще получалось туго. Эти проблемы меркли перед теми, что успели выстроиться воображением. Нужный дом оказался так близко к Маккао, что хотелось взвыть от несправедливости судьбы. В отдалении Джин слышал полицейские мигалки. Эти звуки не казались никоим образом странными. Так же, как не казалось странным снова стоять под прицелом. Чимин, оказался здесь же, рядом с какой-то покоцанной машиной. Джин только сейчас, кажется, понял, что "хочешь узнать что с Намджуном" от Чимина подействовало бы в любом случае. Даже если с ним все хорошо. - Прости, Джин, но мне кое-что нужно. Только сейчас стало заметно нечто другое. Надрыв чувствовался во всем: в голосе, во взгляде, в движениях, в каждом поломанном жесте Пака. Он стоял около этой машины так, будто на минном поле был, дыша с перебоями и сжимаясь от каждого движения. - Оправился после той небольшой встряски? Смотри, как быстро подорвался. Впервые вижу такое непобедимое желание защитить ближнего своего. Рука потянулась к полам куртки, за которыми был нож. Чимин предупредил и это движение, мотнув рукой с пистолетом. Та странно подрагивала. Похоже, тяжеловат сейчас для него агрегат был. И некогда пропасть, образованную из-за Тэхена, начало заволакивать пеленой гнева. - Без резких движений, Ким, - протянул тот, заставляя обе руки теперь уже опустить. Как и взгляд, злой до бесконечности. - Я бы не позвал тебя сюда, чтобы пристрелить. - Где он? - Намджун сейчас немного занят, - и сжатые кулаки Джина сразу заставили его на этом не прекращать. Чимин закатил глаза, расслабился, пистолет даже немного опустил, отводя в сторону. - Все с ним нормально. Я держу свои обещания, Ким. Ты, как никто другой, это знаешь. Только вот не смог предугадать все детали, поэтому образовались у твоего любовника некоторые проблемы. Справится. Надеюсь, что справится. Я позвонил не за этим. - Он жив? - Да. Коробило. От всего коробило. От взгляда этого, от пистолета, который уже в пол смотрел, а не на Джина. От ухмылки, ядовитой ровно настолько же, как и обычно, но всей в крови. Чимин паршиво сейчас выглядел, но и это уверенности никакой не вселяло. Раненый зверь казался еще более опасным. Чимин очень сейчас на него походил. Тепло лишь от одного внутри разливалось: это точно было рук Намджуна. Это он. Он это сделал. И гадать даже не стоило, ради чего. - Ты задержишь меня за убийство Тэхена, Сокджин, - и пистолет, прокрутив тот в руке, он протянул рукояткой к Киму. Все мысли разом пресеклись. Джин осекся, смотря на Чимина, как на восьмое чудо света. Земля и раньше из-под ног уходила. Сейчас из-под ног ушло все остальное. - Бери. Бог любит, кажется, троицу? Как насчет третьей, последней сделки? - Сделки с тобой напоминают сделки с дьяволом, урод. Чимин хмыкнул. Но пистолет все еще держал за само дуло, направляя рукоятью к Джину. В другой руке его пусто было, хоть шаром покати. Он чисто добровольно толкал оружие, без всяких но, без, казалось, дополнительных условий. Только выхвати и стреляй, больше ничего. А Джин стоял и, как дурак, казалось, думал. Либо у Пака окончательно крыша поехала, либо она катилась уже у Кима. И сейчас, в том состоянии, в котором оба пребывали, что-то более конкретное сказать было невозможно. - Я тебе навредил, Сокджин? - спокойно смотря тому в глаза, произнес он. - Да, признаю. Я лишил тебя работы? Тоже признаю. Я готов компенсировать тебе ущерб. Посадишь меня - поднимешься на несколько ступенек по карьерной лестнице, сместив всех своих нерадивых начальников. И можете пировать со своими друзьями. Я отступлю. Джин дрожащей рукой медленно за пистолетом потянулся, смотря только за Чимином. Никакого подвоха не было и здесь: тот стоял, не шевелясь, не пытаясь отодвинуться, убрать пистолет и ляпнуть что-то по поводу неудачной шутки. Он отдал оружие. А потом дернулся снова, сворачиваясь в три погибели и чуть не рыча от боли. Свободной рукой, в которой пистолета не было, он за авто ухватился. Данное Джину оружие казалось неприподъемным. - Где все-таки Намджун? - металлическим тоном спросил он. Чимин хмыкнул, осев на пол. Идти, похоже, сил у него не было. Они вообще из него вытекали в равной пропорциональности с кровью. - Жив-здоров, помогает Юнги, - отрапортовал тот, отмахнувшись. И снова поморщился, дрожа всем телом. Джин бы даже посочувствовал, если бы один вид его не вызывал лишь гремучую ненависть. - Ты бы лучше поторопился, Сокджин. - А твоя выгода тут какая? - опустившись рядом, на корточки, спросил тот. Чимин откинулся чуть назад, убирая полы кофты. На теле и места живого не было. И больно ему было до невыносимого, буквально до зубного скрежета и помутнения в глазах. Как только доехал сюда и на ногах все это время держался, сейчас говорил и не отрубился ни разу - вопрос на миллион. Джин поднял взгляд, посмотрев тому прямо в глаза. Желание стрелять отпало. Несмотря на все говно, что было. - Ты можешь помочь мне выжить, - протянул Чимин, тяжко дыша. - Мне нужен полицейский, который не прибьет меня при задержании, сославшись потом на неожиданные обстоятельства. И это ты. Потом мне окажут всю необходимую помощь. Я же должен дожить до суда, так? Поможешь мне - твоя любая просьба взамен будет выполнена, как только я встану на ноги. Я отобрал? Отдаю назад с бонусами. Только бери. И он достал телефон, откашливаясь кровью и нажимая на диктофон. Запись пошла. Джин, опустив взгляд на движущуюся полоску, поднял его на Пака. Тот в глаза ему смотрел. И, сука, улыбался. - Я, Пак Чимин, беру на себя вину за смерть Ким Тэхена, - протянул он. - Этот гондон приперся ко мне после того, как угрожал одному мне знакомому человеку. Начал переходить черту. Мы были в близких отношениях, и, кажется, он ревновал меня. Я решил избавиться от него. И знаю, где находится сейчас его тело, - Джин вздрогнул, но взгляда не отводил. - Потому что сам же его закопал. Дальше - пауза в записывании и сохранение записи. Следом - передача телефона в руки Сокджину. Все будто репетировалось заранее. - Твой ход, - прошептал он. Заляпанный в крови телефон погас после нажатия на кнопку блокировки. Джин достал свой. Держал все еще на мушке этого человека, но набирал попутно кнопки на телефоне дрожащими пальцами. Чимин наблюдал. Без даже намека на насмешку смотрел за этим, держась за собственные раны. На одном желании жить, похоже, висел. Но свое упустить намерен не был. - Нужна полиция и скорая, - произнес Джин, смотря на него, в трубку, как только на том конце провода кто-то взял телефон. - Это Ким Сокджин, сейчас не при исполнении. Я задержал Пак Чимина. А потом, обрывая сразу следом за адресом связь, подобрался ближе к тому, с раздражением смотря в помутневшие глаза. - Просьба, - прорычал он, поднимая Чимина за локоть и ставя на ноги. - Ты должен будешь мне, Пак Чимин. - Помню. Он нашел в автомобиле какую-то тряпку, вроде бы в достаточной мере чистую, и кинул в Чимина, чтобы тот держал ее у раны. Чтобы хотя бы крови было поменьше. У Пака перед глазами все плыло: то видно было. Взгляд на торс его упал. Среди всех прочих ранений было и ножевое. - Пытаешься придумать историю моего задержания? - посмеялся надрывно тот, наблюдая за тем, как его, мало того стесняясь, рассматривал Джин. - Не утруждайся. В Маккао произошла перестрелка. Я рванул оттуда, а ты, проезжая мимо, как добропорядочный бывший полицейский, полетел на помощь. Успел перехватить меня здесь. Сценарий уже прописан. - Завались уже. - Людям вообще во многом плевать на способ, главное - ебаный результат. И снова - глаза в глаза. И снова этот взгляд, пропитанный просто до основания чем-то ядовитым и скользким. И снова ухмылка, его любимая, с явным подтекстом. Джин крепко сжимал в руках оружие и наблюдал за каждым гребанным движением Пака, не спуская с него глаз. На пару секунд взыграло снова желание поднять руку и выстрелить тому промеж глаз. Телефон в кармане зазвонил раньше, чем то успело сформироваться окончательно. Звонил незнакомый номер. Видимо, Чимин побеспокоился о том, чтобы, если уж Джин и позвонил бы Наму, тот не ответил бы. - Наверное, это Намджун, - произнес Чимин, подпирая капот машины спиной. Вместе с этим из его губ вырвался стон боли. И снова его же рука, уже измазанная в крови вдоль и поперек, коснулась его же ран. Взгляд даже на пару секунд потух. - Я разбил его телефон тут в процессе... Надеялся, что позвоню раньше. Видимо, не зря. - Тебя это, видимо, по-особенному ебет. - Нет, он только тебя... - начал было тот, схлестнувшись примерно тогда же со взглядом Сокджина. И не вой бы сирен, потихоньку нараставший с приближением то ли полиции, то ли этой скорой, и Джин бы точно ему вдарил. Договорить Чимину все равно духу не хватило. Тот из него с последним словом так и вышел. - Лучше тебе продержаться, Пак, - кинул Ким, не отводя от него взгляда. - Переживаешь? - Да, именно. Первой свой нос показала скорая, въехав во двор скорости эдак на третей, чуть не сбив при этом только-только вышедшую старушку. Крюк она сделала знатный, затормозив в нескольких метрах от Джина и оставив после себя длинный черный шлейф от шин. Пистолет врачей только и напугал: они сразу остановились на пару мгновений, дернувшись, пока Сокджин, подняв обе руки, не продемонстрировал свои истинно дружелюбные намерения. Все, как и всегда, боялись почему-то не того, кого реально нужно было. Полиция показалась следом, вывернув из другого угла. С ней за спиной всем тем, кто на скорой приехал, явно стало спокойнее. На Джина все равно косились, как на единственного здесь преступника. Чимина за угрозу не воспринимали совсем. Ким прямо-таки обязан был отдать ему должное: выглядеть как жертва тот умел. - И как ты это объяснишь? - вывалившись из полицейской машины, пробасил Кан. Выглядел он странно. Побито что ли. И звонки сразу его вспомнились, и намджуново это: твои проблемы - мои. Его же начальство, смотря ему же в глаза, сейчас его же побаивалось. Джек-пот. - Как ты мог задержать... - Он виноват в смерти человека. Есть запись, на которой он в этом сознается, - смотря тому в глаза, бросил тот. Пака два мед брата подхватили только после того, как полицейские добро на это дело дали, отступив в сторону. Тогда же и уложили это побитое тело, начав быстро над тем химичить. - Эта запись у меня. Как придет в себя, он сядет. Надолго. - Ты... - и взгляд, все еще странный до невозможности, вроде бы даже с каким-то испугом, был брошен в сторону Чимина. - Это ты его так? - Я все опишу в участке. Только прежде приведу себя в порядок. Я могу это сделать? Не было в тоне Джина и намека на угрозу. Не было и попыток состроить из себя здесь босса со всеми вытекающими. Но смотря в глаза человеку напротив, он уже сомневался и в том, как он это говорил, и в том, что именно. От того он получил лишь кивок и разрешение буквально катиться на все четыре стороны. Горло сдавило уже на этом этапе. Чувствовалось здесь влияние Намджуна, так сильно ощущалась эта железная хватка, что разнести все вокруг хотелось. Не Джина здесь опасались. Но именно его предпочли не трогать вовсе. - Я буду ждать в участке, - отвесил тот, отводя взгляд и поворачиваясь в сторону Чимина. Как только не предложил своими руками рапорт написать - вопрос. И сказанные Чимином слова о нерадивых начальниках такой сразу явью стали, что блевать захотелось. - У тебя пара часов. - Да, - хмыкнув, - конечно. Двери скорой захлопнулись. Этот душераздирающий звук включился вновь, как только машина тронулась с места. Кан за это время успел пройти всего ничего - каких-то пару шагов, чтобы потом повернуться снова к Джину. Взгляд его пал на руки Кима. Те были все в крови. - Что, неужели вспомнил про оружие? - спросил тот, поднимая пистолет. Смешно было. И даже в каком-то роде грустно. От одной мысли, что именно такому человеку Джин подчинялся раньше. - Я вроде как извинился перед тобой, - произнес он. - Знаешь, Паку было реально сложно отказать. Такое бывает. И как только с Намджуном у тебя отношения будут дышать наладан, ты поймешь, о чем я говорю. Все до одного-единственного раза, Сокджин. Джин подошел сам. Выхватил пакетик, в который аккуратно положил пистолет, что все это время держал в руках, и протянул Кану в руки, смотря при этом чисто в его глаза. Не было никакой разницы, что тот о нем думал. И что представлял себе после того, как Намджун заявился на его порог. Джин сам не представлял, что там было. Одно понимал: обидно было человеку, стоявшему напротив. Потому что, кажется, нагнули его знатно. - Конечно, такое бывает, - выплюнул он тому в рожу, чувствуя все же некоторое моральное удовлетворение. - Когда принципов нет от слова совсем - и не такое случается. Тот явно хотел на это ответить. В своем духе высказать что-то на манер начальника. Но и тут предпочел промолчать, отвернуться и проследовать к автомобилю, припаркованному у тротуара. В спину Джин все равно смотрел ему недолго. Не было на это времени. Взгляд пал снова на окровавленные руки. Потом на асфальт. Только потом образ Намджуна в голове всплыл. Ощущая лишь странную усталость по всему телу, только-только расслабившемуся, казалось, после всего этого пласта проблем, Джин достал телефон. На экране значился вызов от незнакомого номера. Снова. - Да? - чувствуя слабость в ногах, спросил он. - Намджун? - Нужна твоя помощь, Джин. - Как Юнги? - на том конце провода послышались шорохи. Взгляд Джина сразу наткнулся на подарок Намджуна, который так вовремя оказался рядом. Ноги сами к нему пошли. - Да, Джун, я знаю. Как он? Как Чонгук? - Ты должен приехать. Сам все увидишь. Сможешь? И Джин снова достал ключи из кармана, перебирая те окровавленными пальцами. - Да, - ответил он следом. - Смогу. Сначала показалось, что Намджун в адресе пару ошибок допустил. Ощущение это повышалось примерно в равной степени с тем, как Джин приближался к месту назначения. Потом даже сверить пришлось: и корпус, и дом этот, который чуть ли набекрень не стоял. Машину даже здесь оставлять желания не было. Весь район своим видом буквально кричал о том, что автомобили лучше ставить в нескольких километрах от него. Джип с прежней спортивной машиной Намджуна сравниться не мог: уступал по всем параметрам, которые только можно было придумать. Но здесь, в этом месте, даже Джин выглядел довольно-таки богато. Отшиб, каких поискать. - Намджун? - дернув на себя ручку двери, задал тот вопрос в пустоту. В ответ - тишина. И эхо от его слов. Дверь, правда, все же поддалась, отворившись. И заскрипела в придачу, как в самых примитивных фильмах ужасов. Джин зашел, остановившись в загаженном коридоре. Джун вышел следом. Появился буквально из ниоткуда, серый, как и стены вокруг, выглядевший настолько погано, что у Джина замерло дыхание. Вся рука его была перебинтована от запястья и до плеча. Рубашка порвана. Крови - немерено. И оставалось только молиться, чтобы это была не его кровь. Чья угодно, но не его. Зрительный контакт секунды на две установился. После Джин дернулся вперед, аккуратно касаясь и притягивая того к себе, обнимая, словно хрупкую вазу. Нам, несмотря на всю свою обычную мощь, сейчас именно нечто такое и напоминал. - Он ушел, - произнес тот. И обнял в ответ. - Чимин съебался. А Мину дерьмово. По-настоящему дерьмово, Джин. - И ты не нашел лучшего места, в которое можно притащить раненого? Намджун не стал ничего говорить. Просто взял Джина за руку, потянув за собой в сторону подвала, из которого, похоже, и вылез. Оставалось только идти следом и смотреть тому в спину. А еще - на руку, белые бинты на которой кое-где были окрашены в красный. Мысль о том, что зря он, похоже, не пристрелил засранца, что был у него на мушке, въелась в мозги похлеще всего прочего. Секунда. Один миг. И вокруг все преобразилось просто в корень. - Это мой знакомый, - произнес Нам, кивая в сторону человека в белом, что орудовал с какими-то инструментами. Комната была будто бы отрезана от всего остального дома, пропитанного антисанитарией. Будто в другую вселенную Джин угодил. Белая, чистая, оборудованная под палату, даже дверь, с одной стороны которая больше на рухлядь походила, с этой железной была. Джин завис. Намджун, ухмыльнувшись этой реакции, продолжил: - Чимин всегда недооценивал связи. Только ему, - и кивнул он в сторону Юнги, - это может уже не помочь. Мин лежал на кушетке. Джин ступил несколько шагов в том направлении, вцепившись в тело глазами и не выпуская из виду. Юнги дышал: грудная клетка равномерно поднималась и опускалась, но так, сука, медленно, с таким натягом, будто еще немного, и это прекратится. Джин обернулся к Намджуну с немым вопросом в глазах. Тот выглядел ужасно уставшим. - Я разыскиваюсь. Он - тоже, - ответил Нам. - Сунется в больницу - отправится следом за решетку. Чимин обо всем, сука, позаботился. Джин, Мину в тюрьму нельзя. - А он-то за что? - За убийство человека, - произнес Чонгук. И раньше, до этого самого момента, он был будто бы невидим вовсе. Только сейчас Джину удалось сфокусировать взгляд на его фигуре, стоявшей особняком в стороне. Взгляд его металлом сейчас отдавал. Гук только если молниями не стрелял направо и налево. Джин смотрел на этого парня и, черт подери, не узнавал. - Он убил кого-то однажды. Этот видеоролик Чимин слил копам, похоже, чтобы оставить его рядом с собой. - Убил?.. - Так же, как и ты убил Тэхена, - отрезал тот, не желая, по-видимому, особенно развивать эту тему. Больно было на него даже смотреть. Чонгук, казалось, прямо-таки повзрослел лет на десять за этот небольшой промежуток во времени. - Убил человека с мешком на голове, по крайней мере так он мне сказал, по приказу Чимина. Вместо отца. У Пака очень своеобразные понятия о привязанности. Хладнокровное убийство даст немалый срок. Тебе ли не знать? Вопросов больше не было. Кроме одного, наверное, который только приходил на ум, пусть и самого глупого, по мнению самого Сокджина: - Ты как? - Как я? - и взгляд Гука прямо-таки сверкнул в этот момент. - Замечательно, - выплюнул он после. Тишина нагнетала. Какие-то несколько секунд молчания показались вечностью. Нам прошел до кресла в сторонке, рухнув прямо на него с шипением от боли в руке. Работали в этот момент только приборы вокруг Мина, они же и издавали звуки. Эдакое пищание, которое потихоньку мысли в порядок приводило, успокаивало. Больше - ни звука, ни полузвука. Все настолько спокойно было с несколько минут, что хотелось, как в лучших традициях, чаю всем предложить. Поэтому в момент, когда у Чонгука зазвонил телефон, вздрогнул каждый. Инородное гоготание звучало недолго: Гук выхватил тот сразу. И напряженно клацнул на принятие вызова. - Что, блять, нужно? - прорычал он, касаясь затылком прохладной стены за спиной. Джин схлестнулся взглядом с Намджуном. Тот покачал головой. Возможно, и правда Чонгука лучше бы было оставить. - Что? - и тон голоса того заметно поубавился. - Что вы сказали? Какое, к черту, опознание? - Чонгук?.. - позвал того Джин, уже, кажется, догадываясь, зачем его сюда позвал Нам. Гук телефон свой, который в руках до этого момент держал, сразу в стену и кинул. Нервы сдали, похоже, окончательно. Весь этот клубок, накативший за столько времени, ударил по его рассудку именно в этот момент. Контрольным выстрелом мог быть Юнги, лежавший в нескольких метрах без сознания и, казалось, даже шанса на выздоровление. Руки Чонгука задрожали. Взгляд, бешеный, выворачивающий все внутренности наизнанку, устремился на Джина. Все, что бы ни накопилось, выплескивалось прямо сейчас. - Хоуп мертв, - бесцветным голосом произнес тот. - Ранение, - еще более упавшим голосом добавил следом. - Черт, - послышалось со стороны Намджуна. - Чонгук, просто успокойся, - преградив ему дорогу, произнес Джин. Сейчас тот напоминал не того себя, которым был всегда. Сейчас, буквально на секунду, но воображение нарисовало напротив совершенно другого человека. Чонгук, стоя буквально в метре от Джина, напоминал ему Чимина. Тот же яд в глазах, тот же металл. Только вместо насмешки - ярость. Такая, что с ног сносило. - Хоуп употреблял, Гук. Все могло произойти. Не пали ебаную горячку. - Не пали горячку? - и следом за этим тот только если не рассмеялся. - А нахуй тебе не пойти, Сокджин? С дороги уйди. Пожалуйста. - В себя, блять, приди для начала, - оттолкнув его в сторону, произнес тот. Намджун, сидевший до этого в кресле, кажется, напрягся, медленно поднявшись. Чонгук, на секунду отведя взгляд в сторону лежавшего без признаков жизни Мина, сжал руки в кулаки. И Джин понимал. Все понимал. Что потерь на одну голову слишком много, например, понимал. Что у Гука банально крышу сносит на этой почве - тоже. - Извини. Гук, просто послушай меня внимательно, хорошо? Не послушал. Вместо этого, подняв взгляд, лишь ударил. Джин вовремя увернулся: по скуле ему все же попали, но не со столь удушающей силой, с которой явно могли бы врезать. Боль пронеслась по нервным окончаниям в тот же миг. В глазах снова, как и при подъеме с того дивана, пропади он пропадом, потемнело. Джин на пару секунд ориентироваться в пространстве перестал, но в руки себя успел взять прежде, чем Чонгук второй раз что-то предпринял. Заставил отойти того на пару шагов от себя одним резким толчком в грудь. - Ты совсем обнаглел, Чон? - влез Джун, в руке которого уже был пистолет. - Думаешь, он что ли твоего дружка об забор херанул? Чонгук остановился. Потом повернулся медленно к Намджуну, смотря на него слишком приторным и пристальным взглядом. Казалось, в нем одном сейчас скопилось все черное, что только могло. Взгляд Джина метнулся от него к Наму. На несколько секунд все прекратилось. На те несколько секунд, на протяжении которых шестеренки в голове Гука крутанулись. - Я, кажется, не говорил, что это за ранение, - прошипел Чон. - Ты смеешься надо мной, Нам? - Успокойся! - одновременно с шагом Чонгука в сторону Джуна прокричал Джин, пригвоздив его к стене. У Чона дыхание наперебой шло. От ярости руки дрожали. А в глазах - тьма. Настолько непроглядная, что хоть волком вой. - Хватит с тебя. Прекрати, блять, Чон Чонгук. - Прекратить что? - в ответ оскалился он. А потом повернулся к Наму. - Что ты об этом знаешь? Что ты, блять, сделал? Ты его убил? - Не я, - отвесил Намджун. - Твой дружок накинулся на Мина, Чонгук. Из-за тебя, кстати говоря, он на Юнги полез. Он сам виноват в том, что произошло. Мин хотел тебе сказать. - Но? - Но я не дал, - спокойно ответил тот. У Гука желваки заходили. - Не у одного тебя тут проблемы. Сейчас не то время, чтобы из-за этого всего говна сраться, Чон. Чонгук дернулся снова с явным намерением показать, насколько он всему этому рад. Джин сдержал его и теперь, вдалбливая в стену настолько сильно, насколько позволяли собственные физические возможности. Чонгуку было хреново. Чонгуку было явно, до усрачки просто больно. Чонгук банально не выдерживал. Но это, как ни странно, сейчас ему даже помогло. Придало столько из ниоткуда возникших сил, что снести он мог и стену. Стену только сносить не требовалось: преграда была одна - Джин. Джин, у которого сил даже не хватило на то, чтоб его у стены удержать. Чон отшвырнул его в сторону. А следом за этим быстро подошел к Наму, стоявшему и даже с места не сошедшему за все это время. Тот напрямую в глаза Чонгуку смотрел. И страха в них не было. Ожидание, но не страх. - И помочь никак нельзя было? - спросил Гук, хладнокровно смотря в ответ. - Можно, - хмыкнул тот. - Но время поджимало. Руки его сжались в кулаки. Взгляд, пробирающий до основания, был устремлен на серое лицо Нама. И Джин уже реально начал понимать, что тут - банально не успел бы, если бы Чон решил все-таки врезать в отместку за все хорошее. И Нам бы тоже, учитывая его состояние, не успел бы. Ни увернуться, ни блок поставить. Джин успел только дернуться в их сторону, чтобы воспрепятствовать хотя бы продолжению. Не потребовалось и этого. Гук, кажется, отступил. Он, разжав пальцы, отошел на пару шагов назад, глотая всю эту чернь, что так и норовила выбраться наружу, вместе с воздухом. Даже взгляд на несколько мгновений прояснился. Будто бы другим этот человек снова стал, сам собой. Только после, ничего больше не говоря и не делая, он прочь пошел, почти вылетел из этой комнатушки. Джин следом двинулся. И наверное, удалось бы даже догнать, если б Намджун тут же не появился. - Оставь, - хватая его за локоть, произнес он. - Он не в том состоянии. - Он и не будет в том состоянии, Джин, - прорычал он. - Он слишком многих потерял, чтобы быть в том состоянии. Перебесится. За этим и ушел. Неглупый, понимает, что тут у него врагов нет. Импульсивный, но, сука, не тупой. Так что оставь его в покое. - Я за него отвечаю, - произнес Джин, ударяя Джуна по руке. Силы только не рассчитал, как и то, по какой именно вдарил. У Нама от этого аж в глазах потемнело. Перебинтованную руку, которой он Джина и остановил, он сразу же к себе приблизил, сжимаясь от боли. Нехило он, по-видимому, отхватил. - Черт, Джун! Да какого... - Все нормально. Джин подошел ближе. Подошел и, обернувшись снова по направлению к двери, взял чужую руку в свою, осмотрев. Нам без лишних вопросов позволил. Лишь наблюдал за тем, что сам Ким все это время делал. За тем, как тот аккуратно прошелся пальцами по всей поверхности кожи, на которую и наложили бинт, будто проверяя, что под ней. На моменте, когда его пальцы коснулись раны, Нам закрыл глаза. - Ничего не сломано, - констатировал факт Джин, убирая пальцы. Нам хмыкнул. - Тогда зачем бинтовать все? - Потому что порезы были по всей длине руки, - послышалось со стороны. Человек в белом, по всей видимости - врач, до этого момента чисто фантомом неговорящим казался. Теперь, подняв голову, даже улыбнулся. И снял с рук перчатки. - Осколки. Так что поаккуратнее там. Не хотелось бы накладывать заново швы. Джин обернулся снова. Даже сейчас, с этим серым лицом и потухшим взглядом, Намджун выглядел величественно. Руку Джина перехватил, сжал пальцы его, касаясь их своими. Спокойно становилось только от той мысли, что он находился здесь, что с ним, пусть и не совсем, но все в порядке. Чимин ли свое слово сдержал, он ли сам из всей этой параши вылез - неважно. - Я его видел, - произнес Джин. Секунда, и взгляд напротив обратился в камень. Вторая - и его пальцы, находившиеся в чужой хватке, сжали так, что заискрило в глазах. Намджун одним махом его к стене прижал, заставив разом выдохнуть. - Успокойся. Он в руках полиции. - Ты ему помог? - прорычал тот, вдавливая его в стену еще сильнее. Глаза в глаза. Даже вдохи и выдохи почти в одни и те же моменты производились. - Ты, сука, ему помог. Что, Джин, понравился? Чего-то нового захотелось? - Успокойся, прошу, - и руку свою он на его, напряженную до невозможности, положил. Намджун взглядом сейчас, казалось, убить был готов. Джин ухмыльнулся. - И просто поверь мне.