6 глава. Страшные тайны.
29 июня 2017 г., 00:00
«Дорогая мама, — медленно выводила Люси Хартфелия на непривычно некрасивом ободранном листке бумаги. Но особенно большого выбора в поле зрения у неё не нашлось, так что письмо девушка писала на подручных материалах — листе, выдранном из блокнота Зефа, карандашом, найденным в бездонной сумке Нацу. Ничего путного. — Прости, что так давно тебе не писала и что теперь пишу так. Но за последние дни действительно многое произошло и мне надо выговориться. Надеюсь, ты не слишком сильно будешь волноваться…»
Люси отложила в сторону карандаш и задумалась, с чего же стоило начать. Произошло слишком многое. Слишком. Мысли расползались в разные стороны, а сосредоточиться чертовски не выходило. Обычно написание писем шло легко. Она садилась за стол, доставала ручку из косметички — да, не лучшее место для хранения, но нормальный пенал ради двух ручек Хартфелии покупать было лень, — вынимала свежий пергамент и начинала писать. В мыслях было спокойствие и умиротворение, а на душе полное понимание того, о чём она собиралась писать. Но дома и стены помогали, здесь же…
Она медленно вздохнула и осмотрелась по сторонам.
Люси находилась в сравнительно небольшой, но чистой комнате. В ней было огромное раскрытое нараспашку окно с видом на лес, полное отсутствие каких-либо занавесок — вряд ли кто-то из леса сумеет вглядеться в происходящее на третьем этаже — и подобие ковра на полу. В углу слева от окна стояла небольшая тумбочка, а по обе стены от неё располагались односпальные кровати. У противоположной стены был шкаф с одеждой, книжный стеллаж и тот самый небольшой письменный стол, за которым и сидела Люси. Просто и негусто. Сразу видно, что живут одни мужики. Единственный плюс — неожиданная чистота. Но это явно не заслуга Нацу.
«Не так давно случилось непоправимое. Ну, вернее, поправимое, но хорошего всё равно было мало. Про меня вспомнил папа. Да-да, не удивляйся. Я знаю, что писала, что он едва ли обо мне думает с того момента, как сбежала из особняка прочь, но… как-то так. Он приказал гильдии Фантом Лорд доставить меня к нему. Это вызвало многие проблемы…»
Люси не сдержала горькую усмешку, потому что термин «проблемы» был явно преуменьшением века. Со стороны кухни раздался какой-то крик.
«Но знаешь, вместо того, чтобы выдать меня Фантом Лорду или отцу, они все сражались за меня, готовые стоять насмерть. Причём, не только Нацу и остальные ребята в команде. А вся гильдия. Даже те, о ком я знала только понаслышке. Мама, я никогда не была в такой ситуации. И никогда не чувствовала ничего подобного. Возможно, это именно то, как и следовало вести себя друзьям, но почему-то на глаза всё равно слёзы наворачиваются. Я им так благодарна… Как никому более».
Негромко шмыгнув носом, Хартфелия быстро огляделась по сторонам, проверив комнату на наличие нежелательных свидетелей, а после перешла к основной части.
«Также я впервые посмотрела на свою гильдию с другой стороны, — Люси зачеркнула слово „гильдия“ и вместо него мелким почерком вписала „одного своего друга“. Звучало по-идиотски, конечно, но фраза очень точно отражала смысл. — Я имею в виду Нацу. Он немного ребёнок, да. Он не всегда осознаёт серьёзность ситуации и трагичность момента, но он всё равно остаётся добрым и искренним. Несмотря ни на что. Не таким, как другие. Я считала его своим лучшим другом и, наверное, и сейчас считаю. Но… понимаешь, когда он рядом всё становится как-то не так. Немного светлее и теплее. Если раньше я думала, что дело в его магии — магии огня, — то теперь я в этом сильно сомневаюсь. Мама, мне кажется, я его люблю».
Люси нервно вздохнула и закрыла письмо руками, словно опасаясь, что кто-то невидимый может его прочитать. Словно она сама могла понять, что в нём написано, и это бы изменило реальность бесповоротно. Руки внезапно замёрзли, а дыхание спёрло. Чёрт, она воспринимала своё маленькое признание слишком серьёзно. И особенно серьёзно это было в том, что ей хватило ума это написать. А вдруг… кто-нибудь увидит?
Нет, кажется, это письмо после написания ей всё же лучше сжечь.
«Ладно, теперь к более насущному. Фантом Лорд похитил меня прямо из моей квартиры. Моей. Съёмной. Квартиры. Понимаешь?! Они разнесли в ней всё и ещё умудрились залить соседей снизу! Да, мастер Макаров всё же сумел договориться с руническими рыцарями, чтобы они взыскали сумму с заключённых, так что мне было, чем оплатить ущерб, но ремонт всё равно займёт какое-то время. Так что… я уже четыре часа, как нахожусь у Нацу дома.
Изначально меня приютила Эрза. Она была очень мила и добра ко мне, но в её комнате в общежитии Фейри Тейл было столько вещей и особенно одежды, что я едва могла ходить. И если поначалу я ещё как-то пыталась с этим мириться, то проколов себе ногу эрзиной расчёской… Идея пожить у Драгнила показалась не такой уж и плохой».
Люси перевернула лист, радуясь, что теперь написанное сзади уж точно никто случайно не увидит. А без боя письмо она точно не отдаст.
«Честно говоря, я не ожидала, что он, как и я, тоже снимает квартиру, потому что ни разу не слышала, чтобы Нацу жаловался на недостаток денег для оплаты аренды. Но, как выяснилось, живёт он вместе с Зефом, так что все организационные моменты обходят его стороной. В принципе, это неудивительно. Зеф очень ответственный. Ну, по крайней мере мне так кажется…»
Крики с кухни повторились, и сейчас Люси разобрала голоса Нацу и неожиданно Грея. Как последний оказался в квартире, история умалчивала.
«Мне обещали раскладушку, на которой можно спать, так что, если не брать во внимания небольшие неудобства, жить можно. Вот только полчаса назад я видела Нацу в одном полотенце. Честно говоря, после знакомства с Греем я была уверена, что меня даже орава голых мужчин не смутит, но сильно ошибалась. Нацу спросил меня, почему я покраснела, как рак и… я не нашла, чем ответить. Может, Нацу ничего и не понял, но я абсолютно уверена, что всё понял Хэппи. Причём, он уж точно всё растреплет Драгнилу. Я ж тогда со стыда умру! — Умом Люси понимала, что в любви ничего постыдного не было, но авансом представляла все насмешки этой летающей кошки, так что готовилась к худшему. Да и один только бог знал, как Нацу на это отреагирует. Возможность взаимности Люси почти не рассматривала. Не доросла ещё любовь всей её жизни. — Ладно, в любом случае, я могу попытаться. Ну, вернее, планирую. У меня есть кое-какая идея, как натолкнуть Нацу на мысль, что я ему нравлюсь. Пожелай мне удачи, мама, потому что она мне действительно понадобится.
С любовью,
твоя Люси».
Аккуратно сложив лист пополам, волшебница убрала его в конверт, закрепила его скрепкой — фирменную печать она поставит уже дома — и спрятала письмо в сумке. Самое время было идти на кухню. Оставалось надеяться, что парни её ещё не разнесли.
Но, как выяснилось, Люси драматизировала. Кухня была в относительной чистоте и порядке, поскольку обычно после действий членов сильнейшей команды Фейри Тейл не оставалось даже головешек. Были вполне пригодная для еды жареная картошка, жареное мясо — сразу видно руку Драгнила — и пирог. Последний с одной стороны подгорел до черноты, а с другой был покрыт корочкой льда. Кажется, здесь маги постарались вместе. Люси скосила взгляд на спокойно читающего книгу Зефа и сидящую рядом с ним Эрзу. Вот могли бы и помешать переводу продуктов, но, кажется, на самоуправство Нацу и Грея обоим было плевать. Вот это нервы.
— Привет, ребят, — Люси несколько неуверенно помахала присутствующим рукой. Наличия на кухне Фулбастера и Скарлет не предполагалось, особенно размером кухни, но делать с этим было нечего. Разве что летать у потолка и пакостно хихикать, как это делал Хэппи, но Люси бы до такого не опустилась, — с чем пирог?
— С яблоками, — гордо ответил Нацу.
— С вишней, — одновременно с ним заявил Грей.
Люси чудом разобрала обе фразы и с порядочным опасением посмотрела на блюдо. Хэппи захихикал ещё громче. Нет уж, это она пробовать точно не будет.
— Не хочешь попробовать первой? Пока ещё горячий. — Довольно предложил ей Нацу. Люси ещё раз взглянула на пирог. Даже при большой и светлой любви… нет. Определённо нет.
— Я, пожалуй, откажусь…
— Но почему? Он же вкусный!
— …я на диете.
Нацу обиженно надулся, но мнения Люси не изменила. Рисковать желудком ради самодовольства повара было бы глупо.
— Ну Люси, это же в честь новоселья! — Хартфелия осталась непреклонна. — Ну, блин, ради кого мы тогда старались, если Эрза любит только торты, а Зеф сладкое в принципе не ест?
— Почему бы вам самим его не съесть? — Резонно предложила им заклинательница звёздных духов.
Почему-то маги переглянулись и оба решили отказаться.
— Хэппи!
— Я кот, отстаньте.
— Но он вкусный! Яблочный!
— Вообще-то вишнёвый.
— Вообще-то с рыбой, — прервал обоих спорщиков кот, — но всё равно нет. Если готовке Нацу я ещё доверяю, то вашему тандему — нет. Сами его ешьте.
У Люси бровь нервно дёрнулась:
— В каком смысле с рыбой?
— Ну, раз уж в честь новоселья, то пирог точно должен быть вкусным, так? — Флегматично начал кот. — А чего вкусного в яблочных пирогах? Вот я и добавил рыбки, чтобы уж точно был класс. Люси, попробуй!
Из кухни Хартфелия выбиралась ползком. К чёрту всё, жизнь дороже. А в данном случае — здоровье желудка. Особенно его. Милого, любимого и не настолько крепкого.
Кому в итоге скормили пирог, история умалчивала.
К вечеру, когда Эрза и Грей ушли, Нацу перемыл посуду — честно говоря, Люси была уверена, что драгон слеер её просто выбросит, но потом вспомнила фактор Зефа — и отправил Хэппи копаться на чердаке. Минут через пятнадцать квартиру огласило громкое «ай-я!», говорящее о том, что раскладушка всё же была найдена и вскоре установлена на кухне. Изначально Зеф предложил Люси поставить её в комнате, но она довольно резко отказалась, объяснив это тем, что вчетвером будет слишком душно. Да и в комнате с парнями. Да и вообще… Маг странно посмотрел на неё, но настаивать не стал. Так что спустя полчаса Люси осталась в сравнительном одиночестве в компании с теорией космической магии, чёрт знает как оказавшейся у Зефа. Жизнь налаживалась.
Вот только, слыша негромкие разговоры из комнаты, Люси чувствовала неприятное одиночество и покинутость. Потому, некоторое время спустя, Люси, прижимая к груди подушку, осторожно постучалась в дверь и вошла в комнату к мальчишкам.
— Можно?
Ни один из них не спал.
— Да, конечно.
Пока Люси страдала на кухне, ощущая себя покинутой и далее по списку, святая троица устроилась на кровати под окном и играла в карты. Вернее, на кровати устроились Нацу и Зеф, Хэппи же сидел на тумбочке и отчаянно палил карты Драгнила.
— А чего меня не позвали? — Люси несколько неловко переступила с ноги на ноги и уставилась в пол.
Нацу удивлённо склонил голову набок:
— Но ты же сама сказала не трогать тебя и что ты будешь читать. Мы и не стали трогать. Будешь в карты?
— А во вы что играете?
— В дурака.
— Давайте.
— Тогда со следующего кона. Нужно окончательно добить Нацу, а то он что-то слишком самоуверен, — противно захихикал Хэппи.
Драгнил в ответ высоко задрал нос:
— Да хрена с два тебе удастся, Хэппи!
Однако спустя считанные минуты Нацу всё же завалили. Он горестно вздохнул, со страдальческим видом поднял глаза к потолку и на удивление заговорщическим тоном предложил:
— Кстати, а давайте теперь на желание.
Зеф в ответ нахмурился:
— Как ты себе это представляешь? Мы уже столько раз играли на желание. Итог один.
Люси удивлённо перевела взгляд с одного на другого мага и обратно. Это какой же?
— Ладно, ты прав, — Нацу вздохнул и отвернулся. Хоть бы пояснил, блин, а то Люси точно помрёт от любопытства. Надо бы не забыть потом спросить. — Тогда как насчёт честного ответа на любой вопрос? Типа цвета там, кто кому нравится… Ничего такого страшного спрашивать не будем, заодно и получше узнаем друг друга. Круто я придумал, а?
— Да, действительно круто, — настолько круто, что Люси даже не ожидала от него чего-то подобного. — Я за.
— Я тоже! — Воскликнул Хэппи.
— Ладно, согласен, — подвёл итог Зеф и начал раздавать.
Люси поставила перед кроватью стул и с коварнейшей улыбкой взяла в руки карты, уже решив, что сделает всё, чтобы завалить Нацу, а самой победить.
Но в итоге победил Хэппи, а проиграл Зеф. Кажется, судьба была против неё.
— Так значит, я теперь победитель. Вот, значит, как. — С довольным видом протянул кот. — Так значит, твоя судьба теперь полностью зависит от меня…
Люси закатила глаза:
— Да решай уже, что спрашивать.
По её мнению, единственный вопрос, который можно было задать Зефу, был и так очевиден. Возраст. О том, сколько лет магу на самом деле, в гильдии не знал никто.
— Не отвлекай меня, Люси. В отличие от некоторых, мне надо подумать, — Люси вспыхнула. Да что он о себе воображает?! — Ай! Придумал! Зеф, у тебя когда-нибудь была де-е-евушка?
Люси замерла. Вот это поворот. Но вопрос интересный.
Зеф молчал с минуту, словно не зная, что сказать. Люси невольно подалась вперёд: неужели… не было?
— Нет, у меня не было девушки, как ты сказал, — негромко ответил он, заставив Хартфелию чуть не сползти со стула от удивления, — но у меня была невеста.
— В смысле?! — Логичный вопрос прозвучал хором.
Зеф вздохнул и начал рассказ:
— Думаю, Люси как представительнице благородной семьи, известно, что в высших кругах не заводят отношения. В лучшем случае выбирается человек, который тебе больше всего по нраву, а потом заключается помолвка.
— Стоп, так ты тоже из знати? — Заклинательнице духов оставалось лишь оторопело хлопать ресницами. Такого ей не приходило в голову даже предположить, но… это было на удивление логично. Зеф определённо не был обычным человеком. И его отсутствие фамилии звучало теперь куда более интригующе, чем должно было бы.
— Да быть не может! — Воскликнул Нацу, но не угадал.
— Да, тоже. Несмотря на то, что я родился магом и кое-какие способности проявились уже в раннем детстве, в шестнадцать лет меня отдали на службу в армию. Где я попал в часть к майору Редфокс. — Люси было странно слышать этот рассказ. В принципе странно, что обычно не разговорчивый на такие темы Зеф говорил о прошлом, да ещё и упоминал о каком-то другом возрасте, кроме пожизненных двадцати одного года. — Чтобы сократить неравенство между дворянами и простолюдинами, в армии было принято обращаться по титулу и имени. Но, тем не менее, я знал, что мой непосредственный начальник носил фамилию Редфокс и был известен под кличкой «Железный». Потом узнал и имя, но то ли тот человек, что мне его говорил, оговорился, то ли я неправильно услышал. Но в памяти отложилось Оливер. Однако на деле Редфокс оказался Ольвией. Девушкой чуть выше меня и на шесть лет старше, огромной любительницей конного спорта и пирсинга, а также человеком, готовым всегда доказать свою правоту в бою. Спустя полгода я понял, что влюблён. Но потом началась война. Честно говоря, в это время было не до любви и чего-то подобного, так что мы решили не торопить события. Но в свои двадцать я официально сделал ей предложение и мы объявили о помолвке. Свадьбу договорились сыграть уже после войны. Но она так и не состоялась.
Люси только оторопело хлопала глазами. Представить Зефа с девушкой подобной внешности чисто физически не выходило. Ему бы больше подошла какая-нибудь миниатюрная блондинка с огромными зелёными глазами, чем… альтернативная версия Эрзы. Параллель была налицо.
— Но почему? Она нашла себе другого?
Хартфелия закатила глаза:
— Хэппи, никакого такта.
— Что?
— Нет, — Зеф грустно улыбнулся, — её убили за месяц до свадьбы.
У Люси кровь похолодела в жилах. Кажется, теперь она поняла, почему Зеф не распространялся о своём прошлом. Если это действительно было так, то она бы тоже молчала, как партизан.
— Кто это сделал? — Нацу был мрачнее тучи. Люси не могла прочесть его мысли, но по лицу видела, что он слышал историю в первый раз, однако этого ему хватило, чтобы принять её близко к сердцу и решить обязательно отомстить за друга.
— Нацу, я не уверен, что тебе стоит это слышать…
— Кто. Это. Сделал?
Зеф долго молчал, прежде чем ответить:
— Драконы.
В комнате будто разлилось волнами напряжение. Люси не могла поверить в услышанное. Драконы? Да это самая мирная из когда-либо живших рас! Как могли они на кого-то напасть и, тем более, убить? Даже среди браконьеров, периодически пытавшихся добыть их шкуры, так и не было засвидетельствовано ни одной смерти!
— Не может быть, — едва слышно произнесла она, но стоило ей встретиться с Зефом глазами, как Люси прикусила язык. Может, ещё как может.
— Они растерзали моих родителей и невесту, похитили младшего брата и сожгли дом. Я знаю, что это была моя вина, что это я не оказался вовремя рядом, чтобы защитить своих близких… Но это не значит, что я хоть когда-нибудь их прощу.
— О, Господи, — Люси в ужасе закрыла руками рот, не понимая, как нечто настолько ужасное могло вообще произойти, — но зачем? Зачем?..
— Я тоже долгое время не понимал. Почему они забрали ребёнка, а не убили его? Это было не логично, — Зеф говорил так тихо и спокойно, что у Люси мурашки ползли по телу. — Я был уверен, что они собирались использовать его как рычаг давления. Но, как выяснилось, наша семья была не единственной жертвой. Были и другие. Семьи, где похитили ребёнка, а всех остальных убили. Семья Ольвии не была исключением. Драконы забрали её племянника. Нацу, я не пытаюсь настроить тебя против Игнила или что-то вроде того. Может, ты и он — это исключение. Но за все эти годы я не слышал ни об одном случае, когда дракон просто нашёл и вырастил ребёнка. А вот случаев похищения было восемь.
Нацу заметно побледнел, но так и не ответил.
Донельзя проницательный кот оперативно собрал карты и убрал их куда подальше. Было очевидно, что играть дальше никто точно не будет. Довольно быстро все разошлись по кроватям, включая Люси, вернувшуюся на кухню.
Информации было много и она давала пищу на размышления. Единственным, что девушка никак не могла понять, так это почему она ничего не знала? Убийство знати — грандиозный скандал. Его всегда довольно широко освещали в прессе и обсуждали на публике. Тем более, убийство драконами аж восьми семей.
Так какого чёрта об этом никто никогда не слышал?
***
Зереф с трудом подавил зевок и поставил на плиту чайник. Кофе никто в доме не пил, так что с сонливостью боролись по-старинке: выдерживая заварку в чае столько, что от него на лоб лезли глаза. Вообще изначально Зереф планировал заварить чай только на одну кружку, но увидев абсолютно убитый вид Хартфелии, передумал. Этому взъерошенному, бледному, с тёмными провалами вместо глаз нечто чай нужнее. Определённо нужнее. Сахар было решено даже не доставать. В кухню бодро ввалились Нацу и Хэппи, тут же оккупировав небольшой диван в углу. — Всем доброго… утра, — по привычке начал огненный маг, но на середине фразы затормозил и в упор уставился на Люси. Даже он смог заметить, что что-то с ней не так. — Ты чего такая? Люси обречённо вздохнула на слове «такая» и упала лицом в стол. Зереф с таким интересом следил за происходящим, что пролил на руки кипяток. — «Такая»… Ну спасибо, блин. — Бурчала она. — Нацу, вот ты знаешь, что у вас в квартире живут призраки?! Я бы с такими соседями и ста тысяч за аренду не платила! Зереф хмыкнул, вспомнив, сколько платит блондинка, и решил её добить: — Да, поэтому мы платим двадцать. — Что?.. Чт-что-о-о-о? Зереф вздохнул. Стандартной ценой за однушку в Маголии было около шестисот тысяч. Плюс-минус пятьдесят в зависимости от удачного расположения. Люси же каждый месяц отдавала ушлой хозяйке по семь сотен. Семьсот и двадцать — разница всё же налицо, при том, что квартира магов было не намного хуже. Просто… попроще. — А теперь объясняйте. — решительно заявила Хартфелия. Кажется, выбора не оставалось. — Семь лет назад здесь временно поселился отец многодетного семейства. Жена выгнала его за пьянство. Тогда, чтобы загладить свою вину, мужчина объявил, что бросил пить и пригласил всю семью сюда на ужин. Жену, мать, отца и шестерых детей. Вот только извиняться он не планировал. — Люси побледнела, кажется, уже предвидя концовку. — Мужчина с самого начала решил, что жена хочет от него уйти, забрав с собой всех, кто был ему дорог. Он не мог этого допустить. Потому, едва вошёл последний гость, он плотно запер двери и окна и одного за другим перерезал всю семью. Отца, жену и мать на кухне, как раз там, где мы сидим. Старшую дочь заколол у двери в коридоре, ещё троих вытащил в спальне из-под кроватей… На паркете до сих пор остались следы ногтей… И последних двух в ванной. Близнецы успели закрыться, так что ему пришлось выламывать дверь. Крики стояли жуткие, но никто из соседей не решился лезть в чужое дело. Когда все были мертвы, мужчина поднялся на чердак, обвязал веревку за оконную раму, ведущую на крышу, и повесился. Трупы нашли через три дня, когда вонь стала невыносимой… — И вы, — едва слышно промямлила призывательница, — зная это, всё равно въехали? — Ну, запах к тому моменту уже выветрился, — пожал плечами Драгнил, — даже гнилью особо не пахло. А насчёт призраков… Сначала было жутко, а потом я заметил, что они боятся Зефа и ничего плохого не делают. Зеф говорит, что у каждого должен быть дом. А раз уж они безобидные, то пусть завывают. Не выгонять же их. Люси не говорила. Она как рыба открывала и закрывала рот, будучи явно не в силах подобрать слова. Она посмотрела на Зерефа, словно он мог улыбнуться и сказать, что это шутка. Чуда не произошло. На Нацу она взглянула с ощутимой надеждой, явно ища поддержки, но мнение Нацу и Зерефа по поводу жилья полностью совпадало. На Хэппи она смотрела почти что в отчаянии: — Ну хоть ты-то скажи им, что это ненормально! Но летающий кот в ответ только развёл лапами: — Люси, я тут живу с самого рождения. И если бы не твой дом, я до сих пор бы думал, что призраки есть в каждом доме, просто об этом говорить неприлично. Ответа у заклинательницы духов на это не нашлось. — Вы бы хоть предупредили, садисты. Я полночи пролежала, замерев под одеялом и трясясь от ужаса… — Ну, мы вчера пытались, но ты ж заладила «хочу спать на кухне» и хрен тебя переубедишь. — Так надо было сразу про призраков сказать! — Да когда там вставить что можно бы… — Чай готов, — прервал спорщиков Зереф и со звоном поставил кружки на столешницу. Спор мгновенно затих, но Люси продолжала обиженно коситься на Нацу, даже забывая морщиться от горечи чая. — Скромно напоминаю, что сегодня Фантазия. Так что живо приводите себя в порядок, и идём в гильдию. У нас нет времени возиться. Коротко кивнув, маги исполнили наказ. Гильдию было не узнать. Кажется, Макаров снова нанял клининговую службу, потому как сияли даже стены, сделанные, вообще-то, из обычного дерева. Всюду висели плакаты, по углам были привязаны шары, а вместо факелов вокруг картин были прикреплены букеты. Да, пышно, да, чрезмерно, но что-то такое… родное в этом всё же было. Едва они сделали несколько шагов вперёд, Нацу и Люси тут же утащила Мираджейн, на ходу рассказывая об их роли в предстоящем торжестве. Магам оставалось только кивать. Зереф не чувствовал себя лишним на этом празднике жизни. Скорее наблюдателем — тихим, безмолвным и ни во что не вмешивающимся. Ему показать было нечего. — Почему ты никогда не участвуешь? Мавис Вермилион была мертва. Абсолютно и бесповоротно. Но специфика клейма гильдии была такова, что оно понемногу высасывало из носивших его магов энергию. Потому иногда Мавис вполне могла появляться среди живых, видимая согильдийцами, и даже взаимодействовать с предметами. В остальных же случаях её видел только маг смерти Зереф. Этот не стал исключением, но Драгнил на всякий случай огляделся по сторонам. Ни одного взгляда. Значит, в этот раз кроме него Мавис никто не видел. — Участвовать? — Он негромко усмехнулся и помрачнел. — Не с моим типом магии. Что я им покажу? Массовые убийства? Мавис закатила глаза: — Ты и сам знаешь, что способен не только на это. Твои способности невероятны! — Но я не готов ходить по лезвию ножа, только чтобы порадовать обитателей города. — … Резонно. Когда-то давно магия смерти считалась одной из сильнейших, а потому использование её считалось честью. Но из-за кое-каких событий она была полностью запрещена и фактически вычеркнута из истории. За три сотни лет её пользователем был только Зереф. … пока ещё совсем юная Вермилион не уговорила его обучить этому волшебству её саму. Зереф согласился. Но Мавис, в отличие от него, не хотела жить в тени. Она предпочла полноценную жизнь и открытие собственной гильдии, скрыв, какой именно магией она пользуется. Мавис — девушка-солнце. Мавис — само воплощение доброты. Поэтому, когда она объявила о мало известной магии жизни и света, ей поверили. Вот только до конца жизни ей пришлось лгать, зная, что стоило правде выплыть, и её, и всех дорогих ей людей казнят. — Но ведь если осторожно!.. — Мавис, — осадил её Драгнил. Это был не первый спор на данную тему. — Достаточно. Вермилион демонстративно надулась и исчезла, оставив его одного. Впрочем, не надолго. Довольно скоро Зерефу на глаза попались донельзя нервная Люси и сомнительно утешающая её Леви. — Да ладно тебе, вот победишь на конкурсе, и всё будет замечательно! — С уверенностью заявила маг слова. — Угу, — но не то, чтобы Хартфелия поверила. — Оплатишь жильё аж на семь месяцев вперёд! — Угу. — Ещё и останется немного! — Угу. Зереф пожалел, что не исчез из виду ещё до разговора с Мавис. Подслушивать не хотелось. Тем более, что от тем разговора дико клонило в сон. О вечных проблемах Люси с квартплатой не знали разве что в соседнем королевстве. И то не факт. — И Нацу, увидев тебя в костюме болельщицы, точно влюбится! — … Надеюсь. Зереф честно собирался в этот момент обнаружить себя, извиниться и уйти, но так и замер с широко распахнутыми глазами, уставившись на девушек. Спустя секунду его заметили. Лицо Люси сравнялось по цвету с помидором. Она резко поднесла ладони к глазами и медленно осела на пол, явно поддавшись эмоциям. Леви захлопотала рядом, приводя подругу в чувства, да только без толку. Люси уже никого не слышала. — Это катастрофа… — доносились негромкие завывания с пола. — Катастрофа! До катастрофы здесь было ещё идти и идти, но Хартфелия упорно драматизировала, а Зереф не знал, как реагировать. Нет, ну он, конечно, слепым не был и о причинах странного поведения заклинательницы в последние дни догадывался, но… не ожидал услышать подтверждения. Да ещё так скоро. Ситуацию надо было спасать. Как угодно. Сказать, что он и так знал… или что всё будет хорошо, а сам маг — могила, как и его магия… — Совет вам да любовь. — Вот этого он точно говорить не планировал, но вырвалось как-то само. Люси и Леви ошарашенно переглянулись и уставились на него так, будто Зереф — живое божество. О том, что происходило дальше, Зереф даже вспоминать не хотел, потому что после всего этого даже обычно невероятно спокойный маг вытолкал Хартфелию на сцену и, отобрав у ведущего микрофон, лично объявил о начале конкурса. Маги Фейри Тейл мало поняли происходящее, но посмеялись от души. Воспользовавшись передышкой, Зереф вернулся в зал. Честно говоря, смотреть на одинаковые таланты из года в год уже порядком надоело, но, как член гильдии, мероприятие Зереф пропустить не мог. Так что оставалось лишь занимать места ближе к концу и делать с Мавис ставки, кто на этот раз победит. — Я ставлю на Эрзу. Она настолько восхитительная, что заслуживает эту победу. Зереф скосил глаза на вновь возникшую Вермилион: — Ты ставишь на неё каждый год, вот только выигрывает обычно Штраусс. — Не в этот раз. Фраза оказалась вещей, потому что уже спустя несколько минут конкурсу положили конец.
