Мы исчезнем в глубине

Как и сказал Гарри, все вернется на свои круги. Гермиона нашла силы смириться с появлением в ее жизни Антонина Долохова. И вернуться к обычной жизни обычной ученицы Хогвартса. Уроки, уроки, друзья, домашняя работа и библиотека. Антонин. Нет, она не перестала о нем думать, но не мечтала о нем. Жестокий темный маг и внимательный собеседник. Опасный и интересный. Пожиратель Смерти и человек, в которого Гермиона влюбилась. Тактичный убийца. Демон с языком ангела. Гермиона вскоре помирилась с Роном, чему девушка действительно рада. Рон серьезно отравился медовухой профессора Слизнорта, и парень оказался в лазарете. Мадам Помфри делала все возможное, чтобы Рон поправлялся. Гарри и Гермиона навещали его после уроков. На одном из посещений друзей Рон попросил у Гермионы прощения за обиды, грубые слова. Гермиона, конечно же, простила его. А перед еще одним посещением Гарри и Гермиона столкнулись с ревущей Лавандой. Блондинка врезалась в Гарри, сквозь слезы Лаванда распознала его и Гермиону. Что-то прокричала и унеслась по коридорам, словно ураган. Оказалось, они с Роном расстались, и это была инициатива Рона. Гермиона понуро усмехнулась, вспомнив плачущую Лаванду, она не испытывала ту боль, что испытывала Гермиона. В своей жизни Гермиона успела исправить многие вещи: отношения с Роном, работу на уроках, общение с дорогими ей друзьями. Одна вещь исправилась без ее помощи. Слухи, распущенные Лавандой, скоро растворились сами по себе, и все об этом позабыли. И только одна вещь или, правильнее сказать, один вопрос остался незакрытым. Что делать Гермионе с чувствами? Как бы то ни было, она все равно испытывала любовные чувства к Антонину. Она злилась, она ругала себя, но любила. И ничего нельзя было сделать. Любила и ненавидела одновременно. Ненавидела за ложь, но, если бы не его ложь, то этого ничего не было. Дни превращались в месяцы. Гарри сумел добыть настоящие воспоминания профессора Слизнорта о Томе Реддле. Гермиона помогала Рону с домашними работами пока Гарри ходил к Дамблдору, где постепенно познавал прошлое Темного Лорда. Ничто не предвещало опасности. Был конец июня. Был поздний вечер, Гермиона спустилась в гостиную с книгой в руках. Джинни, сидящая с Роном на диване, нежно улыбнулась подруге. — Что это у тебя? — спросила Джинни, указывая на книгу. — Учебник по Древним Рунам. Ой! — Что такое? — спросили Джинни и Рон в один голос. — Не ту книгу взяла, это учебник по ЗОТИ! Сейчас вернусь. Гермиона бегом направилась в комнату. Найти учебник по Рунам не составляло труда, Гермиона нашла его в стопке, на прикроватной тумбочке. Гермиона уже подошла к двери, когда услышала стук по стеклу. И сердце опять упало куда-то глубоко, глубоко. Она медленно повернулась и увидела сову. С огромным страхом подошла и открыла окно. — Улетай, Молния! Сова не двинулась с места, Гермиона заметила привязанную к ее лапе записку. — Улетай! — Гермиона задрожала. Не от открытого окна, а от вновь возникшей боли. — Я никогда не приму от него письма! Молния заухала и склонила голову, дотрагиваясь мягкими перьями до руки Гермионы. Что-то сломалось в девушке, и она приняла от совы записку. Молния улетела, оставив Гермиону один на один с запиской, таившую слова Антонина, его почерк. Выдохнув, открыла. «Гермиона, прошу тебя, не выходи из башни сегодня.» Что? Гермиона прочла еще раз и еще раз, но не могла уловить смысл. Послышался голос Джинни под дверью, Гермиона немедленно бросила записку в горящую печку. — Иду, Джинни, — голос дрожал. Джинни не почувствовала этого и вернулась в гостиную. Гермиона вышла следом с учебником по Древним Рунам, уселась в любимое кресло у камина, Живоглот запрыгнул ей на колени и заурчал. Джинни и Рон что-то в полголоса обсуждали. Наверно, квиддич, подумала Гермиона. Втроем они ждали возвращения Гарри с Дамблдором, директор взял его в одно из своих «путешествий». Неожиданно в гостиную влетел Невилл, чуть не споткнувшись о порог в проходе. Невилл был очень бледен. — Что случилось, Невилл? — спросила Джинни. Невилл то ли был сильно удивлен, то ли сильно напуган, он, открыв рот, не мог произнести ни слова. Гермиона оторвалась от учебника по Древним Рунам. — Невилл, — произнес Фред. — Выглядишь так, будто увидел толпу Пожирателей Смерти. Невилл побледнел еще больше, что заставило всех остальных вскочить со своих мест и напрячься. Что-то щелкнуло в голове Гермионы. Она встала и подошла к парню. — Невилл, где они? — Они, они вышли из выручай-комнаты. — Вот тебе и выручай-комната! — вознегодовал Фред. — Тише Фред, — шикнула Гермиона. — Куда они пошли, Невилл? Ты кого-нибудь узнал? — Гермиона и не знала, зачем задала последний вопрос. — К Астрономической башне, я не мог рассмотреть, было темно! — Невилл явно был расстроен, что не смог увидеть Пожирателей поближе. — Так, — произнесла Гермиона. — Джордж, Фред, Рон! Найдите способ связаться с Орденом, Гарри и Дамблдор в опасности! — До Ордена сложно добраться, но мы постараемся, — сказал Джордж. — Что тогда делать? — спросил Рон. — Соберем Отряд, — ответила Джинни. — Это огромный риск, в прошлом году ничего хорошего не вышло, — возразила Гермиона. — У нас нет выбора! — воскликнула Джинни. — Джинни, нет! — воскликнула Гермиона подруге, которая уже успела скрыться в проходе с Невиллом. Профессор МакГонагал как не старалась вернуть собравшихся студентов по гостиным (Гермиону, Джинни, Рона, Джорджа и Фреда, Невилла, Полумну) они на отрез отказывались уходить и оставить ее одну. Все вместе они быстро двигались к Астрономической башне, по пути к ним присоединились профессор Флитфик и профессор Слизнорт. До конца им не удалось дойти. На площадке стояли Пожиратели, преграждая путь к двери, за ней была винтовая лестница, куда было необходимо попасть. Как начался бой, и кто первый начал выпускать заклинания никто не знал. Из Ордена пришли Римус Люпин, Тонкс, Кингсли, а позже, когда Гермиона с Полумной сражались против Пожирателя в маске, Гермиона заметила в толпе краешек желтенького платья миссис Уизли. Гермиона отбила заклинание так же неизвестного Пожирателя. Вдруг исчезла Полумна. И карие глаза наткнулись на высокую фигуру, стоявшую лицом к ней и в нескольких метрах от нее. Антонин. Множество чувств окутали Гермиону. Она выкинула в него заклинание и бросилась в сторону, где меньше людей, Антонин бросился следом за ней. Гермиона повернулась к нему. Он стоял, его грудь быстро опускалась и поднималась. Хотелось кричать, хотелось ударить, захотелось, чтобы он почувствовал боль, что чувствовала Гермиона. — Остолбеней! За то, что он обманывал ее. Антонин выставил щит, заклинание отскочило и ударило в стену. — Экспеллиармус! За то, что играл с ней, как с игрушкой. И снова отбил. — Эверте Статум! За то, что она влюбилась в него. Отбил. Красный луч ударил в потолок. — Редукто! — Гермиона, перестань биться! — этот бархатный, морозный голос доводил ее до дрожи. — Силенцио! Антонин отбил заклинание, Гермиона уже потеряла много сил. Она лишь на секунду посмотрела в сторону, чтобы убедиться в целости своих друзей и профессоров, хотя она бы мало, что смогла бы сделать в случае, если кого ранят, и не заметила как Антонин подошел к ней. Он придавил ее к стене и отобрал палочку. Гермиона завертелась, но мужчина только еще сильнее ее придавил своим телом. Она сдалась и повернула лицо к Антонину. Их лбы почти что соприкасались. — Гермиона, я же просил тебя! Не приходи! — Гермиона вновь попыталась выбраться из этих цепких объятий. — Перестань! Этот бой никто из нас не выиграет! Я не хочу причинить тебе боль! Гермиона в конце-концов сдалась, дыхание перестало быть прерывистым, и Гермиона заплакала, положив голову на руку Антонина, которой облокотился о стену. — Нас не должны увидеть, — прошептал Антонин. Гермиона подняла на него усталый и согласно кивнула. Антонин отдал ей ее волшебную палочку. Гермиона отошла на несколько шагов, не отворачиваясь от Антонина. Гермиона выставила бледно-голубой щит в момент, когда Антонин взмахнул палочкой, и невербальное заклинание ударило в место, где сходились стена и потолок. Камни с треском обрушились на том месте, где стояла Гермиона. И больше Гермиона не видела Антонина в сражении. К Гермионе подскочил Римус Люпин и подвел к лестнице, там ее под руку взяла мадам Помфри. Пожиратели отступали, поэтому мадам уверено вела девушку в больничное крыло, оказывается, какой-то Пожиратель ранил ее в плечо, а она и не заметила. Придя в крыло, мадам Помфри усадила Гермиону на койку и наказала ждать ее пока она ушла за лекарствами. — Вам очень повезло, мисс Грейнджер, — сказала мадам Помфри, она видела как Долохов выкинул заклинание. — Чтобы умелый Пожиратель Смерти промазал, так и еще с такого близкого расстояния? Никогда! Повезло однозначно! — Да, повезло, — ответила Гермиона. Но ведь никто, и мадам Помфри тоже, не знал маленький секрет Гермионы и Антонина Долохова. Что это была своего рода сценка, все было обдумано. Гермиона улыбнулась перед тем как подействовало зелье, которое ей дала мадам Помфри, и она не заснула.