Любимчик Фортуны

... Занималась первая заря. Барбосса нетерпеливо высматривал в подзорную трубу хоть какой-нибудь маленький островок. Наконец, подходящая кандидатура появилась на горизонте. "Ну, Птаха, готовься стать губернатором..." - пробормотал Гектор. - Прихлоп! Приведи сюда Джека Воробья. - И всё-таки я уверен, что тебе не стоит этого делать... - Убедил один раз, но второй не убедишь! Желаешь составить Воробью компанию и отправиться на остров вместе с ним? Тёрнеру не хотелось изгонять Джека таким жестоким способом, но ещё больше ему не хотелось сидеть на необитаемом острове, постепенно сходя с ума от жары. Пришлось повиноваться Барбоссе и привести Джека на палубу. Уилльям поспешил в самый низ судна - туда, где находился карцер. - Джек! - позвал он, уже подходя к решетке. - Пора. - Барбосса всё-таки отправит меня на прогулку по доске? - отозвался Воробей. - Да, он давно мечтает сделать это. - Ну и дурак. - махнул рукой Джек. - Он ещё услышит обо мне и заскулит: "Ох, был бы сейчас здесь тот, кого я отправил подыхать на остров, он помог бы мне спровадить этих англичан!" - Я попытался отговорить его, но он непреклонен. Более того, если бы я вовремя не закрыл рот, я бы составил тебе компанию на острове. - Невесёлые слова... Как и сама ситуация. Но я, конечно, не буду винить тебя: у тебя ведь есть ещё и сын. - Уилльям... - Прихлоп как будто очнулся от глубокого сна. - Я так давно собирался его навестить, но все никак не могу. - Ты его вообще видел хоть раз в своей никчемной жизни? - Да, по-моему, нет. - И кого ты собираешься навещать, если своего отпрыска даже не видел? А лицо его матери ты наверняка и не помнишь? - Не перегибай палку, Джек. Я каждый день вспоминаю об Алисии... - Но даже не помогаешь ей в воспитании собственного сына. - Это жизнь любого моряка. Она знала, на что нашла, когда отдавалась мне... - Ты соврал ей. Назвался моряком с торгового судна, выставил себя честным человеком. Тебе крупно повезло, что Алисия все ещё по-детски наивна, иначе она сразу раскусила бы тебя. - Я не мог знать, что все зайдёт так далеко. - Надо было думать о судьбе твоего нерожденного сына раньше. Кстати, сколько ему сейчас? - Должно быть около двух или трёх лет. - Интересно, к кому он сейчас обращается "папа"? - съязвил Джек. - Не надо дразнить меня. - Билл начинал злиться. - Вставай, доска ждёт тебя. - Твой сын тоже тебя ждет, но ты живёшь и не чешешься. И не торопишься никуда. - Я сказал, быстро встал. - прорычал Тернер, отпирая решетку. - Поднимайся на палубу. Джек подмигнул Прихлопу, многозначительно подняв палец вверх: -И всё-таки отправляйся к своему отпрыску, хоть в лицо его​ увидишь. - с этими словами Джек вышел из-за решетки. - Когда Барбосса зайдёт на Тортугу, не медли и отправляйся туда, где оставил Алисию. В Англию... Или куда там. Дезертируй и оставь пиратскую жизнь. - Легко сказать, Джек. Ты сам-то смог бы навсегда осесть на суше, жениться и растить детей? - Море - моя единственная любовь. И я сначала думаю, прежде чем задирать дамскую юбку. Чтобы потом не было гневных писем в роде: "У тебя растет сын, ты обещал мне жениться!" Джек и Уилльям поднялись наверх, где собралось уже немало людей. Едва Воробей ступил на палубу, к нему подошёл Барбосса, и, по-дружески положив руку на плечо Джека, объявил: - Рассвет, Джек. Я помню, что обещал на рассвете сделать тебя королем. Гляди, вон и твои владения, - Гектор указал на остров невдалеке. - Якорь сброшен, тут мелко. Можешь в последний раз взглянуть на паруса моего судна. - Спасибо, но я откажусь от такой чести. Но. Когда человека отправляют на смерть, палач должен исполнить его последнюю волю. - Черт возьми, он прав... - зло пробормотал Барбосса. - Я внимательно слушаю тебя, Джек. Воробей... - Я хочу, чтобы ты дал мне полную свободу. И гарантировал безопасность, пока я буду находиться на моей "Жемчужине". В ответ на это Гектор рассмеялся, а следом за ним и вся команда, что повергло Джека в некоторое непонимание. - Ну, так твоё желание легко исполнить. Ты уже ступил на доску, так что теперь должен идти дальше. Ты ведь больше не на "Жемчужине". Друзья, не дайте Воробью снова встать на палубу. Морские волки с довольным видом нацелили на Джека ружья и пистолеты, сомкнув тесное кольцо, тем самым отрезав путь к отступлению. Птахе пришлось дойти до середины доски, где он вдруг остановился и с лукавым выражением лица обернулся на Барбоссу. - А ты гарантировал мне свободу. - Я слово сдержал, ты сейчас свободен, как ветер. - такие слова капитана вызвали новую порцию смеха среди команды. - А ещё, согласно Кодексу, ты должен дать мне пистолет с одной пулей. - Черт...- закатил глаза Барбосса. - Раджетти, принеси оружие Воробья. Заряди пистолет, мы действительно должны дать изгнаннику пистолет с одной пулей. Хотя мне немного жаль, что пропадает такой уникальный объект. Он мог бы очень помочь вам. Джек взглянул на Гектора пронзительным взглядом, надеясь, что тот имеет ввиду его. - Так что отдай компас. - завершил фразу Барбосса. Воробей ощутил прилив ненависти к бывшему старпому, срывая компас с ремня. Ему не хотелось отдавать уникальную вещь, но что теперь можно было поделать? В такой бедственной ситуации никакой компас не поможет. Джек кинул компас Раджетти, который в свою очередь бросил Воробью пистолет. - Акулы ждут, мистер Воробей. - с напускной галантностью сказал Барбосса, кивнув старшему помощнику. Последний с дьявольской улыбкой наступил на механизм, удерживающий доску в горизонтальном положении, отчего деревяшка сильно подскочила, сбросив Джека в море. Когда он выплыл, шепотом проклиная Барбоссу под всеобщий смех, Пинтел прокричал с корабля: -Добро пожаловать на Карибы! ... Спустя несколько минут Джек добрался до острова. Выйдя на берег, он обернулся на "Черную Жемчужину", которая уже снялась с якоря и теперь отправлялась вдаль, судя по всему, в сторону Тортуги. - Вот кретин... Надеюсь, он получит по заслугам. Вроде как, самые страшные муки ада ждут предателей и мятежников. Да чтоб его молнией поразило... Старпом, дьявол его подери! И на кой черт я выбрал старпомом именно этого мерзавца! "Добро пожаловать на Карибы"! Да чтобы ты сдох на своих Карибах! Джек бесновался на острове, обзывая Гектора всеми существующими и не существующими ругательствами. Когда "Черная Жемчужина" давно скрылась за горизонтом, Воробей сел на песок, со всей накопившейся яростью отшвырнув пистолет с одной пулей в сторону. - Черт... - снова и снова разочарованно повторял Джек. - Никогда бы не подумал, что этот подлец уведет у меня МОЙ корабль, а меня вышвырнет на остров. Вот же... К полудню начало сильно припекать тропическое солнце, нещадно раскаляя белый песок и наделяя слабые волны ослепительным блеском. Джек ходил кругами, как тигр в клетке, под пальмами, растущими ближе всего к берегу, пытаясь придумать хоть какой-нибудь план, который мог бы дать надежду на избавление от этой жары и одиночества. Но хитроумный и не очень план никак не желал приходить в голову. А может быть, его вытесняли другие мысли, работающие над выдумыванием новых ругательств, подходящих Барбоссе. Джек углубился в свои размышления и не заметил, как ушел куда-то вглубь острова. Из размышлений его вывела пальма, в которую Воробей врезался лбом. Он уже готов был разразиться новой порцией ругательств, как вдруг его осенила мысль: звук удара был такой, как будто пальма не была обычным деревом. Скорее всего, это был деревянный столб, полый изнутри, но зачем-то замаскированный под пальму. - Забавно... - сказал сам себе Джек, обходя лжепальму. - И зачем ты тут? Может быть, это может помочь мне... Он попробовал постучать по дереву, еще раз убедившись, что это не обычная пальма. Тут явно что-то было не так. Первая мысль: дикари, а эта лжепальма - своеобразная ловушка. Джек отпрянул от столба, когда ему в голову пришла такая пугающая мысль. - Но если тут дикари, то где же их хижины? И что они тут едят и пьют, если на острове нет ни одного оазиса и я не увидел ещё ни одной плодовой пальмы? Не землю же они едят. - рассуждал сам с собой Воробей. Он попробовал ещё раз осторожно постучать по столбу. Никаких туземцев с копьями. Вообще никакого шума, какой мог бы происходить при нападении. Вторая мысль заглушила тревогу первой: может быть, это какие-нибудь тайные знаки? Иногда пираты или просто богатые люди зарывают свои сокровища на необитаемых островах, а чтобы потом в случае чего легко снова найти свой клад, оставляют незаметные пометки. Может, этот тщательно замаскированный деревянный столб и есть эта самая пометка? Эта мысль обрадовала Джека, он ухмыльнулся и принялся за поиски клада. Рассуждая, что пометка может находиться недалеко от спрятанного клада, Воробей стал просто ходить вокруг, стараясь либо найти новую пометку, либо ощутить под ногами какое-нибудь странное движение земли. И действительно, в нескольких шагах от пальмы молодой пират почувствовал слегка проседающую под ногами землю, как будто бы он стоял на подобии люка. Джек был заинтригован, и, достаточно быстро найдя возможную линию разреза, попробовал поднять кусок земли, на самом деле являющийся своеобразным люком. Но, видимо, владельцы тайника давно не наведывались на остров, и поэтому люк в некоторых местах крепко зарос травой. Джек провозился с люком пару часов, и ближе к вечеру наконец открыл его. Взору молодого пирата предстал целый погреб: в тайнике величественно возвышалось несколько бочек и стояло множество мутных бутылок с какой-то жидкостью. Джек несколько разочаровался в том, что не нашел золотой клад, но все же ситуация резко изменилась в лучшую сторону: если эту жидкость в бутылках можно пить, на острове прожить будет гораздо проще и комфортабельнее. - Было бы вообще замечательно, если бы тут оказался ром. - вполголоса сказал сам себе Джек, вытаскивая одну из бутылок из тайника. - Ну и что тут у нас... Бутылка была закрыта не очень крепко, и Джек, приложив немного усилий, открыл ее. Он поднес таинственную бутыль к носу, намереваясь сначала понюхать ее содержимое. Этот аромат привел его в настоящий восторг: в бутылках оказался именно горячо любимый Джеком ром! - Нам, однако, крупно повезло! - улыбаясь бутылке, тихо говорил пират. - Дни в одиночестве тянутся ужасно долго... Особенно, если не пить рома. Он поднес бутыль к губам, наслаждаясь горьким вкусом дешёвого рома. - И кто же тут у нас позаботился о судьбе изгнанников? - Джек опустил оригинальную крышку люка. - Наверное, тот, кто скоро явится сюда. ... Вечером, когда давно стемнело, уже очень пьяный Джек, пританцовывая, во весь голос распевал пиратскую песенку: "Пятнадцать человек на сундук мертвеца, йо-хо-хо и бутылка рому!" После каждого куплета Воробей хрипло смеялся, и снова припадал к горлышку бутылки с хмельным пойлом. "Пей, и дьявол тебя доведет до конца... Йо-хо-хо, и бутылка рому!" "Черная Жемчужина" на всех парусах летела в сторону Тортуги. У штурвала стоял Билл Тернер, прикидывая, как дезертировать с пиратского корабля так, чтобы, во-первых, его потом не нашли дружки-бандиты и не наказали за своевольную выходку, и, во-вторых, чтобы его не поймали ещё до того, как он успеет привести свой план в исполнение. Барбосса сидел на полу в своей каюте, куда приказал отнести сундук с ацтекским золотом. Он всё ещё не мог нарадоваться, что нашел-таки это сокровище, и перебирал каждый медальон, придирчиво разглядывая каждую бляшку. Все шестьсот шестьдесят три медальона были абсолютно одинаковы: все как будто только что из чеканки, новенькие, блестящие, с ещё не стершимся орнаментом в виде человеческого черепа. На самом дне сундука Гектор обнаружил нож: с позолоченной рукояткой и такой же новый, как и все медальоны. И, главное, остро заточенный. - Интересно, зачем всё-таки ацтеки несли Кортесу именно медальоны. Да ещё и такие оригинальные, можно сказать, пугающие, если слушать легенды. - задумчиво спрашивал себя Барбосса. - И все холодные, как лед. Медальоны действительно были ледяные на ощупь, что казалось странным: золото обычно нагревается от тепла тела, если его [золото] держать в руке. Но эти медальоны все равно постоянно были как будто только что из-под снега. Гектор решил не заострять на этом внимание, а продолжать предаваться щенячьему восторгу, разглядывая сундук и переливающиеся золотым блеском бляшки. К вечеру Барбосса, аккуратно складывая "безделушки" обратно в сундук, впервые увидел на крышке сундука какие-то обозначения: скорее всего, буквы. Но из индейских символов он не разобрал ничего, и поэтому просто захлопнул сундук и вышел на палубу.