Мятный оборотень

***

Юнги пришел к власти как только Намджун решил, что второй будет править лучше. Юн отлынивал, но все же согласился. Чимин не был против, но пригрозил альфе, что если тот будет мало уделять ему времени, то Мин Чимин свалит к соседу Ен-хёну. (Да, они расписались.) Юнги смеялся, а после, когда Чимин спихнул его на диван, понял ситуацию и все рабочие дела разбирал дома, вместе с Чимином, в постели, чему второй был безумно рад. В городе у Минни осталась квартира, он продолжает ходить в университет, утром его отвозит альфа, а днем Тэхён на своей красивой бэхе подкидывает до деревни, ведь по пути же. У Минни тоже есть машина, Юнги подарил ему ее потому что любит, а вот ездить запретил. «Беременным нельзя садиться за руль!» Чимин послушный мальчик, он слушает своего мужа, вот поэтому он сейчас и стоит возле университета. На улице май, за плечами пятый месяц беременности, что давит на эти же плечи и стреляет в спине. В волосах прохладный ветерок, что развевает рыжие, крашеные волосы. Май непредсказуемый месяц календаря, вот поэтому Чим надел на себя рваные джинсы и белую безразмерную рубашку. Прохладно… Мину уже бы перестать ходить в университет, взять академический отпуск, но нет, ходит, учится. Выводит беременного из мыслей крик: — Эй, малыш, не спи, залезай уже! — кричит Юн, приоткрыв окно автомобиля. — О, приехал, — радуется Минни, но залезать не спешит. — Я не смогу залезть в твой внедорожник, слишком высоко. — Детка, это всего лишь джип, — ухмыляется альфа, но все-таки выходит из машины, обходит стороной и, приоткрыв дверцу, помогает залезть туда второму. — Все? Мы можем ехать? — интересуется блондин и целует второго в выпирающий животик. — Можем. Только по дороге заедем в универмаг, хорошо? Юнги в ответ кивает головой и улыбается, он садится в машину и, пристегнув своего омегу, нажимает на газ. В магазин Чимин посылает альфу, так как сам слишком устал за целый день. Список небольшой, но Юнги все же умудряется забыть любимый мятно-лимонный зефир Минни, за что потом ему сильно влетит. В руках три пакета и гранатовый сок под подмышкой. Юн кидает пакеты в багажник, а сок берет с собой. Чимина часто укачивает или тошнит, а сок уменьшает тошноту. Альфа не любит те соки, на которых помешан его любимый, сладкие, вот какие ему нравятся, а не горькие или кислые. Садясь в машину, Мин видит спящего рыжика, что ненароком облизывает губы своим шальным язычком. Кажется кто-то сегодня будет наказан. В деревню доехать труда много не нужно, но вот времени занимает многовато. Пока младший спит, альфа думает как же все-таки ему повезло… — Маленький, просыпайся, мы приехали… — тихо шепчет второму на ушко блондин и целует в щеку. Чимин тянется, мило зевает, и все же открывает свои бездонные глаза. Юнги давно уже утонул в них и даже не собирается молить о пощаде. — Ммм, мы уже приехали? От такого милого растрепанного омеги, у второго уже член упирается в штаны. Юнги вздыхает и хмурится. Секс в жизни Минов присутствует, но, конечно, не в таких размерах, когда омега был на первых месяцах беременности. Сейчас же эти двое больше проводят времени на диване, валяясь и смотря какой-нибудь фильм. Чимину нельзя волноваться, а в остальном, врач говорит, беспокоиться не о чем. Юн за такой короткий срок успел построить новый дом для их семьи. В деревне было много нетронутой земли. Двухэтажный с видом на лес. Чимину нравились яркие тона, хотя Мин не очень любил такое, но все же пришлось повиноваться своей омеге. Светлая кухня отдельной комнатой, Чимину не нравились кухни-студии. Какой-никакой, но запах все-таки витал бы по дому. Кухня была большая, с панорамными окнами и видом на деревянную беседку. Большой стол и стулья. Вытяжка, столешница и много шкафчиков в сиреневых оттенках. Большая гостиная с молочно-шоколадным диваном и темным ворсистым ковром. На втором этаже были две большие детские и спальня Минов. Спальни мальчишек были покрашены в голубые, мятные цвета. Много подушек, теплые, толстые ковры, шкафы, только вот пока кроваток не купили, лучше заранее не покупать. Спальня родителей была в темных оттенках, хоть тут Минни решил уступить своему мужу. Длинные синие шторы придавали комнате уют и тепло. Большая двуспальная кровать. Деревянное трюмо и шкаф-купе. — Эй, вредный альфа! Где мой зефир?! — по дому раздались возгласы беременного омеги. — Я забыл, прости… — тихо ответил альфа, подойдя сзади, пока омега разбирался с продуктами. — Что ты сделал? — резкий поворот и рыжик начинает злиться. — Я… — Эй! — Прости, ну хочешь я сейчас поеду и куплю тебе этот зефир? — уже расстраивается альфа, подходя к омеге и поглаживая его живот. — Маленькие, ваш папа дурак. Он забыл купить наш с вами любимый зефир, нет, ну вы представляете? — тихо лепечет Мин Чимин, разговаривая со своим животом. — Чимин-а, не говори такого, они же все слышат… — альфа целует второго в лоб. — Я сейчас съезжу, я быстро. — Съездит он, ты даже о себе позаботиться не можешь, как ты собрался ехать? — спрашивает младший и сжимает через джинсы член второго. — А-ах, — рвано выдыхает Мин, хватаясь за столешницу за омегой. — Что тебя возбудило в этот раз? Последний месяц, у тебя стоит каждый день. Ты порнуху смотришь что ли? — злится омега, поглаживая достоинство. — Н-нет, — голова альфы идет кругом, еще чуть-чуть, и он не сдержится. — Так что так возбуждает моего мятного оборотня? — нежно шепчет рыжий второму на ушко, закусывает хрящик. Шальные пальцы растегивают пуговку и вжикают молнией на джинсах. Правая рука спускает джинсы, пока левая уже пробирается под трусы. — Это все ты. — Я? — удивляется омега. — То, как ты ешь и спишь, твой большой животик и пухлые пальцы. Твои бедра стали больше, и я готов умереть, так сильно мне хочется шлепнуть по твоему заду… — как на духу выпаливает Мин, пока его член интенсивно дрочат руки второго. — А еще я хочу тебя так сильно. Я хочу кончить в тебя, и чтобы по твоим шикарным ножкам лилась моя сперма, я хочу тебя запачкать, испортить… Я схожу с ума, да, точно, скорее всего я просто болен. Но мне мало пару раз в месяц, — не успокаивается альфа. — Я думал, что ты не хочешь, боже, ты такой глупый альфа! Ты должен был просто взять меня! — Чимин вытаскивает руку из трусов альфы и спускает свои штаны, а после и трусы. Виляя пятой точкой, младший добирается до белого стола и ложится на него. — Я так хочу тебя Юн-а-ах. Все, все заслонки слетают с петель, Юнги тут же оказывается возле рыжего и садится возле его ножек, которые первый держит руками. — Такой вкусный. Я так изголодал по твоему телу, боже. Языком ведет на пробу по сфинктеру, а после входит в дырочку, заполняя ее слюной. Младший сладко стонет и сам пытается насадиться на резвый язык альфы. — Боже не делай так, это слишком! — урчит омега, когда блондин интенсивно лижет анус, одновременно трахая его средним пальцем. Терпеть Юнги больше не может, поэтому рывком входит во второго, но не целиком, боясь навредить плоду. Чимину мало, и он насаживается глубже. Они много целуются, сминая губы друг друга в сладкой истоме. Старший не может терпеть то, как Минни сжимает его в себе, как стонет и кусает розовые, пухлые губы. Еще пара толчков, и омега изливается на пресс Юна, так и не притронувшись к себе. Мин кончает следом, он хочет выйти из младшего, но тот обвивает его ногами, заставляя кончить в себя. Альфа закатывает глаза и рычит, так хорошо… Чимин вытаскивает из себя пенис волка ухмыляется, садясь на попу. — По моим бедрам течет сперма моего волка, боже, это так пошло звучит, — улыбка с пухлых губ не сходит и тогда, когда Юнги говорит: — Твою ж, блять, ты, маленький соблазнитель Мин Чимин. Теперь я хочу еще — воет луноликий, обращаясь в волка. — Но только в постели! — смеется Чим и садится на волка верхом, они добираются до спальни быстро.

***

— Мин Юнги, блять, что с твоим голосом? — взвывает Гук по ту сторону телефона. Гук звонит не вовремя, как раз к концу второго раунда. — Мы трахались, — радостно отвечает Мин, и слышится шлепок о чужие бедра. — Мы и сейчас этим занимаемся. Рядом слышится заливистый смех, а после очередной стон из пухлых губ рыжего чуда. — Кинь трубку и двигайся уже быстрее! — вопль через стоны. Чимин бушует. — Вот же мерзость! — злится Гук и кладет трубку. Вот бы ему так, но этот Ким Тэхён не дает, гад, говорит до свадьбы ни-ни. А свадьба только через месяц, но Гук больше не в силах ждать… И именно сейчас он идет брать Тэхёна. Кажется, тот пошел принимать ванную.

***

Как и мечтал Чимин: «Я хотел бы детей, двух альф, чтобы наблюдать за тем, как их черты лица схожи с любимым». У них родились двое альф. Они были похожи на Юнги, улыбались до десен и любили папу так, что Юнги иногда ревновал, и думал, что лучше бы родились омеги. Но все еще впереди. Уже с раннего детства волчата могли обращаться, чему все очень удивлялись. Тэ и Гук расписались, кто-то даже говорил, что Тэхён забеременел, а радости Гука не было предела. Джин все так же проходит лечение, прогресс на лицо. Он много извиняется и плачет Наму в плечо, тот все понимает и верит, что когда-нибудь сможет простить свою омегу за то, что тот не рассказал все альфе, а сглупил и натворил глупостей. Врачи советуют завести паре ребенка, так Джин якобы сможет быстрее поправиться, но это уже дела этой пары.

***

5 лет спустя. Юнги по-прежнему сходит с ума при виде своего омеги, он покупает ему множество вкусняшек, иногда ходит вместе с отрядом на задания, выслеживая остальные логова охотников и следы Хосока. Мятный оборотень всегда обещает вернуться целым и невредимым, и Чимин верит, что уже завтра он прыгнет в объятия своему альфе, а тот поцелует его в родные губы. — Ты вредный мятный засранец, какого ты оставил меня на целую неделю с двумя малышами! — кричит Чимин, запрыгивая на только зашедшего альфу. — Им уже пять, малыш, — улыбается Мин, обнимая второго и кусая за шею. — Я так скучал по тебе, Чимин-а… — одни безумные глаза смотрят в такие же, не менее безумные. Поцелуй такой нежный, но одновременно несдержанный, сминая и кромсая недавно зажившие ранки. — Я тоже скучал по своему мятному волку! А про то, что Чимин говорил не про двух близнецов-волчат, а про себя и того, что начинал расти в животике пару недель назад, альфа узнает через пару минут, когда два волчонка побегут к отцу обниматься и расскажут, что у их папы растет животик и в нём кто-то поселился… Юнги быстро находит свое чудо на кухне, омега сидит за кухонным столом и кушает зефир, его любимый зефир, что утром ему занес ТэТэ. — Чимин-а, — зовет старший. Чим поворачивается в сторону Юна и кряхтит. — Уже рассказали? — даже не удивляется. — Так это правда? — улыбается Юнги. Он подходит к Чиме и сжимает его в объятиях. — Ты беременный? — Чего? — удивляется омега. Юнги понимает, что дети могли что-то напутать и улыбка спадает с его тонких губ. Чим хмыкает и отсербывает мятный чай, что как замена на то время, пока любимый не рядом. — Боже-е, ты, что обиделся? Так хочешь еще одного? — удивляется Чимин. Юн кивает и хочет предложить заделать третьего, но омега вдруг встает из-за стола и обнимает. — Да, чёрт возьми! Я снова беременный от тебя, мятный засранец! Юнги выдыхает, понимая, что его обдурили и бьет по попе в отместку. — Ты даже не представляешь, насколько я счастлив… — парирует альфа и подхватывает второго под ягодицы, поднимая на весу. — Но пока твой живот не слишком большой… — Нет, Мин Юнги, даже не думай! — кричит Чимин. — Поставь меня на место! Оставь где взял! — смеется омега. Юнги не слышит возгласы беременного омеги и еще крепче сжимает чужие ягодицы. — Почему я не хочу сопротивляться? — все так же улыбается Мин Чимин. — Потому что сопротивляться бесполезно, когда ты во власти волка. Говорят, волки любят лишь раз.

***