Утром всё выглядит иначе

Когда наступает утро и Исак просыпается, первое, что он видит, это Эвен. Который смотрит на него. Должно быть, они ворочались ночью во время сна, потому что теперь они оба лежат на своей стороне, смотря друг другу в глаза. Губы Эвена едва заметно вздрагивают, когда Исак наконец моргает, отгоняя сон. Он слабо шепчет: — Привет. — Привет, — шепчет в ответ младший. Затем воспоминания о прошлой ночи вдруг обрушиваются на него большой волной, и что-то сжимается в груди. Он рассказал Эвену о своих чувствах. И он не слышал этого. Ну или слышал лишь часть. Исак до конца не уверен, когда тот уснул. Тем не менее, эта мысль заставляет кровь бурлить в венах. Он не знает, как узнать, слышал ли он его слова. Если нет, то как сказать ему их снова. Исак настолько поглощен своими собственными мыслями, что только спустя какое-то время замечает, что Эвен внимательно рассматривает его. Вальтерсен встречается с ним взглядом и видит, как вокруг глаз старшего парня собираются небольшие морщинки. Его улыбка такая притягательная. Исак чувствует, как тает изнутри при взгляде на неё, а его щёки немного покрываются румянцем. Чувствуя, как его губы непроизвольно растягиваются в ответной улыбке, он бормочет смущенное: — Что? Эвен молчит всего секунду и затем- — Могу я поцеловать тебя? Исак почти соглашается. Время перестаёт существовать в этот момент. Он совсем немного ощущает его, когда его глаза расширяются и рот открывается в изумлении, но всё остальное неподвижно. Непоколебимо. Картинка из его мечты. Сосед по-прежнему улыбается ему, не показывая на своём лице ни единой капли сомнения, только спокойную уверенность. Исак осознаёт, что его улыбка и этот момент неизбежны. Поэтому, закусив свою губу и затаив дыхание, он бормочет: — Да. Лицо старшего, если это вообще возможно, становится ещё ярче, и затем всё происходит как в замедленной съёмке. То, как аккуратно голова Эвена пододвигается ближе на подушке; то, как руки Исака всё ещё находятся под его головой, пока сантиметры сокращаются между ними; то, как его дыхание слегка опалят губы Вальтерсена. То, как Эвен расплывается в улыбке, даже когда остаются считанные мгновения до того самого момента. Их носы соприкасаются, из-за чего ресницы Исака немного поддрагивают, и с полузамершим сердцем в груди Эвен целует его. Первое движение — это практически не ощутимое прикосновение, но оно посылает покалывание от спины до кончиков пальцев ног Исака. Второе движение уже более уверенное; их губы ловят друг друга и скользят друг по другу — мягче, чем просто мягко. Исак задыхается. И потом происходит самая замечательная вещь в мире; губы Эвена вздрагивают, и Исак целует его улыбку. Юноша не может удержаться и улыбается в ответ. Слишком головокружительно, чтобы не сделать это. И когда их губы рассоединяются, он чувствует, как к горлу подкатывает смешок от взгляда на лицо соседа. Потому что он сияет, тихо посмеиваясь от неверия во всё происходящее. Сердце Исака вот-вот пробьёт грудную клетку. Исак убирает руки из-под головы и закусывает свою улыбку, но усилия оказываются тщетными. Он цепляется пальцами за воротник футболки Эвена, и в этом нет никакого подтекста, правда. Ему просто нужно за что-то держаться. Его костяшки прижимаются к учащенному пульсу, и он вспоминает, что это реально. Это происходит на самом деле. Эвен передвигает свою руку, чтобы заправить прядь волос за ухо младшего прежде, чем начать крутить завитки из волос вокруг своего пальца. Он смотрит на него с самым ласковым выражением лица. Исак не испытывал на себе такого взгляда от него прежде. Он никогда не видел его с полузакрытыми глазами и с такой удовлетворенной улыбкой. Исак не знает, сколько прошло времени, но пальцы Эвена, сквозь которые он пропускает его волосы, помогают ему отключиться от внешнего мира. Эвен осторожно зовет: — Исак. Исак снова заставляет себя открыть глаза, смотря с обожанием и с былой улыбкой. Найшейм кусает губу какое-то время, и Исак ощущает волну ожидания в своем животе. — Я тоже не могу не любить тебя, — шепчет Эвен. Исак застывает, рот открывается в безмолвии, поскольку на его ум не приходит ни единой мысли. Он пялится на Эвена и наблюдает за тем, как его лицо смягчается и как он делает крошечный кивок. Он слышал. Держа свои глаза закрытыми и недоверчиво усмехаясь, Исак сталкивается со взглядом парня вновь. — Поцелуй меня. Глаза старшего игриво улыбаются, когда он придвигается ближе, быстрее и более торопливо на этот раз, и соединяет их губы. И это блаженство. Это невыносимо. Это всё. Их губы скользят друг по другу, как будто так и должно быть. Рука Эвена до сих пор блуждает в волосах юноши, пододвигая его голову ближе к себе и погружаясь в него с каждым движением руки в его волосах. Рука Исака в свою очередь поднимается вверх от футболки Эвена до его шеи. Он никак не может перестать думать о том, насколько идеален этот момент. Они неизменно одеты в свои пижамы, и у них определенно есть характерный утренний запах изо рта. Все эти детали должны сделать происходящее менее привлекательным и романтичным. Однако напротив это придает реалистичности. Они находят совершенное в несовершенном. Эвен вновь улыбается в поцелуй, теснее прижимаясь к тому, кого целует. Исак понимает намёк и переворачивается на спину, пока сосед взбирается на него сверху, задевая его нос своим и разрывая поцелуй. В животе Вальтерсена бушует ураган от мягкости прикосновения, поэтому он обхватывает шею парня и тянет на себя для продолжения. Это сравнимо с падением в забвение, если бы оно было сделано из одеяла и поцелуев. Грудь Эвена прижата к нему всем весом, а его руки тянутся вверх, чтобы сплести их с руками младшего и спрятать в подушке по другую сторону от головы Исака. Вальтерсен выпускает довольный вздох и улыбается в поцелуй в надежде, что Эвен сможет почувствовать это. В ответ сосед мычит ему в губы, отстраняясь для того, чтобы одарить юношу цепочкой маленьких поцелуев вокруг рта, что очень смешит Исака. — Поцелуй меня как следует, — жалуется он. Его слова смягчаются из-за вырывающегося смеха. Эвен замирает. Он c трепетом смотрит вниз на Исака. — Ты не представляешь, как долго я мечтал поцеловать тебя. Исак тяжело сглатывает и вытаскивает руку из хватки парня, чтобы убрать спавшую на его лицо прядь. — Ты мог это сделать ещё тогда, — шепчет он и вздергивает свой подбородок вверх в немой просьбе, словно в доказательство своим словам. Эвен ухмыляется и крепко целует его в губы. Он отстраняется слишком быстро, поэтому Исак вновь тянется к нему. — Давай поговорим и обсудим, что между нами происходит, чтобы поскорей обратно вернуться к поцелуям. Исак облокачивается назад на подушки и приподнимает брови. — Прямолинеен, как и всегда, — фыркает он. — Я говорил тебе, как только приехал, что общение — это ключ к любым отношениям, — парирует сосед, — неужели ты правда удивлен? Исак моргает в ответ. — Это то, чего ты действительно хочешь? — тихо спрашивает он. — Отношения? Его сердце глухо, но болезненно отбивает в груди в те долгие мучительные секунды в ожидании ответа от Эвена. Однако когда он кивает, Исаку кажется, что его сердце вот-вот остановится навсегда. — Я тоже хочу, — бурчит юноша. Ласкового выражения на лице Эвена хватает для того, чтобы выбить из Исака остатки кислорода, а поцелуй, который следует за этим, заставляет окружающий мир плыть перед глазами, что кажется, что всё это иллюзия. — Что подразумевает под собой эволюция от приятелей-обнимателей до бойфрендов? — еле разборчиво задает вопрос он и смотрит Эвену прямо на грудь. Красные щеки выдают его с головой. — Предполагаю, ничего особенного, — непринужденно произносит старший парень. — Возможно, просто больше поцелуев. Исак поднимает взгляд на это, подмечая игривую чуть искривленную улыбку Эвена и закатывая глаза в попытке спрятать нежность в своих чертах. — Довольно неплохое улучшение, — бурчит он, мгновенно замирая, когда Эвен тянется за следующим поцелуем. Этот поцелуй всё никак не кончается. Он продолжается и продолжается до тех пор, пока губы Исака не начинают покалывать. Его пальцы комфортно расположились в волосах Эвена. От каждого прикосновения их губ Исак ощущает себя на седьмом небе от счастья. Спустя бесконечное количество времени они отстраняются, чтобы перевести дыхание, прижавшись друг к другу лбами и тяжело дыша. Эвен немного посмеивается. — Я хочу приготовить нам завтрак и одновременно не хочу останавливаться целовать тебя. Исак трясет головой напротив головы соседа и поднимает подбородок, чтобы промурлыкать слова тому в губы. — Больше никогда на свете не прекращай целовать меня. Эвен встречается взглядом с ним, и искра, которая проскакивает между ними, заставляет юношу трепетать. Прямо перед тем, как Эвен ловит его губы в ещё одном захватывающем дух поцелуе, он бормочет. — Я не прекращу.

***

The boys Исак: ну Теперь у меня есть парень. Магнус: аслдавадПЛМВДВЛЩДЗХЖЪЛБ Ч ТО Юнас: ты признался ему?????????????????? НАШ МАЛЬЧИК ЗАПОЛУЧИЛ СВОЕГО МАЛЬЧИКА!!! Махди: крутяк! Как ты сказал ему? Магнус: да каКАЯ РАЗНИЦА, КАК ОН СКАЗАЛ ЕМУ. ОН МОЖЕТ РАССКАЗАТЬ НАМ ОБ ЭТОМ ПОЗЖЕ. ИСАК ИДИ ЦЕЛУЙСЯ СО СВОИМ ПАРНЕМ, У МЕНЯ ВСТАЁТ ВСЕГО ЛИШЬ ОТ ОДНОГО ВЗГЛЯДА НА ВАС ДВОИХ ЗА ПОСЛЕДНИЙ ПОЛТАРА МЕСЯЦА. Исак: спасибо за поддержку???????? Юнас: мы очень рады за тебя <33 Махди: серьезно, исак, это классно <3 Магнус: это лучшая новость за эту недЕЛЮ Исак: <3 <3 <3

***

Глубокая ночь субботы. Они толком не двигались весь день, выбираясь из своего убежища только ради еды и в туалет. Это так похоже на их самый первый день, который они провели в кровати. Главное отличие в том, что добавились поцелуи. Очень много поцелуев. Что удивительно, их соседи не мучают вопросами и тихо сидят по своим комнатам целый день. Это, по его мнению, вполне себе ожидаемо, ведь они и так сидят там большую часть времени уже несколько дней, потому что Эвену нужен отдых. — Когда ты понял? — мягко интересуется Исак, играя с пальцами Эвена. Он печально улыбается, когда Эвен переплетает их пальцы вместе и прижимает ладони друг к другу — Когда я понял, что ты мне нравишься? — задает вопрос старший. — Мм. Ну типа, первая ночь, когда мы обнимались –ты, — он делает паузу и заглядывает в глаза парню. — Это было тогда? Уголки губ Эвена поднимаются вверх и это так мило, что Исак хочет отвести взгляд. — Ты понравился мне с первого же дня знакомства. Исак замирает и морщит свой лоб в изумлении. — Серьезно? — шепчет он. Эвен лишь кивает. — Вау, — восхищенно бормочет он. — Прямо с того самого момента, когда ты застал меня без футболки и засмущался. Исак заикается от возмущения, негодующе закидывая голову назад. — Чт-Иди в жопу! Я не смущался. — Ты был смущен, — поддразнивающе улыбается Эвен и перемещает руку на талию Исака, притягивая ближе. — Всё нормально. Мне показалось это милым, — ласково произносит он, поддаваясь вперед и соединяя их губы в поцелуе. Ресницы Исака подрагивают. — Когда мы обнимались в первый раз, — начинает Исак, когда они отпрянули друг от друга. — Выходит, ты пытался залезть ко мне в штаны? — с усмешкой спрашивает младший парень. Однако выражение лица отвечающего приобретает серьезный вид, когда он говорит: — Нет, — тихо произносит он. — Конечно же, я хотел быть с тобой, но-быть твоим другом было так важно для меня. И я правда хотел просто так обнимать тебя в ту ночь. Потому что тебе было больно, и я хотел помочь тебе, а не потому, что хотел поцеловать тебя. Глаза Исака становятся влажными, когда он сталкивается со взглядом Эвена. Он поднимает руку и касается щеки второго в безмолвной благодарности. — Хотя на самом деле я очень хотел тебя поцеловать, — он добавляет немного погодя. Исак смеется, закрывая глаза и тряся головой. Он прижимается лбом ко лбу Эва. — Спасибо. Эвен трется носами с Исаком, один, два, три раза и дарит легкий, словно перышко, поцелуй в уголок губ юноши. — Я влюбился в тебя, держа тебя в своих руках. Дыхание Вальтерсена сбивается, и он сглатывает ком в горле. — Я просто влюбился в тебя. Не знаю, когда. Эвен улыбается. Он достаточно близко, чтобы почувствовать его улыбку. — Но обратного пути нет. Сосед поднимает руку вверх и проводит большим пальцем вдоль изгиба брови Исака. — У нас теперь нет обратного пути, — мягко произносит он. — Я всё равно не хочу этого в любом случае, — бурчит Исак. — Я тоже, — Эвен соединяет их лбы вновь, а Исак прикрывает свои глаза. — Всё так, как должно быть. Кудрявый парень кивает в согласии и сталкивается носом с Эвеном, обнимаясь более тесно. — Только ты, я и эта кровать.

***

Они решают сообщить новость остальным с воскресное утро. Исак забредает в гостиную чуть позднее 11 часов утра с Эвеном позади себя и с переплетенными пальцами рук за его спиной. Парни обнаруживают Эскиля, Нуру и Линн за просмотром телевизора с мисками хлопьев в руках. Все трое одновременно оборачиваются на звук их появления в комнате, и желудок Исака делает кувырок. Почему у него возникает ощущение, будто он представляет своего парня родителям? — Эм, в общем, у нас есть кое какие новости для вас, — напыщенно начинает он, переводя взгляд с одного выжидающего лица на другое, после чего тянется назад и берет руку Эвена. — Мы-мы теперь вместе. На какое-то мгновенье в комнате повисло молчание. Линн первая открывает рот. — Разве вы не встречаетесь уже как месяц? — безучастно спрашивает девушка. — Почему вы говорите нам об этом только сейчас? Исак заикается, смотря то на Линн, то на Эвена в замешательстве. Его парень лишь беззаботно пожимает плечами. — Мы стали парой только вчера? Линн поднимает одну бровь и фыркает в свою тарелку с хлопьями. — Видимо, я нафантазировала все ваши тисканья на диване, которые я наблюдала в течение полтора месяца. Хорошо. Исак надрывается в попытках найти ответ на это, но Эвен даже не старается приложить хотя бы малейшее усилие, чтобы найти оправдание, слегка посмеиваясь за его спиной. В конце концов, Нура приходит им на помощь. — Мы очень рады за вас, — дружелюбно говорит она. Исак кивает ей, выпуская вдох облегчения. В этот самый же момент Эскиль решает, что все закончили с болтовней, поэтому он вскакивает с дивана и втягивает их в слишком крепкие медвежьи объятья. — Я так горжусь! — драматично кричит Тригвассон. — Наконец-то. Исак выпускает смешок, поддаваясь в объятия Эскиля, даже несмотря на то, что его рука вокруг шеи сдавливает его горло. Эскиль отпускает их секундой позже и подпрыгивает на носочках. Исак делает вывод, что ему нравится гораздо больше, когда его обнимает за шею Эвен. Он льнет к боку своего парня и смущенно улыбается в ответ на светящийся взгляд рыжеволосого соседа. — Кстати, это полностью моя заслуга, — информирует их Эскиль. — Это была моя идея, чтобы Эвен переехал в комнату Исака. Можете не благодарить. Вальтерсен закатывает глаза, делая долгий раздраженный вздох. — Спасибо, Гуру, — неохотно благодарит он, хотя на самом деле у него выходит это с какой-то теплотой в голосе. Эскиль улыбается ему, более спокойно и искренне на этот раз, и кивает головой. — Всегда к вашим услугам.

***

В понедельник Исак и Эвен идут в Студенческий центр рука об руку, и когда они приближаются к столу парней, Исак пытается удержать смех от того, какая гробовая тишина воцаряется за их столом при их появлении. Он наблюдает за тем, как три пары глаз Юнаса, Магнуса и Махди округляются при взгляде на их сцепленные ладони — так, будто бы им ничего неизвестно — прежде, чем их взгляды возвращаются на лица виновников торжества. У них отвисла челюсть. — Fy faen, он не врал, — в ужасе шепчет Магнус. И тут Исак не выдерживает. Он жмурит глаза, и его прорывает на смех. Он слышит, что Эвен тоже посмеивается сбоку, сжимая его ладонь в своей и поддергивая плечами. Они плюхаются на свои сиденья. Вальтерсен приходит в себя и замечает смущенное выражение лица Магнуса и фейспалм Юнаса и Махди. — Я не врал, — подтверждает он, выпуская еще один смешок и качая головой. — Мы очень рады за тебя, мужик, — серьезно говорит Юнас до того, как перевести взгляд на Эвена.- За вас обоих. Исак бросает взгляд на Эвена и ощущает, как его сердце прыгает от счастья в груди, когда замечает, что легкая улыбка трогает уголки его губ. — Спасибо, — бормочет Эвен. — Жаль, нет видео, где мы говорили Исаку о том, что он нравится тебе буквально месяц назад. Это его вина, что у вас отняло это слишком много времени, — произносит Махди и поднимает руки в защиту. Исак делает возмущенный звук, в то время как Эвен всего лишь хихикает сбоку от него. — Если быть честным, — спустя мгновенье начинает Эвен. — Я так же ничего ему не говорил. Магнус трясет рукой. — Какая разница, сколько времени им потребовалось? Расскажи нам, как всё это произошло, — он спрашивает с полной готовностью, на что Вальтерсен закатывает глаза. Эвен смотрит на него с поднятыми бровями; Исак пожимает плечами. Найшейм может рассказать, если этого хочет. Всё равно им никогда не уйти от этой темы полностью. Но затем Эвен качает своей головой и переводит взгляд на мальчиков. — Извините, парни. Я думаю, это останется между нами. Исак наклоняет свою голову, чтобы скрыть улыбку. Внутри его живота всё переворачивается, когда Эвен переплетает их пальцы под столом. Из ребят как будто выбили весь воздух на секунду, но в следующий миг его ответ перекрывается вопросом от Магнуса о состоянии Эвена. Что-то расцветает в груди Исака от того, как парни безоговорочно волнуются о нем. Он знает, что друзья поддерживают его. Они были его опорой на каждом его шагу к этому. Но лицезреть, как они искренне принимают Эвена в их небольшую семью вживую, делает его удовлетворенным впервые за долго время. Жизнь уже не может стать лучше, чем сейчас.

***

В пятницу утром Исак просыпается от бесконечной череды мягких манящих поцелуев. По его плечам, верхней части шеи и затем, наконец, по всем его щекам. Когда он лениво открывает глаза ото сна, Эвен наваливает на него сверху, нежно улыбаясь. — Утро доброе, — бормочет старший, наклоняясь, чтобы оставить один из самых трогательных поцелуев на губах Исака. Вальтерсен мычит и обвивает руками шею парня, удерживая его в этом же положении. — Мне нравится просыпаться таким образом, — бурчит он. Его лицо расплывается в улыбке, когда Эвен трется своим носом об его. — Сколько времени? — 9 часов, — сообщает ему Эвен и устраивается на его бедрах поудобнее, по всей видимости, не собираясь слезать с них в ближайшее время. — Я должен собираться, — вздыхает Исак и смотрит на свет, который проникает через окно. — У меня пара в 10 часов. Парень сверху качает головой, и его глаза мерцают. — Нет. Исак приподнимает бровь и молча ждёт объяснения. — Сегодня мы пропустим учебу, — говорит он. — Я приглашаю тебя на свидание. — Прямо как Феррис Бьюллер? — спрашивает младший, чувствуя, как на его лице появляется улыбка от предвкушения. Он должен был догадаться, что Эвен до безумия романтичный. Эвен просто кивает. Он кусает нижнюю губу в попытке скрыть ухмылку. — Ну, если ты настаиваешь, — растягивает слова Исак, беззаботно вздыхая и чувствуя, как внутри него всё бурлит, как только Эвен начинает зацеловывать его щёки, хохоча. Исак вскидывает свою голову, защищаясь от щекотки, хватая Эвена по обеим сторонам его головы, чтобы отстранить его от себя. Он смотрит на Вальтерсена с вопросом в глазах, и вены Исака закипают от ожидания. — Мы можем пойти на свидание… но сначала поцелуй меня, — просит юноша. Взгляд Эвена мгновенно устремляется на его губы, и Исак не может удержаться и запускает пальцы в волосы Эвена. — Мы можем сделать это, — бормочет Эвен и поддается вниз. Сначала они соприкасаются лбами, и Исак поднимает голову вверх в попытке соприкоснуться с ним губами. Они соприкасаются, но лишь немного, отстраняясь вновь. И только затем, наконец-то, Эвен наклоняет свою голову вбок и соединяет их губы. Поцелуи с Эвеном это то, что никогда не надоест Исаку. По крайней мере, он надеется на это. Он не хочет, чтобы легкая дрожь от мысли «он целует меня» когда-либо исчезла. Он не хочет, чтобы его сердце перестало ускоряться или же наоборот замедляться в зависимости от поцелуя. Он не хочет, чтобы то сладкое сиропообразное чувство, которое делает его мозг пьяным, а конечности — немыми, пропало. Он хочет узнавать всё это с новой стороны. Снова и снова. Пока ощущение кожи Эвена не впечатается в его пальцы, а его губы не отпечатаются на губах Эвена. Они лениво целуются какое-то время. Исак не может ничего поделать с чувством тепла, которое разливается в его груди от каждого движения губ. Это вызывает точно такие же чувства, как и их объятия. Не проходит много времени, как их действия набирают обороты. От медленных движений бедер они переходят к более настойчивым, а руки сжимают друг друга сильнее. — Я собирался принести тебе завтрак в постель, — запыхавшись, лепечет Эвен, проделывая поцелуи вниз по его шее и выпуская шаткий вздох, когда их бедра опять сталкиваются. — Мы можем позавтракать позже, — бурчит Исак и уверенно тянет за футболку Эвена, выгибая шею для лучшего доступа. Эвен смеется в его шею. Его руки путешествуют под футболкой юноши, изучая плоский живот Исака. Становится всё труднее игнорировать напряжение в своих штанах, и когда он снова тянет Эвена за футболку, старший, наконец-то, понимает намёк. Эвен выпрямляется на достаточное количество времени, чтобы успеть стянуть с себя футболку и выбросить ее назад за свою спину, после чего он нависает над парнем вновь. Исак поддается ему навстречу и втягивает его в болезненный поцелуй, в то время как они падают на подушки. Это не продолжается долго. Эвен отстраняется через несколько секунд. Но как только он избавляет Исака от футболки, он соединяет их губы в очередной раз. Его рука двигается вниз по телу Исака и хватает за резинку спортивных штанов. Губы Эвена следуют дальше, вниз по груди Вальтерсена и доходят до его бедер, останавливаясь здесь на мгновенье, чтобы поставить засос в этом месте. Его пальцы цепляются за резинку штанов Исака, стягивая их мучительно медленно до тех пор, пока прохладный воздух комнаты не ударяет по его коже и тело не охватывает дрожью. Всё происходит, как в тумане. Эвен ухмыляется и встречается разгоряченным взглядом со вторым парнем, после чего заглатывает его, и Исак заканчивается как человек. Его голова безвольно падает на подушки, и прошептанное «faen» срывается с его губ. Глаза закрываются, а руки впутываются в волосы старшего. Доброе утро.

***

После второго раунда в душе планы Эвена о завтраке в постели в конечном итоге заканчиваются тем, что Исак сидит на кухонной стойке, а сам он стоит, облокотившись на газовую печь. Таким образом, они оба могут есть яйца прямо со сковородки. Это не столь романтично, но зато Эвен с легкостью может стоять между его ног и выпрашивать поцелуи. Это в сто раз лучше любых завтраков, удостоенных звездой Мишлена*, которые Эвен мог принести в их постель ещё несколько часов назад. — Так куда мы пойдем на наше свидание? — интересуется Исак у Эвена, который стоит сбоку от него, пока он моет сковородку. — Не скажу, — язвит он и толкает его бедром, отнимая у Исака сковороду. — Иди собираться, мы уходим через несколько минут. Вальтерсен закатывает глаза, хоть его и разрывает изнутри от предвкушения. Он целует своего парня в щёку и выходит из кухни, останавливаясь в дверном проеме, чтобы задержать свой взгляд на улыбающемся в сковородку Эвене. Да. Поистине доброе утро.