Путевые заметки Пелагия Максимуса (М.муары, на..санные ...мерским п.ром)

      — М-да… — задумчиво протянул Кай Косадес.       — М-да… — мрачно согласился с ним Хасфат Антаболис.       Предмет столь бурного обсуждения, то есть ваш покорный слуга, предпочёл промолчать.       — Хас, — вздохнул Косадес, — нельзя его так отправлять к эшлендерам. Ты же мастер защиты. Придумай что-нибудь.       — Я мастер обращения со щитами, Кай, — огрызнулся тот. — Ты же не предлагаешь выдать ему щит? Это, знаешь ли, тонкое и сложное искусство, и с его темпами обучения мы продвинемся до мало-мальски пристойного уровня лет так через… сто.       Я опять промолчал. Увы, но в оценке моей обучаемости обращению со щитом учитель Гильдии Бойцов был прав.       Думаю, он мне даже польстил лет так на пятнадцать.       — Хорошо, пусть не щит, — согласился Косадес. — Давай просто подберём ему доспехи. Тут ты в любом случае разбираешься лучше меня.       — Просто подберём?! — возмутился Хасфат. — Просто, Кай, даже гуары не родятся, а у нас тут… тот ещё гуар.       — М-да, — глубокомысленно откликнулся Косадес.       — М-да… — согласился Хасфат.       Даже на мой взгляд, взгляд человека, очень далёкого от обсуждаемой темы, дискуссия зашла в тупик.       — Давайте рассуждать логически, — призвал я. — Какой вообще у меня выбор?       Они уставились на меня так, словно с ними и в самом деле заговорил гуар.       — Ну, надёжнее всего защищает тяжёлая броня, — откликнулся Хасфат. — Железные, стальные, эбонитовые…       — Стоп, — решительно сказал я. — Именно это нам и нужно, так? Защитить меня как можно надёжнее. Давай тяжёлые доспехи, Хасфат.       — Да что б ты понимал! — возмутился он. — Знаешь, сколько выносливости требуется…       — Я выношу вас обоих уже третий час, — оборвал я. — Выносливости мне не занимать.       Хасфат в растерянности уставился на Косадеса.       — Просто дай ему примерить стальную кирасу, — спокойно посоветовал тот.       И мне очень, просто очень не понравилась Косадесова ухмылка.       Знаете что я вам скажу? Кто-то называет мой вес лишним, да. Так вот, по-настоящему лишний вес — это стальная кираса. Настолько лишний, что в тяжёлой броне я, как выяснилось, могу только лежать. И меня, в принципе, такой вариант устраивал. Я могу очень целеустремлённо лежать в сторону эшлендеров хоть круглые сутки. А устану лежать — посплю.       Отличный, на мой взгляд, план.       Но Косадесу он, как ни странно, не понравился.       На мне попробовали и среднюю броню — вытащив общими усилиями из стальной кирасы почти как устрицу; хорошо что хоть лимоном не сбрызнули.       Средние доспехи отличались от тяжёлых только тем, что в них я мог ползти. Не очень быстро, правда.       Ладно, может, я немного преувеличиваю, но, поверьте, не то чтобы сильно.       — Остаётся лёгкая броня, — вздохнул Косадес. — Пусть не столь хорошо защищает, но он хотя бы сможет двигаться…       Хасфат отвёл глаза и засопел.       — Что такое? — спросил Косадес.       — Лёгкую броню предпочитают воры, — ответил Хасфат. — Или ассасины. Знаешь, такие ребята… Ловкие, подвижные, проворные… Стройные. Боюсь, мы не найдём лёгкой брони нужного нам размера. А если и найдём — зрелище будет, мягко говоря, неэстетичное…       Это, пожалуй, было уже чересчур.       Я поднялся с матов — дискуссия проходила в тренировочном зале Гильдии Бойцов, — и объявил:       — Моя дорогая тётушка Агата всегда говорила, что лучшая защита — это вежливость и открытая, дружелюбная улыбка. — Честно говоря, тётушка добавляла «а ещё долговые расписки в укромном месте», но об этой детали я предпочёл умолчать. — И, господа, от её советов пользы будет куда больше, чем от ваших обсуждений.       — М-да, — снова протянул Хасфат       — М-да, — согласился Косадес. — Значит, остаётся…       — …Бездоспешный бой, — закончил за него Хасфат. — Умение уворачиваться и не подставляться под удар.       И это звучало неплохо. Пока…       — Пелли, тигрёнок ты мой потрёпанный, — ласково сказал Кай. — Как хорошо, что ты сам это предложил. Видишь ли, тут, прямо рядом с тобой, живёт один из лучших учителей бездоспешного боя на всём Вварденфелле, и…       Я перевёл взгляд на Хасфата Антаболиса. Он смотрел на меня с нескрываемым сочувствием.       — …И раз уж ты сам выбрал бездоспешный бой, — ещё ласковее продолжил Кай, — то я уж постараюсь, чтобы твоя ленивая толстая задница кое-чему научилась.       И моя ленивая толстая задница действительно кое-чему научилась. И, несмотря на то, что это было ужасно и для меня, и для Кая… Его уроки, пожалуй, не раз спасли эту самую задницу от верной смерти… а то и от чего-нибудь похуже.