My prison doctor

— Раз… Два… Три…        Я проснулся от того, что начал задыхаться. Просто не мог сделать вдох, даже ртом. Я соскочил с кушетки, принимая сидячее положении. В глазах все потемнело, а в ушах был шум. Отдышавшись, я стал оглядываться. Шум в ушах тоже прошел, и тогда я услышал тихий хохот, который доносился с соседней кровати, на которой к верху задом лежал Милкович. Он обнимал подушку и видно в нее же и смеялся. Отойдя от такого зверского пробуждения, я пихнул Микки в бок. Тот стал смеяться еще громче, и тогда я не выдержал, и сильно шлепнул его по заднице. Парень взвыл и подскочил, отворачивая свою упругую пятую точку от меня подальше. Он явно не был зол, в отличие от меня. — Полторы минуты без воздуха. Молодец, солдат — он ухмыльнулся и сел, поправляя свои растрепанные волосы. — И какого хера ты творишь? А если бы я кони двинул? — я потер свою шею, радуясь, что мне просто закрыли нос и рот, а не стали душить. — Откачали бы — пожал плечами брюнет, и мне от этого стало еще хуже. Конечно, откачали бы… — Сомневаюсь — я встал с кушетки, немного шатаясь направился к ванной комнате. Все тридцать три удовольствия, лишь бы я работал тут неделю, а потом пару дней торчал дома. Где, к слову, гораздо скучнее, чем тут. Либо это до тех пор, пока тут Милкович. Кто его знает? — В любом случае, я бы тебя не угробил — фыркнул мне вслед заключенный, а я и в ступор сразу. Вот и понимай потом эту фразу как хочешь. — Где тут, кстати, отлить можно? — Ч-то? А, это. Идем — признать, я немного затупил. Но я затупил гораздо больше, ведя за собой Микки в уборную. Зайдя внутрь, я подошел к отдельно стоящей раковине. На стене напротив были две душевые, а рядом пара кабинок. Я рукой показал Милковичу на одну из них, а затем отвернулся, чтобы умыться. — Тут еще и душ принять можно? Вот это роскошь — я плохо понял, что он сказал, из-за воды, что я включил на полную, дабы не слышать других посторонних звуков. Парень вышел из кабины и подошел ко мне. — Это же не только для одной твоей тощей задницы? — он указал на душ, и тогда я понял, о чем он говорил. — Нет. А тебе он зачем? Ты же не на свидание собираешься. Руки помыл и хватит — я закрыл воду перед тем, как брюнет подстроил под кран руки. Он одарил меня злобным взглядом, а затем сам снова включил воду. — Ну ты и странный, Галлагер. Если я заключенный, это значит, что я должен ходить грязный? — он смерил меня презренным взглядом, а затем отряхнул руки прямо перед моим лицом. Одна капля даже попала мне в глаз, отчего я зажмурился и прикусил губу. — Да ради бога, мне то что? — я вытер щеку и вышел из уборной, а Милкович за мной следом. — К тому же, у меня будет свидание — он прошел к своей кровати, а я так и замер, смотря прямо на него. — Не понял сейчас — я мотнул головой и улыбнулся, рассчитывая, что это мне послышалось. Пройдя к своему рабочему месту, я надел халат и присел на край стола. — Ну, мне нужно, чтобы ты организовал здесь свидание — Микки говорил это так, будто он владелец кафе, а я его администратор. — Какого хера? Ты думаешь, что я буду помогать тебе в этом? — не знаю, что меня бесило больше: его уверенность, что я не смогу ему отказать, или то, что я не знаю, с кем будет это свидание. — В точку, рыжик — он улыбнулся и медленно стал подходить ко мне. — Это нужно сделать ближе к ночи. — А я буду все это время сидеть тут, и наблюдать, как ты тут винишко потягиваешь и с тюремными пидорами сосешься? — меня почему-то стало тошнить от этих слов, вероятно я представил Гастона и Микки вместе. Милкович улыбнулся еще шире, подходя ко мне практически вплотную. Я прожигал его взглядом, надеясь увидеть в его глазах немного совести. — Ну, с вином будут проблемы. — его руки уперлись в стол, создавая ловушку, из которой я мог деться, только если полностью заберусь на стол. Я чувствовал его дыхание на своей шее, отчего меня начало немного трясти. Он был слишком близко, неприемлемо близко. — Почему ты решил, что мы с ним будем только сосаться?       Я уперся руками в его грудь, собираясь оттолкнуть пациента от себя, но не смог. Его мягкие губы прикоснулись к моей шее, оставляя на ней горячий и влажный поцелуй. Я вздрогнул, сжав в руке его футболку. Как только дыхание Микки перестало щекотать мою шею, я разжал пальцы и открыл глаза. — Я… я против. Я не собираюсь помогать тебе, и тем более твоему — мой голос дрогнул, понятное дело почему. — Пожалуйста, Йен — голос Милковича звучал очень низко, мне невольно стало завидно. На его лице всплыла ухмылка, а я уже приготовился к очередным пыткам, которые, к слову, были приятными. — Даже не спросишь «кто он»? — К чему мне это знать? — я фыркнул и отвернулся от него, краем глаза заметив, как он облизал губы. Просто так он видно говорить это не собирается. — Закончил истерику? — я был крайне удивлен и оскорблен до глубины души. Повернувшись, я уже был готов послать его куда подальше, но Микки подался вперед и слегка, криво поцеловал меня. Это было быстро и небрежно, что для меня это и поцелуем назвать тяжело. -Так ты организуешь нам свидание? — А? — я удивленно смотрел на эту улыбающуюся и жутко соблазнительную рожу. — Чего я должен? — которая после этого закатила глаза и убрала руки со стола. — Ну пиздец ты тугодум, Галлагер. Я хотел с тобой этот вечер провести, пообщаться — он потер глаза и медленно поковылял к своему месту. — Ой, блять… — А с чего ты решил, что я бы согласился? — а я бы согласился, но не суть. Стыдно мне за это все не было, а потому я просто сидел и ждал дальнейших аргументов. — У тебя выбора нет — коротко бросил Микки, и его соблазнительный тон и отношение куда-то пропали. Я опять все испортил. — В любом случае, я жду до вечера. — Ну жди, жди — я спрыгнул со стола и вышел из кабинета, оставляя пациента одного.

***

      В первую очередь, мне нужно было посмотреть на часы, ведь, как оказалось, я проснулся в два часа дня. Я проспал пол дня, и странно, что меня никто не хватился. Это же и хорошо. Я прекрасно отдохнул. И прямо сейчас я направлялся в столовую для персонала. Свой ужин мне пришлось отдать Милковичу, так вот обед я никак не пропущу и не отдам. Забрав свою порцию, я присел за крайний столик у окна, в полном одиночестве, чтобы осмыслить все, что произошло с утра. Точнее, уже с полудня.       Меня мучил вопрос «зачем?». Вчера перед сном, он сказал, что я могу ни на что не рассчитывать, а сегодня он хочет провести со мной вечер. Он бы и так его со мной провел, выбора тут действительно ни у кого нет. Это все немного странно… — Привет — я вздрогнул и случайно уронил кусок мяса в чай, который стоял под рукой. Обернувшись, я увидел Кева. — Ты чего такой нервный? — И тебе привет — я перестал сжимать вилку, чтобы не психануть и начал вылавливать мясо из чая. Кев сел напротив и с удивлением смотрел на мое занятие. — Как ты там? Микки не задолбал? -мужчина был явно в бодром расположении духа. Не знаю, бесило меня это или нет, но я плюнул на попытки спасти «утопающего» и продолжил есть. — Как и обычно. А он что, может задолбать? — скорее, это я его достану, да так, что он сбежит обратно, не станет больше попадать под горячую руку, лишь бы только не пересекаться со мной. — Он? Ну, есть у него такая способность — Кевин усмехнулся и подвинул мне свою кружку чая, забирая мою. — Если будет обижать, то говори мне. — С-Спасибо. — я растерянно посмотрел на кружку мужчины и аккуратно взял ее в руки. — Слушай, Кев. А как проходят свидания в тюрьме? — Какие именно? — он посмотрел на меня с удивлением, а затем огляделся. — Просто есть свидания через стекло, между заключенными и пришедшими людьми. Если ты про те, что происходят внутри тюрьмы… — Ну, да, да — я закивал, отпивая чай, замечая ухмылку на лице у охранника. — Как и обычное свидание. Только без музыки, цветов и алкоголя. Тебе это зачем? — по нему было видно, что он все прекрасно понял, вот он просто испытывает меня. А вот и хрен ему. — Любопытно просто. Хочу быть в курсе всего. Ладно, спасибо за чай — я встал из-за стола и поскорее направился к выходу, оставляя Кевина одного.

***

      Вернувшись в лазарет, я не застал Микки на месте. В голове сразу появилась куча мыслей, и наиболее приятной оказалась, что его забрал Тони. Все потому, что мне не особо хотелось этого вечера. Это все казалось каким-то подвохом. Что-то тут явно не так. Закрыв дверь, я прошел внутрь кабинета. Послышался скрип и передо мной появился тот самый Милкович, только в одних штанах и с мокрыми, зачесанными назад, волосами. Я не был ни удивлен, ни зол. Я был отчасти восхищен. Хоть я уже и видел его полуголым, но каждый раз, как первый. Парень взял футболку со спинки кровати и натянул ее на себя. И я словно отошел от гипноза. — Мне всегда казалось, что люди в обмороке, просто лежат, а никак не гуляют по палате — я засунул руки в карманы и отвел взгляд. — Именно. Тебе казалось — его голос не изменился, все такой же грубый, и мне от этого стало не по себе. Брюнет лег на свое место, скрестив руки на груди, будто лежит в могиле. Чего бы я, в ближайшее время, не хотел бы видеть. — Будешь теперь обиженку строить? — я вернулся за свой рабочий стол, чтобы не стоять над душой. — До вечера. А там посмотрим — он закрыл глаза, и мне показалось, что наш диалог закончен. Может оно и к лучшему. Выяснять отношения мне не хотелось. К тому же, в любой момент мог зайти Тони, и лучше, чтобы все выглядело правдоподобным.       Думаете, я просидел до вечера ничего не делая? Ошибаетесь. Как оказалось, тут гора не разобранных личных медицинских дел заключенных. У многих устарели данные, и поэтому мне нужно было все рассортировать и составить списки. К сожалению, Микки в этом списке не было, а может оно и к лучшему. Закончив это все, я убрал папки со стола, делая его намного свободнее. — Микки — я тихо позвал пациента, но тот даже не пошевелился. Либо он до сих пор игнорит меня, либо уснул. В любом случае, я погасил весь свет в комнате, за исключением моей настольной лампы и тихо вышел из лазарета. В коридорах гулял ветер, и я съежился от резкого перепада температур. Я быстро дошел до столовой, в которой, к моему несчастью, уже было дофига народа. Пришлось встать в очередь и ждать полчаса. Я задумался, смотря на стакан с чаем, что не заметил, как ко мне подошел Тони. — Привет, Йен — я опять вздрогнул и часть чая пролилась на поднос и мой халат. Я тихо проматерился, беря с полки салфетки. — Ты чего такой… — Нервный? Не выспался — соврал я, это куда лучшее оправдание. Забрав весь свой ужин, я направился к выходу, как почувствовал теплую руку на моем плече. — Не злись, хорошо? Я не хотел портить с тобой отношения. В знак примирения, я хочу пригласить тебя на свидание — Тони подошел ко мне практически вплотную, и говорил шепотом. Я повел плечом, скидывая его руку. — И ты туда же. Не думаешь, что это странно? Ну, встречаться сначала с Фионой, потом со мной. Прости, я не могу так поступить — истинная причина то была вовсе не в этом, а в том, что у меня уже есть одно свидание. — Туда же? А кто еще? — черт, именно это заинтересовало его куда больше, чем пыль в глаза Фионой. — Подружка Липа. Тебе вообще какое до этого дело? Я сказал, что не могу — я отошел от него, замечая, что мое вранье вроде бы убедило его. — Надеюсь, ты передумаешь — Тони развернулся и направился к компании своих друзей, а я тем временем уже покинул стены столовой.       Вернувшись, я заметил, что Микки сдвинулся с места на пару сантиметров левее. Да нифига я не смотрел на него, в общем-то. Оставив поднос на столе, я пулей понесся в ванную, чтобы замылить пятно от чая. Халат должен был высохнуть до завтра, а значит лучше все сделать сейчас. Я довольно быстро управился. Может потому, что эта заварка не крепкая и ее бодяжат три дня подряд? Покинув уборную, я вернулся к своему столу, аккуратно расставляя на нем тарелки. Чувствовал я себя в этот момент неловко, очень. Я вовсе не романтик, и вся эта обстановка лишь напрягала. Закончив, я подошел к спящему Микки и аккуратно убрал прядь волос, что лезла ему в глаза. Парень поморщился и зашевелился, тихо мыча. Улыбнувшись, я присел на край кушетки, ожидая, пока спящая красавица окончательно придет в себя. Брюнет потер глаза и присел, потягиваясь. — Что ты тут забыл? — он посмотрел на меня, и все его удивление передала только одна вздернутая бровь. Я замялся, чувствуя себя каким-то школьником. И почему эта ситуация так меня волнует? — Ты говорил до вечера. Уже вечер. Все готово — я прикусил нижнюю губу, смотря на свой рабочий стол. Милкович свесил ноги с кушетки и тоже посмотрел на стол. — Можешь же, когда захочешь — я почувствовал, как его рука легла на мое плечо и немного вздрогнул. — Ты чего такой… — Заткнись. Третий раз я на это вопрос отвечать не хочу — действительно, какого фига? Они все сговорились, или я действительно какой-то нервный? — Может тебе таблеточек? Есть волшебные пилюльки? — Микки встал, потягивая спавшие штаны и направился к столу, усаживаясь на стул. Я фыркнул, потому что пилюль мне и без своего невроза хватает. И, кстати, я забыл их выпить… — И ради чего я старался? — вздохнув, я пошел следом за пациентом, который жадно осматривал тарелки. Впрочем, только я хотел сесть на кушетку напротив, как он меня позвал. — Иди сюда — я удивленно посмотрел на него, и подошел. Милкович отодвинулся от стола и взял меня за руку, притягивая к себе. — Садись. — Что, прям на тебя? — я хмыкнул, но тот кивнул и дернул мою руку сильней. Хоть это и было неловко, но я сел на его колени, держась одной рукой за спинку стула. — Ты прям Дюймовочка — Микки улыбнулся и издал смешок, а я хоть и закатил глаза, но улыбнулся в ответ. — Я тут подумал. Мы же толком не знакомы, и… — И с чего это тебя стала интересовать моя жизнь? — я нахмурился, а заключенный носом ботинка открыл нижний выдвижной ящик, в котором лежала только одна папка. — Ты же моей интересуешься — мне не нужно было смотреть туда, я прекрасно знал, что там лежит его дело, что я спер из архива. Я заметил довольную ухмылку на его лице, и невольно улыбнулся сам. — И что ты хочешь обо мне знать? — есть мне не хотелось, в отличие от Милковича, который уже пододвинул к себе тарелку. — Раз ты Галлагер, значит ты из той долбанутой семейки. Я помню тебя. Но куда ты потом делся? — парень начал уплетать все за обе щеки, пока я думал над ответом. — Как я и говорил раньше, Фрэнк не мой отец. Поэтому, я жил у своего биологического отца. У сестер и братьев я тоже часто бываю. И, кажется, Лип мне за тебя тоже многое рассказывал. — я потер свой подбородок, отмечая, что никак не заинтересовал его своим заявлением. — Ну да, может только то, какой я хороший брат, не давал сестру в обиду — передразнил меня Милкович, и я решил оставить это без внимания. На его коленях сидеть было приятно, но не особо удобно. Дело было скорее в том, что я стал медленно сползать, а ерзать не хотелось. Потому я отчаянно держался за спинку стула. — Ты есть будешь? — Нет, ел уже сегодня- я помотал головой и прикусил нижнюю губу, чувствуя, как моя нога медленно сползла с колена брюнета. Микки, не отвлекаясь от еды, обвил мою талию свободной рукой и подтянул обратно на свои колени. — Костлявый зад. Ешь давай — он пододвинул ко мне тарелку, и я усмехнувшись, забрал у него из рук вилку. — На этом интервью закончилось? — я начал есть, пока Милкович потягивал чай и думал над вопросом. — В армию по своей воле пошел? — такого я точно не ожидал, но ответить был готов всегда. — Да. С четырнадцати планировал. Там довольно-таки круто — я отодвинул пустые тарелки и забрал у Микки чай, получая в ответ улыбку. — Потому что там свободных жоп дохрена? — я поперхнулся, и отставил кружку в сторону. Парень засмеялся, похлопав меня по спине. Я соскочил с его колен и отошел в сторону. — Да ладно тебе, не прикидывайся. — Может быть. Сойдет ответ? — я поправил свою футболку и посмотрел на Милковича. Тот лишь кивнул. — Моя очередь. За что ты тут? — Уверен, что хочешь знать? — Микки снова закинул ноги на стол, но после того, как получил от меня злобный взгляд, убрал. — Да. В твоем деле ничего нет. Почему? — я сел на одну из кушеток, поджимая ноги, и заключенный сделал все точно так же, садясь прямо передо мной. — А я че ебу? Ничего я такого не сделал. Убил телку, она оказалась живой, та попыталась убить меня и нас поймали копы. Впаяли срок и вот я тут — он развел руки в стороны и причмокнул губами. — А из-за чего ты ее убил? — мне стало еще более интересней, и я уселся поудобнее, ожидая продолжения истории. — Ты походу не в курсе, что твориться в твоей семье — он поджал губы и покачал головой, а я отвел взгляд, затягивая долгое «ну». Это действительно так, пока я учился, я не интересовался тем, что творилось в той семье. И за это мне стыдно. — Карл барыжничал. Мы с ним пересеклись пару раз. Типа взаимное «выдирание задниц из пиздеца». Но вот твоя старшая сестричка подставила его, и ему дали срок. Мы с Дэбби попытались ей отомстить, и я случайно переборщил со снотворным, а там… — Стоп! — я перебил его, потому что не мог просто поверить в услышанное — зачем Фионе так поступать? — Не Фионе, олух, а шлюхе Сэмми. Блять, да ты действительно не в курсе — Микки удивленно смотрел на меня, а я так же с удивлением смотрел на него. — Я слышал за нее. С ней мы действительно не родственники, так что… — я потер нос, не зная, что ответить. Милкович нахмурился и поджал губы. — Так что? — я прикусил нижнюю губу, и вздохнув, встал с кушетки, чувствуя его взгляд на себе. — Да не молчи ты, блять. — Это было глупо. Но похвально — я быстро слинял к своему столу, чтобы взять из ящика лекарство, которое я так и не выпил. — И что это все значит? — Милкович даже не сдвинулся с места, наблюдая, как я пытаюсь отыскать свои пилюльки, которые словно сквозь землю провалились. — Глупо, потому что тебя посадили. А похвально, потому что ты заступился и попытался отомстить за моего брата. Глупо в этом плане все же побеждает — я громко захлопнул дверцу в столе и встал, хватаясь за голову. — Моя очередь — я посмотрел на Микки, который достал из кармана пластиковую баночку и потряс ею. — От чего они? — Отдай — я потянулся к своим таблеткам, чуть не уронив поднос со стола. Как только я дотронулся до упаковки, Милкович отдернул руку. — Нет, пока не скажешь, что с тобой — он убрал руку за спину, а я решил не лезть через него и обойти. — Я не хочу говорить, просто отдай их. — меня стала бесить эта вся ситуация, но брюнет помотал головой и отполз к стене, пряча баночку в карман. — Почему не хочешь? Скажи — я раздраженно рыкнул и навис над заключенным, ожидая, пока тот отдаст мне мое. — Тебе то что с этого? — я наклонился и постарался просунуть руку в его карман, но он схватил ее и убрал в сторону. — Не ломайся, блять, я просто хочу знать. Почему ты имеешь право знать обо мне все, а я нет? — в этой всей своей злости, я и не заметил, насколько близко оказался к нему, чуть ли не лежа сверху. Микки говорил шепотом, заставляя меня успокоиться. — Биполярное расстройство. Пояснять надо? — я почувствовал, как он расслабил руку, а его дыхание участилось. Он молча помотал головой, аккуратно касаясь пальцами моей щеки. От такого нелепого и нежного прикосновения мои ноги затряслись, и пришлось присесть на край кровати, практически падая на брюнета. Мой взгляд упал на его приоткрытые губы и не сдержавшись, я подался вперед, накрывая их своими. Его рука, что касалась моей щеки, переместилась на мой затылок, слегка сжимая волосы. Прикрыв глаза, я углубил поцелуй, слегка покусывая его губы. Моя рука снова полезла в карман за таблетками и в ответ я получил недовольное мычание, а потому я просто прижал парня к себе. — Любопытно — я вздрогнул, сжав в руке футболку Микки, через которую почувствовал, как он напрягся. Я сидел спиной к двери, а потому не видел, кто зашел, но по голосу все прекрасно понял. — Значит, на тебя это правило не распространяется?       Я посмотрел на Милковича, который поджал губы, злобно прожигая охранника взглядом и отпустил его футболку. Повернувшись, я посмотрел на Тони, который стоял в дверях, сложив руки на груди. — Я вроде сказал тебе и близко не подходить к моему кабинету. Ты что-то забыл? — мой голос звучал как-то иначе, я медленно встал, поправляя свою футболку. — Да, одного заключенного, что сейчас находится тут. Подъем — охранник подошел к нам, отстегивая наручники с пояса. — Лицом к стене, руки за спину.       Хотелось что-то возразить, начать истереть, да просто даже ударить Тони, но я не мог пошевелиться. Микки молча выполнил все, что сказал охранник, а я тем временем стоял опустив голову, лишь бы не встречаться с заключенным глазами. Мужчина вывел Милковича из моего кабинета, а затем вернулся. — Я тебе говорил, что лучше не лезть в это? — я молча посмотрел на него, сжимая кулаки. — Так вот, Йен. Не лезь. — Да пошел ты — я тихо прорычал ему в ответ, но кажется он этого не услышал, потому что хлопнул дверью. Спустя минуту я понял, что снова остался один.