Мы знакомы?

Лицо Артита приближалось. Конг уже мог чувствовать его дыхание. Глаза старшего мерцали, дистанция все сокращалась и сокращалась. Конгфоб закрыл глаза. Он уже предвкушал, как нежные губы наставника начнут долгожданный поцелуй. И вдруг Артит ударил его лбом в лоб. *** Первокурсник проснулся. Он лежал на полу. Видимо, юноша упал с кровати и ударился головой. Что за странное видение? И почему во сне он собирался целоваться с наставником, не испытывая ни малейшего стеснения? Студент номер 0062 поднялся и выглянул в окно: занимался рассвет. Он мог бы поспать еще, но был слишком взбудоражен. Конг сел за стол и принялся рисовать. Получалось у него не очень хорошо, но это всегда помогало собраться с мыслями после странных грез. Действительно ли парнем из снов был Артит? После их встречи лицо таинственного незнакомца проступало четче, и все сильнее напоминало образ третьекурсника. Почему именно он? Конгфоб еще раз пристально посмотрел на изображение. Во сне ему показалось, будто наставник хочет что-то сказать. Видение было таким реальным, что юноша невольно повертел головой в попытке обнаружить старшего в своей комнате. Конг не верил снам, но эти видения были ни на что не похожи. Он глубоко вздохнул и обхватил голову руками. Чего же хотел от него Артит из ночной грезы? *** Как-то днем Конгфоб проходил мимо пруда, над которым раскинуло свои ветви большое старое дерево. Под деревом сидел наставник и задумчиво смотрел на воду. Юношу поразило выражение лица Артита. От третьекурсника веяло покоем. Впервые на этом печальном лице проступило умиротворение. Конг застыл. Он не мог пошевелиться. Эта картина вдруг показалась ему странно знакомой. В висках заломило от нестерпимой боли, и парень прикрыл глаза. *** – Сиди смирно. Знаешь, как сложно рисовать, когда ты вертишься. – Быстрее! У меня уже все затекло. … Ну вот! Я здесь похож на обезьяну. *** Боль отпустила. Первокурсник пришел в себя. Юноша открыл глаза и снова увидел Артита, сидящего возле пруда. Ерунда какая-то. Откуда это воспоминание, если он точно знает, что такого с ним никогда не случалось. Со страшной силой его вдруг потянуло к этой одинокой фигуре, и Конг подошел к старшему. Новоиспеченному студенту было больно видеть грустного третьекурсника. Почему, он и сам не мог до конца понять, ведь они едва знали друг друга. У Артита совсем не было друзей, и это сильно удивляло Конга. Студент номер 0062 попробовал осторожно расспросить старшекурсников, почему глава так относится к этому наставнику. Узнал Конгфоб немного. Все расспрошенные им студенты говорили о том, что Прэм и Артит были закадычными друзьями на первом курсе, но во время второго года обучения между ними будто черная кошка пробежала. С тех пор глава как с цепи сорвался, а его бывший друг замкнулся в себе. Конг должен был дождаться Пай и проводить ее домой, но он не смог оставить старшего одного. Он хотел подружиться с наставником, поддержать его. Юноша не мог забыть счастливой улыбки этого парня, и он пообещал себе вернуть изгою радость. *** В следующий раз они увиделись в столовой. Артит как всегда сидел один. Конг постоял немного, выбирая, за каким столом ему обедать, и направился к наставнику. Первокурсник уже основательно запутался: он не мог выкинуть этого парня из головы. После видения у пруда, ему приснилось, как они вместе идут куда-то, взявшись за руки. Хорошо, что не целуются. Странно. Они не сказали друг другу и десятка слов, а Конгфобу уже начинало казаться, что он изменяет Пай. Во всем виноваты сны. Студент номер 0062 пообещал себе во всем разобраться. В конце концов, именно поэтому он решил поступить в этот университет. Пока что Конг понял только одно: он вел себя, как последний идиот, но изменить это ему было не под силу. Конгфоб сел напротив Артита и широко улыбнулся. – Какого черта ты творишь? – старший, казалось, встревожился не на шутку. – Сижу, просто сижу, – безмятежно ответил младший. Наставник вздохнул и продолжил есть. – Пи’Артит, ты любишь острую пищу? – Конг продолжал разговор, несмотря на молчание собеседника. – Конгфоб, еще одно слово, – и я уйду, – безучастно сказал третьекурсник. Юный студент ненавидел, когда старший говорил таким голосом. От каждого слова веяло безысходностью. Конг уже было открыл рот, чтобы ответить, как вдруг услышал за спиной резкий приказ главы: – Студент номер 0062, немедленно вышел из-за стола. Первокурсник внимательно следил за реакцией наставника. Тот вздрогнул от испуга, но и не думал возмущаться. Конгфоб встал и повернулся к Прэму лицом. Как же он ненавидел этого мерзавца сейчас. Он даже не пытался скрыть своих чувств: – Уважаемый глава, я всего лишь обедаю с наставником. Разве это против правил? – Уважаемый Конгфоб, я всего лишь предупреждаю тебя. Не связывайся с этим уродом, – голос Прэма был таким же ледяным, как и у его подопечного. При слове «урод» Артит дернулся, как от удара. Затем третьекурсник встал из-за стола и принялся собирать свои вещи. – Пожалуйста, не уходи. Останься! – взмолился Конг, но наставник уже спешил прочь. Глава победно усмехнулся и повторил: – Слушай меня внимательно, 0062-й. Я еще раз повторяю тебе. Не связывайся с такими, как он. Поверь, это ради твоей же безопасности. Конгфоб не понимал, о чем говорит этот тиран. Сейчас он бы многое отдал, чтобы узнать, с чего началась травля Артита. *** В тот день Конг не пошел на собрание. Пай стало плохо на последней паре, и он отвел ее в медпункт. Причина обморока была очевидна: на прошлом собрании глава не щадил ни парней, ни девушек. К тому же учебу никто не отменял, и бедняжка просидела за конспектами всю ночь. В результате переутомление и потеря сознания. В медпункте ей дали глюкозу и велели немного полежать. Естественно, от собрания ее освободили. Конгфоб сидел рядом и держал подругу за руку. Он понял, что просто не сможет оставить ее сейчас. Как жалел он впоследствии о своем решении. Пай задремала, а через час ему позвонил Эм. Друг рассказал Конгу, что они сидят на стадионе и смотрят, как Артит бегает 54 круга. На собрании Прэм был злее обычного. Глава заметил, что многих нет. Он сказал, что уж если даже президент, которым являлся номер 0062, не соизволил прийти на общий сбор, то все они не достойны быть студентами этого университета. Дальше – больше. Прэм заявил, что все, кто опоздают в следующий раз, будут бегать 54 круга, а после приказал Артиту продемонстрировать наказание. Конгфобу стало дурно: обычно они бегали 20 кругов, и это было нелегко. Первокурсник оставил мирно спящую девушку и бросился к стадиону. Прэм отомстил за то, что случилось в столовой. Низко и гадко, как всегда. Вот только на этот раз некому было принять удар на себя, и больше всех досталось изгою. Когда Конг добежал до стадиона, на улице лило как из ведра. Эм был прав: первокурсники спокойно сидели и смотрели на бегающего Артита. Многие болтали, кто-то фотографировал для того, чтобы выложить снимки в Интернете. А ведь совсем недавно почти все они посочувствовали бы несчастному. Студент номер 0062 невольно представил, в кого превратятся его однокурсники к концу года. Представил и содрогнулся. Конгфоб выскочил на беговую дорожку. К счастью, наставники не стали ему препятствовать, иначе он кинулся бы на них с кулаками. Первокурсник бросился к Артиту: – Перестань, ты уже достаточно пробежал сегодня. – Нет, – выдохнул измученный старший. – Осталось еще пять кругов. Спорить с ним сейчас было бесполезно, и Конг просто побежал рядом. Артит ничего больше не сказал: его силы были на исходе. На последнем круге наставник упал. Первокурсник попытался помочь ему, но старший оттолкнул его руку. Наконец, Артит поднялся и кое-как доковылял до финишной черты. Все молчали: ребята убрали свои телефоны, даже Прэм выглядел немного растерянным. Глава обвел всех мрачным взглядом и сказал: – Теперь вы знаете, что ждет вас в случае опоздания. Передайте прогульщикам, что они пожалеют, если не придут на следующий сбор. Свободны. Первокурсникам не надо было повторять дважды. Никто из них не стал ждать окончания дождя. Прэм посмотрел на измученного парня и кивнул Туте: – Отведи его в комнату. Но когда Тута подошел к Артиту, тот отшатнулся. Конг подхватил его: – Он боится вас. Интересно, почему. Я помогу. В какой комнате он живет? Напарники застыли, но потом Брайт назвал номер. Конгфобу пришлось нелегко: парень почти лежал на нем. Артит ничего не говорил, пока они шли. У него едва хватило сил достать ключ-карту, чтобы открыть дверь. В конце концов, ребята очутились в комнате третьекурсника, и юный студент чуть не ахнул от удивления: стены были увешаны картинами. Хотя все работы были выполнены в карандаше, у Конга язык не повернулся бы назвать их набросками. Конгфоб сразу отвел Артита в ванную и пустил горячую воду. Он ждал, что наставник попросит его выйти и начнет раздеваться. Но старший лишь оперся о дверь спиной и застыл. Казалось, он был в прострации. Конг понял, что придется ему помочь и с переодеванием. Совместными усилиями они стащили с Артита насквозь сырую футболку, но когда Конгфоб потянулся к спортивным штанам, наставник вдруг встрепенулся и выдавил: – Я сам. Первокурсник искренне порадовался, что старший пришел в себя и направился к выходу из ванной. Но что-то заставило его повернуться, и он увидел то, что хотел спрятать от него измученный парень. Это были шрамы: тонкие линии, которые начинались чуть выше колена. Какие-то из них были старыми, какие-то появились совсем недавно. Случайно так порезаться невозможно. Конг аккуратно закрыл дверь в ванную и сразу рухнул на кровать. Ноги подкосились, его затрясло. Больно. Очень больно. Почему мучения этого парня отдавались в нем с такой силой, что он едва мог дышать. Конгфоб не подозревал, что все зашло настолько далеко. Только теперь он понял, что Артит стоит на краю бездны. Месть Прэму была забыта. Сначала нужно достучаться до этого отчаявшегося парня и объяснить, что он не один, что рядом есть друг, который не бросит и поможет в беде. Но как это сделать? Глава не подпускал его к наставнику, а наставник – к себе. Нет, он обязательно найдет выход, а пока надо успокоиться. Не хватало еще, чтобы Артит увидел его панику, когда выйдет из душа. Чтобы прийти в себя, студент номер 0062 начал рассматривать работы старшего. В основном это были пейзажи. Но среди изображений леса, поляны и реки он заметил один образ человека. Это был Прэм без рубашки. Слово «урод» вдруг всплыло в сознании младшего, и он все понял. Наверное, бедняга Артит влюбился в лучшего друга. Вот только Прэм оказался подонком каких поискать и принялся издеваться над третьекурсником. Конг относился к геям спокойно и никак не мог понять, что помешало главе просто отказать. Зачем надо было устраивать эту дикую травлю. Что же, первокурсник нашел ответ на один из своих вопросов, но то, как он узнал правду, заставило его пожалеть о том, что он ее узнал. А еще парню почему-то было неприятно обнаружить, что наставник влюблен в кого-то.