Всё могло быть иначе...

Сильный человек тот, который прав

Суббота 10.04, квартира Исака POV Эвен Тишина… молчание… равномерное дыхание оглушает эту комнату. Стук сердца бьёт по ушным перепонкам. Голова дико болит, что хочется пойти на смертную казнь и навсегда лишиться боли.Конец. Летальный исход, что может быть лучше, чем полностью лишиться всех чувств, упасть на землю, летя камнем вниз с высокой горы прямиком в пропасть. Предчувствуя вкус тьмы и скорый приход смерти на губах. Смертельный приговор настанет и заберёт с собой твою безжалостную, теневую жизнь. Но нет, не могу оставить маленького принца. Иначе подумает, что его бросили, как какую-то шлюху. Одна ночь, и это бабочка роняет свою пыльцу, оставляя гнить уже умерших людей: их тела живы, но не души. Гниль полностью сжирает ещё не умершие тела. Они покрываются плесенью и толстым слоем ненависти, ненависти к себе, к остальным людям. Хотя первое редко признают, перекладывая вину на других. Жалкие душонки, что может быть, если те самые бабочки, уже лишены самого дорого — чести. Их путь уже истощён: нет выхода, нет пути назад. Приходится выживать как могут, на что они способны. Умирая каждой ночью и плача каждым днём. Их счастье сломлено, а жизнь испорчена, что может быть лучше? Их проклинают, обвиняют, но никто не был на их месте. Как бы поступил другой человек, если уже ничто не изменить? Ещё одна проблема к скопившимся, — не такая уж важная и плохая как все другие, но со временем напоминает о себе, — сон. Его просто нет. Как-то ушёл и не вернулся. Через три дня, как положено, стали искать, подключать к этой процедуре все известные источники помощи. Например: медикаменты, книги, музыка, успокаивающая ванна, зелёный чай, но всё тщетно. Он не хочет возвращаться к своему хозяину. Так у меня появилась вечная паранойя, а затем и верный друг — бессонница. Хм, а эти двое неплохо ладят. Зачем им нужен я? К моему удивлению, я смог предоставиться этому блаженству и вкусить дары человечьи, то есть, поспать. Да ещё целых шесть часов, это, наверно, Исак так влияет. Он моё личное снотворное и умиротворение. Прелесть, а не человек. После клуба, шатаясь по городу, подошли к его дому, где-то в четыре часа ночи. За всё это время, что мы скитались по ночному Осло, он умоляюще смотрел на меня и ни разу не отпускал мою руку, ища неведомую опору и надёжность в этом поступке. В то же время, пожирая глазами, находя на моём лице удовлетворение, насытив его. Но не до конца, так как всё время переступал с ноги на ногу, пытаясь как-то успокоятся, но это не срабатывало. Поэтому пришлось помочь мне. Вскоре, меня накрыло затмение. Разум помутнел, страсть стала закипать, пульс участился: я больше не стал сдерживаться и перешёл дозволенную черту… Приятное воспоминание произошло по обоюдному согласию. Может сейчас он будет сожалеть, всё-таки можно сказать, что я воспользовался беззащитным ребёнком и лишил его чести. Но если смотреть на то, что было ночью, не могу с уверенностью сказать, что Исси, такой уж беззащитный малыш, а раскрепощённый охотник, требующий утолить свой голод, пожирая чужую плоть. Он был раскованным, требуя большего. Да-а, я тоже не лучше — сам напился и его споил, но нам даже пошло это на пользу. Мы стали более смелыми, уверенными в своих действиях и полностью одурманены друг другом. Всхлипы, стоны, вздохи — всё стало единым звуком. Мы стали одной частью своего маленького мира. Оставаясь собой, живя друг другом, двигаясь, как один слаженный механизм — доставляя лишь удовольствие. С каждым толчком усиливалось желание, жжение пульсировало по венам, взрывались звёзды на, ещё неисследованных, орбитах новых планет. Мы были вместе. Существовали, сражались языками за первенство, но оставались непобедимы: каждый получил своё — наслаждение, оно соединило нас и наши тела, содрогаясь, получая волну незабываемых чувств. Комната озарена тёплым, утренним солнцем. Странно, ещё вчера шёл сильный дождь, но так даже лучше. Природа согревает нас изнутри, несмотря на осенние краски. Мы наполняемся, так нужным нам, чистым кислородом. Чистым, ещё ни в чем не повинным, а в сердце расцветают красивые, благоухающие цветы. Что творит с нами любовь? Это чувство не передать текстом, даже в сопливых мелодрамах этого нет. Просто романтический герой в эпичной картине любви и созерцание между ними, но это не то. Любовную связь тяжело передать иллюстрациями, или отрывками из любовных лирик — это совсем не то. Это чувство надо уметь правильно использовать, не дарить его просто так, его надо уметь чувствовать. И только это, странное, неуместное описание я чувствую. И чувствую его к Исаку. Исак лежит обвивая своей рукой мою бездыханную тушу. Он такой невинный ангел. Почему Бог послам мне такое дарование за все мои грехи? Его глазки нервно двигаются, а рот приоткрыт — посапывает, создавая хриплые, соблазнительные нотки в голосе. Ух… утренний стояк напоминает о себе. Как-то уже слишком больно тут лежать, смотреть на всё это и ощущать тепло другого тела, но это прекрасная боль, зная, что твой возлюбленный чем-то твёрдым упирается в бедро. Нежные линии его тела наделены дымкой очарования. Открытые ключицы, соблазняют своим видом. По нему блуждают сотни тысяч звёзд, хочется каждую поцеловать, не обделяя должным вниманием ни одну из них. Небрежные кудри разбросаны по моему плечу, немного задевают подушку. Несколько маленьких, солнечных лучей пробиваются в расщелину между шторами и падают на светлое личико, заставляя того мило морщится и отворачивается в другую строну. Забавная утренняя игра, но выиграет тут явно не человек. К сожалению, нам не под властна природа, но она заставляет менять наши планы, вплоть до того, что мы гневаемся и проклинаем эту чёртову фортуну, что над нами, хотя даже не верим в это, но это так. Надо как-то вставать, а то могу пожалеть и совершить ещё одну глупую ошибку. Нельзя потревожить ни в чём неповинного ребёнка и справиться с проблемкой, заставляющей этого самого ребёнка с протяжностью стонать твоё имя во сне и под собой.

***

Ощущать аромат чая, который своим легким сладким запахом обволакивает тебя — очень приятно. Но приятно ли его также чувствовать на вкус? если завариваешь уже в который раз. Приятно ли обвеивать свои ощущения ложными надеждами? Кружка чая, стоящая на столе, ни в чём не виновата, что ей постоянно пользуются. У неё нет чувств и разума. Она не отвечает за свои поступки и желания. Это просто кружка, которая стоит на столе и ожидает своей судьбы. У неё есть определенная миссия: дарить людям вкус. А с ним приходят: воспоминания, эмоции и забытые чувства. Такая простая вещь, в которой не ценится внешний вид — только качество и содержание того, что в ней находится. Будь чай со смородиной и мятой, или капучино, с молоком и взбитыми сливками — это не имеет никакого значения, что может радовать простой народ, поднимаясь с утра. Моё утро началось прекрасно. Просыпаться в объятьях любимого, потом, стоя под холодным душем, пытаться усмирить свой пыл. Ожоги от рук Исака остались по всему телу. Пришлось немного поработать. Дальше вкусный чай из пакетика с надписью, — «ЧАЙ ЗЕЛЁНЫЙ» — меня это устроило, но не очень. А кофе? Тут им даже и не пахнет. Где продукты в этом доме? А самое интересное, где люди из этого дома? Нура, Эскиль, Линн?! Или Исак специально всё так подстроил, чтобы мы оказались одни?! Ах, маленький проказник, ведь знал же, что я должен прийти на счёт этого, как там его, в общем, насчёт нашего «тайного» сообщества. Блять! Совсем забыл! Мы должны были зайти… Ай, ладно, к чёрту! Секс с Исаком намного приятнее, чем та пустая трата времени. А теперь вернёмся — дела плохи, то что есть в холодильнике, боюсь назвать продуктами, а от некоторого даже попахивает, и далеко не свежей лавандой. Если поискать, то скорее всего, можно найти… и я нашёл. Что-то отдаленно напоминающие рыбные палочки, прокисшее молоко, макароны, кетчуп и майонез. Если судить по тому, что я умею готовить, то те продукты можно смело отправить в мусор. Из меня никудышный повар. Придётся попотеть, чтоб утро моей принцесски началось замечательно. Потому что тем, что есть в холодильнике, я его кормить не собираюсь. Лучше отправлюсь в кафе. Закажу что-нибудь. Можно взять булочки или пирожное. Конец POV

***

Суббота 12.37, квартира Исака POV Исак Говорят, когда сверкает молния надо начинать считать. Раз… два… три… четыре… пять… раздаётся гром. Он режет слух, звеня в голове. Значит гроза далеко, но не настолько, чтобы мы её не видели, или даже не чувствовали. Теперь каждый переулок пропитан сыростью и чужим страданием — тоской по светлым, лучистым дням, которые царили у нас в городе. Общие праздники, традиции — это всё оъбединяет народ. Так надо мало для счастья, всего лишь тёплый, приветливый денёк и хорошую компанию рядом с собой, а может быть, просто самых близких и любимых. Внезапный блеск насыщает мою комнату, и её охватывает тьма. Обычно в самых отдалённых, тёмных, мрачных уголках живёт страх. Он царит над хаосом и всегда жаждет власти. Более раскрепощённым он становится в нашем сознании: пытается заполучить наше тело без остатка, чтобы мы были ему подвластны и содрогались в конвульсиях от паники, питая его. Он почти достиг своей цели, именно поэтому, сейчас остаток человеческий плоти, то есть я, лежит под одеялом, закусывая нижнюю губу до крови, смешивая её с болью, чтобы не заплакать — быть сильным. Хотя зачем? В чьих глазах я должен быть таким? В тех глазах, которые бросили меня, сразу после совместной ночи, ночи любви и уединения? Какой же я наивный… Жалкий, не нужный, брошенный мусор на кровати — это всё я. Я не человек, а жалкое, брошенное ничтожество. Детские переживания воплотились в жизнь. Я остался один. Один без своего сердца, так как оно разбито негодяем, кинувшим меня. Так, ладно, включил обиженную семиклассницу. Может у него был важный звонок, и его родители попали в аварию, а теперь он сидит в приёмной, ожидая, что ему скажут. Или, может быть, Соня, стерва этакая, пытается его завлечь. И объясняется что-то в этом духе: — «Это не то что ты подумал!», — фу… Аж тошно стало. Не люблю девчачьи фильмы про любовь, где они постоянно плачут над какой-нибудь фигнёй. По типу: он ушёл, значит не любит её, значит всё, что он говорил, и как поступал — выдумка, вымысел. Мужики все мудаки и прочее. Бля, только сейчас понял, что веду себя так же. М-м, о’кей, пусть будет так, но… Где этот чёртов Найшайм? Не хочу открывать глаза. Опять попаду в омут своих суицидальных наклонностей. Он не может просто взять и уйти. Мне надо проветриться. Не, на это сил у меня точно не хватит. Лучше всего просто-напросто освежиться, а в этом деле у нас мастер только душ, утренний и бодрящий. Да и ещё, лучше принять таблетку от головной боли, а то так можно смело заказывать гроб. Иначе моя черепная коробка просто не выдержит внутричерепного давления и взорвется. Такой эффект длительной смерти, когда у тебя обезвоживание и, медленная пронизывающая насквозь всё тело, боль.