Сильнее, чем ненависть

— Изабе-е-ль, стучат! — Елена приподнялась на локтях, убирая книгу в сторону и напряжённо прислушиваясь. Никакой реакции со стороны мачехи, видимо, не последовало, потому что кто-то продолжал настойчиво барабанить в дверь. — Изабель, черт возьми! Неужели не слышит? Это же надо было наклюкаться до такой степени! Зарычав от досады, Елена все же сползла с кровати, и обернувшись в тёплое покрывало, спустилась в гостиную. Женщина спала на диване прямо в вечернем платье, свернувшись калачикам и подрагивая от холода. Рядом на полу валялись лаковые туфли и пустые банки из-под пива. Гилберт презрительно скривилась. Она даже не помнила когда мачеха вернулась, видимо та просидела в баре до самого утра. Запивать свое горе дома в одиночестве ее похоже уже не устраивало. Размахивая руками перед лицом, в надежде отогнать от себя запах перегара, Гилберт прошествовала до входной двери и резко распахнула ее, впуская в комнату поток ледяного ветра вместе с нежданным гостем. Причём настолько нежданным, что у неё чуть челюсть не отвисла от шока. — Что ты здесь делаешь? — зашипела девушка, изумленно вскинув брови. Сам Деймон Сальваторе почтил ее скромную обитель своим присутствием. Мир, должно быть, сошёл с ума. Парень собирался было что-то сказать и уже открыл рот, но Елена грубо вытолкнула его на крыльцо и сама вышла следом, плотнее кутаясь в одеяло. Погода на улице стояла просто ужасная, но девушке очень не хотелось разбудить Изабель и уж темболее ей не хотелось, чтобы женщина стала свидетелем их разговора. — Ну? — она буквально прожигала в нем дыру своим ненавидящим взглядом. — Зачем ты пришёл? — Принёс твои тетрадки и домашку от Мистера Тейлора. — он пожал плечами и протянул ей плотный бумажный пакет. Она недоверчиво покосилась на парня, но сумку все же взяла, раздвигая ручки и заглядывая внутрь. Девушка немного простудилась, попав под проливной дождь, когда возвращалась из больницы. Ей в тот момент казалось, что небо плакало вместе с ней. И дабы не разболеться ещё сильнее и не заражать одноклассников (да и что уж лукавить, чтобы просто никого не видеть хотя бы некоторое время. Особенно Деймона. Но у судьбы, как обычно на все другие планы!) она разумно решила несколько дней отлежаться в своей уютной постели, подлечиться, привести мысли в порядок. А подумать было над чем. Натали правильно говорила, что теперь ее жизнь изменится. — Значит мистер Тейлор попросил именно тебя отдать мне задание? Деймон закатил глаза. — Конечно же нет. У моего дорогого братца возникли… неотложные дела и я великодушно согласился ему помочь. — с явным самодовольством произнёс парень, хотя, на самом деле ему пол часа пришлось уговаривать Стефана позволить ему пойти к Елене вместо брата. Но ей, естественно, это знать не обязательно. — Эм… ну спасибо. — Ели выдавила из себя слова благодарности, словно они причиняли ей боль. — Если это всё, то… — Нет! Нет! — поспешно возразил чуть громче, чем следовало бы, но, быстро успокоившись, добавил. — Вообще-то я хотел узнать… Ты сделала это? — почему-то сказать «аборт» язык не поворачивался. — Так вот оно что. — она сложила руки на груди, оскалившись. В глазах горел недобрый огонь. — Разве моя любимая мачеха тебя не проинформировала? — Она не брала трубку. — признался Сальваторе, сжав зубы. Конечно, он мог потом разузнать все у Гилберт в школе и не переться к ней домой. Но сил ждать больше не было, он вообще не мог думать о чем-то другом. Нужно было удостовериться, что все закончилось. — Ах, ну да. Изабель, знаешь ли, последнее время не в адеквате. — Блять, просто ответь! — Сальваторе медленно начинал выходить из себя. Нервы были уже на пределе. — Да! — выкрикнула она, разом растеряв всю свою выдержку. — Надеюсь, ты доволен? Он молчал. Просто смотрел. Переваривал. Осознавал. Елена уже собиралась уйти, но неожиданно остановилась, обернувшись через плечо. — И ещё… это был последний наш разговор и последний раз, когда ты находился от меня на расстоянии, ближе двух метров. Громко хлопнувшая дверь заставила его прийти в себя. На ступеньках уже никого не было. Он глубоко вздохнул, пропуская в легкие влажный воздух, и, засунув руки в карманы кожаной куртки, побрел по пустынным улочкам, совершенно не обращая внимания на стремительно усиливающийся ливень. Его терзали противоречивые чувства: с одной стороны облегчение (ведь проблема решена и больше его с чокнутой истеричкой Гилберт ничего не связывает), но с другой — непонятно откуда взявшееся опустошение, словно он только что упустил что-то важное…

***

Стремительной походкой Елена шла по направлению к раздевалкам, прижимая к груди пару увесистых учебников. Перемена почти закончилась, а нужно ещё было успеть переодеться в спортивную форму. Мистер Митчелл, их физрук, терпеть не может, когда опаздывают на его урок. Дисциплина, дисциплина, и ещё раз — дисциплина. А из-за того что девушка задержалась, отчитываясь историку по пропущенным темам, теперь была велика вероятность получить нагоняй от строгого преподавателя. Надо поторопиться. И как назло, на неё со всего размаху налетел какой-то пятиклассник, сбив с ног так, что девушка смачно приземлилась на пятую точку, чудом не ударившись головой о стену. Пока Гилберт осознала что произошло паренька и след простыл. Девушка поднялась, оглядываясь по сторонам и морщась от боли, потёрла ушибленное место. Ну почему ей всегда так «везёт»? Тяжело вздохнув, она принялась подбирать с пола книги, как вдруг услышала знакомые голоса за приоткрытой дверью. Гилберт ощутимо напряглась, когда поняла, что речь идёт о ней. — Как думаете, почему Елена пропускала школу? — как бы невзначай поинтересовалась Рэйчел, заплетая густые рыжие локоны в длинную косу и уже представляя ошеломленную реакцию одноклассниц на новость, которой она собирается с ними поделиться. — Тебе-то какая разница? — Кэролайн подняла голову, вопросительно изогнув бровь, а потом вновь продолжила зашнуровывать кроссовки. — Болела, наверное. — предположил кто-то из девушек. — Ну да. Если беременность можно назвать болезнью… Сердце Елены пропустило удар. Она выпрямилась, напряжённо сглатывая вязкую слюну. Чертчертчерт! Только этого ей не хватало. Все участницы группы поддержки заинтересованно уставились на Рэйчел, очевидно, ожидая продолжения. Форбс встала со скамейки и подошла к девушке вплотную. — Что ты сказала? — Залетела наша святоша. Ладно она, должно быть, даже не подозревает о существовании презервативов, но вот Деймон то куда смотрел? Уж с его то опытом… он в первую очередь должен был позаботиться о защите. — поделилась Адамс своими соображениями, про себя с облегчением отметив, что они (слава богу!) на вечеринке предохранялись. — Откуда ты знаешь? — Кэролайн удивилась собственному голосу, таким глухим и хриплым он сейчас казался. — О-о. — Девушка гадко улыбнулась и потерла в предвкушении ладони. — Я приехала в больницу, чтобы сдать кровь и увидела, как Елена зашла в кабинет гинеколога. Естественно, любопытство взяло верх и я подслушала их разговор с врачом. Та уговаривала Гилберт не делать аборт, но она отказалась. Хоть на что-то ума хватило. — Фыркнула, скрестив руки на груди. Ото всюду послышались шокированные вздохи, а потом девушки принялись наперебой обсуждать ребенка Елены да и всю ситуацию в целом, не забывая отпускать язвительные комментарии в ее адрес. Форбс же, грубо спихнув с дороги Рэйчел, словно ужаленная выбежала из раздевалки и, заметив в паре шагов знакомую толстовку, схватила за рукав ее обладательницу и резко развернула к себе. Ну уж нет, милая! Уйти не удастся. Секунду они молча смотрели друг другу в глаза. Кэролайн — отчаянно. Елена — испугано. А потом Кэр тихо спросила, с силой сжав предплечье девушки: — Это правда? Все, что говорила Рэйчел? — Ч-что? — Елена нервно хихикнула, пытаясь придать лицу беспечное выражение. Получилось, видимо, не очень. Ну и какого черта ты не сбежала сразу, а продолжала стоять тут как долбанная идиотка? Сердце ушло в пятки, а потом резко подскочило и застряло где-то в глотке. — О чем ты? — Не прикидывайся. — прошипела блондинка. — Просто ответь… от Деймона? Ох этот взгляд… болезненный, обреченный. Потому что она и сама знает. Но в то же время полный хрупкой глупой надежды, умоляющий. «Пожалуйста, скажи, что это не он.» Гилберт молчала, опустив голову и считая секунды, судорожно соображая что же делать дальше. Но тут к девушкам подлетел чем-то взволнованный Мистер Митчелл, и, сбивчиво протараторив что дело срочное, потащил Кэролайн к спортзалу. Уже в конце коридора Форбс обернулась и ее взгляд красноречивее любых слов твердил: «Это ещё не конец». А Елена позволила себе немного расслабиться и только сейчас поняла, что не дышала все это время. Перекинув сумку через плечо, она почти бегом направилась к выходу из школы в этот раз не собираясь медлить.

***

— Прости, что так поздно, Стеф. Но мне больше некуда было пойти. — виновато произносит Елена, забираясь на огромную кровать и усаживаясь в позе лотоса. — Перестань, мы же друзья. — отмахнулся парень. — Я ведь говорил, что ты всегда можешь на меня положиться? Она улыбается, коротко кивнув. Милый добрый Стефан. Такой родной. Понимающий. И что бы она без него делала? — Так из-за чего вы с Изабель поссорились? При упоминании о мачехе Елена заметно помрачнела.  — После смерти отца она начала пить, видимо чтобы хоть как-то заглушить боль. Мне даже было жаль ее. Но с каждым днём пустых бутылок становилось все больше. И если честно, сейчас я уже даже не помню, когда в последний раз видела ее трезвой. — призналась девушка, тяжело вздохнув. — Когда она напилась до чертиков дома, устроила в гостиной помойку, обблевала всю ванную — я терпела, когда она стала таскаться по барам и приходить, нет — приползать, домой под утро, весь день отсыпаться, а потом снова тащиться в клуб — я ничего не говорила, но сегодня, вернувшись с очередной гулянки, она приперла с собой херову кучу собутыльников. Это было уже слишком. Ты бы видел, во что они превратили дом! А как только я попыталась выпроводить ее «друзей», она заявила, что тоже здесь живет и имеет право делать, что хочет. В общем, я просто не могла там больше оставаться… — Елена поморщилась, вспоминая нестерпимую вонь и жуткий бардак. — Я понимаю. — он притянул ее к себе, зарываясь пальцами в спутанные волосы. — Сейчас у тебя не лучший период, но это не может продолжаться вечно. За чёрной полосой всегда идёт белая. — Нет. Этот кошмар никогда не закончится. — она слегка отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза. — Этот город. Эти люди… здесь все против меня. — Гилберт неопределенно взмахнула рукой, как бы охватывая ей пространство. — Кэролайн знает о ребёнке. Слухи распространяются быстро и скоро в курсе будет вся школа. Да что там школа, весь Мистик-Фоллс! Ты представляешь меня на уроках с пузом, размером с арбуз? — она горько усмехнулась, снова ощущая в горле противный ком. — Подожди. — парень неверяще всматривался в лицо подруги. — Так ты оставила его? Оставила малыша? Но Деймон сказал, что… — Я не смогла. — в голосе слышалось явное облегчение — Сбежала, как трусиха в самый последний момент. Я и так ненавижу себя, за то что переспала с твоим братом и… я просто не могу ненавидеть себя ещё больше. Стефан ободряюще сжал ее ладонь, а затем переплел их пальцы. — Ты все сделала правильно, Елена. Я обещаю, мы что-нибудь придумаем. — Вообще-то, я уже придумала. — Что ты имеешь ввиду? — парень ощутимо напрягся, ему не понравился ее холодный решительный тон. — Я не хочу, чтобы мой ребенок родился здесь… Эти осуждающие взгляды и презрительные смешки. Они никогда не оставят меня в покое. И я не хочу, чтобы это как-то повлияло на малыша. Вся моя жизнь пошла наперекосяк, все становится только хуже. Деймон, Кэролайн, папа, теперь и Изабель… слишком много всего произошло. Я уеду, попытаюсь начать сначала, с чистого листа и оставить в прошлом все это дерьмо. Он понимал, что она права. Конечно, права. Но что-то внутри болезненно сжалось, свернулось в тугой узел. И пусть это эгоистично, черт возьми, но он не хотел ее отпускать. Потому что любил. Уже много лет. По-настоящему и искренне. Как умел. — Куда? — внутри отчаянный крик, а снаружи лишь тихий шепот. — К Дженне. Она поможет мне воспитывать ребенка, а как только он подрастет, я сразу же съеду, сниму квартиру, устроюсь на работу. Многие так живут, ни я первая, ни я последняя. — Она описывала это так уверенно и правдоподобно, будто обдумывала такой вариант уже давно. Хотя, по сути, так оно и было. Парень устало потер виски. Слишком много информации. — Ладно, давай спать. А завтра мы еще раз все обсудим, импульсивно принимать такие решения нельзя, нужно как следует взвесить все «за» и «против». Хорошо? — Да, хорошо. — Она зевнула, взглянув на часы. Уже давно перевалило за полночь. Сил и правда совсем не осталось, ужасно хотелось спать. Девушка залезла под одеяло, натянув его до самого подбородка и, подложив руки под щеку, закрыла глаза. — Спокойной ночи, Стефан.

***

Утро встретило Елену хмурыми тучами и холодным ветром, раскачивающим деревья во дворе с такой силой, что они своими тонкими длинными ветками, не прекращая, бились в оконное стекло. Девушка поднялась с кровати и зябко поежилась, когда голые ступни коснулись паркета. Она взяла со стула свои аккуратно сложенные вещи и уже приоткрыла массивную дверь, но в последний момент, оглянувшись на спящего Стефана, передумала и на цыпочках подкралась к другу. Присела перед ним на корточки, заботливо укрывая одеялом, которое ночью благополучно с него стащила. Она всматривалась в такие знакомые черты умиротворенного лица, запоминая каждую родинку, каждую морщинку. Она не знала, когда они увидятся снова и увидятся ли теперь вообще. Чувство вины неприятно скребло грудную клетку, но Гилберт не могла поступить иначе. Она никогда не любила прощаться, и толком не умела это делать. Прощаться, значит осознать, что вы расстаетесь. Боже, как она ненавидела это чувство разлуки, это опустошение внутри… а так, сейчас она уходит с крохотной надеждой, будто это не важный шаг в ее жизни, будто есть путь назад и она сможет вернуться в любой момент. Но, конечно, это не так. Ей просто не к чему возвращаться. Поцеловала парня в висок, едва касаясь потрескавшимися губами, и, не удержавшись, в последний раз потрепала его по беспорядочно торчащим во все стороны волосам. А потом выскользнула в коридор и закрыла дверь, стараясь не шуметь, все-таки сейчас было раннее утро, около шести часов, не хотелось бы разбудить кого-то из обитателей фамильного особняка. И каково же было ее удивление столкнуться с Дейомном, только что выглянувшем из своей спальни. Они обескураженно уставились друг на друга, Сальваторе задержал взгляд на футболке брата, которая была девушке велика и доходила почти до середины бедра. Он сжал челюсти, не трудно сложить два и два. Стефан и Елена. Вместе. Мысль о том, что девушка провела ночь, стоная в объятьях брата, вызвала у него отвращение. Не успела избавиться от их ребёнка, как уже ложится под другого! — Какого хера ты тут забыла? — Тише. — шикнула Гилберт, приложив указательный палец к губам и кивнув в сторону комнаты Стефана. Ну конечно, как всегда заботится об его младшем братце! Деймон закатил глаза, и схватив девушку под локоть, затащил в ванную. — Быстро же ты переключилась на второго Сальваторе… — ухмыльнулся парень, прожигая ее взглядом, переворачивающим все внутренности, забирающимся в самую душу. — Ну и как он в постели? Кто из нас тебе понравился больше? Елена отшатнулась от него, вжимаясь в стену. Насколько она могла вспомнить, почти все их встречи заканчивались подобным образом. Мозг напрочь отказывался соображать, когда он находился слишком близко и так на нее смотрел. — Я не собираюсь обсуждать это с тобой. Мои отношения со Стефаном тебя не касаются. — почему-то говорить о том, что никаких «отношений» не было вовсе ей не хотелось. Он уперся руками по обе стороны от ее головы и слащаво прошептал почти над самым ухом, обдавая кожу горячим дыханием: — О, мне абсолютно плевать, можете трахаться сколько угодно. Только не здесь. Раз уж у нас некоторая…кхм… договоренность, по которой я не должен к тебе приближаться, будь добра не приближайся к моему дому! Я понятно объяснил? — Пусть трутся друг о дружку где хотят, ему тысячу раз похер! Но он не собирается на это смотреть, уж увольте! Проще выколоть себе глаза. Грудь тяжело поднималась и опускалась, во рту все пересохло. — Более чем. — Девушка молилась, чтобы голос прозвучал не слишком жалко. — Отлично. — он улыбнулся и почти дружелюбно похлопал ее по плечу. — Надеюсь, десяти минут тебе хватит, чтобы переодеться. — и махнув рукой на прощание, вышел из уборной, хлопнув дверью. Елена, фыркнув, показала средний палец тому месту, где он только что стоял. Ублюдок.

***

На огромной скорости парень нёсся по улицам города, за последние пару минут только нарушив кучу правил. Но сейчас его это волновало меньше всего, в голове лихорадочно пульсировала лишь одна мысль: Только бы успеть. И, наверное, где-то там на небесах его молитвы были услышаны. Он успел. Приехал как раз в тот момент, когда таксист помогал Елене уложить в багажник огромный чемодан. — Елена! Подожди! — выкрикнул, выпрыгивая из автомобиля, и что есть силы, спотыкаясь, помчался навстречу удивленной подруге. — Стефан? — она стояла, растерянно хлопая густыми ресницами и будто не веря собственным глазам. Но зрение ее не обманывало. Это был он. — Прошу тебя, не уезжай. — он взял ее лицо в свои руки и провёл по щеке подушечками пальцев. — Пожалуйста. — Ох, Стефан… — она накрыла его холодные ладони своими и покачала головой. — Ты же знаешь, у меня нет другого выхода. — Есть. — тут же выпалил на одном дыхании. — Мисс, вы готовы? — требовательно поинтересовался водитель, высунув лысую голову в открытое окно. — Да-да, сейчас… — она вновь повернулась к парню и в ее глазах читался немой вопрос. — Ты можешь жить у нас. Когда беременность уже не получится скрывать, в школе мы всем скажем что этот ребёнок от меня… Я всегда буду рядом с тобой, стану для малыша хорошим отцом. У нас все получится, Елена! — он говорил сбивчиво, отрывисто. Даже безумно. Цепляясь за собственные слова, как за спасительную нить. — Но… — она даже не знала, что ответить. Его предложение было настолько неожиданным, непонятным и казалось чем-то совершенно из ряда вон выходящим. — Но зачем тебе это? Стефан глубоко вздохнул, на мгновение зажмурившись. Ну же. Скажи ей, давай! Ты должен был это сделать ещё очень давно, а если не сделаешь сейчас, то можешь потерять ее навсегда! Решайся, нельзя упускать такой шанс. Возможно, единственный. И будь, что будет… — Потому что я люблю тебя! Ну вот и все. Браво, Стефан! Тебе понадобилось долбанных девять лет, чтобы признаться девушке в своих чувствах. Он буквально выплеснул их на неё. Со злостью, остервенением и… накопившейся за долгое время болью. И тут же, не давая Гилберт опомниться, совершил второй отчаянный поступок за сегодняшний день. Притянул к себе и поцеловал. Как там говорят? Кто не рискует, тот не пьёт шампанского? Ноги подкосились и Елена обмякла в сильных руках парня. Невозможно словами описать, что она испытывала в эту секунду. Да, наверное, всё и сразу. Целый калейдоскоп эмоций. Просто все то, что происходило сейчас, было настолько… невероятно. Что никак не укладывалось у неё в голове. Где-то краешком сознания напряженный мозг почему-то выделил одну, казалось бы, совершенно незначительную деталь… Начинал накрапывать дождь.