Kill the lights (новелла)

Первый акт Мерлезонского балета))

                    «Что он здесь делает?..»       Мэйсон глупо уставился на него. Получил аналогичный взгляд в ответ.       — …Ухм, — промычал Мэйсон нечто невнятное после длительной молчаливой паузы, и лицо Ноа ожесточилось и заледенело.       «Надо же, даже это милое лицо умеет застывать жесткой маской», — отстраненно удивился Мэйсон чужому «волшебному преображению».       -!..       Додумать ему не дали, грубо ухватив за воротник и толкнув к стене, Мэйсон уклонился, но недостаточно быстро и по касательной все же ударился.       — Эй…       — Ты что?..       Ноа подтянул его к себе очень близко. Так близко, что их лица едва ли не соприкасались. А еще он злился, злился настолько сильно, что казалось даже глаза горели огнем болот зеленым. В ответ на чужую ярость Мэйсону оставалось лишь недоуменно хлопать ресницами и задаваться вопросом, что Ноа имел в виду.       «Раз уж с Хейли он знаком, вряд ли хочет знать, кто я. Тогда, может, что я здесь делаю? А его не смущает, что именно я об этом должен спрашивать?»       Мэйсон открыл было рот, желая вернуть вопрос строптивому молодому мастеру, но не успел, услышав издали тяжелые шаги и нервную речь:       — Он же не идиот. С чего б ему домой возвращаться?       — Знаю, но, бля**, какого хрена он в халупе живет, с его-то заработками? — знакомый голос зазвучал уже в другом конце коридора и Мэйсон удивленно выглянул за дверь.       — Э-э…       Направлялись именно сюда, и Мэйсон знал кто.       Наемники Зии.       «Зачем они здесь? Не вернусь сюда? Они считают, я до сих пор жив?»       — Ты как?.. — начал Ноа, но Мэйсон стремительно отшатнулся от проема, быстро закрыл ему рот и бесшумно прикрыл дверь.       Он понятия не имел, что происходит, но точно — ничего хорошего, а предчувствиям он привык доверять.       Мэйсон сгреб Ноа за плечо и руку, и пока тот не успел возмутиться самоуправству, потащил вглубь квартиры. Подхватил уроненную сумку, быстро оглянулся в поисках места, где можно спрятаться в маленьком помещении. Услышал звук тяжелых военных ботинок, и его прошибло холодным потом.       Поначалу удивленный странным поведением Хейли Ноа покорно позволял себя тянуть, но вскоре отбросил удерживающую руку, обхватил Мэйсона за шею и толкнул на кровать. Последнему, занятому поисками, где бы затаиться, неожиданная атака дыхание сбила.       — Ты… Какого хрена ты вытворяешь? — льдиной на голову обрушился вопрос.       — Погоди, я извинюсь позже, а пока…       Не с мизерными силенками Хейли пытаться высвободиться из хватки. Конечно, можно ударить ребром ладони по запястью, и кость тогда треснет, но ему не хотелось этого делать и… как же не вовремя!.. Мэйсон метнул взгляд на дверь. Шаги остановились перед входом в квартиру. Шумно препираясь, они поискали ключ, затем кто-то сказал: «Может, просто сломаем?»       Сердцебиение у Мэйсона участилось, он покосился на Ноа. Тот тоже услышал возню снаружи, пристально посмотрел в сторону выхода, невольно ослабляя хватку, и Мэйсон не упустил случай сбросить его с себя, сгрести в охапку и выпихнуть на балкон, напоследок успевая задернуть штору. Спустя мгновение входная дверь распахнулась.       — Открыто, как так?       — Думаю, приходил уже кто-то… У этого ублюдка ведь не было женщины?       — Быть не может, чтоб хоть одна имелась. С его-то графиком работы. Он и дома-то… дней десять в году бывал?.. Если он при этом еще и с бабой мутить успевал, я реально этого сукина сына зауважаю.       Мэйсон, слушая их разглагольствования и смех, дышал почти беззвучно, сердце едва ли не выскакивало из груди, но он пытался сохранять хладнокровие.       «Итак, их трое, все мужчины. Оружие не доставали, и если не идиоты, то не причинят вреда Ноа. Проблема во мне. Я понятия не имею, в чем дело, но даже при самом плохом раскладе сумею сбежать, стоит им допустить промах. Хорошо, что я упаковал оружие…» — тут Мэйсон осознал, что сумки в руках у него нет, и выглянул из-за шторы.       Сумка закатилась под кровать. Он ее уронил, когда Ноа схватил его за шею. Эх… Мэйсон кусал губы, старался дышать потише и прислушивался к голосам в гостиной.       — Что за?.. Этот ублюдок приходил домой?       — Эге, сейф тоже открыт. Вау, этот парень — безумец! Спереть пятьдесят миллионов и вернуться домой за бабками из сейфа! Это ж насколько нужно быть повернутым на деньгах? — сказал кто-то со смехом.       «Повернутый на деньгах? Спер пятьдесят миллионов? Кто? Я?» — Мэйсон опустил взгляд, прислушиваясь.       — Все равно, пятьдесят миллионов есть пятьдесят миллионов, за них можно и жизнью рискнуть. Бля**, это ж дофига. Даже у меня б крыша съехала, — произнес кто-то, в ответ ему хмыкнули.       — Умереть захотел? Мэйсон сумел свалить, но на то он и Мэйсон, а вот тебя бы в тот же день поймали и проделали непредусмотренную изначальной комплектацией дыру в башке.       — Что ж, этот ублюдок тоже оказался жадным до денег. Беретта не думал, что это Мэйсон, но также нашли тело Аарона, следовательно, с деньгами исчез Мэйсон, этот сукин сын, верно?       Мэйсон сглотнул, смачивая пересохшее разом горло. Суть он уловил мгновенно.       Аарон, этот сукин сын, сфальсифицировал свою смерть и сбежал с сейфом, а его мало что убил, так еще и всех собак на него повесил. Впрочем, другого выбора у него и не было. Если бы он не замел следы, у него было бы меньше пространства для маневрирования и его бы поймали быстрее.       После смерти Мэйсон не особенно задумывался об Аароне. Его закрутило сумасшедшей суетой жизни Хейли, да и он считал, что Зии расправится с Аароном, тем самым косвенно отомстит за него.       Глубоко задумавшись, Мэйсон совершенно позабыл, что удерживает Ноа и закрывает ему рот, опомнившись, он быстро убрал руку.       — …       Ноа выпрямился, сменяя неудобную позу, вытер рот и раздраженно на него уставился. Судя по лицу, тишину он сохранял, во-первых, потому что не понимал происходящего, а во-вторых, не решил еще выдавать Хейли незваным гостям или нет.       Мэйсон неловко улыбнулся и сосредоточенно прислушался, а удостоверившись, что в спальне никого нет, снова осторожно потянулся к сумке. Пальцы не доставали совсем чуть-чуть.       — Видимо, он очень спешил, иначе не оставил бы следов, не тот он человек, чтобы упустить из виду детали, — судя по шороху, они зарылись в письма в мусорной корзине.       — Их могли специально оставить. Разве не странно вернуться сюда?       — Вот… думаю, он не так давно был здесь, — сказал кто-то, увидев отсутствие пыли на месте, где стояла рамка с фотографией. Звякнул металл — сняли пистолет с предохранителя.       — Хм, а вдруг он не успел далеко уйти?       — Он может быть еще где-то в доме.       Не отрывая взгляда от пространства за приоткрытой дверью спальни, настороженно прислушиваясь к шорохам, Мэйсон задержал дыхание и вытянул руку подальше, но тут один из них вернулся в спальню, он быстро убрал руку обратно и судорожно сглотнул.       «Что же говорить, если нас обнаружат? О том, что я откуда-то знал Мэйсона — однозначно не стоит. Иначе меня где-нибудь запрут до выяснения „его“ местонахождения».       Вот если бы сразу во всем сознаться, но людям с мышцами вместо мозгов бессмысленно объяснять, что тело умерло, а душа продолжает жить в новом теле. Впрочем, даже приди ему в голову пострадать правдивостью, никто не поверит.       Парень осмотрел шкаф, ванную рядом со спальней, под кроватью и наконец схватился за штору, желая проверить балкон. Длинная тень легла на Мэйсона. Когда только штору отдернут, нужно рвануть вперед, оттолкнуть парня, схватить сумку и… у Мэйсона вдруг голова закружилась.       — Слушайте, тут свежие следы. Пыли меньше, — позвали снаружи.       Парень, поколебавшись мгновение, вышел из комнаты. Придя к выводу, что Мэйсон уже ушел, они покинули квартиру.       — …       Мэйсон дождался звука закрывшейся двери, пока не стихнут удаляющиеся шаги, и выдохнул сдерживаемое дыхание. Аарон, сука, говнюк он говнюк и есть, и таким останется до самого конца… По глупой небрежности он уже умер, и хотя на этот раз ему невероятно повезло, но опоздай он хоть на секунду или не успей спрятаться, или будь парни из Зии чуточку повнимательнее — вряд ли удалось бы отделаться так легко.       Мэйсон Тейлор — труп, и как Беретта разберется с поимкой Аарона или не разберется, его совершенно не касается, не ему и ловить предателя, он, можно сказать, в ином мире совсем.       Аарон, конечно, гад, и Мэйсону с одной стороны было в какой-то мере неудобно перед коллегами, идущими по ложному следу, а с другой –неприятно сознавать, что в глазах хорошо знакомых людей, его превратили в идиота, который не нашел ничего умнее, чем сбежать с деньгами, но не в тощеньком же тельце Хейли отправляться вершить праведную месть. Да и верхом глупости будет рассказать Зии, кто в этой истории на самом деле стал трупом. Все равно что взять один-единственный шанс на мирную жизнь и спустить в сортир.       Ему повезло очнуться после смерти, не стоит творить глупости неизвестно во имя чего, теперь от него требуется всего-то по-быстрому убраться отсюда, пойти прямиком в банк, получить деньги и никогда близко сюда не подходить.       Спокойно раскладывая свои мысли по полочкам, Мэйсон краем глаза уловил движение и повернул голову в ту сторону. Ноа встал и вышел с балкона, с невозмутимым лицом поднял сумку, невозмутимо глянул на Мэйсона и перевернул ее верх дном.       — А-а… Нет!       Пачки с деньгами, золото, паспорта, оружие, откровенная порнушка, фоторамка посыпались на пол.       — А-а, черт возьми, какого ты…       Мэйсон кинулся вытаскивать фотографию из разбитой рамки, Ноа стоявший позади, ухватил его за шею. Вернее, попытался. В третий раз!.. У двери, один раз прямым посылом на кровать, и вот — теперь! Нет уж, перебьется, не настолько он простак, чтобы позволить себя трижды — трижды! — взять в захват.       Мэйсон уклонился и, воспользовавшись силой чужого замаха, сильно дернул Ноа за руку, укладывая того на пол. Сам же проворно вскочил и уже хотел поинтересоваться, какого хрена на него бросаются, но заколебался при виде белоснежной руки окрасившейся алым. Ноа порезался об осколки стекла на полу.       — …       — Прости, — невольно извинился Мэйсон, а встретившись взглядом с хмурым Ноа, смутился еще больше.       Глядя на эту белую, гладкую руку без мозолей испачканную кровью, Мэйсон чувствовал себя злостным обидчиком слабых и беззащитных, хотя именно он тут был самым слабым, с таким-то ущербным телом… нет, нельзя сравнивать, все-таки он — профессионал, и знает кучу способов причинить боль, но все равно… Мэйсону вдруг изменило привычное хладнокровие, он запаниковал и опустился рядом на одно колено.       — Так, нет, почему ты нападаешь на меня… Ты как? Здесь должна быть аптечка. Поторопись, твоя рана… — «Куда же я ее положил? В стол в гостиной?» — Мэйсон, вспоминая запыленную аптечку, скосил взгляд на порез Ноа, но тут мир перевернулся.       Бам!       Сидевший с лицом человека, который с минуту на минуту отключится от слабости, Ноа с силой толкнул Мэйсона, словно не был ранен вообще, оседлал и надавил ему на плечи.       — Угх… — Мэйсон сдержал болезненный стон и прикусил губу. Осколки вонзились в спину, и ее прошила острая боль.       А еще через секунду у него искры из глаз посыпались.       Ноа отвесил ему крепкую затрещину.       Шлепок!       Рейкарлтон лупил его по щекам, а во взгляде — ни единой эмоции, с таким же выражением он бы документы просматривал. За первым ударом последовал второй, третий, а затем он потерял им счет.       Когда рука Ноа замерла, Мэйсон ощутил соленый привкус крови во рту — щеку прикусил — и выматерился про себя. Ноа же тяжело дышал, как будто это его избили. Рука у него оказалась тяжелая, но не особенно приятно сознавать, что дал себя побить хрупкому молодому мастеру из прошлого.       — …А теперь слушайте крайне внимательно, мистер Хейли Ласк.       Оглушенный, Мэйсон открыл глаза. Красивое лицо Ноа склонилось прямо над ним. Глаза его были прищурены, и судя по ритму дыхания, он едва сдерживал гнев.       — Мне думается, вы должны хорошо ответить на мои вопросы. Если вы солжете или вздумаете что-то мямлить невразумительное… Что же мне с вами сделать?.. С вашей тупостью вы вряд ли сможете представить, на что я способен. Я дилетант, поэтому вряд ли сумею в процессе соизмерять свою силу, — Ноа слегка улыбнулся, и Мэйсон подумал: «Сначала избить кого-то, а потом задавать вопросы, да ты уже почти профи…»       Некоторое время Ноа помолчал с видом человека, который не знает, что спросить первым.       — Этот дом… Откуда ты знаешь Мэйсона? — наконец медленно спросил он.       Он пришел сюда убедиться в смерти Мэйсона. Конечно, если тот Мэйсон, которого он знал, не изменил своим принципам, то в его смерти и без проверок можно быть уверенным, но если существует хоть малейший шанс, что он жив — из этого дома пропала бы всего одна вещь.       Фото жены и ребенка.       Если он действительно взял сейф с пятидесятью миллионами долларов, был этот поступок импульсивным или продуманным, он бы забрал фото. Он никогда не был одержим материальными благами, но эта фотография имела совсем иное значение. Если его действия были просчитаны заранее, он, вероятно, взял бы его с собой перед миссией, а если импульсивными- скорее всего, вернулся бы за ним домой.       Ноа, добравшись до квартиры Мэйсона в Нью-Йорке, какое-то время стоял перед входной дверью в некотором ступоре.       Он считал Мэйсона мертвым, и сейчас было самое время подтвердить свое предположение. Все очень просто: проверить на месте фотография или нет. Головой он это понимал, но все равно продолжал стоять, глядя на дверь.        «Мэйсон правда умер?.. Скорее всего. Я проверю, и что тогда?.. Плакать буду? Или как всегда, в очередной раз, пойму, что реальному миру далеко до кино, кивну сам себе и продолжу жить как ни в чем не бывало? Если нет…» — ленивые мысли Ноа постепенно вытесняла пустота.       Порыв холодного воздуха ударил в грудь. Шею сжало, кислород с трудом поступал в легкие, он начал задыхаться. Отрешённо подумалось, что он сейчас умрет, и хотелось бы, чтобы его спасли, но теперь-то в этом мире его и вправду некому больше спасать, и в тот момент он осознал это как нельзя четко.       Но вдруг изнутри открыли дверь, и перед глазами промелькнуло лицо человека, которого он в принципе не ожидал здесь увидеть. Ноа моментально позабыл, что собрался умирать и открыл рот, как идиот. Да если б перед ним возник дух Мэйсона, он бы менее удивился.       Хейли Ласк.       Ноа посмотрел на мужчину, стоявшего на пороге квартиры Мэйсона.       — Как ты оказался здесь, в этом доме?       Первая, и самая очевидная, мысль, которая посетила Ноа при виде Ласка: узнал откуда-то о его планах поехать на квартиру Мэйсона и явился заблаговременно. Вполне в духе Хейли выкинуть подобный фокус, и других причин в голову не приходило. Но затем, глядя, как Хейли прячется на балконе от посланцев Зии, он начал размышлять логически.       «Откуда этот гаденыш узнал о Мэйсоне? Если бы он следил, не оказался бы в доме раньше меня. О моей поездке не знал никто, кроме Фила, а тот — точно бы ему ничего не сказал». Кроме того, Хейли не перед дверью стоял, а находился внутри, значит либо у него был ключ, либо он знал, где тот лежит. И последнее, красноречивый набор вещей в сумке. Хейли явно был в курсе происходящего.       Ноа сильнее вдавил плечо Хейли в осколки. Пусть там и немного битого стекла, но плечо кровоточило. Как и потрескавшиеся губы. Склонив голову, посмотрел на него, оценивая реакцию. Хейли, которого он знал, уже б визжал недорезанной свиньей и бился в истерике, как юродивый, но лицо напротив оставалось безмятежным, а губы — сомкнутыми, кого трясло, так это самого Ноа. Совсем чуть-чуть. Не настолько, чтобы измениться в лице, но радужка глаз слегка подрагивала.       Откуда это снедающее изнутри ощущение чего-то уже виденного и смутно знакомого?       Ноа полуприкрыл глаза и уже занес руку для нового удара, но тот, чье лицо не изменилось ни на йоту, вдруг бесстрастно спросил:       — А как насчет тебя? — Хейли прямо встретил его взгляд. — Почему ты в этом доме? Что ты здесь делаешь?       Ноа нахмурился, с силой потянул Хейли за воротник рубашки и улыбнулся:       — Не помню, чтобы я разрешал тебе задавать вопросы.       Хейли дернул щекой, словно она чесалась, и вздохнул.       — Окей… но я тебе ни слова не скажу, пока не объяснишь, зачем пришел сюда, — спокойно заявил он.       После его наглых слов Ноа поднял с пола пистолет. Глок-17. Приложив его к пальцу Хейли, он сказал:       — У тебя целых десять пальцев, я бы на твоем месте не был бы так беспечен, — Ноа снял пистолет с предохранителя, взвел курок, слегка потянул за спусковой крючок, наблюдая за выражением лица Хейли. Легкое недоумение — вовсе не та реакция, которая ожидалась. Откуда-то возникло неприятное ощущение диссонанса.       -…       Ноа прикусил губу и спустил курок. Бэнг! Пуля пролетела между указательным и средним пальцем Хейли. Тот даже не вздрогнул. Он оставался неподвижным не из-за страха.       Спокойные голубые глаза пристально смотрели на Ноа.       Сердце у него забилось, как сумасшедшее.       — Что ты такое?       Щелчок.       Ноа перезарядил пистолет и приставил к голове Хейли.       — Что ты, черт возьми, такое?        Ноа и вправду немногое знал о Хейли. И это было совершенно естественно, зачем интересоваться человеком, который не вызывает никаких чувств? Но, тем не менее, этот человек сильно отличался от еще недавно вечно пьяного зачинщика грязных скандалов. Он — Хейли Ласк? Та самая шлюха и наркоман? По щеке Ноа побежали мурашки, он внимательно посмотрел на человека под собой, сам не понимая, почему этот слабоумный напоминает ему о Мэйсоне, но ощущение дежавю посещало его уже не в первый раз. Ноа прикусил губу. Придвинул дуло ближе и положил палец на курок. Он слабо сознавал свои действия, но отчего-то было все равно. Казалось очень естественным спустить курок.       — Прошу прощения, — он слегка нахмурился, несколько обеспокоенный дулом у лба. — … Кстати, вы в курсе, что не стоит убивать человека здесь?       Голос достигший ушей заставил Ноа перестать дышать.       Голова у него закружилась, и он словно вернулся в прошлое.