Kill the lights (новелла)

                    — Я прошу прощения, — склонил голову Фил.       — Твиттер, да? Сейчас все там сидят, — тихо пробормотал Ноа, просматривая кипу утренних газет и веб-изданий на столе.       Выложили пять фотографий, выполненных в непрерывной съемке. Фото, на которых Хейли хватает его за руку, на котором открывает дверь, толкает Ноа в номер, входит сам и захлопывает за собой дверь. Было также увеличенное и приближенное изображение. Статьи пестрели обвинительными заголовками и восклицательными знаками.       «Хейли, ты снова ЭТО сделал?!»       «Хейли Ласк должен извиниться перед Ноа!»       «Ну какая же С*КА?!»       «Как он мог?!»       «Он неисправим! Вышвырнут ли Ласка из «Реальности» после вчерашней пирушки?!»       Ноа сдержанно рассмеялся провокационным заголовкам. Журналисты слишком пугливые, чтобы самим взорвать бомбу, поскольку она касалась запретной темы его личной жизни, но, разумеется, не в состоянии проигнорировать откровенные фото в Твиттере, ополчились в своих статьях на более безопасную жертву.       — Я немного разочарован. Ты даже это не смог запретить к печати?       — Простите, — вместо оправданий Фил ниже склонил голову, а сидевший за столом Рейкарлтон забарабанил пальцами по столешнице.       — Ну, может и к лучшему… — тихо пробормотал он, и Фил вскинул голову.       — Хм-м, что у нас на сегодня? — спросил Ноа, откладывая газеты в сторону и вытаскивая из-под них ежедневник. Его не интересовали запланированные дела, своим распорядком он всегда управлял сам, подразумевалась возможность сделать окно в расписании.       — У вас нет ничего срочного.       — В самом деле? Тогда отмени все до вечера.       Фил ожидал отмены пары часов, но тем не менее кивнул.       — Куда вы планируете отправиться?       — Коллекционировать бабочек? — Ноа словно ожидавший его вопроса ярко улыбнулся.       — Простите? Куда? — решил, что ослышался Фил, Ноа отложил ежедневник.       — Это метафора. Сначала я собирался обойтись без разговоров и просто удержать его рядом. Хочу убедиться еще один раз. Последний. Хотя, как мне кажется, мои догадки верны, — еще непонятнее пояснил он, вновь изгибая губы в заразительной улыбке.       Фил недоуменно смотрел на Ноа, который пребывал в странно приподнятом настроении. Вчера он рассказал о смерти Тейлора, а сегодня Ноа не ведет себя словно должен был умереть вчера и не кривит губы в неестественной улыбке… и не слишком его вид отличался от обычного. Подозрительно…       Еще раз взглянув на фотографию Хейли, Ноа крутнулся в кресле, посмотрел в окно и лениво протянул:       — О, кажется, сегодня будет хорошая погода, не спустить ли нам на воду яхту?                     ****                     — Уа-аун… — зевнул во весь рот Мэйсон, и моргая вгляделся на сильно запруженную дорогу.       — Перебрал вчера? — поинтересовался Тони       — Если б я пил… — поскреб щеку Мэйсон.       Лучше бы вчерашнее светопреставление произошло под влиянием алкоголя. Причем, чтобы оба участника — до зеленых человечков. Но обе стороны были отвратительно трезвыми, оттого еще хуже и неудобнее. Он пытался заняться самоубеждением на тему «все мы люди, чего только не случается», но помогало слабо, и он знал, что стоит увидеться с Рейкарлтоном, как в голове ничего не останется, кроме воспроизведения событий вчерашней ночи.       — Нет-нет, вряд ли мы еще встретимся, — уж о чем с их-то взаимоотношениями не следует беспокоиться.       — Что? С кем? — услышал его бормотание Тони.       — Ни с кем, — качнул головой Мэйсон. — А-а, мы разве не опаздываем? — он посмотрел на часы, которые показывали без восьми минут девять.       — Думаю, опоздаем… — глядя на нескончаемую пробку ответил агент. — Вряд ли кто-то приедет вовремя. Режиссер хоть проснулся? — подозрительно спросил Тони, и Мэйсон задумался, сумел Вик нормально добраться вчера домой или нет. В конце концов, он же не милая девочка, ничего с ним не должно было случиться, даже если бы на улице уснул. Но он запихнул его в лифт, сосредоточившись исключительно на спасении Рейкарлтона, и отправил прочь, нажав на первую попавшуюся кнопку.       — Ох ну, инвестор важнее режиссера, знаешь ли, — пробормотал Мэйсон в свое оправдание и телефон будто специально выбрал этот момент, чтобы запищать. Писал Вик, один из немногих, у кого был номер телефона, который купил ему Тони на прошлой неделе.       «Где я?»       «Откуда я знаю», — бодро отбил в ответ Мэйсон.       Бип-бип — звякнул быстрый ответ.       «Ты же вчера меня бросил, а?»       «Я думал, ты спишь», — неискренне отписался Мэйсон.       Вик ненадолго затих, затем прислал еще одно сообщение:       «Мне снилось, как ты бил меня по щекам и говорил, что нельзя здесь мочиться».       Мэйсон некоторое время лицезрел сообщение, потом выключил экран и спрятал телефон в карман. Последовавшие писки поведали о новых смс-ках, но он сделал вид, что ничего не слышит.       — Что? Что-то случилось?       — …Ничего. Так мелочь одна, из-за которой меня могут выгнать из фильма.       Быть не может, чтобы его уволили только из-за этого, но с абсолютной уверенностью он утверждать не мог, поэтому сказал Тони как есть. Тот затрясся.       — Ч-что? Ты создал проблемы?       — Да ничего такого! Правда. Нельзя же назвать проблемой то, что я бросил режиссера в лифт, верно? Что они здесь принимают во внимание?.. — пробормотал Мэйсон, подумав, что в Голливуде у него никакой приватности в личной жизни нет.       — Ты бросил режиссера в лифт? Вика? — удивился Тони. — Как… Почему ты так поступил, Лиз?       — … Ээ-э… Он попытался помочиться на публике, — коротко ответил Мэйсон.       — Э-э, — глубокомысленно экнул агент и замолчал. На лице его отчетливо читалось: «ну, с этим ты ничего поделать не мог». — Но все равно… — и поцокал языком.       Выстояв глухие пробки на дорогах, где-то к девяти двадцати наконец в пределах видимости показался вход на съемочную площадку.       — Хм-м?.. Почему здесь столько людей? — удивился агент, ему показалось, что произошла какая-то ошибка, но выбора особого не было, и он неуверенно дернул руль. Галдящая у входа толпа обратила на них внимание, замелькали беспорядочно вспышки фотокамер.       — Хейли! Хейли!       — Скажи нам одно! Хейли? Хейли!       — Почему ты это сделал? О чем ты думал? Ты был пьян? Или под кайфом? Или и то, и другое?!       Журналисты пихали к окнам непрерывно вспыхивающие камеры, совали микрофоны. Мэйсон нашарил в бардачке солнцезащитные очки, надел, что не особенно спасло от слепящих вспышек, перед глазами начали расплываться яркие пятна и круги.       — Л-лиз, что ты натворил вчера?.. — испуганно вопросил агент.       Мэйсон слегка нахмурился. Пусть Голливуд и весьма странное место, но вряд ли подобный ажиотаж вызван небольшим путешествием режиссера в лифте с его подачи. Или они выражали свое негодование попыткой режиссера помочиться в общественном месте?       — Мы сможем попасть внутрь? — спросил Мэйсон, указывая на Чейза и остальных размахивающих руками членов съемочной группы.       — Если репортеры настроены серьезно, то даже и на сантиметр не продвинемся, — мрачно предсказал агент. — По-видимому, они добудут материал на статью, даже если окажутся под колесами машины.       Мэйсон прищелкнул языком. Тут зазвонил его телефон, он собирался проигнорировать вызов, но увидел, как Глория машет ему рукой, и ответил.       — Хейли, что происходит?       — Я ответил на твой звонок, потому что сам хотел бы это знать.       — О, черт возьми! Ты тут стоишь и ничего не знаешь?! У тебя на телефоне интернет есть? Загугли скорее!       Мэйсон сбросил вызов и включил интернет. Когда он набил «Хейли Ласк», в гугл после недолгой загрузки выпало ненормально огромное количество статей. Были даже его фотографии сейчас, как он сёрфит в интернете.       — Ясно, — пробормотал Мэйсон, пролистывая статьи и фото. — Вот оно что.       — Чт-что? Что там? — шокировано спросил Тони, и Мэйсон поскреб щеку. — Это же фотошоп, верно? Да? Только не говори мне, что и вправду затащил Ноа в номер?!       — А-а… это не фотошоп, — ответил Мэйсон, пытаясь избежать его взгляда.       — Ты тут же вышел, верно? Может, на фото и поймали момент, но ты по какой-то причине вошел и тут же вышел и ничего-ничего не случилось, правда?!       — … — вместо ответа Мэйсон поскреб щеку. Фотографии, безусловно, получились превосходные. Стоило только взглянуть на них и действительно казалось, что он силком ведет за собой Ноа и впихивает его в комнату.       Он догадывался, кто запостил их в социалке. Джой неотступно следовала за ним прошлой ночью. Он знал, но… точнее, он помнил о ней ровно до момента, когда пошел провожать Вика до комнаты, но из-за Аарона времени на раздумья не было, а небольшой обмен любезностями тет-а-тет с Ноа напрочь вытеснил все остальное из головы.       Впрочем, нельзя сказать, что он полностью забыл о слежке, просто, вот честно, не ожидал, что разразится буря в стакане воды.       — Ну, мы всего-то вошли в номер в отеле, из-за чего такая шумиха?       — Насильно затащил — вот в чем проблема!       — Ну-у, ты знаешь, у него хороший удар? — намекнул Мэйсон на физическое превосходство зеленоглазой жертвы, что автоматически исключало возможность принудить ее к чему-либо, а уж тем более изнасиловать, но в глазах Тони отразился ужас.       — Ты… тебя бил Ноа? Что во имя всего святого ты сделал?! Что во имя всего святого ты сотворил, что этот ангелоподобный ударил человека?! — Тони дрожал, и Мэйсон заткнулся.       Все-таки ненормальное какое-то у всех отношение к Рейкарлтону. Слишком уж они впечатляются*. Чрезмерно. Ноа не целомудренный вьюнош двадцати лет отроду. Хотя Ноа и шел за ним с явной неохотой, но Мэйсон не заставлял его, угрожая ножом или пистолетом. Да и тем, на кого напали был он сам.        — …       Мэйсон задумался, машинально потирая до сих пор саднящую шею, вспышки камер возобновились с новой силой, он обернулся. К съемочной площадке с другой стороны подъехало такси, из которого вывалился Проктер с видом человека страдающего отчаянным похмельем. Вик явно жаждал пообщаться с одной безалаберной звездой, но вид толпы журналистов его немного охладил, и пробирался он к Мэйсону ошарашенно оглядываясь. Он уже верил, что помочился вчера вечером в общественном месте. Акулы пера и камеры несколько раздвинули свои ряды, пропуская его. Тони увидев зазор, надавил на педаль газа, в надежде подъехать ближе, но быстро отказался от этой идеи — их сразу же обступили вновь. Видимо, репортеры посчитали, что лучше добиться комментариев от виновника торжества, а не от его режиссера.       Мэйсон вздохнул и отвернулся, в этот момент появился человек, который по-настоящему мог заставить толпу отступить.       К месту боевых действий приближался Мерседес-Бенц СЛР МакЛарен (1).       Кто-то пробормотал: «Это Ноа!» и репортеры, блокирующие дорогу как безумные, внезапно отхлынули морским приливом.       Тони решил, что вот наконец его шанс, вдавил на газ, машина медленно продвинулась вперед, но не намного, оставшихся людей не представлялось возможным объехать. Время приближалось к десяти.       — Такими темпами солнце сядет, пока мы доедем до места съемок, — вздохнул Мэйсон, быстро подумал и выскочил из машины.       — Лиз! — закричал в панике Тони, но Мэйсон закрыл дверцу и помахал ему рукой, мол с ним все будет в порядке.       Может, нечестно, но он не собирался отказываться от съемок из-за созданных собственноручно проблем, хотя конечно, ему было жаль зеленоглазую приманку, которая останется на растерзание монстрам-репортерам.       — Хейли. Почему ты прицепился к Ноа?       — Хейли! Хейли?!       — Ты хоть соображаешь, как гнусно поступил с Ноа?!       Мэйсон посмотрел на репортеров, окруживших машину Рейкарлтона, потер щеку и подумал, что снова поступает не менее гнусно.       Дверца машины открылась. Появился Фил, открыл дверь со стороны пассажира. Вспышки засверкали как безумные, Ноа сидел неподвижно с нечитаемым выражением лица. Нет, вид его скорее выражал недовольство.       — …       Он просидел довольно долго, пока не начала стихать активность вспышек, затем вышел и первым делом посмотрел на Мэйсона. Репортеры расступились перед ним, как Красное море перед Моисеем, образуя между ним и Мэйсоном коридор.       — Мистер Рейкарлтон, на этот раз вы наконец-то скажете что-нибудь Хейли?       — Скажите хоть слово о вчерашнем для любопытствующей общественности!       — Что вы испытываете? Как вы думаете, Хейли сам распространил фотографии?       — С чего вы начнете? Вы в ярости?       Они ждали, когда Рейкарлтон наконец-то не сдержится и даст волю гневу или публично пристыдит Хейли. И не имело значения, насколько спокойно и тактично он выразится. Репортеры готовы были щедро добавить слов и эмоций от себя. О, статья обещала быть с перцем! И в их фантазиях она начиналась примерно так: «Ноа появился на съемочной площадке «Реальности» крайне недовольный…» Вслух же продолжались настойчивые просьбы ответить на несколько вопросов.       Ноа тихо вздохнул:       — Простите. Это личное дело.       Он отводя в сторону мешающие микрофоны подошел к Мэйсону. Тот с недоуменным видом прямо встретил его взгляд.       «Наверное, стоит извиниться. Все-таки сделала и выложила фотографии кузина Хейли. Физически она остается его кузиной. И если репутации Хейли уже ничто не повредит, то по Рейкарлтону скандал сильно ударит. И ведь я действительно завел его в номер. И я сам полез спасать его, меня по-прежнему никто не звал. Я сам виноват, так что нечего перекладывать свою вину на других. Меня выбросят из фильма? Да пофиг. Мне плевать на актерскую карьеру, а вот миллион долларов — жаль».       — М-м… — начал было извиняться он, но Ноа прищурившись ярко улыбнулся.       — Хейли, — мягко позвал он и потянул Мэйсона за руку. — Я приехал забрать тебя.       — …А-аа? Да? — смутился Мэйсон, ожидавший вполне справедливых проклятий на свою голову.       Гомон вокруг них внезапно стих.       Приехал забрать его?       Ноа за Хейли?       В суд забрать или в полицейский участок? — говорило выражение лиц, и даже Мэйсон чувствовал где-то так.       Не обращая внимания на суматоху вокруг него, Ноа лучисто улыбнувшись повернулся к Вику, которого мимоходом отпихнули в сторонку.       — По-видимому, сегодня съемки не будет. Я могу забрать твоего героя, Вик? — удерживая предмет разговора за руку спросил он.       — М-да? Зачем? — окинув взглядом толпу и оценив их решимость, недоуменно поинтересовался Вик.       — Сегодня ветер хороший, и я распорядился спустить яхту на воду.       — …       — Поэтому?.. — озвучил терзающий всех вопрос Вик.       — Поэтому? — невинно переспросил Ноа, всем видом выражая изумление очевидному. — Конечно, чтобы пообедать с Хейли на яхте. Как ты на это смотришь, Хейли? Или тебе не нравятся яхты? Я на всякий случай, зарезервировал столик, но погода сегодня очень хорошая…       — Нет, почему ты хочешь обедать с Хейли? Ты не только яхту подготовил, но и ресторан зарезервировал, почему ты стараешься, чтобы понравилось Хейли? — казалось, перед этими людьми с пустыми лицами и беспросветно тупыми взглядами поставили сложнейшую математическую задачу, которую никто не был в состоянии понять. Вик неловко рассмеялся и переспросил. — Обед на яхте это… как свидание?       — Ну, что за глупости.       Пока он милейшим голосом рассуждал о ресторанах и яхтах, складывалось впечатление, будто окружающих посетили коллективные слуховые галлюцинации, оттого последняя реплика заставила всех замерших в напряжении разом расслабиться, однако Ноа еще не договорил:       — Разумеется, это и есть свидание.       Не «как свидание», а «это и есть свидание».       Ноа покрепче ухватил свою добычу за руку и улыбнулся.       Свидание с Хейли… само словосочетание вызывало диссонанс и повергало в ступор. Любопытствующая общественность зависла задумавшись. Мэйсон же вообще ни черта не понял из всего сказанного.       Ноа повернулся к Мэйсону и улыбка, тягучая и сладкая как мед, изогнула его губы. Мэйсон нахмурился глядя ему в глаза. Улыбка Ноа ослепляла сильнее вспышек камер.       — Хорошо, кажется, все устроилось. Мы можем идти?       — …       «Э-э? Что устроилось? Куда вы вдвоем собираетесь?» Невысказанные вопросы повисли в воздухе. Словно у присутствующих языки отнялись.       Ноа за руку довел Мэйсона до машины и усадил его в салон.       Отчаянные охотники за сенсациями, профессиональные журналисты и матерые папарацци, люди для которых камера была естественным продолжением руки, а вовремя пойманный кадр — залогом своего куска хлеба с маслом, напрочь позабыв обо всем, остолбенело наблюдали как сенсация высшей пробы покидает съемочную площадку.