Kill the lights (новелла)

                    Мэйсон так и стоял не в состоянии шелохнуться, неспособный нормально дышать, глядя на мокрое от слез лицо Ноа, и в заплаканные глаза, которые казалось еще немного и рассыплются осколками зеленого стекла.       — …Ноа, — запнувшись позвал он. Тот медленно поднялся на ноги.       — Все нормально. Воспринимай, как исполнение последней воли умирающего. Ты так не считаешь? — утешительно проговорил он, хотя Мэйсон не нуждался в утешении.       — Мистер Рейкарлтон.       — Нет… — Ноа предупреждающе схватил Мэйсона за руку, словно боясь услышать следующие слова. При виде его тонко дрожащей руки, ледяной и потной, у Мэйсона пересохло в рту, горло скрутило сухим спазмом, он сглотнул.       — Хватит на сегодня. Все из-за алкоголя… Я не в форме, — Ноа медленно отпустил его. — Ты, наверное, считаешь, что испытал нечто ужасное, но надеюсь, ты понимаешь, что это небольшая компенсация, особенно, если учесть, что ты поздно ночью вошел в комнату спящего человека. Я мог бы в тебя выстрелить, — указав на кровать легкомысленно закончил он. Из-под подушки выглядывало дуло револьвера. — Раз уж ты здесь, ложись спать, — предложил Ноа. — Если я снова усну в таком состоянии, все закончится новой панической атакой… А я пойду поработаю. Фил будет счастлив, — и вышел, оставив его в одиночестве.       Мэйсон не мог ни остановить его, ни сказать правду.       — …       Он моргнул, опустил взгляд на свою ладонь. Ощущение чужих дрожащих пальцев все не проходило и к коже так же лип пот.       -…       «Что все это было? Почему Ноа мне все это говорил? Почему плакал и цеплялся за меня? Ничего не понятно», — во рту пересохло, Мэйсон посмотрел на дверь, за которой исчез Ноа.       Сердце его колотилось с бешеной скоростью.                     ****                     — Лиз? Лиз! — услышал сквозь сон зов Тони Мэйсон. Открыл глаза, увидел перед собой озадаченное лицо визажистки Софи и контактные линзы в ее руках.       — Ах… Простите, я закрыл глаза.       — Переживаешь из-за съемок на улице? — проходя мимо спросила измученная Глория. Мэйсон кривовато улыбнулся и оглянулся на забитую репортерами выделенную зону неподалеку от съемочной площадки.       Выездные съемки перенесли на более раннее время из-за изменений в расписании Лиззи, актрисы, с которой сегодня должен был сниматься Мэйсон. Что было только на руку возбуждено-предвкушающим папарацци и репортерам, которые расположились поближе к съемочной площадке и ждали появления Хейли, который молчал о подробностях невероятного скандала в котором был замешан, как рыба об лед. Мэйсону же было не до скандалов.       Тейлор уже в черных контактных линзах потер глаза и широко зевнул.       — Что с тобой сегодня? — недоуменно спросил Тони. — Не спал прошлой ночью?       — Да не то чтобы… — лечь он лёг, но заснуть не получилось. Да и многие сумели бы заснуть после подобного?       — Почему? Может… Что-то случилось с Ноа? — Тони посмотрел на последнего, который в качестве одолжения давал интервью у фонтана.       — …       Что-то случилось… Мэйсон тоже посмотрел на Ноа. Ноа, который, что уже начинало входить в привычку за последние несколько дней, доставил Мэйсона на работу на вертолете. Когда съемки пришлось задержать из-за собравшихся журналистов, Рейкарлтон любезно их выручил, предложив ответить на вопросы журналистов, только бы те не мешали съемочному процессу.       Привычный, всегдашний Ноа, сияющий и дружелюбный, тихо отвечал на вопросы явно влюбленной в него журналистки.       «Это точно тот человек, который плакал и умолял прошлой ночью?» — хоть Мэйсон и видел все собственными глазами, но уже не исключал возможности, что ему приснилось. Разумеется, Ноа даже вчера, в слезах, был красив и очарователен, но сегодня казался абсолютным незнакомцем.       Словно почувствовав взгляд, Рейкарлтон поднял голову и посмотрел на Мэйсона. Глаза его расширились, будто Ноа застигнули врасплох, но почти сразу же он мило улыбнулся. Зашелестели со всех сторон вспышки.       — Пожалуйста, воздержитесь от использования фотовспышек! — закричали Глория с помощниками с гробовым выражением лиц, подбегая к репортерам.       Мэйсон мрачно поскребывал щеку. Всю ночь он раздумывал над поведением Рейкарлтона.       С уверенностью можно было утверждать, что Ноа помнил похищение двадцатилетней давности. Да, черт знает когда и встреча их была мимолетной, Мэйсон считал, что его позабыли давным-давно, но похоже ошибся. Иной причины, почему он был особенным для Ноа, не придумывалось.       Если дело именно в этом… Мэйсон в очередной раз скребнул себя по щетинистой щеке.       «Пожалуйста, скажи, что ты – Мэйсон. Иначе я выстрелю себе в голову».       Мэйсон машинально забрал пистолет Ноа, спрятанный под подушкой. На всякий случай. Может владелец и не собирался стреляться, а если бы и хотел покончить с собой, то кроме пистолета есть и другие варианты, но Мэйсон не смог его оставить, тот постоянно перед глазами всплывал.       «Он правда считает меня особенным? Тогда большинство непонятных событий, начиная с его появления в Нью-Йорке становятся объяснимыми».       Необъяснимо, почему он считает Мэйсона особенным. Он бы еще как-то понял, если бы тот испытывал легкую признательность, но в голове не укладывалось, кем его считал Ноа, чтобы даже плакать по нему.       Ноа вчера больше умолял, чем просил. Умолял, если не о привязанности, о сочувствии.       Мэйсон снова перевел взгляд на Ноа. Улыбка мужчины у фонтана слепила. Как всегда.       — …Такой человек, как он, склонял голову передо мной. Здесь какое-то недоразумение, верно? — спросил вслух Мэйсон.       — Н-ну, что с тобой? — отрывисто вопросил в ответ Тони.       — Тут либо какое-то недоразумение, либо он что-то задумал…       Нет наверное. Какой бы ни была цель, у Ноа не было причин закатывать спектакль перед ним.       — Может, дело в чем-то другом? Неужели причина настолько проста и невероятна? — себе под нос пробормотал Мэйсон. Ноа вчера исступленно умолял, о чем? Непонятно. Мэйсон знал, что он психологически неустойчив, но не представлял, что тот может выглядеть так. И он хватался за Мэйсона и говорил…       — Я не знаю. Не знаю, — простонал Мэйсон. При виде чистого и красивого лица Ноа всё казалось нереальным.       Сама по себе ситуация была нелепой, как и съемки в теле Хейли. Что если все происходящее — фантазии мертвеца? Да, всё это вполне может быть сном.       — Хейли! Повтори слова! Мы сейчас начинаем! — издалека проорала размахивая руками Глория, и Тони поощряя похлопал Мэйсона по плечу:       — Возьми себя в руки, окей?       — …       Мэйсон чуть пошатнувшись поднялся и огляделся: непревзойденный режиссер Вик и хорошо известный актер Чейз, зарабатывающий десятки миллионов за картину, и бесчисленные члены съемочной команды ждали его, толпа зевак наблюдала за ним. И Ноа. Мэйсон почувствовал укол в сердце при виде промелькнувшей горечи на милом лице.       «Конечно, реальность есть реальность… Нет, не знаю». Он глубоко вздохнул.       — Иду я, иду.       — Лиз? В чем дело? — недоуменно спросил Тони, который приводил в порядок его пиджак, когда Мэйсон на секунду замешкался.       — Нет-нет, ничего особенного, — отмахнулся тот.       — Хейли! — снова завопила Глория, и Мэйсон еще раз оглянулся.       Ему показалось, что он видел синий джемпер Фреда, наемника из Зии. Но секунду спустя на том месте только репортеры толклись.       — Привиделось?       Наверное, ошибся. Не один же в мире такой джемпер, мог кто угодно носить такой же, он же не на заказ сшит. А что если это был он? Они находились в парке, куда мог кто угодно зайти.       Мэйсон подумал, что видит то, чего нет, из-за своих спутанных чувств и быстро пошел к Глории.                     ****                     Ноа посмотрел на идущего с пустым взглядом Мэйсона и незаметно ухмыльнулся его фирменному бесстрастному выражению лица.       — Вы продолжаете смотреть на Хейли. Он вам сильно нравится? — с завистью спросила журналистка.       Ноа опустил взгляд и улыбнулся ей.       — Вы Скайли из «Милд Тайп»? За последнее время, вы, по-моему, единственная написали обо мне хорошую статью. Рад снова вас видеть. М-м, что вы спрашивали? Ах да, он мне сильно нравится, — лицо журналистки порозовело, ей было приятно, что он ее запомнил. — Верно. От него глаз невозможно отвести. Обожаю, когда он делает такое лицо, — Ноа вновь поймал в прицел своего взгляда Мэйсона.       — Думаю, оно не самое приветливое, — заключила Скайли, тоже посмотрев на Хейли. Хотелось бы сказать, что Хейли слушал, мило обратив прелестное лицо к собеседнику, но тот внимал пояснениям режиссера с сонным и индифферентным видом.       — Кому как, по-моему, он выглядит… несколько паникующим.       Журналистка снова посмотрела на Хейли, но казалось не поняла. Выражение лица самого Ноа было меланхолическим, но от этого не менее очаровательным.       Предыдущая ночь превзошла ожидания Ноа. Хотя он сам создал подобную ситуацию, это было непреднамеренно. Он открыл глаза, увидел Мэйсона, который собирался уйти, и инстинктивно захотел остановить.       Откровенно говоря, Ноа не хотел Мэйсона в сексуальном плане. Он снился ему с детства, но Ноа никогда не хотел с ним секса.       «Или нет. Разве я не?..» — он, испытывая непонятное чувство, посмотрел на Мэйсона.       Для него Мэйсон был чистым воплощением самого желания. Хотелось видеть его, трогать. Все время. Постоянно. Присвоить, обладать, владеть им, чтобы он обернулся и увидел его. Не было в этом мире ничего желаннее Мэйсона. Тот был для него искрой света. Он чувствовал это, когда касался его, и этот раз не стал исключением, стоило ощутить под пальцами теплоту его кожи, как Ноа осознал каким оказывается изголодавшимся был и даже не знал, насколько сильно нуждался в тактильном контакте. Мэйсона единственного хотелось поглотить всего целиком, сожрать.       Тело принадлежало все тому же Хейли, с которым не хотелось иметь ничего общего, но он походил на Мэйсона, а от мысли, что это и есть Мэйсон, голова закружилась и едва не взорвалась жаром. Он даже ощутил настоятельную потребность жадно, ненасытно кусать его, глотать, немедленно поглотить его.       Жар достиг своего пика, и Ноа едва не овладел им… его несдержанность почти привела к завершению сложившейся между ними ситуации.       — Члены съемочной команды говорили, что вы с Хейли не встречаетесь, это правда? — спросила Скайли, сверяясь с КПК.       — А, да, правда, — беспечным тоном ответил Ноа. — Именно поэтому я бы хотел избежать щекотливых вопросов. Я жду его ответа, — улыбнулся он кривовато. Не ждал он никаких ответов. Он находился на грани, едва сдерживаясь, чтобы не сгрести свое наваждение в охапку и не объявить всему миру, что Мэйсон — его, лишая того даже призрачного шанса уйти. Все шло хорошо. Если бы не маленькая смешная надежда занять хотя бы крошечное место в его сердце.       На этот раз у второй стороны был целый меч. Любое его слово могло убить Ноа. Мэйсон мог даже уехать куда-нибудь далеко, заявив, что совершенно не желает его видеть. Если бы он учитывал желания объекта своих чувств, с уверенностью сказал бы, что они не должны жить вместе. Их недоотношения подходили к концу, но Ноа не настолько плохо себя чувствовал.       — О Господи! Я б на его месте в восторге орала бы «ДА!» Эм-м, итак, каким по-вашему мнению будет ответ? — «Какой еще поразительный ответ может быть?» — журналистка взъярилась: — «Как Хейли смеет заставлять Ноа ждать!» — она зло посмотрела на Хейли.       Ноа едва слышно усмехнулся.       — Кто знает? Возможно… мягкий отказ? — он нежно посмотрел на Мэйсона, который как раз повернулся в его сторону. Их глаза встретились. Всё было почти кончено, но даже так уже хорошо. Эти паникующие глаза, эти выражения лица были его. Он добился подобной реакции хорошенько встряхнув Мэйсона.       «Я все время боялся, что он меня бросит, несмотря на все уговоры и мольбы, я умолял, даже когда уже не было сил молить. Но сейчас все дошло до той точки, когда не имеет значения, что будет дальше, но по крайней мере, останется это мгновение, томительное, трогательно-сладкое, мгновение, когда я счастлив от осознания, что Мэйсон думает обо мне, паникует и смущается» — им завладело нервное возбуждение от последней мысли. Даже если все закончится вежливым и мягким отказом.       — Что вы имеете в виду? Отказ? Вы скромничаете? Разве не общеизвестный факт, что вы нравитесь Хейли? Он у вас дома живет! Какой отказ? В каком смысле?       — Как вы можете говорить такое? — заговорили все репортеры разом, Ноа вежливо им улыбнулся:       — Ну, он уже дважды бросал меня, — «И этот раз ничем не отличается», — подумалось Ноа.       «Когда все подойдет к логическому концу, не лучше ли будет покончить с собой? Если Мэйсон испытает хотя бы мимолетную жалость — тоже хорошо», — мрачно подумал Ноа снова глядя на Мэйсона.       Тот практиковал с актрисой романтическую сцену.       — Ах, я слышала, сегодня будут снимать поцелуй… — протараторила журналистка и спросила, глядя на выражение лица Ноа: — Сцена поцелуя с человеком, который вам нравится. Вы же спонсор, разве вы не можете просто сказать вырезать ее из фильма?       Ноа покосился на нее.       — Начинаем! Пожалуйста, соблюдайте тишину! — закричала Глория и взгляд Ноа вернулся к Мэйсону.       После очередного сигнала Вика, Мэйсон превратился в другого человека.       Он с каменным выражением лица произнес жестокие слова, угрожая человеку пистолетом. Громко обсуждающие Хейли репортеры мало-помалу начали затыкаться, как загипнотизированные, и пристально следить за ним.       Хейли двигался стремительно и отточено и говорил хлёстко, четко артикулируя. Он совершенно не походил на того Хейли, каким его представляли: вечно вялый, апатичный, медлительный из-за наркотиков и злоупотребления спиртным, с повадками шлюхи. Ни единого лишнего движения или слова, он выглядел сдержанным и хладнокровным, пугающим до тревожного укола в сердце агентом, работающим на безжалостную и секретную организацию.       — О-он выглядит как другой человек, — пробормотал кто-то, кто по-видимому, слышал об улучшении навыков актерского мастерства Хейли, но не осознавал до какой степени.       Черные волосы и глаза, бледное лицо. Он явно не походил на Хейли, которого все знали.       — Другой человек, — тихонько повторил Ноа и едва слышно рассмеялся. Как и сказал репортер, играл он как совершенно другой человек, но в глазах Ноа, он, несомненно, выглядел Мэйсоном.       Хейли присел на землю, рука его легла на щеку актрисы, прошептал что-то. Она задрожала, вскоре из ее глаз потекли слезы. Мгновение он казался растерянным, а затем вытер их подушечками больших пальцев рук.       — …       Он приподнял голову, и Ноа в упор посмотрел в черные глаза.       Хейли коротко прищелкнул языком, потянул актрису за волосы, заставляя откинуть назад голову, и быстро коснулся ее губ.       — …       Ноа хмыкнул. Он едва не физически ощутил мимолетный конфликт в черных глазах. Ну, с характером Мэйсона, неясно, как там насчет актрисы, но поцелуи с Ноа его волновали и слишком.       Ноа пробормотал нечто нечленораздельное, когда актриса дрожа всем телом, словно ее током электрическим шибануло, застонала. Неудивительно, что Вик крикнул «Снято!» и сказал:       — Давайте переснимем только поцелуй! Лиззи не переигрывай с реакцией.       Сцена началась заново. Мэйсон снова придерживал ее за щеку и целовал в губы.       — …       Не нужно было его целовать. Не нужно было пробовать на вкус и пытаться взять его. Ноа совсем не был уверен, что сможет теперь окончательно сдаться и отпустить его. Если Мэйсон ему мягко, но непреклонно откажет, вдруг он сойдет с ума, изнасилует его и покончит с собой?       «И губы у него сладкие», — подумал Ноа, лицо его смягчилось нежностью, затем он отвел взгляд.       — Эм-м, мистер Рейкарлтон? — крупного телосложения мужчина в синем джемпере выглядел так, будто ждал пока Ноа отвлечется от Хейли, протянул записку: — Вам просили передать. Вон туда смотрите, — мужчина указал глазами на дерево возле аллеи.       — Репортер? — равнодушно развернул записку Ноа, но увидев короткое послание, поднял голову и посмотрел в указанном направлении.       «Сейф Альта у нас».       Он не мог видеть лиц отправителей, но точно знал авторов послания.              ****              — А теперь, ребятки, покажите мне глубокий запойный поцелуй, только не увлекайтесь слишком. Хейли, у тебя хорошо только что получилось, повтори и все, — с серьезным видом сказал Вик.       — Прости, — тихо извинилась перед Мэйсоном вспыхнувшая краской Лиззи. — Из-за меня…       — Ничего страшного, все в порядке, — улыбнувшись, отрицательно помахал руками Мэйсон.       Вчера Тони не сказал, какую сцену Мэйсону не нужно репетировать. Как оказалось, поцелуй с женщиной. В отличие от Хейли, Мэйсону, с его нормальной ориентацией, было бы в радость поцеловать красивую актрису, если бы не те грязно-пошлые поцелуи с Ноа прошлой ночью.       Мэйсон почувствовал, как пересохли губы, когда стоял перед дрожащей и плачущей Лиззи, вспомнил плачущего Ноа, и когда сгребал ее за волосы, вспомнил аналогичные движения Ноа с ним и тот охвативший озноб, и как он облизывал его губы, как использовал язык.       Мэйсон невольно перевел взгляд на то место, где стоял Рейкарлтон, их взгляды скрестились. Он на короткое мгновение завладел губами Лиззи, а в голове крутилось: «Не то». Несмотря на мягкие губы миловидной актрисы, он думал о Ноа и искал его взглядом. И это не предвещало ничего хорошего.       Лиззи стратила с реакцией, съемку приостановили.       — А сейчас повторим только часть с поцелуем, — Вик подал сигнал «Приготовились!» и Мэйсон сделал глубокий вдох, пытаясь стереть лицо Ноа из мыслей, что оказалось трудной задачей.       — Мотор!       Мэйсон сделал вид, что вытирает слезы со щек Лиззи, потянул ее за волосы и поцеловал. Она на мгновение перестала дышать, позволила Мэйсону провести языком по ее нижней губе, как ласкал его Ноа. Он поднял глаза.       — …?       Бессознательно ищущий взгляд Мэйсона остановился на парне в синем джемпере, который стоял возле Ноа… Фред?       Мэйсон прервал поцелуй, Лиззи не хватило дыхания, она начала хвататься за его руку, и Вик заорал «Снято!»       — Хейли!       — Эй! Ты на что отвлекаешься?       — Ой, простите… — неловко извинился Мэйсон и посмотрел на Ноа, который попросил у журналистов немного терпения и ушел. Выражение лица Рейкарлтона было нечитаемым. Куда он пошел? Где телохранители? У Мэйсона сухостью задрало горло, он сглотнул, глядя как Ноа стремительным шагом направляется к аллее.       — Хейли?       — А, минутку… — торопливо пробормотал Мэйсон и прошел мимо Лиззи. Ему нужно было узнать, что Фред сказал Ноа, из-за чего последний резко посерьезнел. Он не мог с точностью предугадать, как будут развиваться события, но мысли в голову лезли плохие.       Когда он умер в бункере Альта, кто-то должен был помочь Аарону и Эшли сбежать после уничтожения трупа. Наиболее вероятными претендентами были Кларк и Фред. Скорее, Фред. Он был хорош в деле и любил деньги. И если его предположение верно, то Ноа несомненно собирался сейчас встретиться с…       — Хейли? Что случилось? Эй, ты куда?       — Хейли?       Хейли минуту назад идеально изображавший секретного агента вдруг с отсутствующим видом пошел прочь со съемочной площадки. Вик, команда и Тони провожали его изумленными взглядами. Неужели ему срочно понадобилось в уборную? Сопровождаемый любопытными взглядами Хейли не остановился, побежал к Ноа.       — Ноа!       Стоявший в конце аллеи Ноа обернулся. Настолько ледяного и пугающего лица Мэйсон у него еще не видел, отчего он даже непроизвольно сглотнул.       — Что?.. — «… ты пытаешься сделать» — осталось недосказанным, Ноа обернулся снова.       Аарон и Эшли уже стояли напротив него.              ****                     Получив записку, Ноа сказал журналистам: «У меня появилось неотложное дело» и ушел. Сейф Альта его не интересовал, но он знал, у кого тот находился.       Аарон Грин и Эшли Сью.       Люди, которые убили Мэйсона.       В конце аллеи его дожидались мужчина и женщина в надвинутых на лицо кепках и солнцезащитных очках, при себе у них были сумки для камер и с виду они казались обыкновенными, ничем не примечательными репортерами. Ноа обвел их медленным изучающим взглядом. Они были такими же, как на фотографиях, которые показывал Фил. Оба переживали не лучшие времена, лица у обоих были осунувшимися.       — Тебя сложно застать одного, — начала Эшли, когда Ноа подошел. Она вздохнула и осторожно продолжила, будто количество камер в ближайшем окружении ее нервировало: — Мы хотим перебраться в местечко потише. Мы подготовились, так что…       — Зачем? — глумливо усмехнулся Ноа. — Зачем мне искать с вами местечко потише?       Вопрос заданный с издевкой заставил их лица закаменеть. Понаблюдав за ними Ноа вздохнул:       — Ради вас что ли…       — Ноа! — услышал он отчаянный крик.       — Что ещё?..       Он увидел бегущего к нему с отчаянным видом Мэйсона. Взгляд того был прикован к Аарону и Эшли.       Нет уж.       Ноа прищелкнул языком.       Внимание всех присутствующих вдруг обратилось на них. Съемки прервались, и репортеры оглядывались, пытаясь понять, что происходит. Он увидел своих телохранителей, которые разделились и вытащили оружие, и побледневшего Фила. Почти одновременно свои пистолеты достали Аарон и Эшли, направили их на окружающих и на Ноа.       Вряд ли у них не было другого выбора. Репортеры из любопытства начали делать фотографии, охрана Ноа побежала к ним, на ходу целясь. Следившая за ними команда из Зии задержала мужчину в синем джемпере, который прятался среди репортеров.       Ноа негромко засмеялся, когда холодное дуло коснулось его головы: у подбежавшего Мэйсона было забавное лицо. Как бы это выразиться?.. Выцветшее до белизны, испуганное, хотя он был из тех людей, что и глазом не моргнут, если к их голове приставят оружие.       — Что с лицом? — спросил его Ноа. — Волнуешься за меня? — хотелось услышать ответ, но ему не дали: Эшли вдавливая дуло в голову, потянула его за руку.       — Не двигаться! — от ее полоумного вопля телохранители вкупе с командой из Зии моментально остановились, впрочем, фотовспышки, напротив, засверкали как безумные. Аарон с разгневанным лицом открыл рот, но его опередили:       — Прекратить съемку! — крикнул Мэйсон.       Аарон ошарашено на него уставился.       Мэйсон с приводящим в оторопь выражением лица взглянул на репортеров, после чего вновь перевел взгляд на Аарона и Эшли.       — Чего вы хотите?       Мэйсон знал, как легко Грин начинает пальбу. Несмотря на внешность, Аарон был очень вспыльчивым и импульсивным, и мог сначала спустить курок, а потом уже подумать, чего хотел этим добиться. Они оба были на нервах и выглядели загнанными в угол.       У Тейлора пересохло в горле, он сглотнул. «Спокойствие, Мэйсон» — напомнил себе. — «Спокойно. Успокойся. Я сказал, успокоился, идиот», — успокоиться не получалось совершенно, он закусил губу так, что та побелела. Ноа стоял в нескольких шагах, и пистолет целился в его голову.       При других обстоятельствах он бы сказал что-нибудь невыразимо скучное и попытался бы сбить их с толку. Они бы сами не заметили, как он бы обезвредил и разоружил одного и прицелился бы во второго. Примерно, как спасал Ноа от придурков в Нью-Йорке.       Но сегодня этот вариант не подходил. Аарон и Эшли не дилетанты, как те парни, и любой из них мог выстрелить в Ноа. И именно из-за одной этой причины Мэйсон не мог сдвинуться ни на дюйм.       — Я спрашиваю, что вам нужно?!       Выражение лиц обоих, когда они посмотрели на Мэйсона, с лицом Хейли, говорило примерно следующее: «Кто этот сукин сын?», но немного погодя Аарон все же соизволил ответить:       — В-во-первых отпустите Фреда.       Брать заложников в их планы не входило, но теперь деваться было некуда. У них не осталось иного способа выжить, кроме как взять Рейкарлтона в заложники перед всей репортерской братией.       Мэйсон оглянулся. Наемники Зии, испытывая очевидные затруднения с выбором последующих действий, переводили взгляды с Аарона на Фреда и обратно       — Отпустите его, — отрывисто приказал Мэйсон.       Мэйсон бросил повторный взгляд на одного из агентов походившего на начальника группы и казавшегося знакомым и повторил:       — Отпустите его.       Тот дернулся и дал отмашку подчиненным.       Прижатого к земле Фреда отпустили, тот медленно поднялся.       — Фред, иди сюда, — неловко позвал Аарон Фред посмотрел на ребят из Зии, назад на Аарона, туда-обратно, и сказал:       — …Ты можешь вытащить меня отсюда? Я не думаю, что это хорошая идея», — коварно сказал Фред, и когда Аарон зло уставился на него в ответ, добавил: — Я не хочу всю жизнь скрываться от преследования, — лицо его приняло сожалеющее выражение.       — Твой друг кажется поумнее будет, — тихо усмехнулся Ноа, и Аарон, прикусив губу, ударил его пистолетом по голове.       — Ноа!       Мэйсон увидел, как голова Ноа дернулась от удара, и кровь проследила линию ото лба по виску и вниз. Телохранители Зии вновь наставили на них оружие, но звук вздернутого курка прозвучал только от пистолета Грина. Аарон скрежетнул зубами, ткнул пистолетом в Ноа и сказал:       — Думаешь, я тебя не убью? — рука его дрожала, словно он готов был в любую секунду спустить курок.       — Аарон, пожалуйста, — Эшли волновалась, что он снова что-нибудь натворит.       Если Ноа умрет, тогда им точно придет конец, как и Мэйсону.       — Что еще, кроме Фреда? Машину, может? — спокойно, даже лениво спросил Мэйсон. Нельзя нервировать Аарона, да и самому нельзя поддаваться страху. Ноа болезненно закряхтел и поднял голову, по его щеке текла кровь. У Мэйсона перед глазами заволокло красной пеленой, но он изо всех сил постарался взять себя в руки.       — Вам ещё есть, с кем связаться? Сколько вам нужно денег?       — Ты вообще кто? — спросил с пылающим взглядом Аарон. Почему с ним переговоры ведет не полиция, Зии или телохранители, а какой-то актер?       — А что имеет значение, кто я? Хочешь говорить с полицией? Ну так говори. Сейчас ты можешь вызвать кого угодно.       Даже если он с президентом Соединенных Штатов захочет поговорить: с пистолетом у виска Ноа это можно минут за десять организовать. После слов Тейлора Аарон отвел взгляд. Эшли перевела дыхание.       — С-сначала, подгоните машину. Вздумаете шутки шутить, вряд ли я его убью, но ногу или руку прострелю, — сказала она, сгребла Ноа за волосы и приставила пистолет к его затылку. Мэйсон ничего еще не сказал, а Фил уже позвонил куда-то, вскоре в парк въехал черный Бентли.       — Оставь ключи и отойди в сторону, — холодно сказал Аарон.       Водитель быстро отступил, смешался с толпой.       — Если я увижу, что за нами кто-то едет, я решу, что вы хотите, чтобы я убила этого сукиного сына. Уяснили? Мы готовы умереть, — неровным, отрывистым тоном сказала Эшли. Ее руки державшие пистолет побелели. За последние пару лет Мэйсон с ней несчетное количество миссий прошел, но настолько нервной и перепуганной видел впервые.       Они с Аароном больше угрожающе пихнули пистолетами в сторону Ноа и оглядели местность. Пристального внимания удостоились телохранители Зии и почему-то Фил, затем быстро чему-то кивнув, они быстро забрались в машину, используя Ноа, как прикрытие.       -…       Мэйсон кусал побледневшие губы, пока те не окрасились кровью.       «Я смогу отпустить Ноа вот так? Другого выхода нет, но…» — он наблюдал, как Ноа затаскивают в машину, истекающего кровью, полуприкрывшего глаза Ноа, который вдруг поймал взгляд Мэйсона и вяло улыбнулся, отчего по телу Мэйсона пробежали мурашки.       В нем начало зарождаться напряженное предчувствие сродни тому, что он испытал перед входом в спальню Альта и от мутной, безрассудной улыбки Ноа оно усилилось. У Мэйсона дрогнул подбородок.       «Если Ноа сейчас уедет весьма велики шансы, что эта поездка станет для него последней», — едва он успел подумать об этом, тело само начало двигаться.       Он успел подбежать и подставить руку, не давая дверце машины закрыться. Рука начала кровоточить. Плевать.       — Подожди-подожди.       — Хейли!       — Лиз! Лиз!       За спиной раздавались отчаянные крики Тони и Вика, но Мэйсон их игнорировал:       — Два заложника лучше одного, верно?       Он проскользнул в салон, не дожидаясь пока они сообразят, как ответить. Рядом с Рейкарлтоном. Чтобы суметь защитить его от чего бы то ни было.       — Если кому и суждено умереть, от моей смерти будет меньше гемора, чем из-за Рейкарлтона. К тому же переговоры можно вести до тех пор, пока хотя бы один из заложников жив, верно? — спросил Мэйсон, будто нуждался в их согласии. Аарон и Эшли обменялись взглядами — ситуация оказалась непредвиденной — и кивнули.       Машина тронулась.       — Лиз! Лиз! Ли-и-и-иззз!!! — мелькнул за окном кричащий Тони.       Точно так же промелькнули лица паникующего Вика, Чейза, команды, Фила, репортеров и наемников.       Машина на скорости выехала из парка.       Когда деревья остались позади, Мэйсон повел шеей, сбрасывая напряжение, и посмотрел на Ноа. Тот побледнел, кожа его повлажнела от крови, а губы подрагивали.       Мэйсон посмотрел в подрагивающие озера несчастных зеленых глаз и тихо вздохнул.