Синоним слова «Я»

      POV Автор       «Что только что произошло? — подумал Бернард, падая, словно мешок, на свой диван. Он устало потёр переносицу, запуская руки в волосы и закрывая глаза. — Что же я сделал не так? Почему Элион убегал от меня, как от огня?!»       — Чем же я успел тебя обидеть? — произнёс альфа в пустоту квартиры.       В ответ не прозвучало ни слова.       На столе стоял ужин, над которым ещё витал тёплый пар, разносящий с собой приятные ароматы. Около тарелок лежала связка ключей. Из телевизора всё ещё слышались голоса актёров какого-то слезливого сериала. Всё было точно так же, как и пару минут назад. Вот только Элиона не было рядом.       Брайс достал пачку сигарет из тумбочки у дивана и закурил одну. Он затянулся, заставляя истлеть кончик. Выдох. Клубы дыма тут же взмыли в воздух.       «Кажется, я скоро посажу себе лёгкие. Давно я так часто не курил, — подумал альфа, рассматривая окурок. — Кажется, только в универе так было. Сессии, экзамены. Даже волосы выпадали, — он усмехнулся. — Интересно, у Эла так же? Вообще, что он изучает? — Берн достал ещё одну сигарету. — Я так мало о нём знаю».       Брюнет тяжело вздохнул. Сгорбившись, мужчина потянулся к пепельнице, но заметил рядом свой телефон.       «Не помню, что оставлял его там», — пронеслось в сознании.       Взяв в руки смартфон, Бернард быстро его разблокировал. Увидев, что открыта телефонная книга, он удивился. А больше всего альфу шокировал звонок с неизвестного номера и то, что кто-то на него ответил.       «Неужели Элион?» — задумался Брайс и решил узнать, с кем же говорил его омега.       Вообще, он редко брал трубку, если не знал номер звонящего. Берн, сам не ведая почему, предпочитал проигнорировать такие вызовы. Если что-то срочное, то могли позвонить ещё раз. Нет — ну и не нужно. Конечно, было немало случаев, когда эта глупая привычка выходила ему боком, но избавляться от нее мужчина совершенно не хотел.       После нескольких секунд ожидания звонок был сброшен. А повторный вызов результатов не дал. Телефон отключили.       — Чёрт, а ведь звонок был за пару минут до того, как Эл сбежал… — брюнет озвучил свои мысли. — Тогда всё ясно, как белый день, — он откинул устройство обратно на диван. — Какой-то ублюдок наговорил ему что-то. Блядь!       Мужчина сорвался с места и пошёл к холодильнику. Достав оттуда коньяк, он выпил прямо из горла. Больше всего Берн хотел пойти к омеге прямо сейчас и поговорить, но он знал, что на данный момент его никто слушать не будет. Разгорячённый и темпераментный парень может запросто послать его куда подальше, особенно если вспомнить, что Брайсу не в первый раз названивали сомнительные личности.       В те редкие случаи, когда он удосуживался ответить на звонок, Бернарду часто приходилось выслушивать бредовые россказни телефонных мошенников. Иногда у него вымогали деньги «бывшие пассии», которые, считая, что Берн очередной глупый богатенький сынок, любящий кутить, говорили, что беременны. Они требовали деньги на аборт и моральную компенсацию. Были ещё «обманутые им бизнес-партнёры», «умирающие одноклассники» и «дальние родственники». Но стоило кому-либо из них услышать про полицию или адвокатов, как на том конце провода тут же воцарялась тишина. А после абонент становился недоступен.       Вот и сейчас альфа решил, что кто-то мог представится экс-любовником. Мужчина тяжело вздохнул и снова выпил пару больших глотков. Он мог понять своего возлюбленного. Наверное, случись с ним такое, устроил бы разборки и обиделся. Поэтому винить Купера было не в чем.       Альфа решил наутро добиться его расположения и извиниться. Свой план по поводу празднества он решил не откладывать, ведь сроки поджимали. Но, будучи хорошим организатором, бо́льшую часть работы Берн уже выполнил. Дело оставалось за малым: раздобыть какой-нибудь хороший спорткар и договорится, наконец, с хозяином ботанического сада, который всё время пытался заломить большую цену.       То, что предложил Юджин, казалось альфе поистине хорошей идеей. Празднование должно было начаться с того, что за Элом заедет дорогая спортивная машина с личным водителем. Брайс предлагал лимузин или карету, но Новак сказал, что это всё старо, как мир. Тогда, после долгих обсуждений, была выбрана «какая-нибудь роскошная спортивная машина». Она подвезёт Эла к зданию ботанического сада, что пытается арендовать альфа. Там, в одном из самых красивых залов, полных диковинных растений, для них будет накрыт столик с едой из любимого ресторана Брайса.       Насчёт подарка он думал долго. Поначалу порывался подарить кольцо. Но вот делать предложение ещё рано. А просто так — омеге некуда его надевать. Пораскинув мозгами, мужчина подумал: «А почему бы нам не начать жить вместе?». Ключи от квартиры, конечно, не изысканный дорогой подарок, но они и так бо́льшую часть времени проводят у альфы. Почему бы тогда попросту не съехаться? Всем сердцем Бернард надеялся, что Купер не откажется от этого предложения.       После того, как трапеза закончится, Берн собирался пригласить Эла прогуляться. Момент, когда омега будет покидать главный зал, тоже был заранее обговорён. Специально нанятые люди должны были выпустить из коробки целый рой бабочек. Они бы разноцветным ураганом взмыли вверх, прямо около Элиона. Такого юноша точно никогда не видел.       А после Брайс хотел покатать возлюбленного на мотоцикле по ночному городу. Хотя за рулём железного коня он и был в последний раз, наверно, курсе на первом. Потом о новом приобретении сына узнали отцы и, сославшись на то, что это опасно, запретили на нем ездить.       Бернард уже предвкушал поцелуи и объятия, что подарит ему любимый. Он ни секунды не сомневался в своих действиях и всецело доверял секретарю.

***

      POV Бернард       Новый день я встречал с таблеткой, облегчающей симптомы похмелья. Даже сам не помню, как выпил целую бутылку. Да и уснул я там же, в кухне, на полу. От твёрдого кафеля и неудобной позы ломило всё тело, а от коньяка трещала голова.       Зайдя в ванную, я чёрт знает сколько стоял под холодным душем и не мог прийти в себя. Нужно было срочно поговорить с Элом, но в таком состоянии это не казалось возможным.       Закончив продолжительные водные процедуры, пришлось снова топать на кухню. Желудок предательски громко просил еды. В этот раз я церемонится не стал, слопал то, что первым нашёл — булку с маком — и запил водой пополам с таблеткой от головной боли.       Битых два часа я пытался дозвониться до Купера. Ладно хоть он не сбрасывал мои звонки, а просто не брал трубку. Игнорировал меня.       Я уже собрался ехать к нему, чтобы поговорить лично, но тут мне позвонили из офиса. Оказывается, на сегодня у меня была назначена важная встреча, а я о ней совсем забыл.       Несмотря на дорогой, идеально отглаженный костюм, многое в моём образе говорило о не самой лучше ночи. Но я наделся, что делегация из «СоуИнк» не придаст этому особого значения. Естественно, что они заметят. Не слепые ведь, да и запах не могут скрыть мои одеколоны.       Наши отчёты, все детали, описанные в контракте, презентация и план на сотрудничество были составлены идеально, что уже должно было произвести на них положительное впечатление. Конечно, наши азиатские коллеги любят порядок и рациональность во всём, даже во внешнем виде. Я слышал, что они отказали одной крупной фирме из-за того, что их представитель пришёл на встречу в измятом грязном костюме.       Философия «СоуИнк» состоит в том, что опрятный внешне человек, так же опрятен в деловом плане. Я бы с этим поспорил, но многомиллионный контракт дороже.       Перехватив по дороге несколько пачек мятной жвачки и употребив их разом, я подъезжал к зданию офиса. Меня с порога встретил Юджин и передал все документы, что предстоит сегодня обсудить.       Я знал их наизусть, только мельком просмотрел цифры и был готов ко всему. Ко всему, кроме того, что эта делегация состояла почти полностью из омег в преддверии течки. Очередная проверка. Насколько я помню по рассказам отца, это последняя перед окончательным заключением любого их контракта. Многие альфы, как бешеные волки, бросались на милых азиатских парней и девушек, пытаясь соблазнить их и «отметить» долгожданный контракт совместным времяпрепровождением. После чего, «СоуИнк» окончательно разрывала с ними все связи.       Но мне-то бояться нечего. В руках я себя держать умею. Даже перед течным омегой могу устоять. Хотя, каюсь, перед Элионом не смог. Но он — особенный течный омега.       Переговоры, продлившиеся до самой ночи, прошли успешно. Не доверившись мне поначалу из-за вида, они были поражены подготовкой, деловой хваткой и точностью. Я с успехом смог ответить на все их вопросы. С некоторыми мы даже мило побеседовали во время кофе-брейка.       Я должен был радоваться, но был выжат, как лимон. Домой я вернулся за полночь и звонки Элиону снова не дали результатов. Чтобы не мучить свой и без того усталый мозг, я убеждал себя в том, что парень спит.       Заползая под душ, я даже было забыл раздеться. В итоге рубашка и носки почти постирались. Выкинув их из кабины, я наконец немного расслабился под горячими струями воды. Все мысли вмиг покинули разум, и я просто стоял. Ужасное гудение в голове и адская боль, разламывавшая виски, тоже на время затихли. Тёплые струи били в грудь и по лицу. Стекло запотело от пара. Блаженство.       После душа я стал чуточку живее. Разогрев вчерашний ужин и быстро его умяв, добрался до своей кровати. Стоило только на неё лечь, как я сразу заснул. Головная боль медленно прекращалась, а разум туманил свежий аромат степных трав, что въелся в простынь.

***

      POV Элион       После ночи в компании алкоголя, Вампира и Яна, я проснулся только к вечеру. Голова разрывалась на части и болела так, словно в неё вбили гвозди. Во рту была самая настоящая пустыня Сахара и мерзкое послевкусие. Никогда до такой степени не допивался. А, кстати, местом моего сна оказался коврик в ванной. Наверное, я хотел умыться или душ принять.       Кое-как поднявшись, используя ванну, как опору, я поковылял в комнату. Благо дверь в ванной комнате была открыта нараспашку. Со скоростью побитой улитки я принялся разыскивать своего друга среди груды мусора, одежды, записок от «Доброжелателя» и прочего. Обследовав шкаф и пространство под кроватью, я так и не нашел никого. Только кот, как выяснилось, отдыхал в пледе, который я вместе с ним бросил на пол.       Проводив меня хмурым взглядом, Вампир пошёл на кухню, а я за ним. Там, к моему удивлению, Яна тоже не было. Но был хаос, горы грязной посуды и пара пустых бутылок. Подняв, очевидно, упавшие стулья, я поставил их на место. Затем застелил стол клеёнчатой скатертью, что была заботливо сложена в раковину.       Когда, наконец, воцарился хоть какой-то порядок и проход был свободен, я смог отыскать обезболивающее. Быстро запив таблетки, я оставил их и стакан воды дожидаться Марвина. В конце концов, квартирка маленькая, найду его.       И я не ошибся: мой приятель спокойно посапывал на коврике в коридоре, укрытый своей же курткой. Стянув её с Яна, я повесил несчастную на крючок на стене. Марвин что-то пробормотал во сне, пошарив рукой в поисках «одеяла».       — Ян, вставай, — сказал я, слегка тормоша его рукой.       — Ну, мам, ещё пять минуточек, — ответил он мне, переворачиваясь на другой бок.       — Проснись и пой, мой синий друг! — кричать громко с головной болью трудно, но я смог.       Марвин кинул в меня своим кедом и неразборчиво, севшим голосом, произнёс:       — Отвали, садист.       Омега выглядел сейчас так же паршиво, как и я. Вот только на его щеке остался след от шнурков. Я улыбнулся.       — Ладно, прости. Пойдём, лекарство дам, — он схватился за протянутую мной руку и, пошатываясь, встал.       Пока брюнет в полутрансовом состоянии и с мокрой тряпкой на лбу восседал на двух стульях сразу, я поставил погреть чайник. Пошарив в холодильнике, я нашёл копчёную колбасу и сыр, из которых быстро соорудил нам сэндвичи. С ними, парой таблеток от похмелья и горячим чаем начался наш поздний завтрак, который смело можно было бы назвать ужином.       — Бернард не звонил? — спросил Ян, отпив немного.       — Не знаю, не проверял ещё, — ответил я, набивая живот.       — Мдя, а вчера-то как переживал…       — Вот от вчера я ещё не отошёл, — хотелось сказать это как можно более шутливо, но, кажется, я не смог скрыть свой гнев.       «Да, я всё ещё злюсь на Брайса. Может, и зря. Скорее всего, это — глупо. Но ничего не могу с собой поделать. Как только представлю его в компания какого-то женоподобного существа с лицом с обложки, так хочется рвать и метать. В первую очередь — рвать и метать тело самого альфы. Просто… — тяжёлый вздох, — просто я чувствую себя таким ничтожным. Хуже, чем раньше. До Бернарда никто не обращался со мной, как с кем-то дорогим и равным. Гнобили, унижали, и я понимал, чего стою. Не стремился к большему. Не думал, что могу быть достоин чего-либо, — слёзы сами наворачивались на глазах от воспоминаний, но я сдерживал их. — А потом появился он, словно луч света. Единственная надежда. А сейчас её будто выбили из-под моих ног, и я хватаюсь за петлю, лишь бы дышать».       — Эй, Эл, ты чего завис? — Марвин выдернул меня из раздумий.       — Да нет, всё в порядке.       Во взгляде Яна открыто читалось недоверие к моим словам. Но он не решился расспрашивать меня. За что я безмерно благодарен. Не хочется сейчас говорить на эту тему. Я ещё не готов.       На улице становилось всё темнее. Яркий свет фонарей освещал дорожки и парки, правда, людей практически и не было. Только немногие трудяги, что допоздна засиживалась на своих рабочих местах, да и некоторые парочки, решившие прогуляться по вечернему городу.       Ян, съев половину из того, что я сделал, привёл себя в порядок, а после засобирался домой.       — Может, ты всё же останешься? — уговаривал его я. — Время позднее, да и твой район — не самый лучший.       — Да все нормально, — отмахнулся он, обуваясь. — Я уже привык, не впервой же. Иногда и позднее приходил.       — Чёрт, Марвин, ты же понимаешь: случись что с тобой, я себе не прощу? — я отобрал у парня куртку.       — Понимаю, — он вырвал ее из моих рук. — И это очень мило с твоей стороны, Элли. Такой заботливый, — Ян взлохматил мои волосы.       Я насупился, скрестив руки.       — Никакой я не заботливый. Просто не горю желанием страдать от преследований твоего бесплотного духа.       Приятель рассмеялся и, уже покидая квартиру, выкрикнул: «До завтра».       Стоило за ним закрыться двери, как улыбка стёрлась с лица. На меня будто разом рухнуло всё то, о чём я забыл в обществе друга. Стало невыносимо грустно. Не хотелось абсолютно ничего.       Я прошёл в комнату и лег на диван. Рядом валялся мой телефон. Как ни странно, я забыл его выключить. Хоть на беззвучный режим поставил. Просто, даже если и Берн правда не виноват, я пока не хочу слышать его голос. Мне надо немного остыть, а то могу наговорить такого, что он точно решит покончить с нашими отношениями раз и навсегда.       Список пропущенных вызовов перевалил за второй десяток, а непрочитанных СМС было под сотню. Проштудировав половину, я уловил то, что он сердечно извиняется и просит прощения. Хочет поговорить и разъяснить всё, вот только сегодня я хочу ещё немного подумать и выпустить пар. Быть может, завтра я и решусь на переговоры. Надеюсь, что тогда моё настроение будет хоть чуточку лучше.

***

      POV Автор       Утро в крохотной квартирке началось, как всегда. Разрываясь, пел будильник, а ему в унисон горланил голодный кот. Потянувшись, омега издал пару невнятных звуков, напоминающих кошачье мурчание. А после, с всё ещё закрытыми глазами, старался нащупать под подушкой телефон. Выключив его, Элион первым делом решил успокоить бедное животное, насыпав ему корм.       Поставив чайник на плиту, он пошёл умываться. Сегодня парень делал это несколько дольше. Надо было пригладить торчащие ещё со вчерашнего дня волосы и сбрить небольшую щетину, что так редко бывает у омег.       Красноватые глаза и бледная кожа всё ещё выдавали последствия нелёгкой ночи, но холодная вода придавала бодрости и трезвости рассудку.       Наскоро съев горячую яичницу, Купер пошёл одеваться. Как бы ни хотелось ещё отдохнуть, работа не ждала.       Взглянув на тумбочку, из которой торчали десятки смятых писем «Доброжелателя», Эл удивился.       — Надо же, уже второй день от него ни звонка, ни письма.       Это показалось омеге очень подозрительным. Словно затишье перед бурей. Казалось, будто преследователь каким-то образом хочет нанести решающий удар, воплотить угрозы в жизнь. От безрадостных, полных страха мыслей по телу Элиона прошёл холодок. Нехорошее предчувствие поселилось в его сознание.       Взяв себя в руки, парень дал Вампиру ещё еды и прошёл в прихожую. Обувшись и накинув куртку, он проверил содержимое карманов.       — Вроде ничего не забыл, — пробормотал Эл, нащупав в карманах: телефон, наушники, ключи, деньги и документы.       Проходя мимо почтовых ящиков, он заглянул в свой. Пусто. Это должно было подействовать на Купера успокаивающе, но только больше насторожило.       Надев наушники, он решил на время забыться в музыке. Буквально рухнув на сидение в автобусе, Элион отвернулся от заинтересованных людских глаз. Всё, как обычно: на него, в маске и капюшоне, опять пялились. Взгляды полные интереса, осуждения, страха и насмешки снова были направлены на его персону. Людям словно заняться больше нечем, дай только на других поглазеть, да осудить их за то, что выбиваются из их понятия нормального.       Тихонько покачивая головой под ритм ударных, омега вглядывался вдаль, будто пытаясь разглядеть там что-то. Пару раз ему звонил Бернард, но юноша игнорировал его. На одной из остановок рядом с ним сел обрюзгший грузный мужчина, одежда которого вусмерть пропахла рыбой. Эл рефлекторно поднял на него глаза и тут же отвернулся. Попутчик посмотрел на него с нескрываемым отвращением.       «Как будто ты Аполлон», — ехидно подумал парень и улыбнулся своим мыслям.       На следующей остановке, когда половина пассажиров покинула автобус, мужчина тут же пересел на освободившееся место. По идее, подобное парень должен был воспринять в обиду себе, но ему это пришлось по вкусу. Он демонстративно развалился сразу на двух сидениях и мирно принялся ждать своей очереди выходить.       Настроение Элиона хоть на секунду и стало лучше, но потом сразу померкло. На выходе он не удержался и, показав фак, сказал:       — А вам бы, дядя, помыться не мешало. А не свои претензии по поводу чьего-то вида предъявлять.       Лицо у мужчины вытянулось и перекосилось, а парень резво пошёл к своему магазину. Сбросив верхнюю одежду, он нацепил форменную жилетку и, не найдя взглядом друга, пошёл в свою каморку. Часы там проходили для омеги незаметно. Он с головой погружался в работу и напрочь забывал обо всём, кроме неё.       Заполнив, наконец, все бумаги и проверив накладные, Эл понёс их мистеру Свиту. Тот, поблагодарив, отправил его восвояси. Однако настало время обеденного перерыва, и Купер решил всё же отыскать Яна.       В раздевалке и молочном отделе, где Марвин работал, его не оказалось. Направившись в кафетерий, Элион, не обращая на других внимания, раздумывал, где же может находиться его приятель. Вдруг кто-то прыгнул ему на спину. Пошатнувшись, омега чуть не упал. Только и успел, что опереться на стену.       — Твою мать, — выругался он.       — С днем рождения! — закричали ему в ухо и ноша тут же спрыгнула со спины.       Эл обернулся и увидел довольного Яна, сжимающего в руках небольшую коробочку в разноцветной фольге. Купер растерялся. Он непонимающе смотрел на друга, открыв рот и часто моргая.       — Что? — только и смог проговорить он.       — Праздник у тебя, глупый, — Марвин погладил его по голове, вручив подарок.       У Эла подкосились ноги. Он прижался спиной к стене, на глазах выступили слёзы, а на его лице засияла улыбка.       — Эл, что с тобой? — спросил испуганно Ян.       Друг поднял на него глаза, шмыгнув носом.       — Я никогда не праздновал дни рождения. И подарков мне тоже никто и никогда не делал…       С этими словами Эл бросился обнимать растерянного Яна. Тот, опомнившись, обхватил его за талию и слегка покачал из стороны в сторону.       — Спасибо тебе огромное, — едва слышно прошептал Купер.       — Не за что, солнце, — ответил Ян, прижавшись головой к его груди.       Другие работники «Уинстона» смотрели на них с нескрываемым любопытством и насмешкой. Марвин нахмурился.       — Знаешь, давай пойдём, поедим? — предложил он.       Купер, обратив внимание на окружающих, согласился.       На обед парни съели по острому хот-догу. А после Элион, извинившись, купил себе и другу по пирожному, с которыми они выпили чай. Заветная коробочка лежала у омеги под рукой, и тот постоянно бросал на нее взгляды.       — Если так не терпится, открой её сейчас, — улыбаясь, сказал ему друг.       — Да нет, я дома хочу, — Купер зарделся. — Просто это так необычно и непривычно для меня.       Слова Эла заставили Яна буквально засиять. Он хотел было что-то сказать, но у Купера в кармане завибрировал телефон. Парень достал его и, взглянув на экран, скривившись, убрал его обратно.       — Это Бернард? — спросил Марвин.       — Да, — вздохнув, ответил ему приятель.       — И ты с ним так не поговорил, — констатировал Ян, глядя сквозь Элиона.       — Так и есть, но... — хотел было оправдаться тот, только друг остановил его.       — Ты должен, Элион, — парень настаивал. — Лучше сразу расставить все точки над «i», чем подолгу тянуть резину и жить в бессмысленном ожидании.       Их спор мог бы продолжиться, вот только перерыв подошёл к концу. Все работники разошлись по своим отделам, и друзья не стали исключением. Ян вернулся в молочные ряды, а Эл на склад.       Обдумывая слова Марвина, он ходил из стороны в сторону. Купер прекрасно понимал, что друг прав, вот только звонить совсем не хотелось. Всё внутри просто свербило от нежелания делать это. Казалось, что мир рухнет от одного звонка. Узнать правду и жить с ней очень трудно, но существовать в незнании — унизительно.       — Будь что будет! — решился парень.       Он достал телефон и стал быстро набирать уже знакомый номер. Проследовало пару гудков, во время которых Элион ещё несколько раз порывался сбросить звонок, а после на том конце послышался знакомый голос:       — Привет, — сказал Брайс устало, но, казалось, с улыбкой.       Омега оторопел, весь его гонор и желание разобраться в отношениях поутихли.       — П-привет, — ответил он немного погодя.       — Я уже думал, что ты никогда больше не заговоришь со мной. Я боялся этого.       Слова альфы, произнесённые с такой нежностью и заботой одновременно, и успокаивали, и резали по сердцу.       — Давай ближе к делу, зачем ты звонил? — севшим голосом спросил Эл.       — Элион, я… — начал было Берн с тоской, но потом как-то более серьёзно продолжил. — Элион, за тобой после работы приедет машина. Пожалуйста, ничего не спрашивай у меня. Просто сядь в неё, водитель привезёт ко мне и мы обо всём поговорим.       Купер молчал. Перспектива личной встречи с Бернардом до дрожи страшила его. Всё это звучало слишком странно и загадочно.       — Пожалуйста, — молил мужчина.       «Всего один шанс», — мысленно наставил себя Элион.       — Хорошо, я сделаю, как ты сказал, — согласился он, и на том конце провода послышался вздох облегчения.       Такое с парнем бывало крайне редко, но сейчас рабочее время тянулось очень, слишком, долго. Купер постоянно перепроверял часы на стене, которые, казалось, встали. Когда наконец настало время уходить, то Элион и пошевелиться не мог. Он с трудом заставил себя переодеться и покинуть магазин.       У задней двери его уже ждал дорогой, сверкающий от лучами уходящего солнца красный спорткар. Этого парень точно не ожидал. Некоторое время просто стоял и смотрел, пока приветливый бета-водитель его не окликнул.       Мужчина, представившийся Майло, галантно открыл перед ним дверь и попросил сесть. Тот послушно сделал это. Не успел Эл опомниться, как они резво тронулись с места, оставляя за собой лишь клубы пыли и песка.       Маршрут Майло выбрал самый что ни на есть живописный. Красное авто проносилось мимо завораживающих старинных домов и изысканных туристических улиц, а водитель иногда рассказывал различные городские легенды. По радио играла приятная, успокаивающая музыка, обычная, без слов. И всё происходящее больше напоминало экскурсию. Элион даже забыл, зачем и к кому он направляется.       Меньше всего он ожидал, что его высадят у огромного здания ботанического сада, которое, после реставрации, напоминало замок из стекла и красного кирпича.       Обогнув арку из роз, Купер увидел двух мужчин в смокингах, которые кого-то дожидались. И, очевидно, их целью был сам парень.       — Здравствуйте, господин Купер, мистер Брайс уже ожидает вас в главном зале. — произнес высокий молодой альфа у дверей.       — Если нужно, мы проводим вас, — любезно добавил второй.       — Нет, спасибо, я сам — ответил гость растерянно.       Тогда альфы, поклонившись, распахнули перед ним двери. Внутреннее убранство было не менее прекрасным: всё казалось таким дорогим и сказочным. На маленьких старинных круглых столах у входа стояли стеклянные купола, под которыми ютились причудливые бонсаи. На стенах висели портреты первых учёных, создавших это место, и благотворителей, щедро жертвовавших им деньги. Около огромного панорамного окна вдали виднелась винтовая лестница из тёмного дерева с диковинными резными перилами.       Проходная, где сейчас находился омега, разветвлялась на множество коридоров и комнат, но парень знал, куда ему надо идти. Только прямо, не сворачивая никуда. Главный зал со стеклянной крышей находился прямо посреди всего ансамбля. Подходя к нему, можно было заметить, как растений становилось всё больше. Их зелёная и красная листва едва не скрыла собой тонкие стеклянные двери в позолоченной оправе.       У Эла дух перехватило от созерцания всей этой красоты. Он уже и не знал, чего ожидать от встречи с альфой.       Пройдя вглубь зала, где меж фигурно подстриженных кустов стояла беседка, оплетённая диким вьюнком, он сумел рассмотреть знакомую сильную спину Бернарда. Купер было подумал, что почти простил его, был готов к спокойным разговорам. Конечно, омегу не покидало ощущение, что его хотели задобрить, но это было необычно. Сказочно. Словно Брайс хотел сделать ему очередной сюрприз.       — Ахуеть сюрприз, — первая пришедшая в голову мысль, когда наконец парень подошёл ближе.       Его руки похолодели и затряслись. Все звуки померкли, превратившись в один сплошной звон, что гулом проносился по сознанию. В глазах начало темнеть. Реальность покидала его. А сердце неистово ныло, сливаясь в своей агонии с проклятым звоном.       Берн сидел на белом стуле с плетёной спинкой, а на его руках, целуя, восседал блондин-секретарь. Они даже не обернусь после слов Элиона. Словно его и не было вовсе.       Купер сжал руки в кулак и резко побежал. Он не мог больше переносить это. Не мог смотреть на них. Не мог ругаться с ними и кричать. Это слишком унизительно.       Несколько раз упав, парень хватался руками за всё, чтобы встать. Ноги сами собой подкашивались. Он даже не заметил, как поранил ладони. Из неглубоких порезов тут же потекла кровь. Она капала на одежду, намертво въедаясь в ткань. Песок и пыль так и льнули к багровым пятнам.       Эл не видел никого и ничего. Даже вихрь из бабочек остался незамеченным им. Он просто бежал, бежал и бежал. Сквозь огромные старинные залы, охрану и сад, расталкивая людей. В боку кололо, а лёгкие горели. Сердце болело только сильнее. Омега не мог ничего с собой поделать. Изо рта то и дело вырывался невнятный хрип, а в горле, мешая дышать, образовался противный ком.       Прохожие смотрели на него как на умалишённого. Тыкали пальцем, кто-то спрашивал, нужна ли помощь. Но для Эла всё сливалось в единый неразборчивый шум.       Солнце уже успело сесть за горизонт, а силы окончательно покинули парня. Он просто рухнул на мостике в центре парка. Пробежал он отнюдь не так много, как могло показаться. Около километра, может, даже меньше. Однако для него это была бесконечно длинная дистанция.       Перед глазами, как в замедленной съёмке, проносилось увиденное: его любимый, обжимающийся с другим.       Из последних сил поднявшись, он подошёл ближе к перилам и опёрся на них руками. Ладони тут же защипало. На ранах успела осесть грязь и запечься кровь, но вот они не зажили. Так и саднили, будто под сотнями лезвий. Элион сам не помнил, когда успел сбить себе колени и порвать на них джинсы, да и обувь, похоже, успела натереть.       Он склонился над водой, глядя на своё отражение. Маска успела потереться где-то по дороге.       С той стороны на него смотрел всклокоченный парень с потеками пота и грязи на лице. Это отнюдь не прибавляла ему шарма.       — Да чтоб ты сдох, урод! — прокричал Элион так громко, что в горле сильнее засвербило.       Он сжал перила ещё сильнее, и кровь полилась вновь.       «Как же хочется испариться и забыть это всё», — подумал он, закрывая устало глаза и подаваясь вперёд.