La culpa Espanol

Вечерело. Солнце медленно катилось за горизонт, красиво подсвечивая легкие облачка. Ярик сфоткал. Он был любителем подобных эстетик*. На фоне таких хорошо было бы писать сопливые фразочки школьниц-малолеток, которые надрачивали на красивых старшеклассников. Ярик очень хотел превратиться в одну из таких школьниц: живешь себе за счет родителей, нету течек, нету "вытекающих" из этого проблем. Ярик устал плакать, и сейчас он просто стоял на Вовкином балконе с начисто вымытыми окнами, из которых был прекрасный вид на город и уходящее к австралийцам солнце. Омега плакал, когда Лёша захлопнул дверь, когда собирал вещи, когда стянул со стула футболку Бойко, когда упивался ароматом альфы (это был кунжут с белым вином). Когда, стоя у метро, звонил Вове, который пообещал помочь с жильём первые 2-3 недели. Когда бета встретил Крыля на пороге своей съёмной маленькой квартирки. Плакал еще часа полтора у Вовы на плече, рассказывая всё, опуская некоторые совсем личные детали. Ярик изо всех сил старался быть мужиком, но получалось плохо. Ярик решил настроить себя на хороший конец. Он найдет себе подработку, накопит чутка, снимет квартирку пополам с каким-нибудь одногруппником или с тем же Вовой, если тот согласится или, в худшем случае, вернётся в универовскую общагу. В сумке лежала Лёшина футболка. Ярика тянуло в неё уткнуться и прорыдаться еще часок-другой. Но бета был дома и не спал, поэтому возможность должна представиться только ночью. Подождем-с. Тут "на свежий воздух" вышел и Вова. Вытащил из кармана "Marlboro Gold". Затянувшись, бета предложил омеге. -Не курю, - отозвался Крыль. -Это ты правильно, - кивнул Мирченко. - Я вот тоже бросить пытаюсь, но идея разжиреть из-за заедания сиг какими-нибудь "Барбарисками" меня не привлекает. Ярик сухо усмехнулся, глядя на машины, одна за одной паркующиеся под окнами. -Скажи, - после минутного молчания протянул он. - Как думаешь, с каких хуёв Леха сорвался? Можно? - протянув руку к пачке, лежавшей на подоконнике спросил он. -Да, бери, некурящий ты наш, - улыбнулся бета. - Не знаю, не психолог и не экстрасенс... Но это странно, если он, как ты говоришь, вчера вечером вел себя нормально. -Сегодня утром, - поправил Ярослав, делая крепкий затяг. -Не важно. Может, написал кто. Или альфачьи инстинкты пробудились. Я - бета, мне вся эта кхм, - Вова предпочитал избегать нецензурщины, - не знакома. -Хорошо тебе. Солнце практически укатило, оставляя лишь край неба вечернего светло-голубого оттенка. Остальная половина темнела на глазах. -Первая звезда загорелась. Загадывай скорее, - восторженно проговорил Мирченко. Он был мечтателем и, наверное, романтиком. "Хочу..." - подумал Ярослав. Вернуться к Лёше? Это опрометчиво, ведь его ненавидят. Разобраться? Рано или поздно он сам всё поймёт или, в конце концов, напрямую спросит у Бойко. Тогда - "Хочу больше никогда не чувствовать предательства и уметь не предавать". На небе сразу же сверкнула вторая звёздочка, как бы говоря, что кто не успел, тот опоздал. Ярик глянул на экран смартфона - 22:17. М-м, неплохо. -Пойдём, тут становится холодно, - проговорил Вова, толкнув Крыля в бок. Зайдя в просторную гостинную, бета возвестил о том, что устал и хочет спать. - Сам с диваном справишься? -Угу. Спокойной ночи, - сказал омега и ушёл на кухню, где ему и предстояло провести ночь. Тыкнув телефон заряжаться, Крыль включил ноутбук. На заставке стояла их совместная с Лёшей фотка. Его было так сложно развести на банальное селфи, поэтому каждый снимок у Ярослава хранился в отдельной папке под названием "Курсовая 2", чтоб Бойко не нашёл и не заставил удалить. На стол с характерным звуком грохнулась капля. За ней ещё одна и ещё. Ярик уперся в ладони лбом, и разревелся. Нет, не заплакал, именно разревелся, пряча крики в подушку, лежавшую на диване. Вытащив из сумки тряпку, принадлежавшую альфе, Ярослав уткнулся в неё носом. А потом, повинуясь бешеному порыву, разорвал ткань. Осознав свою ошибку, парень начал лихорадочно искать на кухне нитки, но не нашёл, сел обратно и зашёлся рыданиями с новой силой. Ярослава колотило. Из просто рыданий это переросло в какие-то истерические конвульсии, от которых омегу мог спасти, наверное, только любимый Бойко. Вова видел всю эту картину, и ему было чертовски жаль омегу. С Алексеем он знаком особо не был, но номерами они обменялись. На крайний случай. Вот он, судя по всему, настал. Из трубки послышались длинные гудки. -Абонент временно недоступен, перезвоните позже, - отчеканила металлическая тётка на другом конце провода. Прости, Ярик, но увидеть своего альфу тебе сегодня не суждено. Заснул омега в половину пятого, выплакав, как он думал, всё, что в нём было. Две недели прошли спокойно. Жизнь начала налаживаться: Ярик уже не плакал (практически) и нашёл себе подработку в местном ресторанчике официантом (как ни странно) на неполный день. График смены был такой: дневная, ночная, отсыпной. Зарплата не за месяц, как у нормальных людей, а за две недели. Вова согласился дать другу еще две недели, чтоб поднакопить на съём. На идею Ярослава снимать однушку пополам никак не отреагировал, обещал подумать. И думал, было, согласиться. На подработке стали поджимать, да и ежемесячный перевод от мамы, который Вова не одобрял, копился на карточке на мечту, а не на оплату квартиры. Поэтому делить 20 тысяч** пополам было выгодно, да и Ярик - это очень давний его друг, а не кто-то там. И всё бы шло нормально, если бы у Ярика в последний отсыпной не начала сильно кружиться голова. Очень сильно. А утром перед ночной сменой начало тошнить. Ходил, шатаясь, мог не реагировать на оклики. В общем, что-то было не так, и Крыль взял отгул. Утром перед дневной сменой позывов не было (естественно, на ночь ничего не ел, да и утром не собирался), поэтому Ярик смело пошёл зарабатывать. По пути домой ему чертовски захотелось булок. С корицей и каппучино. Или с томатным соком. Купив всё это в местном продуктовом, дома парень на пару с соседом перекусил. Сосед свалил в ночную смену в свою какую-то шарагу. И ночью Крылю снова стало плохо. Погуглив симптомы, вариантов оказалось два - или токсикоз, или несколько раз подряд захавал что-то не то. "Вода у него что ли плесневая?!" - волновался Ярослав, понимая, что ел он чертовски мало. Прочитал в Инете, когда проходит токсикоз. Оказалось, что мучиться ещё минимум две недели, если это всё-таки оно. Когда самочувствие более-менее нормализовалось, а сосед еще не пришёл домой, омега оделся и купил в ближайшей аптеке два теста на беременность. Два. И оба, сука, положительные. Ну как так-то, а?! -Нет, это, ошибка, наверное, - уверял себя Ярослав, истерически заливаясь смехом. - Н-нет, узла не было, я не мог вот так залететь. С первого раза, не-ет. Набрав номер мамы, Ярик сказал: -Алло, мам? Да, это я. Всё хорошо. Мам, можешь скинуть мне денег на карту? Тысяч пятнадцать... Прости, что напрягаю... Нет, я не влез в долги, просто нужно квартиру снять. Э-э зарплату сильно задержали, а платить надо. Я отошлю обратно, как будет возможность, ладно? Спасибо, мамуль. Ага, пока. В идеале ему нужна была тридцатка. Половина - снять квартиру на месяц, другая - на аборт, но напрягать маму снова ему хотелось меньше всего. Но ещё предстоял разговор с Вовой, иначе есть риск своими недомолвками потерять хорошего друга. Уже, наверное, лучшего. Знали друг друга с 9-го класса, у них тогда еще перераспределение было. Потом случайно встретились в универе, решили вместе записаться на испанский, и вот. Ярик не знал, что на него нашло, но он осел прямо посреди гостинной на пол и заревел. Опять. Ребёнок от какого-то неизвестного альфача, токсикоз, нехватка денег на жильё и просто аврал в личной жизни. -Ненавижу-у, - провыл Ярик, скребя короткими ногтями старый линолеум. Вдруг в голове у Ярика промелькнула мысль о суициде, но омега постарался тут же ее от себя отогнать. Вышло плохо. Были весомые аргументы "против" - мама с отцом, друг, которому придётся хоронить тогда Крыля. Но "за" было больше. Вот, в ванну уже набралось достаточно воды. Ярик вытащил лезвие из шкафчика под раковиной, залез. Говорят, вены нужно резать вдоль, чтобы спасти не успели. Раньше Ярослав никогда не резался. Не было причины - в жизни всё шло, как по маслу. Но не сегодня. Он бы мог спокойно жить, подрабатывая вот так, ближе к началу учебы договорился бы там с начальством, забыл бы Лёшу, нашёл бы себе кого-то или нет - без разницы. Но все эти радужные перспективы перечеркнула эта блядова беременность. Слёзы снова покатились по впалым щекам. Домофон пиликнул, возвещая о возвращении Вовы. Только не это. Ладно, не страшно. У самой ладошки парень надавил уголком лезвия и провёл резкую полосу до середины руки. Дикая боль пронзила всю левую сторону, кровь хлынула в ванну, смешиваясь с водой и оставляя тёмно-алые разводы. "Следующую от сгиба", - решил Ярик. Повторяя те же действия, только от с другой стороны, полоска получилась намного длиннее и глубже первой. Но не больнее. В замке хрустнул ключ, когда омега, заливаясь, занёс руку для третьего пореза. -Ярик, я дома! Прости, что задержался - был в супермаркете. Я нам как раз чипсов прикупил, сегодня матч в половину шестого, - громогласно проговорил бета, зайдя в дверь. Крыль решил отвлечься от предплечий и резанул через всю ладонь. Кровавая полоса ярко перечёркивала линии сердца и жизни. - Крыль, ты тут? Туалет был открыт, а из ванной донёсся слабый звук плеска. Шестое чувство подсказало бете, что стоит ворваться в ванну и спасать друга. Что Мирченко и сделал. Ярик успел начать наносить третью полосу, но его руку резко оторвали от кожи. -Что ты делаешь, идиот?! Ты издеваешься? - кричал Вова, тормоша за плечо закрывающего глаза Ярика. - Не засыпай, ясно? Не засыпай, не закрывай глаза, - уже мягче говорил он, вытаскивая из кармана мобильник и набирая 03. Скорая приехала минут через пятнадцать. Омегу увезли на носилках.

***

Ярослав очнулся в больнице. Он это понял по белому потолку, стенам, койкам, постельному белью, по своей забинтованной белым руке - тут всё было белым. Нет, не так. Всё было обесцвечено. Приборы возвещали, что сердце омеги по-прежнему бьётся. Это плохо. Это просто ужасно! Позывов не было. Ну хоть что-то. Может, это и не токсикоз был вовсе? Но тогда почему тесты оказались положительными? Может, попросить снять швы или сделать ещё что-нибудь, что даст вечное спокойствие? Его мысли прервала медсестра, вошедшая в палату. Это была слегка полноватая женщина лет сорока. Он узнал Ирину Васильевну. Женщина не стала задавать глупых вопросов, а сразу перешла к делу. -Фио, дата рождения? -Ярослав Олегович Крыль, 14 декабря 98-го, - ответил парень. - Омега, если нужно, Ирина Васильевна. -Да, верно, - удивилась женщина. - Откуда вы знаете? -Неважно, - уклонился Крыль. - А когда выписка? -Да хоть сейчас! - воскликнула медсестра. - Можете собирать манатки и валить отсюда на все четыре стороны. Лишних койко-мест у нас нет, а особенно омег мы здесь долго не держим, - и окинув тяжёлым взглядом пациента, более сухо произнесла, - обед в половину второго, полдник в четыре, ужин в семь. Завтрак в девять. К вам еще зайдут, - кто, когда и во сколько она не сказала, а затем развернулась и ушла, оставив омегу наедине со своими мыслями. Наверное, Ярослав нравился Фортуне, и с подобной дискриминацией "омег мы тут не жалуем" лицом к лицу он столкнулся впервые. В этом мире сильно принижали омег и боготворили альф-осеменителей. Он посмотрел на свою перебинтованную руку. Она немного саднила и чесалась. Парень сжал-разжал пальцы, немного покрутил кистью, и на бинте проступила малюсенькое алое пятнышко, а руку прошибло дикой болью до самого локтя. Крыль мучительно сжал зубы и зашипел, аккуратно кладя руку на место. Омега не пошёл ни на один прием пищи, кроме завтрака. Вечером к нему кто-то приходил, осматривал его, его руку. Что-то довольно проговорил и сказал, что выписка завтра после завтрака. Все время до выписки Ярик помнил как в тумане. Ясность мысли пришла лишь на улице напротив крыльца больницы. В лицо дул освежающий ветер, справка мирно покоилась в левой руке, затем перекочевала в задний карман джинс. Обшарив остальные карманы, в том числе и ветровки, которую ему так заботливо принёс Вова, и понял, что мелочи хватит от силы на два проезда. Еще обнаружились телефон и наушники. Крыль включил гаджет. 30 процентов вполне могло хватить на часовую (и даже дольше) прогулку. Включив музыку, омега направился к станции метрополитена. Спустя минут пятнадцать омега сел в вагончик подземного поезда и воткнул наушники. Заиграл Би-2, потом Ария, Агата Кристи, что-то английское, еще Би-2, а затем была его остановка. До парка он добрался еще через полчаса. Ноги были рады ходить, да еще и по родным местам. Омега шёл, как в трансе, и опомнился лишь на повороте, за которым был уже не его, а Лёшин дом. Сердце неприятно кольнула обида, но слёзный баллончик был выплакан, наверное, еще на три дня вперед, и Ярик спокойно прошёл мимо. Решение съехать от Вовы вмиг показалось ему очень глупым. Он еще немного повисит на шее у друга, а потом, когда сделает аборт, отдаст все долги. Но на аборт еще нужно было записаться, поэтому ноги сами привели еще к одной станции, а руки сами выискивали в Инете номер регистратуры одной из местных гинекологий.

***

Катя заметила Ярослава, спускающегося в метро. А он ее - нет. Это было на руку девушке. Омега ушёл - значит кое-кто другой или один дома или где-то ещё. На погода была мерзкопакостной для прогулки (так считала Екатерина) - в небе собирались тучи, ветер, но выйти из дома в такую погоду она могла лишь ради одного человека. В её руке покоилась сумка с фруктами, чипсами и конфетами. Ещё в потайном уголочке лежала упаковка презервативов. Но это так, на всякий случай.

***

Внезапный звонок в дверь слегка прервал мрачные мысли альфы. За это время он ни разу не вышел из дома, заслушал все альбомы Би-2 и своей любимой Агаты Кристи. Он ел мало и лишь один "Доширак". В любом другом случае от постоянного однообразия еды его тянуло бы блевать, но не в этот раз. Дошик был чем-то вроде дара божьего, который давал хоть немного сил лежать и не засыпать. Спал альфа раз в двое-трое суток. Это отразилось на его лице - в его мешки под глазами можно было собирать картошку. Алексей надеялся, что это Ярик, который сейчас же заключит его в объятия и исправит это хикканское существование. Но такой же удачи, как у того самого Ярика, у Бойко не было. За дверью стояла какая-то девица. -Иди отсюда, если у тебя нет пары десятков "Дошика"! - крикнул Лёша и вернулся в спальню. Из-за двери послышались удаляющиеся шаги. А альфа включил зомбоящик, пролистал все каналы, вырубил и включил какую-то аниму, дабы скоротать еще два-три десятка часов.